Художник дьявола

Чонгук сидит на кухне перед открытым окном и докуривает последнюю сигарету. Прохладный ветер скользит по коже, доставляя лёгкий дискомфорт. Однако сейчас это единственное, что способно хоть немного отвлечь Чонгука от ужасных мыслей, поселившихся у него в голове. - Ты много выкурил сегодня, - появляется укутанный в одеяло Чимин. - Тебя что-то тревожит? Чонгук ничего не ответил, лишь кивнул на газету, что лежала на столе. Чимин взглянул на чуть скомканные страницы и прочитал заголовок статьи, который был написан крупным жирным шрифтом "Художник дьявола использует людей вместо холстов". Пак опустил взгляд чуть ниже, натыкаясь на статью. Взяв газету в руки, он принялся читать. - В последнее время жертв становится всё больше. Полиция находит тела людей с вырезанными на их коже татуировками. Как утверждается, рисунки вырезаны неким острым предметом и явно принадлежат одному человеку. Но ни один узор не похож на предыдущий. До сих пор остается загадкой, как именно были убиты жертвы. Ни у кого из них не было найдено перелома, колотой раны или пулевого ранения. Татуировка – единственное, что обнаружили на телах. В данный момент ведётся расследование. Всё ещё неизвестны мотивы этих преступлений. Никто не знает, кто этот человек, который, не успел появиться, уже получил прозвище – "Художник дьявола", – последние строки Чимин произнёс шёпотом, будто боялся, что его может кто-то услышать. - Достаточно, - прервал его Чонгук и потушил сигарету о пепельницу. - Не стоит тебе читать подробности. - С нами ведь все будет хорошо? - Чимин поёжился и ещё сильнее замотался в одеяло. Чонгук обошёл стол, и остановился напротив Пака. Он нежно обнял его за талию и притянул к себе. Чимин смотрел в глаза напротив и искал в них поддержку, хотя бы моральную, так ждал слов «Не волнуйся, всё обязательно будет хорошо», «Тебе не о чем переживать, я всегда буду рядом с тобой», «Я защищу тебя, Чимин». Чон понимает, насколько страшно сейчас Чимину. В его глазах читался страх. Но не только за себя, за них обоих. Их жизнь только начала налаживаться. Кусочки разбросанного пазла только стали собираться в общую картину, даруя надежду на светлое будущее. Но в памяти до сих пор всплывают кадры из прошлого. Бедность, постоянные ссоры и ругань. Крики о том, как они устали друг от друга и что больше так не могут. Как же хочется просто взять и вырвать эти воспоминания из головы. Вырвать с корнем, чтобы ни одна частичка не осталась, чтобы больше никогда не вспоминать те ужасные моменты их жизни. Однако, несмотря на то, что им пришлось пережить, в частности все дурные воспоминания, они всё ещё не могут друг без друга. Чимин всегда смотрел на Чонгука, глазами полных любви, он был готов следовать за ним хоть на край Земли. Чон в свою очередь всегда хотел уберечь Чимина от боли и страданий. Он заслуживает большего, чем этот прогнивший насквозь мир. Сколько ещё им придётся пережить, чтобы, наконец, почувствовать себя счастливыми. - Поцелуй меня, Чонгук, - еле слышно произнёс Пак и скрестил руки у Чона на затылке. Чонгуку повторять не надо. Он сделал это, даже если бы Пак его не попросил. Ведь этими губами никогда невозможно насытиться. Их сладкий вкус заставляет забыть обо всём и вскружить голову до потери сознания. Чон приблизился настолько близко, что теперь мог ощущать горячее дыхание Чимина на своих губах. Этот воздух обжигал его. Если недавно он чувствовал холод, который приносил ветер из открытого окна, то теперь его тело пылало огнём. А дышать становилось всё тяжелее. Свободной рукой Чонгук приподнял Пака за подбородок и коснулся чужих чуб. Чимин ещё крепче притянул к себе Чона, полностью скидывая с себя одеяло и углубляя поцелуй. Чонгук покусывал его губы, впивался зубами, а затем бережно, будто прося прощения, проходил языком, зализывая маленькие ранки. Чимин тихонько скулил, позволяя Чону властвовать над его телом. Он мягко оседал в чужих объятьях, но сильные руки не давали ему упасть. Чонгук чувствовал эту слабость в ногах Пака, он всегда был невероятно чувствительным и слишком бурно реагировал на простой поцелуй. Однако Чону безумно нравилось видеть Чимина таким хрупким и беззащитным. Его хотелось обнять, прижать к себе крепко-крепко и никогда не отпускать. Чонгук слегка присел, подхватил Пака на руки и направился к кухонному столу, стараясь всё это время не разрывать поцелуй. Как только Чимин почувствовал твёрдую поверхность, он тут же обхватил Чона ногами, придвигаясь к нему как можно ближе. Чонгука это заводило, теперь возбуждение было невозможно скрыть. Он начал целовать Пака более настойчиво и грубо, чтобы тот почувствовал, что у него нет выбора. Но Чимин лишь плавился, растекаясь по столу, заполняя собой всё пространство. - Чонгук~и, нам нужно поторопиться, - отстраняясь проговорил Пак. - Знаю, но я так не хочу тебя отпускать, - противился Чонгук, снова затягивая Чимина в поцелуй. Пак опустил руку на пах Чонгука и сжал его член у себя в руке. Чон простонал в поцелуй, но не отстранился. После неудачной попытки Чимин принял другое решение. Он скользнул под резинку домашних штанов Чонгука и стал медленно водить по члену, дразня его. После нескольких движений Чимин резко оттолкнул от себя Чона, наконец, заглядывая тому в глаза. - Сходи ты уже за чёртовыми презервативами, - вырвалось у Чимина. – Или я заставлю кончить тебя прямо в штаны. Чонгук был немного ошарашен действиями Пака. Он никогда не был таким настойчивым. Однако Чона это возбудило ещё больше. Он пулей вылетел с кухни, забегая в спальню, и начал быстро шарить в ящике прикроватной тумбы. Как только затерявшаяся среди остальных вещей пачка презервативов была найдена, он схватил лубрикант, который к его удивлению просто стоял на тумбе, Чонгук поспешил вернуться к Чимину. Но как только Чон перешагнул порог кухни, он просто остановился и кажется, совершенно забыл, как дышать. Прямо на кухонном столе сидел совершенно голый Чимин, и прикрыв глаза водил по собственному члену, закусывая и без того израненные Чонгуком губы. Это действительно происходит наяву? Что стало с этим милым и невинным мальчиком? - И долго ты будешь там стоять? – поторапливал его Пак. - А сколько ещё ты будешь меня возбуждать? – Чон стянул с себя футболку одной рукой, и направился к Чимину. - Только не говори, что уже кончил. - Обижаешь. Я не кончу, пока не выбью из тебя всю эту дурь и не верну прежнего Чимина. - Что ж, жду не дождусь. Чонгук ехидно улыбнулся, стягивая с себя штаны и боксёры. Он подошёл к Паку, прижимая его спиной к столу, а сам навис сверху. Чон оставил несколько мокрых поцелуев на шее Чимина, затем спустился ниже и по очереди облизал его соски, а после прошёлся языком по ярко выраженным кубикам пресса. Пак изящно выгибался навстречу поцелуям Чонгука и как бы намекал, что ему нужно больше. Оставив последний поцелуй, Чон выпрямился и, взяв со стола лубрикант, щёлкнул крышечкой, выдавливая себе на ладонь вязкую жидкость. По комнате тут же разнёсся запах персика. Чонгук подставил пальцы к сжатому колечку мышц, и стал медленно проникать в расслабленное тело. Чимин извивался на столе, чуть болезненные ощущения сменялись чувством истинного наслаждения. Чону не пришлось долго растягивать Пака, он уже был готов его принять. - Ну, что готов? – ласково спросил Чонгук, открывая пакетик с презервативом. - Ты же хотел вытрахать из меня всю дурь. Зачем тогда спрашиваешь. Чону надоело церемониться. Он без раздумий вошёл в Чимина до основания, срывая с его губ что-то между криком от боли и стоном от наслаждения. Как это потрясающе. В теле Чимина так узко, он крепко сжимает собой член, да ещё и ёрзает, призывая к действию. И Чонгук понимает намёки. Он хватает Пака бёдра, грубо впиваясь пальцами в кожу и, начинает двигаться. Сначала медленно и размеренно, но с каждым новым толчком наращивая темп. Чимин пытался вымолвить хоть слово, но он был способен лишь на протяжные стоны. Чонгук двигался всё быстрее и быстрее, всё сильнее сжимая чужие бедра, оставляя на них красные пятна. Чону так хорошо, он возбуждался с каждым новым толчком. Невозможно выразить словами, как приятно слышать стоны Чимина. И чувствовать, как вы оба погружаетесь в состояние эйфории, которое проникает в каждую клетку, и уже никто не может сдержать себя. - Чон.. Чонгук.. Я уже на пределе.. Больше не могу.. – срывается с губ Пака еле разборчивые слова. - Скажи это, - дразнит его Чонгук. – Скажи, что я заставляю тебя кончать. Ну же, давай. - Ты.. Заставляешь.. Меня.. Кончать.. Чонгук.. – по одному слову проговорил Чимин. - Верно, Чимин, так и есть. Чонгук сделал несколько последних сильных толчков и, почувствовав лёгкое головокружение, навис над Паком. Он ощутил, как его живот тут же стал липким, потому что Чимин тоже кончил. В комнате было тихо, они не слышали ничего кроме шума в ушах и сбитого дыхания друг друга. - Кажется, я справился. Что скажешь? – спросил Чонгук и потянулся за поцелуем. - Думаю, ты даже перестарался, - ласково улыбнулся Пак. - Я люблю тебя, Чимин. - Я тебя тоже. Но не успели их губы соприкоснуться, как с улицы послышался душераздирающий крик и зов о помощи. Кажется, их мирной и спокойной жизни точно пришёл конец.