Alphabet

В памяти Фреда Уизли прочно сохранились несколько поцелуев с Гермионой Грейнджер. Первый раз их поцелуй был как будто бы случайным, немного нелепым и неловким. Это случилось на рождество, когда после святочного бала они все вернулись в Нору, чтобы отметить праздник. Поздно ночью они собрались в их с Джорджем комнате, и совершенно спонтанно Фред предложил поиграть в бутылочку. Горлышко после хода Джинни остановилось на нем самом, и он выбрал «действие». — Поцелуй Гермиону, — хитро прищурившись, сказала самая наблюдательная из Уизли. Второй раз ему тоже запомнился очень хорошо. Тогда они крались по школе обратно в свою гостиную после одного из занятий в Выручай-комнате. В одном из коридоров пятого этажа, почти на половине пути, их засекла миссис Норрис, а затем почти сразу же раздались шаркающие шаги школьного завхоза и его вечное брюзжание. Гермиона тогда почему-то среагировала куда быстрее самого Фреда и буквально втолкнула его в нишу за покрытыми пылью, паутиной и какой-то дурно пахнущей слизью доспехами. Прижимаясь к стене, и стоя очень близко друг к другу, они ждали момента, когда Филч уйдет. — Ты просто спасительница, Грейнджер, — почти восхищенно протянул тогда Фред Уизли, мимолетно поцеловав ее в щеку. Третий раз запустил по всему Хогвартсу череду слухов и сплетен, стал причиной ссоры Рона сразу и с братом, и с Гермионой. И случилось все по самой банальной причине: из-за кишащей нарглами – кто это такие, Фред и через много лет не сумел понять – омелы. Они шли с завтрака, когда хитро улыбнувшийся Джордж показал на веточку рождественского растения прямо над их головами. Обхватив лицо Гермионы ладонями, Фред осторожно коснулся ее губ своими. Мягкий, совсем невинный и до мурашек нежный поцелуй стал началом чего-то гораздо большего. — Удачно она появилась, — усмехнулся Гарри, глядя на них и спеша увести подальше Рона Четвертый поцелуй был быстрым и полным обещания. Обещания, что, когда все закончится и жизнь снова станет прежней, все снова будет хорошо, они вновь будут вместе. Обещания, что они оба переживут войну, с каждым днем набиравшую обороты. Что она справится, поможет Гарри и вернется целой и невредимой. Что он выживет, и не будет бросаться в авантюры и схватки слишком безрассудно. На свадьбе Билла и Флёр она едва успела его поцеловать, прежде чем исчезнуть на долгие месяцы. — Ты обязана вернуться, Грейнджер, — выдохнул он уже в пустоту и в следующую секунду бросился к младшей сестре, защищая ее. Пятый поцелуй, который прочно отложился в памяти Фреда Уизли, случился в те единственные секунды перед битвой в Хогвартсе, которые они могли позволить себе украсть. Он был наполнен всеми эмоциями и чувствами, которые копились так долго. Страх, облегчение, отчаяние и любовь. Безумный коктейль, наверное, давший такую необходимую надежду. Еще один маячок, зажегшийся вдали и манивший к себе. Это было тем, ради чего стоило закончить войну раз и навсегда. — Если мы переживем эту ночь, ты от меня не отделаешься, Уизли, — прошептала Гермиона, прежде чем устремиться за Гарри в поисках последнего крестража. Шестой поцелуй стал одним из самых счастливых для них обоих. На залитой солнцем поляне среди полевых цветов жарким июльским днем двухтысячного года Гермиона Грейнджер стала Уизли. И это был их первый поцелуй на новом этапе жизни, который обещал быть не только счастливым, но и веселым. В конце концов Фред Уизли остался Фредом Уизли. И каждый поцелуй, которых было намного больше шести, Фред бережно хранил. Просто именно эти шесть — ключевые.