чувак, эта вечеринка - отстой!

      На ужин были спагетти Карбонара. Дом совсем не знал, как их готовить, но Тому они показались вкуснее, чем те, которые ему удавалось отхватить на шведском столе в гостях у какого-нибудь богатого знакомого его родителей. Пощёчины за вредную еду, конечно, вспоминались ещё несколько дней, но их было так много, что все не запомнишь. А спагетти были по-настоящему вкусными. Дом зевнул и потянулся. Прямо за столом, на глазах у гостя. Тому казалось это дикостью: он никогда себе такого не позволял. Точнее… ему не позволяли. — Пошли наверх, что ли, — Харрисон пожал плечами. — Дичайше устал, знаешь. Ты же с ночёвкой, вроде… Том неуверенно кивнул и вышел из-за стола. Доминик скинул грязную посуду в раковину и потащил Тома снова наверх. Прежде чем Том начал неловкую речь о том, что он опять ничего не понимает и не знает, в чём и как он будет спать, Дом отыскал в шкафу для него чистую и самую классную свою пижаму, которую он надевал очень редко. На рождество когда-нибудь. Сам накинул огромную футболку и, подумав, шорты, чтобы не смущать гостя. — Держи, переодевайся. И не вздумай улечься на пол, — хмурясь, сказал он. — У меня крутая широкая кровать, все поместятся. Он почесал голову. — Ладно, я, конечно, не буду спать. Было бы как-то глупо звать тебя на ночёвку и просто прохрапеть весь вечер, — Дом взял ноутбук и плюхнулся на матрас, отодвигаясь к стенке. — Не стой, пол холодный, — он похлопал по месту рядом с собой. — Какой твой любимый фильм? — Я не знаю, — честно ответил Том, подползая и садясь возле Доминика. — Гм, хорошо. Какие фильмы ты смотрел? — Ромео… «Ромео и Джульетта», — заикаясь, сказал Том. Какое-то странное чувство… ладони потеют и как будто бы бабочки в животе. Он никогда не чувствовал ничего подобного. — Тот, что нам в школе задавали, что-ли? Кто-то вообще смотрит фильмы по литературе… Том молча кивнул и уставился в стену. — А косметику надо смывать перед сном? — Надо. — Ну тогда я смою и, наверное, спать… — Да какой спать? Сейчас же всего восемь часов вечера! — Я обычно в восемь и ложусь. Правда, я долго не могу заснуть… несколько часов просто лежу и пялюсь в потолок. — В восемь никто не ложится. Даже если ты встаёшь в пять утра. Спать в восемь — слишком рано, — Дом нахмурился. — Тебе правда хочется спать сейчас? Том помотал головой. — Я могу тебе показать много всего интересного, — продолжил Дом. — Это не страшно и никто не будет тебя ругать. Будешь смотреть со мной фильм? — он поднял взгляд. Он правда не понимал, почему Том так ведёт себя. Как и кто так запугал его? — Буду. Какой? — Приличный, не бойся, — Доминик нажал на пробел и запустил «Гарри Поттер и Философский Камень» на весь экран. Он поставил ноутбук чуть вперёд и подтащил одеяло ближе, укрывая себя и Тома. — Музыка… довольно необычная, — Паллант пожал плечами. — Никогда не слышал такого. — Потому что ты всякую херню слушаешь. — Не… не фигню, а классику. — Я же говорю, херню. Том молча отвернулся. — О, нет, нет, нет, нет, нет, — сказал Дом. — Я не хотел тебя обидеть, я… — Да не паникуй ты! Я одеяло поправлял. — Но ничего же… — Оно лежало недостаточно ровно! Харрисон закатил глаза. Ещё бы в его доме что-то лежало ровно. — Держу пари, ты слушаешь классику только потому что тебе так когда-то сказали. И на самом деле тебе не доставляет это удовольствия, может, лишь несколько композиций нравятся больше других. Короче, довольно, фильм уже начался, — он кивнул на ноутбук. — Это известная сказка про волшебников. Её здорово и легко смотреть, и при этом даже серьёзные взрослые дяди-литераторы её анализируют и обсуждают. Так что это тоже в какой-то степени классика. Всё, смотри, тебе понравится. Сначала Том скептически смотрел в ноутбук, опасаясь, что будет здесь сейчас сплошная фантастика и ничего он опять не поймёт. И будет два часа просто созерцать вспышки, а потом либо делать вид, что ему понравилось, либо скажет правду и тогда Дом окончательно убедится в том, что он скучный и нечего с ним дружить. Но как только начали показывать Гарри и то, с кем и как он живёт, Том заметно изменился в лице и стал внимательно следить за развитием событий. Кажется, он в какой-то степени узнал в мальчике, которому ничего нельзя, себя. Конечно, ему не позволяли многих вещей по другой причине. Якобы, наоборот, от большой любви. Наверное, так и было, хоть он никогда этой любви по-настоящему не чувствовал. Доминику было интересно наблюдать за Томом. Особенно сейчас. Он бы и не смотрел в экран совсем, он видел этот фильм уже бессчетное количество раз. Повернулся бы лицом к Палланту и скользил бы взглядом по его скулам, волосам. Следил бы, как двигаются его зрачки, как они становятся всё ярче и веселее. Но это было бы странно. Да и кто любит, когда на него пялятся? Потому приходилось лишь иногда незаметно коситься в его сторону и тут же быстро отводить глаза. Фильм близился к концу. Вообще, Дом заметил, что Том воспринимает сказку немного неспокойнее, чем другие, с кем он мог бы её смотреть. Но оно неудивительно, раз до этого он смотрел только какую-то нудятину из домашнего задания. Ещё и по литературе. На особенно напряжённом моменте он почти вплотную прислонился к Доминику, у которого от этого сердце запрыгало и он замер, будто боясь спугнуть Тома. — Ой, э, извини, — смущённо прошептал Том, выпрямляясь. — Да нет, мне… Так даже лучше. Типа теплее, знаешь, — сказал Дом, опять вздрагивая внутри, осознавая, что он опять несёт. — Да? — Том хихикнул и опять прижался к его плечу. Кажется, ещё сильнее, чем раньше. Так они и просидели до конца. — Ну как? Тебе понравилось? — спросил Доминик, наконец-то нормально посмотрев на Тома. — Да! — Том выглядел так восхищённо, будто он в первый раз увидел цвета, а до этого всё у него было чёрно-белым. — Жалко, что чудес не бывает. Я бы хотел… как Гарри. Доминик усмехнулся. — Бывают чудеса, Том. Просто немного не такие, как в фильме. В этой части Гарри стал счастливым, не потому, что ему дали волшебную палочку, а потому что он вышел из пыльной каморки и нашёл друзей, увидел, сколько всего интересного есть вокруг, а ещё, кстати, с умом нарушил несколько глупых правил. Так что ты уже на пути к тому, чтобы быть как Гарри, —Дом широко улыбнулся. — А магию из палочки здесь можешь считать аллегорией. Помнишь же, что такое аллегория, литератор? — Художественное представление идей посредством конкретного художественного образа или диалога, — на одном дыхании произнёс Паллант. — А что? — Тьфу ты, а если нормальным языком, зубрилка? Это когда, например идущий в сказке дождь обозначает грусть. Или лев выступает как сила. А тут магия это... то, что внутри тебя. И есть те, кто не хотят, чтобы ты был волшебником. Помнишь, Гарри сначала сомневался, что пойдёт за Хагридом? Представь что было бы, если б он остался? Понимаешь о чём я? — Кажется, понимаю... — Помнишь, ты сначала сомневался, что хочешь смотреть фильм и собирался пойти спать? — Да, глупо. — Так вот не бойся выйти из-под лестницы, Том.