В моей голове слишком громко

Отец глубоко вздохнул и разочарованно посмотрел на свою единственную дочь. — Я знаю к кому ты ездила. — наконец он прервал молчание. — И? — Мина пыталась сопротивляться страху перед отцом. — Насколько я помню, я запретил тебе иметь отношения с девушками. Ты нарушила договор. — Договор? О боже, пап, если ты не забыл я твоя дочь, а не подчиненная! — разозлилась Мина. — Мне придётся отказаться от тебя, если ты продолжишь в том же духе. — он всё ещё невозмутимо спокоен. — Что?! Да.. пош ёл т. ы. — еле произнесла Мина, пытаясь звучать грубо. но её голос слишком мягок чтоб напугать отца. у неё скатилась слеза. — Не смей винить меня в этом! Это всё из-за тебя! Тебя практически никогда не было дома, а если тебе и удавалось уделить свое жалкое внимание нам, ты тратил его на тиранию! Ты бил маму! Я ненавидела тебя! И никогда не желала себе такой жизни! И такого мужа как ты! Звание самый ужасный отец столетия получаешь ты, и если кто и откажется называть тебя папой, так это я! — Замолчи! — он повысил голос на максимум, и резко ударил мину по лицу. мина упала. он продолжил: — Мне плевать на твою ориентацию, но людям в Корее - нет! Ты дочь не простого человека, если хочешь жить в роскоши, то должна следовать правилам! — Сейчас ты молода и не замечаешь презрительные взгляды, но когда ты станешь старше люди будут видеть тебя только как женщину лесбиянку, они будут относиться к тебе предвзято, никто не будет воспринимать тебя всерьёз. — Такой жизни ты себе желаешь? — кричал он. — Ты хоть знаешь, что с тобой может сделать общество? Не хочу однажды проснуться и увидеть статью о твоём убийстве. Мина продолжала плакать, держась за щеку. Она медленно поднялась с пола. — Сегодня ты убил свою дочь. — сказала она, презирая его. мина направилась к выходу. — Мина! — он пошёл за ней. — Я прошу только об одном! — Это слишком много. — повернувшись, ответила она. Отец больше ничего не сказал, как и Мина. .... Мина шла пешком, так как машина также принадлежала отцу, а ей больше не хочется связываться с фамилией Мюи. Если вы думаете что она пошла к Сане, то вы ошибаетесь. Она направилась совсем к другому человеку. .... Оливия возвращалась с магазина домой, купив продукты питания. Добравшись до своего подъезда, она чувствует тепло, но на душе всё также тревожно. Тревога поднимается на максимум, когда она видит персону сидящую на лестнице её этажа. — Мина? — произносит Лив, пытаясь не уронить пакеты от удивления. Когда Мина встает на ноги и убирает волосы с лица, Оливия всё понимает. Ей нужна помощь. Японка без слов обнимает младшую, пуская новую слезу. Лив бросает пакеты, обнимая в ответ. Таким образом молча говоря, что всё будет хорошо.