Зло и Ложь окружают нас
9 мая 2020 г., 08:38
Алексис стояла и разглядывала родословную семьи Блэков. Удивительно, сколько родственных связей имела эта семья. Бёрк восхищалась их родословной. Пока она разглядывала все портреты, в комнату зашёл последний представитель рода Блэков.
— Это Альфард, мой дядя, — сказал Сириус, указывая на портрет родственника. — Он был хорошим человеком. Один из немногих, кто не считал меня «предателем крови», как говорила моя мать. Кстати, именно он помог мне сбежать из дома, — улыбнувшись и поддавшись воспоминаниям, продолжил член Ордена. Для него Альфард был действительно хорошим человеком. Жаль, умер, когда Сириусу было семнадцать.
— Это потрясающе! У вас так много родственников! Уизли, Пруэтты, Флинты, Малфои, почти все чистокровные волшебники! — рассматривая стены, с восхищением произнесла Алекс, на что Блэк непонимающе на неё взглянул. — Не то, чтобы я была сторонницей чистой крови, но это же правда удивительно! — докончила она и вновь посмотрела на семейное древо Блэков.
— Считай так, что мы с тобой дальние родственники. — Алексис удивлённо посмотрела на Сириуса, и он продолжил: — У Финеаса была дочь Бельвина, а её муж был представителем рода Бёрков, — объяснил мракоборец, показывая на картины предков.
— Откуда Вы всё это знаете? — с широко распахнутыми глазами спросила Алекс.
— Моя мать, Вальбурга, заставляла это всё учить. Она была ужасной и строгой женщиной, — серьёзным голосом, с нотками ярости, ответил Сириус. — Давай на «ты», а то чувствую себя Дамблдором. Нужно только бороду пустить и стать директором школы, — произнёс Блэк. Алекс не сдержалась и засмеялась, а затем вновь замолкла.
— Сириус, ты ведь анимаг? — робко спросила Бёрк, на что тот быстро кивнул. — Я смогла им стать, — выдохнув, тихо сказала Алексис, а Блэк только улыбнулся и начал вспоминать былые времена.
Когда-то давно, когда ещё он и его друзья были молодыми, они стали анимагами. Всё это было ради помощи другу. Когда у Лунатика были проблемы, именно Бродяга, Сохатый и Хвост помогли ему. Ради Люпина они стали анимагами. Ради помощи другу, у которого были проблемы. В этом и была их сущность. Сущность Мародёров — всегда идти на помощь друг к другу.
— Это же прекрасно! Не понимаю, как только Амелия тебе разрешила! — радостно проговорил Сириус, на что получил серьёзный взгляд от Алекс, и продолжил: — Она не знает. Всё ясно, никому и ни о чём не скажу, — всё ещё с нотками веселья и, подняв руки вверх, произнёс мракоборец. — В чём же твоя проблема?
— Я это делала только один раз. Ну, и я не поняла, в кого я превращаюсь. Это было словно мгновенье, — неуверенно говоря и жестикулируя руками, ответила Бёрк.
— Ну давай, я жду! — облокотившись о стену, сказал Сириус. Его заинтересовало то, что сказала ему Алекс. Возможно, что он вспомнил то, как сам впервые перевоплотился в собаку, о том, как обрадовался этому. Может, тот факт, что в юном возрасте он смог достичь анимагии, придало ему уверенности. Несмотря на то, что он не слушался Вальбургу, Сириусу всё равно было больно от тех слов, которые она говорила. Но когда Сириус стал анимагом, уверенность пришла к нему.
Алексис начала собираться с духом. Через пару секунд перед Блэком летал по всей комнате ворон. Обыкновенный черный ворон, но все знают, что вороны — предвестники смерти.
***
— Бродяга, не лай! Ты сорвёшь нам всю операцию! — проговорил Грюм, смотря на обращённого в чёрного пса Сириуса. Пёс побежал вперёд, а за ним увязался Гарри. Слушание в Министерстве Магии прошло успешно — Поттера оправдали. Нимфадора, разговаривавшая с Алексис, огляделась, и ей на руку приземлился ворон. — Кай! — обрадовалась Алекс и забрала к себе питомца. Тонкс лишь смотрела и улыбалась, а затем заговорила: — Твой ворон получше сов, он менее заметный. Воронов можно увидеть повсюду, а сов и филинов — нет, — похвалила Нимфадора питомца подруги. Тонкс даже и не поняла, что похвалила не только животное, но и его хозяйку. — Кай рад помочь. Если хочешь, я могу почаще его одалживать, — говорила Бёрк Тонкс, гладившей птицу. Котёнок, всё это время находившийся в переноске, замяукал. Феликс не любил данный способ транспортировки. — Было бы неплохо, — улыбаясь, ответила Нимфадора, и в их поле зрения показался красный поезд, ждавший своих пассажиров. Уже пятый год Алексис заходила в этот транспорт, но каждый раз были разные ощущения и чувства.***
Студенты постепенно покидали Хогвартс-экспресс, доехавший до места назначения. Сквозь сумрак дорога была нехорошо видна, ведь почти единственным источником света были лампочки, находившиеся в каждом купе поезда. Золотая Троица и Алексис Бёрк спокойным шагом шли в сторону карет — последнего транспорта до Хогвартса. — Странно, как Министерство позволяет тебе свободно разгуливать, Поттер! Радуйся, пока можешь! Я уверен, для тебя уже готовят камеру в Азкабане! — перед волшебниками появились платиновые волосы и знакомая ухмылка. Малфой. Рядом с ним уже не было Забини и Нотта, а только какие-то мутанты-гориллы. Променять хороших друзей на каких-то недоумков?! Гарри хотел было атаковать Драко, но избранного схватил его лучший друг — Рон, а слизеринца — Кребб и Гойл. — Драко, что с тобой? Где Блейз и Тео? — с беспокойством спросила Алекс. Бёрк и Малфой не были близки, хоть и проводили долгое время вместе. Алекс видела, каким скрытным он был в её присутствии: если Теодор и Блейз радовались её приходу, то Драко сразу становился тихим и поникшим. Что было этому причиной? — Отвали, поганая осквернительница крови! — с отвращением сказал Малфой и быстрым шагом ушёл из поля зрения студентов. Спустя несколько секунд, сзади друзей появились Блейз Забини и Теодор Нотт. — Блейз, Тео! Что произошло? — с волнением повторила свой вопрос Алекс. Она сразу же подбежала к ним, не волнуясь за свою безопасность. — Мы не знаем. Он не общается с нами, потому что мы «оскверняем чистую кровь», — пожав плечами, ответил Блейз. Осознав, что двое слизеринцев не против, Бёрк подошла к ним и крепко обняла. — Я волновалась за вас, — но с заботой сказала Алекс, крепче обняв друзей. — Мы скучали по тебе, Лекс, — с такой же интонацией проговорил Тео. Они были тёплые, в отличие от Алекс. Её будто изнутри окутал холод, с самого конца четвёртого курса. Ещё немного постояв, слизеринцы поспешили удалиться, хотя девушка их чуть ли не за шкирку тащила. Хогвартс-экспресс начал отходить, а группа друзей, к которым присоединился Невилл, шли к свободной карете. Алекс смотрела в небо, пытаясь увидеть какие-либо созвездия. Перед Бёрк шёл Гарри, но, увидев, Чжоу Чанг, встал на месте, словно столб. — Ай! — прыснула от столкновения Алекс и сердито посмотрела на Гарри, завораживающе глядевшего на однокурсницу. — Ты просто идиот, Гарольд! — сказала Алекс, обращаясь к Поттеру, а затем посмотрела на Чанг. — Стерва, — со злостью проговорила студентка. После этого избранный очухался, а затем направился к каретам. — Вы это видите? — непонимающе спросил Гарри, указывая пальцем на существо, похожее на чёрную, умирающую от голода лошадь. — Конечно мы это видим, дубина! — яростно, не простив за поступок, ответила ему Алексис, задев его плечом. — Вы оба дубины, здесь ничего нет, — проговорил Рон, посмотрев на двух друзей. — Здесь никогда никого не было, — договорил Уизли, почесав затылок. Студенты уже подумали, что сошли с ума, но вдруг им ответил голос, словно прочитавший их мысли: — Вы не сошли с ума. Я тоже их вижу, — высунулась чья-то голова из-под газеты. Девушка, сидевшая в карете, была с платиновыми волосами, но не красиво уложенными, как у Малфоя, а растрёпанными по всему лицу. Все друзья тихо сели в карету, будто как-то боясь новой знакомой. — Ребята, это Полумна Лав… — запнулась Гермиона, увидев странные лица однокурсников. — …Полумна Лавгуд, — увереннее повторила она. Все сидели в тишине, как в какой-то неловкой паузе. — Интересное ожерелье, — сказала Грейнджер, пытаясь разгладить неуютную обстановку. Лавгуд лишь смотрела на нелепые лица гриффиндорцев, а Алекс, сидевшая с ней, ни на что не обращала внимания. — Это талисман, вообще-то, — постучав по самодельному украшению, исправила она Гермиону. — Защищает от нарглов, — тише произнесла Лавгуд, наклонившись к Гарри и Невиллу. Карета тронулась, и все начали смотреть в разные стороны. — Кто такие нарглы? — очень тихо спросил Поттер подругу. — Не знаю, — совершенно не понимая, что это за создания, ответила Грейнджер.***
Большой Зал. В нём всегда царит уютная атмосфера. Свечи хорошо освещали помещение, а весёлые ученики, долго не видевшие друг друга, делились разной информацией. Все сидели далеко от Гарри и смотрели как на предателя, не желая общаться с «мальчиком, который лжёт». — Добрый вечер, дети! — начал свою традиционную речь Дамблдор. — В этом году у преподавателей две замены. Спешу сообщить, что профессор Грабли-Дёрк будет вести Уход За Магическими Существами, пока профессор Хагрид находится в отпуске. Мы также рады приветствовать нашего нового учителя по ЗОТИ — профессора Долорес Амбридж. Уверен, вы все вместе со мной пожелаете профессору удачи. Как обычно, наш профессор Филч просит передать… — проговаривал свою речь Альбус, но его прервал голос со стола преподавателей, а именно со стороны профессора «На-меня-стошнило-барби». Весь Зал затих, удивлённо смотря на женщинк. Она положила свою розовую сумочку на стол и медленно встала, чтобы начать свою речь. — Спасибо, директор, за Ваши добрые слова приветствия, — пропел её ужасный голосок. Пройдя и встав перед Дамблдором — были слышны только её шаги и отвратительная речь — Долорес обратилась к ученикам: — И как приятно увидеть ваши добрые, счастливые лица, улыбающиеся мне. Я уверена, мы станем с вами очень хорошими друзьями, — улыбаясь и покрепче сжав свои руки, проговорила профессор. — Это вряд ли! — Ага, как Поттер с дементорами! — со стороны столов Пуффендуя и Гриффиндора послышались комментарии близнецов Уизли и Алекс. Профессор Амбридж кинула на студентов недовольный взгляд и продолжила речь: — Наше Министерство Магии всегда считало обучение волшебству магов и волшебниц делом чрезвычайной важности. Каждый директор привносил что-то новое в эту историческую школу. Прогресс только ради прогресса нам поощрять не стоит. Давайте совершенствовать то, что можно усовершенствовать. Беречь то, что необходимо беречь. Избавляться от того, что недопустимо, — пропев последнее слово, Долорес захихикала, подобно мерзкой жабе. — Что это значит? — спросил Гарри свою подругу. — Это значит, что Министерство вмешивается в дела Хогвартса, — не отводя взгляд от профессора Амбридж, ответила Грейнджер.***
Войдя в гостиную Гриффиндора, все посмотрели на Гарри Поттера, как на самое отвратительное существо. Толпа учеников отходила в сторону, словно Гарри был прокажённым, одновременно шепча друг другу ужасные слова об «лже-избранном». — Дин, Симус, как прошли каникулы? — настороженно спросил он у однокурсников. — Нормально, — закивав головой, быстро отозвался Томас. — Намного лучше, чем у Симуса. — У Финнигана был гневный взгляд, направленный на Гарри. — Мама не хотела отпускать меня в этом году, — кинув газету «Ежедневный Пророк» на стол, как-то с подвохом сказал Финниган. — Почему? — проговорил, не понимая подвоха, Поттер. Гарри не понимал, в чём была его ошибка. — Я думаю, это из-за тебя, — специально морщась и что-то делая руками, ответил однокурсник. — В «Ежедневном Пророке» о тебе много пишут, о Дамблдоре тоже, — чуть подойдя ближе, произнёс Симус. — И твоя мама этому верит? — начиная злиться, спросил Поттер. — Но ведь никто не видел, как Седрик погиб, — громче проговорил Финниган. — Тогда дальше читай Пророк, как и твоя глупая мамаша! — яростно ответил Симусу Гарри. — Не смей так говорить о моей матери! — злился уже не только Поттер. — А ты не смей называть меня лгуном! — вся гостиная тихо наблюдала за этой сценой. Это бы продолжалось вечно, если бы не подоспел друг.
