Острие ключа в огне

В Магнолии зима отступает на редкость быстро: кажется, только вьюга била лицо — и вот уже припекает солнце. Так было с детства, Нацу явственно помнит, что не успевал наиграться в снежные игры. И сейчас, когда весна задерживалась, Драгнил решил во что бы то ни стало восполнить пробелы. Он мог кружить с Хеппи в ледяном воздухе и ловить снежные хлопья языком, а потом прыгать в сугроб и заразно смеяться. Люси редко присоединялась, она смотрела на кажущееся летним небо с редкими белыми облаками и, щурясь, нежилась под лучами солнца. Люси рассматривала деревья, стараясь найти весну. Она любит это время года: теплое, дарящее новый шанс. На то, чтобы стать лучше, исполнить давние мечты и чтобы принять себя. Хартфилии этого не хватает, и она терпеливо дожидается, когда снег сойдет вешними ручьями и лёд треснет, выпуская реки из оков. Она смыкает веки и наслаждается мыслями: у нее в голове воздух теплый и наполнен мечтами, там из темной земли выступает еще молодая трава, а вдобавок все жаждут любви. И пусть ей обдувает щеки морозный ветер, ему не под силу растворить ее грез. Незадачливый Нацу раньше не понимал Люси, хотя девушка часто объясняла причины своего ожидания весны. Всё меняется, мир обрастает новой личиной, весна действительно дает шанс на что-то новое. Заклинательница звёздных духов уже в искрящихся крупицах снега видит весну и ждет ее с замиранием сердца. — Но ты упускаешь то, что уже находится перед тобой! — пытается вразумить её Драгнил. — Ты не лепишь снеговика и не принимаешь участие в снежных битвах. Только праздники встречаешь. Это не дело! Люси только привычно улыбается, загадочно, но очень тепло, и ничего не говорит против. Всё это, безусловно, хорошо, но не сравнится с полетом птиц, их криком, извещающим о возвращении из долгого путешествия, и видом того, как они вьют гнезда. Они словно фениксы: начинают все с нуля; вновь ищут кров и обретают семью. Это поразительно и захватывает дух. Зимой такого не увидишь. Если бы у человека был выбор, в каком времени года провести остаток жизни, Люси бы коротала свой век в царстве цветочных венков и звонких кристальных ручьёв. Здесь она бы писала книгу, опустив стопы в не успевшую согреться под солнцем реку, и дышала вишневой пыльцой. И это был бы ее рай. Но она жива, находится в Магнолии и имеет неугомонного друга. Он набрасывается на нее с кипой снежков. Люси выставляет руки перед лицом, чтобы защититься, и падает с лавочки в пышный снежный сугроб. Но поражение не останавливает Драгнила, и он продолжает обстрел под едкие замечания Хеппи. К слову, иксид тоже припас снега, и от его снежка Нацу не удерживается на ногах и падает вслед за Люси. Они просто лежат на спине. Люси представляет — сейчас весна, она нежится на траве целую вечность, — и после глядит наверх, расплываясь в улыбке. — Люсь, ты головой ударилась? — беспокоится о ней друг безо всякого чувства такта и ощупывает светлую макушку Хартфилии. — Нет, — мягко отрицает Люси и продолжает смотреть так по-странному тепло, что ее глаза сверкают янтарём. Она указывает пальчиком на дерево вишни, его ветки висят недалеко от них, и говорит шёпотом, как будто открывает тайну: — просто весна начинается. Вот, гляди, на вишне появились почки, и это в такой-то холод! Нацу поражается, и, наконец, понимает, о чём все это время говорила Люси. Только удивляет его не начало пробуждения сакуры. Его изумляет Люси. Он поддался чарам зимы, а она разглядела весну в снегу. Открытие было настолько неожиданным, что Нацу засмотрелся на нее. Она держит ладони у рта, согревая их дыханием. Девушка упорно отказывается одеваться по погоде. Сейчас весна, утверждала Люси, глядя в календарь, и оставляла дома еще и шапку. Хартфилия ходит в тонкой куртке и короткой юбке, не обращая внимания на шаловливый ветер, вздымающий подолы. Никто так больше не был верен своим идеалам, как Люси. Она говорила, что сейчас весна, и претворяла сказанное в действительность. Она говорит, что сейчас весна, и начинается оттепель. Солнце греет слишком сильно. Снег становится липким, а потом и вовсе тает. Нацу считает это чудом и верит, что это сделала Люси. Его Люси, которую надо оберегать на заданиях, приблизила весну. Она ждала ее и смотрела на небо с редкими облаками и видела в снегу то, чего больше никто не видел. Драгнил почти не дышит от восторга, он и вообразить не мог, что его подруга на такое способна! А Люси представляет снежные покровы мягкой травой и не замечает пораженного взгляда. Воздух вновь пропитан надеждами, зарождается жизнь и нечто совсем новое и неожиданное. Нацу невесомо касается губами щеки Люси и кладет на ее красную от ветра кисть руки свою ладонь. Люси будто впервые видит Нацу, а в мыслях она уже не одна пишет роман, дыша вишневой пыльцой. Рядом Драгнил бежит босиком, догоняя свору цветных бабочек.