Белоснежка: дополнительные главы

Доктор Тревельян опустил термометр. — Обыкновенная простуда, Уолтер. С ней все будет в порядке. Просто присматривайте за ней и дайте знать, если лихорадка не спадет через час. — Благодарю вас, — сказал дворецкий, и доктор удалился. Уолтер не мог не волноваться. В свои четырнадцать лет Интегра все еще была невысокой и в его глазах все еще оставалась ребенком. Он знал, что обыкновенная простуда вряд ли навредит его госпоже, но сидеть рядом с ней и наблюдать за тем, как она прерывисто дышит, выпуская воздух своими потрескавшимися губами, было нелегко. — …Уолтер? Он вздрогнул. — Миледи? Интегра посмотрела на него затуманенным взглядом. — Алукард здесь? Уолтер бросил на нее ошеломленный взгляд, но затем опомнился и попытался вернуть самообладание. — Нет. Вы, э-э, ждете его? Интегра приняла более раздраженный вид. — Он сказал мне… что заедет на этой неделе… но затем я заболела… забыла сообщить… — Хорошо, не напрягайтесь, — успокоил ее Уолтер. — Сегодня пока еще вторник. Возможно, он заедет завтра, когда вам станет лучше. Интегра не выглядела убежденной. — В самое неподходящее… время… Да, именно так он и подумал. Он присматривал за Интегрой, пока та не заснула, а затем вышел из комнаты и спустился вниз, чтобы забрать чай. Сегодня был всего лишь вторник. И всего лишь полдень, — подумал Уолтер с горечью. — Будто бы вечерние часы имеют для этого маленького говнюка хоть какое-то значение. Вдобавок ко всему, было еще и облачно. Он чувствовал, как покалывает его стариковская интуиция, и понадеялся, что на этот раз тревога ложная. В кои-то веки он готов был с этим смириться. Он не хотел иметь дело с ухмыляющимся, саркастичным Алукардом. Вспомни Дьявола, и он постучится в твою парадную дверь. — Мистер Долнез, — сказала горничная, — кажется, там посетитель у ворот. Уолтер послал безмолвный крик во Вселенную. Внешне — лишь безмятежно улыбнулся. — Я позабочусь об этом. Он встал перед дверью и выждал три минуты, которые требуются человеку для того, чтобы пересечь территорию быстрым шагом — ведь это же Алукард. Он стал отсчитывать секунды. Пять, четыре, три, два… Один! Он распахнул дверь. Как и ожидалось, Алукард стоял прямо за ней. Он уже приготовился постучать, но теперь его рука неловко повисла в воздухе, лишившись такой возможности. Уолтеру потребовалось приложить массу сил, чтобы не засмеяться. — Ваше Высочество. Красные глаза принца переместились с двери на дворецкого, а затем на свою руку. Он медленно убрал ее, согнув пальцы и задумчиво склонив голову набок. Уголки его губ изогнулись в улыбке. — Неплохо, слуга Хеллсинга, — пробормотал он. — Отличная работа. — Не понимаю, что вы имеете в виду, — возразил Уолтер. — Вижу, ты ожидал моего визита. Ну что ж, очень хорошо, — принц выпрямился. — Дай пройти. Загораживающий проход Уолтер не сдвинулся с места. — Что привело вас сюда, Ваше Высочество? Алукард, в свою очередь, продолжал улыбаться. — Мое желание увидеть Интегру, конечно же. Кстати, она в курсе, что ты не умеешь принимать гостей? Уолтер обошелся без формальностей. — Алукард, пожалуйста. Ты же принц. Алукард сделал вид, что шокирован. — Боже, боже, неужели ты только сейчас это понял? Твое слабоумие наконец прошло? — Принц. Коронованный принц. Разве вы не должны быть в замке в компании дышащих вам в затылок придворных? — С чего это ты взял, что они все еще дышат? — Алукард! Принц пожал плечами.  — Им все равно, чем я занимаюсь. Уолтер подавил желание ущипнуть себя за переносицу. — Ну, кому-то ведь должно быть не все равно. — Интегре не все равно, — сказал Алукард. — Она единственная, кому не все равно. Это было сказано с такой готовностью, так буднично и без тени притворства, что Уолтер оказался застигнут врасплох. Отведенное Алукарду время на легкомыслие истекло, и теперь на его лице читалось явное раздражение. — Тебе очень повезло, что Интегра тебя любит, а иначе в награду за мое потраченное впустую время с тобой бы что-нибудь произошло. А теперь отойди в сторону. — Это должна была быть моя реплика, — пробормотал Уолтер. Смирившись, он все же отошел в сторону. Шестнадцатилетний принц легкой походкой вошел в поместье и сразу же осведомился о его владельце. — Где она? Уолтер закрыл дверь и скрестил руки на груди. — Вы явно не продумали детали. Что бы вы делали, если бы ее не оказалось дома или она была бы чем-то очень занята? — Подождал, конечно же. Так, значит, это оно? — Алукард прищурился. — Чем же она так занята? Наверное, уже в тысячный раз Уолтер проклял их решение вернуться домой. — Интегра заболела. — Отведи меня к ней, — сказал Алукард незамедлительно. Уолтер уже предвидел это. Он вызвал в памяти крайне раздраженное выражение лица Интегры и подумал, что оно идеально описывает его текущее состояние. — Она простудилась и сейчас спит. Так что ради ее же блага, Ваше Высочество, — подчеркнул он, — вам следует уехать и перенести этот визит. Она сейчас не в том состоянии, чтобы иметь с вами дело. Лицо Алукарда исказилось, но Уолтер заметил, что наиболее заметными эмоциями были беспокойство и неуверенность. Наконец лицо принца перестало выражать какие-либо эмоции. — Я хочу лишь увидеть ее, после чего я уйду. Уолтер вздохнул. Это был самый лучший вариант, на который он мог рассчитывать. Он привел его в спальню Интегры, куда при обычных обстоятельствах Алукард не смог бы ступить и шагу. Принц бесшумно пересек строго обставленную комнату и присел рядом с ней на стул. Он смотрел на нее своими красными глазами. Уолтер остался стоять в дверях. Он готов был признать, что даже отсюда чувствовал смутную беспомощность мальчика. Он выглядел почти что потерянным. Алукард осторожно опустил палец на ладонь левой руки Интегры, торчащей из-под одеяла. Он вздрогнул. Он всегда наслаждался ее теплом, но этот жар вызывал у него тревогу. — С ней все будет в порядке? — спросил он обеспокоенным, тихим голосом. — Она очнется? И где доктор? Он слишком остро на это реагирует. — Доктор уже позаботился о ней. У нее всего лишь обыкновенная простуда, Ваше Высочество. Ей просто нужно снять лихорадку, и тогда она будет в полном порядке, — Уолтер сделал паузу. — Неужели у вас никогда ее не было? Принц отрицательно покачал головой. Уолтер кивнул. Неудивительно. И тут он вспомнил, что совершенно позабыл о причине, по которой спустился вниз. Чай. Уолтер мысленно выругался. Он посмотрел на Алукарда. Это займет всего лишь мгновение. Он не раз оставлял Интегру одну в его компании, хотя тогда они находились в гораздо лучших условиях. Он взял себя в руки. — Ваше Высочество, я должен спуститься вниз по делам. Алукард повернул к нему голову. — Я скоро вернусь, — сказал Уолтер. Ему показалось, или у принца заблестели глаза? Он заскрежетал зубами и ушел прочь. Алукард тут же повернулся к Интегре. Он положил свою руку в ее ладонь. — Интегра? Она продолжала спать. Алукард смотрел на ее вспотевшее лицо, потрескавшиеся губы и прерывистое дыхание. Было грустно видеть ее такой. Он предположил, что это сродни тому дню, когда он страдал от жары, но от болезни так просто не избавиться, даже если полежать в тени или приложить холодную влажную тряпку ко лбу. Он вдруг понял, что впервые видит ее такой больной. Время от времени она шмыгала носом, но не более. Эта беспомощность отличалась от того, что он чувствовал, когда она была уставшей или раненой. Не было преступника, которого он мог бы покарать. Ему оставалось лишь держать ее за руку и поддерживать своим присутствием. Ее рука дрогнула. Ее пальцы сомкнулись вокруг его пальцев. — …Алукард?.. Он наклонился вперед. — Я здесь. Она улыбнулась, находясь на грани яви и сна. — Мой принц. Она крепче сжала его ладонь и снова заснула. Алукард уставился на нее сверху вниз. Он медленно встал со стула и подошел к кровати. Он приподнял одно колено и опустил его на матрас, а затем сделал то же самое и со вторым. Он стоял на кровати Интегры на коленях, нависнув над девочкой. Он очень осторожно лег на небольшое свободное место и свернулся рядом с ней калачиком. Лихорадка была огнем. Он был льдом. Он может помочь ей почувствовать себя лучше. — Я не всегда буду принцем, моя Интегра, — прошептал он. — Когда-нибудь я стану королем, а ты — моей королевой, и я подарю тебе весь мир. Это было обещанием. Он закрыл глаза. Было бы чудесно, если бы он мог просто заснуть прямо здесь… — Чем ты тут занимаешься? Ах, но эти формальности. Годы спустя после некоторых раздумий Алукард пришел к выводу, что в тот день мог бы встретить свою вторую смерть, если бы только вовремя не скатился с кровати.