Древние

      Выходные пролетели незаметно. Вчерашний день Чонгук точно запомнит надолго — каждый день проведённый с омегой волшебный, особенно когда узнаёшь новые стороны друг друга. До занятий осталось чуть больше часа. Альфа уже полностью готов: он успел приготовить завтрак, сходить в душ, выбрать одежду и даже собрать нужные вещи в университет для себя и омеги, пока Чимин до сих пор спит, не желая просыпаться. Зайдя в спальню, Чонгук сел рядом с рыжеволосым и начал гладить его по голове, задевая волчьи уши.       Спрятать свои волчьи ушки и хвостик омега ещё не мог, хотя это его несильно волновало. Они выходили только один раз из квартиры, инициатором этого был Чон. Желания выходить на улицу у Чимина не было: его тело болело, а также повсюду виднелись метки. Но всё же они смогли выбраться и встретиться со стаей. Никто не был удивлён их смешанным запахам — Чимин сделал выбор и никто не мог его судить. Метку омеги никто не видел. Больше всего увидеть метку Чимина хотел Тэхён вместе с Сокджином — Пак не дал им увидеть её. На Чимине был чёрный гольф, который полностью скрывал его шею, чтобы никто, даже стая, не мог увидеть множественные засосы. Чимин не запрещал Чонгуку ставить метки на его теле. Омега тоже не оставался в стороне, только у альфы меток было меньше и они не были настолько видны. Тэхён не забывал подшучивать, пока Чонгук разговаривал с вожаком: омеги проводили время вместе отдельно. За весь вечер Чимин не раз слышал в свою сторону: «Волчонок вырос», «Теперь нет крутого альфы Чимина». Раньше Тэхён часто говорил, что Чимин стал больше похож на альфу. Несмотря на все шутки, все рады, что у Чимина теперь есть метка от любимого альфы.       — Вставай, соня, — говорит Чон, продолжая гладить ушки омеги. Чимин лишь недовольно промычал, показывая, что просыпаться он не намерен. — Волчонок, нам нужно на занятия. Мы и так пропустили неделю.       — Не хочу… — повернувшись к альфе, говорит Чимин.       — Если продолжишь, то мы опоздаем.       Ничего не ответив Чонгуку, лишь обняв его за талию, Чимин продолжил спать.       — Не встанешь сам, мне придётся помочь.       — Вчера выйти на улицу было плохой идеей, — решая перевести тему, омега пытается уговорить Чонгука остаться дома. — Я не думал, что будет так больно ходить, к тому же моя шея вся в засосах.       — Привыкай, засосы у тебя будут постоянно, чтобы все видели, что ты занят. Я понимаю, что тебе страшно появляться в университете, но от этого не убежать.       Чимин всё же решился открыть глаза и посмотреть на Чонгука:       — Я могу побыть дома один, а ты узнаешь, что думают о моём превращении. Вот тогда и решим.       — Так не пойдет, — недовольно говорит Чон, — мы пойдем вместе и это не обсуждается!       — Ну Гуки…       — Не старайся, у тебя не получится меня переубедить, — посмотрев время на телефоне, Чон продолжил, — позавтракать дома, ты уже не успеваешь — перекусишь в машине.       — Не хочу, — быстро спрятавшись под одеяло от альфы, говорит Пак.       Чонгука забавляло такое поведение его омеги. У него легко получилось забрать одеяло у Чимина, откинув подальше, чтобы тот не спрятался вновь. Смотря в глаза друг другу, Чимин неожиданно целует Чонгука, стараясь не разрывать на долго поцелуй. Омега садится на бёдра альфы, заставляя того лечь. Он продолжает его целовать, рукой проникая под футболку и поглаживая его пресс. Омега не давал Чону и слова сказать, начиная целовать настойчивее и прижимаясь теснее. Найдя в себе силы, Чонгук смог отстраниться от омеги, понимая, что остановиться нужно сейчас или же дальше это будет сделать невозможно. Принудительно отстраненный, Пак издал недовольный стон, потому как не желал заканчивать начатое. Приобняв омегу за талию, Чонгук начал приподниматься с кровати. Чимин сразу же обнял альфу за шею, одновременно обвивая его талию ногами, чтобы не упасть. Когда старший решил усадить омегу на стол, чтобы помочь собраться, второй начал водить носиком по шее альфы, крепче обнимая возлюбленного. Сдерживаться становилось всё сложнее: рыжеволосый не прекращал свои действия, продолжая соблазнять альфу. Посадив омегу на стол, Чонгук выбирается из любимых объятий и подходит к шкафу. Времени до занятий оставалось всё меньше и, если бы парочка добиралась не на машине, то точно бы опоздала. Взгляд упал на те вещи, в которых Чимин вчера выходил на улицу. Не долго думая, Чонгук берёт вчерашние вещи и направляется к рыжику. Положив вещи рядом, альфа принялся снимать домашнюю футболку с Пака. Чон видит грустное лицо омеги, ведь махинации не сработали и ему всё же придётся идти на занятия. Пока альфа помогает одеться омеге, Чимин не сопротивляется, позволяя тому делать всё, что он хочет. В то время как Чонгук аккуратно прятал пушистый хвостик волчонка, чтобы его никто не увидел, омега не сводил с него влюблённый взгляд. Закончив, старший взял Чимина на руки и, дойдя до кухни, усадил за стол.       — Может я не пойду сегодня, — осторожно начал Пак, поглядывая на парня, — спокойно посижу дома?       — Мы поедем вместе, — альфа складывает несколько сэндвичей в контейнер, потому что Чимин из-за своего упрямства уже не успеет позавтракать.       Положив еду в рюкзак, пара идёт в прихожую, где каждый самостоятельно одевает тёплое пальто. Омега уже не сопротивляется — понимает, что старшего не переубедить. Закончив, парни взяли рюкзаки и направились к выходу, но перед тем, как выйти из квартиры, Чимин надевает чёрную кепку, скрывая рыжие ушки, и идёт следом за альфой.       Удобно устроившись в машине, застегнув ремень безопасности, Чонгук достаёт контейнер из своего рюкзака, откинутого после на заднее сиденье:       — Перекуси, пока мы будем ехать, — вручил контейнер Чимину.       — Спасибо, — поблагодарил омега. Ему приятно, что Чон ухаживает за ним.       Всю дорогу до университета пара ехала в тишине. Старший внимательно следил за дорогой, аккуратно вёл машину, чтобы омега мог спокойно позавтракать. Съев только один сэндвич, Чимин закрыл контейнер, а затем положил его на заднее сиденье. Чонгук как раз парковался, заглушая двигатель. Альфа уже собирался выходить, в то время как Пак сидел с опущенной вниз головой, смотря на свои руки, и мучил кольцо, то снимая, то надевая его обратно. Волнение переполняет омегу: выходить из машины страшно, ведь не знаешь, как на тебя будут смотреть. Какая реакция будет у студентов, когда они увидят Пака? Плохие мысли не покидают голову — все в университете знают, кем является Чимин. Заметив поведение рыжеволосого, Чонгук положил свою руку на руки омеги.       — Я рядом, — Чимин поднял свой взгляд на альфу. — Пойдём.       Первым из машины вышел Чонгук, забирая рюкзаки. Затем альфа направился к омеге, открыл ему дверь, махнув головой в сторону университета. Нехотя Чимин всё же выходит из машины, забирает свой рюкзак и идёт рядом с альфой, не смотря по сторонам. С каждым шагом они всё ближе, разговоры студентов слышны всё громче — из-за большого количества людей сложно разобрать кто, что говорит. Приближаясь к зданию, шум постепенно стихал: даже не смотря по сторонам, Чимин понял, что многие взгляды направлены на него. Резко тишину прервал весёлый голос:       — Привет, голубки! — Хосок подошёл к парням и обнял каждого. Ён тоже не осталась в стороне: для начала обняла Чимина, а подойдя к Чонгуку, увидела взгляд рыжеволосого, после чего решила просто пожать ему руку и отойти от Чона.       — Чим, не нужно смотреть так на Ён, — обняв девушку за талию и притянув ближе к себе, Хосок продолжил, — она моя омега!       — Всё хорошо? — посмотрев на омегу, спросил Чонгук. Получив в ответ лишь слабый кивок, альфа также обнял свою омегу. В этот же момент Чимин скрыл своё личико, утыкаясь в плечо альфы.       — Как мило, — не удержалась Ён, поглядывая на парочку, — ещё не привыкла видеть такого Чимина…       — Мне нужно быть на чеку, — говорит Чон, гладя спину рыжика, — а то кто-нибудь да уведёт.       — Зачем ты такое говоришь? — немного отстранившись от альфы, Чимин легонько ударил Чонгука в плечо.       — Я шучу, — старший быстро чмокнул омегу в губы. Щёки второго сразу же покраснели и он быстро вернулся в своё укрытие.       — Пойдёмте в аудиторию, — обратил на себя внимание Хосок, — вы и так сегодня позже приехали.       Направляясь в нужную аудиторию, в которой должна проходить первая пара, Чонгук рассказал, почему они сегодня приехали поздно. Чимин идёт рядом, смотрит лишь в пол и не произносит ни слова. Друзья понимали поведение Пака — пока они шли по коридору было слышно, что разговоры вокруг прекращались и взгляды обращались на них, хотя каждый понимал на кого именно все так смотрят. Бывало слышалось: «Смотри, это он!», «Это он!!», «Я точно видел его в тот день!» и много других похожих фраз. Ребята решили не обращать на всех внимание, делая вид, что никого не видят, отвлекая тем самым Чимина от взглядов и разговоров в его сторону. Когда они зашли в аудиторию, резко стало очень тихо, будто каждый боялся сделать малейший звук. Решив далеко не ходить, все четверо сели на второй ряд.       — Кепку снимать не будешь? — поинтересовалась Ён.       — Думаю, никто не готов увидеть волчьи ушки, — ответил за омегу Чон, — это для всех будет ещё больший стресс.       — Ты не можешь их убрать или спрятать? — повернувшись к Чимину, спрашивает Хосок. — Ты ведь не будешь всегда так ходить?       — Сейчас пока не могу…       Потихоньку студенты снова начали общаться, не забывая поглядывать на Пака. Все разговоры прекратились, когда в аудиторию зашёл преподаватель. Поздоровавшись, она попросила старосту отметить тех, кто есть. Двигаясь по списку, омежка отмечала всех присутствующих, ставя пометки в журнале.       — Пак Чимин… — сказала староста.       Отвечать рыжеволосый побоялся — кто-то повернулся в его сторону, но Чимин так и не решился издать какой-либо звук.       — Есть, — неожиданно сказал Чонгук.       — Пак Чимин, Вы язык проглотили? — подойдя ближе, спокойно спросила преподаватель. — Это ведь не сложно, Вас не должно это пугать.       — Простите, я сегодня немного потерян, — сказал Чимин, направив свой взгляд на женщину, что сделала ему замечание.       — Внимательней нужно быть, — ответила преподаватель, переводя взгляд на старосту, — Юн Джунг, продолжайте перекличку.       После переклички женщина принялась раскрывать новую тему, не забывая задавать вопросы и по пройденному материалу. От слов преподавателя Чимину стало легче. Женщина словно не знала о ситуации, что случилась с Паком, поэтому вела себя с Чимином также, как и с другими студентами, даже задавала вопросы омеге, проверяя, насколько хорошо он освоил материал за неделю отсутствия в университете. Рыжеволосому удалось на время забыть о взглядах направленных на него и разговорах, ведь преподаватель быстро делала замечания, и в аудитории сразу становилось тихо. По окончании пары все понемногу выходили из аудитории.       — Пак Чимин, можете задержаться ненадолго? — неожиданно попросила преподаватель.       Пак не ожидая, что его попросят остаться, сел обратно на своё место, решив подождать, пока все выйдут. Чонгук, сказав друзьям идти занимать место в другой аудитории, где будет проходить следующая пара, предупредил, что они с Чимином подойдут позже.       — Я останусь с тобой, — вернувшись к омеге, Чонгук присел рядом, — я не оставлю тебя одного ни на секунду.       — Спасибо! — обняв альфу за талию, Чимин разместил голову на его плече — так ему стало спокойнее.       Дождавшись, когда в аудитории никого не осталось, пара подошла к преподавателю.       — Чон Чонгук, Вы не обязаны были оставаться.       — Ничего страшного.       — Ладно. Чимин, хочу лишь сказать, чтобы Вы не переживали. В университет приходил Ваш родственник, и мы всё уладили. Директор против того, чтобы исключать одного из самых лучших студентов, который прекрасно знает материал по всем предметам и к тому же освоил их на «отлично». Так что нет причин переживать. Ваш родственник уверял, что Вы не доставите проблем. Мои коллеги согласны с этим решением, — говорит преподаватель, не сводя с омеги взгляд.       — Спасибо большое.       — Лично Вам советую не превращаться в университете, а также контролировать волчьи инстинкты, тогда всё будет в порядке. Конечно, некоторые люди всё же будут относиться к Вам с осторожностью.       — Вы хорошо понимаете волчьи инстинкты? — спросил Чимин, начиная понимать откуда такие познания. В пустой аудитории вычислить несложно. Лишь из-за блокаторов он не смог понять этого раньше.       — Я уже забыла, какого это быть волком.       — Вы тоже?! — удивился Чонгук.       — Береги свою омегу, — обратилась женщина к Чону, — парню-омеге будет сложно, плюс ко всему нападение.       — Не переживайте, я не дам его в обиду, — улыбнулся альфа, посмотрев на Чимина.       — Ваш запах практически не чувствуется, — сказал Чимин, — я не уверен Ваш ли это запах. Простите, если затронул личное.       — Среди оборотней ведь нет бет, тогда почему у вас нет запаха? — рискнул спросить Чонгук, ведь он в отличии от омеги ничего не чувствует.       — Это запах моего сына, — решила ответить Чимину женщина. — Он живёт обычной жизнью, не затрагивая волчью. Это слишком опасно. Попрошу сохранить мой секрет.       — Но если у Вас нет запаха, то… — не закончил говорить Чонгук, как его перебили.       — Думаю, Вам известно в каком случае такое случается, — закончил преподаватель за альфу. — Вам нужно идти, скоро начнется следующая пара. Опаздывать нельзя.       — Хорошо. До свидания, — вместе с альфой Чимин направился к выходу из аудитории.       Отойдя подальше от кабинета, Чонгук всё-таки решил уточнить:       — Она правда оборотень?       — Да.       — Получается, она живёт ради своего сына.       — Теперь ты в живую увидел, что случится, если бросишь меня.       — Но она не выглядит подавленно.       — Это так. Сын даёт ей силы жить дальше. Только без альфы.       — Понятно почему она не принимала подарки от альф, подкатывающих к ней.       — Ей ещё повезло.       — Из-за ребёнка?       — Ага. Ребёнок не позволяет чувствовать себя одиноким. Хотя бывали случаи, когда омеги погибали вместе с детьми, не справляясь с навалившимся на них стрессом. В другом случае она бы погибла, ведь они не в стае.       — Почему ты так считаешь?       — Когда ты в стае и тебя бросают, то ты живёшь ради кого-то: ради стаи или детей. Если же волк — одиночка, смысла жить он не видит, ведь он остаётся один до конца своих дней.       — Как всё сложно.       — Что поделаешь, такая вот суровая правда.       — Несправедливо, что жизни лишается тот, кому сделали больно.       — В мире есть животные, которые тоже погибают, если с их второй половинкой случилось несчастье.       — А если пара оборотня не бросила, а её убили?       — Смертельный исход.       — Серьёзно?!       — Ага.       — Ты так спокойно об этом говоришь…       — Для меня это не новость. В таком случае ни стая, ни ребёнок не поможет. Мне говорили, что ты чувствуешь, как твоё сердце разрывается на миллионы частей. У кого-то получается скрывать эту боль. Думаю, мой родной папа скрыл от меня эту боль. Опосаясь, что я её увижу. Ведь я видел, как погибали омеги, потому что их альфы погибли на охоте. Такое было нечасто, но всё равно зрелище не из приятных.       — Мне жаль, что ты видел много ужасный вещей.       — Это уже не исправить. Мне повезло, что со мной была моя стая — они научили меня справляться с этим.       — Ладно, закроем эту тему. Проходи, — открыв дверь в аудиторию, где будет проходить следующее занятие, Чонгук пропустил омегу вперёд.       — Спасибо, — улыбнулся Чимин, смотря на своего альфу.       Оставшиеся занятия проходили спокойно — Чимин чувствует себя более уверенно, но всё равно ему не нравится слушать разговоры о нём. Остальные преподаватели также спокойно относились к Чимину, делая вид, что ничего не было. Пускай у некоторых это не сильно-то и получалось. Было видно, что им немного страшно. Боятся того, чего не понимаешь, нормально. Чонгук успокаивал омегу, показывая, что рядом с ним он в полной безопасности.       На большом перерыве студенты выбирают, где им перекусить: кто отправляется в столовую, кто — в кафе, остальные кушают еду, приготовленную самостоятельно. Хосок вместе со своей девушкой идёт перекусить в столовую, в то время как Чонгук, с утра приготовивший пару сэндвичей в одном контейнере, а в другом — нарезанные фрукты, при этом успев собрать всё перед тем, как будить омегу, предлагает устроить перекус на свежем воздухе.       Поесть парни направились на крышу — они часто там бывают. Крыша здания стала для них прекрасным укрытием от посторонних глаз, как раньше, так и сейчас. Поднявшись на крышу, парни сели на лавочку — Чонгук сразу достал контейнеры с едой.       — Когда ты успел всё приготовить? — удивляется омега. — Во сколько ты встал, чтобы всё сделать?       — В шесть утра, примерно, — спокойно отвечает Чон, — спать не хотелось, поэтому встал пораньше, зато успел сделать упражнения, принять душ, сделать нам завтрак и перекус в университет.       — Почему вдруг ты встал в шесть утра? — размышляет омега, ведь Чонгук не любит просыпаться рано. — Что-то случилось?       — Ничего от тебя не скроешь, — усмехается Чонгук. — Мама позвонила, узнавала, как я. И про тебя немало спрашивала. В последнее время у неё много работы. Повезло, что к новогодним праздникам она освободится и мы сможем вместе провести это время.       — Значит, она не против провести новогодние праздники у нас в загородном доме?       — Не против.       — А как она отреагировала на то, что я оборотень? Думаю, это ей уже известно.       — Не буду скрывать, она была в шоке, но сказала, что хочет поговорить с тобой, обсудить некоторые вопросы. Я сказал ей про метку.       — Она не боится меня?       — Не думаю. Моя мама всегда говорит правду в глаза, даже если ей может что-то не нравиться.       — Ага, это я заметил при нашей встрече.       — Давай есть, а то скоро последняя пара начнется, а мы поесть не успеем.       — Ничего страшного, — Чимин лег на лавочку, разместив свою голову на ногах альфы.       — Волчонок, тебе нужно поесть, — Чонгук попытался снять кепку с омеги, но Чимин, положив руку на голову, не дал альфе этого сделать.       — Если кто-то увидит…       — Здесь чаще всего бываем только мы. Если к нам захотят прийти Хосок с Ён, то они уже видели твои ушки.       — Многие видели, что мы шли на крышу, не думаю, что кто-то рискнёт сюда явиться — все меня боятся.       — Во-первых, не все тебя боятся: наши друзья, преподаватели…       — Но они меня опасаются! — не давая договорить альфе, перебивает Чимин.       — Ён тоже боялась, но сейчас она чувствует себя комфортно рядом с тобой, — старший снимает кепку с омеги, освобождая его ушки. — Во-вторых, рядом с тобой я и все скоро перестанут тебя боятся. Ты не нападал на людей, а лишь защищал брата. Я бы на твоём месте сделал тоже самое. Если бы ты не откинул тот пистолет, то пострадал бы и Дуонг.       — Если бы я его не закрыл, он был бы уже мертв, та пуля могла попасть ему в голову, ведь он пока ещё меньше меня.       — Люди должны боятся не тебя, а тех, кто пришел с оружием на территорию университета. Ведь пуля могла задеть не только вас, но и обыкновенного человека, который просто находился рядом. Они хотели выставить вас в плохом свете, но получилось наоборот, и когда все узнают об этом, то они ничего не смогут сделать.       — Спасибо, что ты рядом со мной, — улыбнувшись, Чимин обнял Чонгука, продолжая лежать на его ногах.       — Так, а теперь давай спокойно поедим, — поглаживая ушки омеги, говорит Чон.       — Я не голоден, — быстро проговаривает младший.       — Ты плохо позавтракал, поэтому быстренько кушай.       — Я завтракал! — уверенно говорит Пак. — Ты сам сделал мне завтрак.       — Ты не так много съел.       — Я мог спокойно и дома остаться.       — Это засчиталось бы за прогул.       — Хосок ведь прикрыл нас, предупредив, что мы будем отсутствовать. Ты тоже мог так сделать.       — Хосок сказал старосте лишь то, что мы будем отсутствовать неделю по семейным обстоятельствам и позже сами объясним почему. Я успел поговорить со старостой только сегодня и всё рассказать.       — Что?!       — Почему ты так удивляешься? Теперь все знают, что ты омега, причём занятой, и про течки староста тоже должна знать.       — Когда ты успел?       — Я тогда на минуту отошёл, а ты остался с Хосоком и Ён.       — Аа… точно. Только зачем, она наверное сильно удивилась?       — Есть такое, но это нормально, ты ведь омега. Она сразу вспомнила момент, когда ты отсутствовал неделю, решив спросить меня на всякий случай, не ошиблась ли она.       — А твой гон? Ты практически не пропускаешь занятия, но хотя бы один гон у тебя должен был быть?       — Ты тогда блокаторы принимал, поэтому и не заметил. Я также заглушил гон таблетками и со спокойной душой пошёл на занятия.       — Когда твой следующий гон?       — Перед каникулами должен начаться. Хочешь помочь?       — Я хочу помочь своему альфе, — поднявшись, Чимин целует альфу, углубляя поцелуй. Не останавливаясь, омега садится на бёдра альфы, обнимая Чонгука за шею. Отстранившись от сладких губ омеги, Чонгук начал нежно выцеловывать его шею, опуская мешающую ткань гольфа. От действий альфы из уст омеги вырвался еле слышный стон в тот момент, когда рыжеволосый открыл Чонгуку полный доступ к шее.       — У тебя очень чувствительная шея: простые поцелуи могут возбудить тебя, — продолжая покрывать шею, Чонгук поглаживает талию Чимина.       — Только мы должны прекратить… — медленно говорит Чимин, практически шепча Чону на ушко.       — Ты первый начал, — целует в губы старший. Рука омеги начала нежно поглаживать волосы альфы.       — Гуки… — простонал омега.       — Ты прав, — внезапно Чонгук отстранился, что вызвало недовольно у омеги, — время кончается, а мы даже ничего не съели…       — Я люблю тебя, — говорит Чимин, чмокнув альфу в губы.       — Я тоже люблю тебя, — улыбается Чон, смотря на омегу.       Слезая с альфы, Чимин садится рядом, берёт кусочек яблока, не забывая и про Чонгука. Перекусывая фруктами, кладёт кусочек в рот себе или же альфе. Хорошо поесть им не удалось, посмотрев на время, парни понимают, что последняя пара скоро начнётся, а этот преподаватель не любит, когда на его занятия опаздывают. Собрав вещи, пара собирается уходить, но неожиданно Чимин поворачивается к входной двери, за которой только что послышался шум. Чонгук сразу обратил на это внимание, ведь Чимин в этот момент быстро надевает свою кепку, скрывая волчьи уши.       — Там кто-то был и это точно не Хосок с Ён, — начинает рассуждать омега, — и только что они убежали…