Любовь с привкусом металла

С утра, за завтраком Снейп попытался достучаться до Поттера. — Гарри, ну пожалуйста, можно я просто напишу список, а ты мне сам всё купишь? — Нет, нельзя. Почему ты не хочешь идти? Плохо себя чувствуешь? — Хорошо я себя чувствую. Не могу я вот так вот просто ходить с тобой по улицам. Давай лучше не будем мне ничего покупать, а? — Я настолько уродлив, что со мной стыдно показаться на улице? — на лбу у Поттера появились морщинка. — Нет, Поттер, с твоей внешностью всё в порядке. — сказал профессор, потирая висок подушечками пальцев. — Тогда я не вижу ни одной причины для того, чтобы ты оставался дома! — Поттер… Гарри, я не переживу этого позора. Я — раб своего бывшего ученика. И я очень боюсь, что кто-нибудь об этом узнает. Ты сказал, что ты мне не враг, что я могу сказать тебе всё, что меня беспокоит. Так вот. Меня очень беспокоит, что окружающие узнают о моём социальном статусе! Давай я останусь дома? — Малыш, ну не будешь же ты затворником всю свою жизнь. Я хочу прожить с тобой много счастливых лет. Рано или поздно о нас всё равно станет известно. Это неизбежно. — Ну неужели нельзя ничего придумать для того, чтобы никто не узнал, что я твой раб? — Северус спрятал лицо в ладонях и протяжно вздохнул. — Ну если ты будешь хорошим мальчиком… — Буду!!! — перебил Поттера Снейп. — Хорошо. Никто не узнает, что ты мой раб, обещаю. Я всем буду говорить, что ты мой мужчина. Ошейник спрячем магией. Не то чтобы Северуса удовлетворил данный вариант, но придать огласке факт своего рабства… О, нет, это было выше его сил. Гарри Поттер пожелал сам одеть свою игрушку. Как куклу «Барби». Такую же безвольную и холодную. Снейп весьма критично осмотрел свою фигуру в стильном костюме. Результат его не радовал. Слишком узко, слишком обтянуты ноги и бёдра, слишком дорогая и мягкая ткань… Всё слишком! Гарри хмыкнул и накинул на недовольного ворчуна строгую, классического кроя мантию. — Так тебе больше нравится, котёнок? — Да. Так гораздо лучше, спасибо. Поттер аппарировал их прямо на Косую аллею. Они долго ходили по магазинам и лавкам. Гарри закупился кучей одежды, размером подходящей только Северусу, под явные протесты последнего. После этого они направились в Лютный переулок за редкими ингредиентами для зелий. Снейп было подумал, что пронесло. Никого из знакомых они не встретили, но не тут-то было. В магазинчике, излюбленном Поттером за наличие самых мерзких с точки зрения морали ингредиентов, стоял никто иной, как Люциус Малфой. Продавец сразу же шарахнулся от Люциуса к Гарри, который за раз мог скупить большую часть ассортимента его магазина. Малфой скривился, но потом решил, что связываться с Поттером не стоит и подошёл к Снейпу. — О, Северус, день добрый. — Здравствуй, Люциус. Как идут твои дела? — Дела прекрасно, как я погляжу, у тебя тоже. Какие же вас связывают отношения с этим юнцом? Уж не подлил ли ты ему амортенцию, Северус? — И зачем мне её подливать? Ты считаешь отношения с Поттером привилегией? Мы взрослые люди, поэтому, когда почувствовали общее влечение, стали жить вместе. — Снейп изо всех сил пытался держать лицо, хотя внутри него бушевала ярость. «Да за кого он меня принимает?! За подстилку, которая с огромным удовольствием ляжет под кого угодно ради каких-то благ? И это человек, который знает меня всю жизнь! Что же скажут остальные?» — Надо же. Очень интересно. А это никак не связано с тем, что совсем недавно проходила ярмарка рабов? — язвительная натура лорда Малфоя взяла своё. — Да как ты сме… В этот момент Гарри уже успел закупиться и услышал диалог с последней фразы Северуса. — Уж не про ту ли ты ярмарку, с которой тебя выкупила Нарцисса? Слыхал. И про то, что на сына у вас не хватило, тоже слыхал. Ну ничего. Его купил дядя побогаче. Кингсли рассказал мне о своём новом приобретении. Не переживай, Шелкбот — не тиран, если ваш мальчик научится быть шёлковым, то у него всё будет хорошо. А теперь мне и моему спутнику пора идти. До свидания, Люциус. Шокированный заявлением Гарри, Снейп послушно разрешил взять себя за руку и вывести из магазина. Всё в том же состоянии прошла аппарация. Только дома Снейп пришел в себя. — Гарри, это правда? — Что именно? — Что Нарцисса выкупила в первую очередь этого… Она не выкупила сына? — Подозреваю, что Люциус запудрил ей мозги и вынудил выкупить сначала его. А ты? Ты сказал правду? — Ты про что? — Про общее влечение. — Я не знаю, что на это ответить, чтобы не спровоцировать твоего гнева. — Тебе понравилось в прошлый раз? Отвечай честно. — Да, но… — Отлично. Как раз сегодня я хотел продолжить начатое. Пойдём со мной, мой маленький. — Ты чего, Поттер? Не надо. Пожалуйста, давай не будем делать этого сегодня! — жалобно заскулил Снейп, словно его вели на казнь. — Во-первых, я — Гарри, во-вторых, ты так никогда и не будешь готов, если тебя не подтолкнуть. Идём, Северус. Я обещаю, больно не будет. Максимум — неприятно. Ты же мой самых храбрый шпион. Вспомни, сколько круцио ты терпел от Лорда! Гарри был прав, но Северус боялся моральных унижений намного больше, чем любых болевых ощущений. Есть ли пытка более изощренная, чем секс с собственным учеником твоего же пола, да ещё и в пассивной позиции? Поттер схватил своего питомца за руку и потащил в свою спальню. Снейп сильно испугался и Гарри это чувствовал. — Ну не бойся. Я не кинусь на тебя прям так сразу, как в прошлый раз. Хочешь фруктов, вина? Это поможет тебе расслабиться. — Не хочу я ничего, Гарри, можно я уйду к себе, пожалуйста? — И всё-таки тебе стоит выпить. Через минуту возник домовик с подносом, на котором находились виноград и шампанское. Гарри разлил его по бокалам, один из них подал Снейпу. — Ну что, чудо моё, за твой первый раз снизу? — сказал Гарри, дотянулся своим бокалом до бокала Снейпа и легонько его коснулся. Поттер сделал небольшой глоток, а Северус, решив, что с девственным задом ему из этой комнаты не выбраться, опустошил бокал одним залпом. — Мне нравится твой настрой. Будь хорошим мальчиком, разденься и ляг на животик. Я сделаю тебе массаж. «Будь хорошим мальчиком» Снейпа до бесконечности умиляла нелогичность Поттера. Ну, в прошлый раз, за хорошего мальчика он спрятал ошейник магией, а в этот раз просто хорошим мальчиком. На что вообще рассчитывает этот нахальный юнец?! Что он проникнется благодарностью и даст себя обесчестить этому мальчишке?! Снейп медлил, но Гарри решил быть максимально лояльным, а потому не стал повышать голос и что-то требовать от, и без того испуганного, профессора. Он сам начал медленно стягивать с Северуса одежду. Наглости сопротивляться тому, кто выкупил его из Азкабана, а до этого победил самого сильного волшебника, Снейпу не хватало. Поэтому убитый отчаянием профессор решил занять пассивно-отговаривательную роль. Перед снятием последнего кусочка ткани с самого сокровенного места, Снейп ещё раз посмотрел на Поттера и сказал: — Ты хочешь доказать мне, что любишь меня, что я под твоей защитой и опекой. При этом ты не можешь защитить меня даже от себя и своего стояка. Если любишь, так покажи мне это, — Снейп был не только отличным шпионом, но и прирожденным манипулятором. — Северус, милый, я действительно люблю тебя, но ты и сам знаешь, что это всё равно произойдёт. Зачем медлить? — сказал Гарри и сдёрнул с ягодиц профессора тонкие боксеры, которые с утра лично на него натягивал. Снейп понял, что пути назад нет, лёг на живот, как и сказал ему хозяин, и закрыл глаза. «Хозяин». Как резало по душе это слово. Гарри взял крем, капнул им на спину Северуса и начал медленно водить руками по бледной, почти мраморной коже профессора. Снейп, которому до этого никто и никогда массажа не делал, с удивлением отметил про себя, что это весьма приятно. По крайней мере так было до того момента, как несносный мальчишка перешёл к массажу ягодиц. Северус даже не заметил того момента, когда его поставили в коленно-локтевую позу. Как только пришло осознание этого факта, появился новый, ещё более шокирующий. Его ануса касалось что-то тёплое, влажное и неимоверно приятное. От возбуждения, накрывшего любимую игрушку Гарри Поттера, он так и не сообразил, что это был язык его хозяина. Гарри водил язык кругами, вокруг самого желанного на свете отверстия, не решаясь даже на миллиметр войти внутрь. Снейпу очень хотелось почувствовать что-то внутри себя сзади. Он подался назад, пытаясь насадиться на язык Поттера, но тот нарочно убрал его в сторону, лишая этой возможности. Как же хотелось ощутить этот теплый, влажный язык внутри своего колечка! Раньше у него таких желаний и в помине не было, что с ним делает этот юнец! Гарри как будто прочитал его мысли: — Ты хочешь, чтобы я вошёл в тебя языком? — Да, Поттер! Да. Пожалуйста, не останавливайся. Не успел он закончить, как шершавый язык героя всея Британии уже проник в него и вырисовывал какие-то узоры на внутренних стенках. Снейп почти кончил, когда язык пропал, не доведя его до пика буквально на миллиметр. Северус посмотрел на Гарри готовясь к самому худшему, но… — Шшш, Северус, посмотри на меня, я все ещё в брюках, ширинка которых застегнута, а на талии висит ремень. Тебе ничего не угрожает, это всего-навсего пальцы, — Гарри показал Снейпу свою руку, на которую наносил смазку из тюбика, от размера руки глаза Снейпа превратились в пять копеек, — что такое, малыш? — Ты засунешь ее всю целиком??? — Нет, конечно, обещаю. Вот смотри, мы начнем с одного пальца, — Гарри протянул ему свой указательный палец смазанный по самое «не хочу», я обещаю, никаких сюрпризов. Все под твоим строгим надзором, слышишь? Последние подействовало успокаивающе. Снейп вернул задницу в исходное положение, а сам отвернулся, решив довериться герою. Гарри, действительно, не обманул: в Снейпа вошёл один палец. Поттер двигался настолько медленно, боясь причинить боль, что Снейп сам подался назад, дабы ускорить процесс собственного обесчестивания. Гарри был рад хоть и запоздалой, но инициативе, виду, конечно, не подал. — Северус, я сейчас добавлю ещё один палец, — абсолютно честно предупредил его Гарри. Страшно не было. Он знал, что такое один палец, что он, два не выдержит? Выдержит, конечно. Потому Снейп кивнул без возражений. Когда в Снейпе было три пальца, Поттер не просто двигал ими, а захотел найти правильный угол, чтобы задеть простату и заставить своего профессора застонать. С третьей попытки, когда Снейп уже собирался спросить, что такого хочет найти Поттер в его заднице, Гарри нащупал заветную точку и надавил на неё. Северуса передёрнуло: он ощутил приятное покалывание по всему телу, выгнулся дугой и кончил. Гарри был вне себя от ярости: он планировал третировать профессора всю ночь, как минимум до рассвета, чтобы под утро Снейп сам умолял его дать ему кончить и был согласен на любые условия. В своей неудаче Гарри винил только себя. В конце концов, кто из них взрослый, который перетрахал половину Хогвартса, а кто малыш-девственник, едва умеющий себя контролировать? Северус вообще первый член меньше недели назад увидел, какой с него может быть спрос? Гарри не показывал ни капли недовольства, отправил Снейпа в душ, а сам начал сжимать и разжимать кулаки — такой способ очень хорошо помогал успокоить эмоции. В душе к Снейпу вернулось осознание того, что самое ответственное впереди, но страха не было. Он вспомнил, насколько честен и нежен был с ним Гарри, и решил, что он не самая плохая кандидатура для первого раза. Снейп вышел из душа чистый и спокойный, но все ещё девственник. Поттер преданно ждал его в кровати, раздетый до трусов. — Гарри, возьми меня членом, — набрался решительности Снейп. Поттер не стал выяснять что это за помутнение сознания и решил ковать железо, пока горячо. — Хорошо. Вставай, как обычно. Снейп забрался на кровать, встал на четвереньки и затаил дыхание. Он готовился к самому ответственному моменту в жизни. Гарри Поттер вместо того, чтобы снять с себя последний элемент одежды, потянулся к прикроватной тумбочке. «Интересно, что он ищет? Член при нем, смазка вот» Гарри достал прямоугольную коробочку и начал распаковку. Очевидно, что он купил ее недавно и специально для своего малыша. Это была анальная пробка, близкая по диаметру к члену Гарри. Если бы не те ощущения от касания тремя пальцами простаты, то Северус, увидев огромный размер секс-игрушки, уже бы завыл от предстоящего дискомфорта. Заметив не самую положительную эмоцию на лице домашнего зверька, Гарри решил немного подбодрить своего любимого. — Северус, больно не будет. Максимум неприятно. Договорились? Если будет больно, я сразу прекращу. Ты можешь сейчас сказать стоп, помни это. «Какой же лицемер этот Поттер! «Ты можешь сказать стоп!» Можно подумать, что если скажу, то он прекратит и опустит меня к себе! А надо проверить! Поймаю его на лжи, а там включится комплекс вины такой, что смогу себе огрести несколько ништяков» Северус кивнул, Гарри начал вставлять свое грозное силиконовое орудие. На середине Снейп изобразил гримасу боли и завопил «Стоп!». Гарри тут же остановился, не достал игрушку, но и проталкивать ее прекратил. Переместился ближе к лицу и начал гладить Снейпа по щекам и волосам. — Я сделал тебе больно, мое чудо? Прости меня, пожалуйста. Скажи, что я сделал не так? Где у тебя болит? К такому Снейпа не готовили: он был готов к тому, что Гарри позлорадствует его боли или в лучшем случае проигнорирует его просьбу. Но вот к тому, что он остановиться и будет волноваться о его самочувствии… — Я просто хотел поцеловать тебя, — неуклюже соврал Снейп, — спасибо тебе за сегодняшнюю прогулку, я правда очень благодарен. Снейп думал, что Гарри продолжит начатое или поцелует его, но самоуверенный мальчишка снова выбил почву у него из-под ног. — Хочешь? Целуй! — ответил наглый мальчишка, не придвинувшись более ни на миллиметр. Снейп был в тупике. Он пообещал, что если Поттер может взять насильно его девственность, то поцелуя этому потомку людей, причинивших ему столько боли, точно не достанется. Отступать было некуда, поэтому он нерешительно коснулся щеки Поттера. «Поцелуй в щеку? Серьезно? Да за кого он меня принимает? За ребёнка, который ещё не достиг возраста согласия, чтобы целовать его в губы?! С другой стороны, даже такая мелкая инициатива от Снейпа — уже победа.» — подумал Гарри. — Я могу продолжить? — спросил гриффиндорец, многозначительно посмотрев на зад профессора. Снейп кивнул. Он чувствовал себя униженным этим поцелуем больше, чем всей этой историей с девственностью. А, главное, в историю с поцелуем он целиком и полностью встрял самостоятельно. Никто его за язык не тянул! Спустя минуту плавных движений пробка вошла до конца. Снейп заныл от непривычных ощущений. Инородный предмет в заднем проходе давал о себе знать, хотелось в туалет по большому. Поттер вспомнил свой первый секс, дискомфорт там и попытался помочь своему мальчику. — Ложись на спину, — скомандовал Гарри. «Что?! Вместо того, чтобы достать это из моей задницы и облегчить мои мучения он просит перевернуться, как будто все в порядке?!» — Северус закипал от ярости, но говорить стоп второй раз ему не хотелось, поэтому он послушно исполнил приказ. Гарри и не думал оставлять его в покое: сначала он покрыл поцелуями шею, даже там, где кусала Нагайна, губы все ещё были под запретом. Потом перешёл на соски, Сев с удивлением обнаружил, что дискомфорт в области пятой точки стал менее заметен. Герой войны тем временем спустился дорожкой поцелуев по животу и начал делать улётный минет, используя минимум 101 технику. Снова оставив партнёра без оргазма, на миллиметр не доведя до пика, он прекратил отсос и с важным видом заявил: — А кончишь ты уже от моего члена. Поворачивайся на живот. Снейп покорно принял коленно-локтевую. Гарри резким движением достал игрушку из прохода и вставил член наполовину до того, как проход хоть сколько-нибудь сжался. Снейп глубоко вздохнул и испуганно посмотрел на Гарри. — Шшш, не бойся. Большая часть уже внутри. Ты такой молодец. Ты очень сильный и смелый мальчик. — с этими словами, Гарри ввёл свой член до конца. Северуса распирало. Пробка почти вдвое уступала по длине, несмотря на схожий диаметр. Больно из-за ширины не было, лишь непривычное ощущение от того, что вставили дальше, чем обычно. Эх, как бы Снейпу хотелось, чтобы Гарри трахал его только наполовину, задевая при этом простату. На такое он был согласен, он даже был готов подмахивать Поттеру при таком раскладе. Гарри понял это и поспешно достал член наполовину, и начал потихоньку двигаться буквально на несколько сантиметров в обе стороны. — Какой ты умничка. Очень хорошо, котёнок. Сейчас, ещё пару минут в таком темпе и ты будешь готов принять меня на всю длину. — Не нужно, пожалуйста, Гарри! — А вот твоя попка и твой собственный член просят меня продолжать, так что попытайся расслабиться. И Снейп расслабился. А что ещё остаётся делать, когда уже стоишь раком и в тебе наполовину член партнёра, который намерен тебя трахнуть? Правильно, ничего. Вот и Северус решил, что так будет быстрее. Гарри однако решил схитрить: он ускорил темп, контролируя длину, а потом резко вошёл до конца и замер. Северуса переполняли (в прямом смысле) ощущения. Боль, но какая-то приятная. Кайф, но какой-то противный и неправильный. Гарри начал потихоньку совершать обратно-поступательные движения, и его любимый профессор издал свой первый стон под ним. Этот звук крайне воодушевил Поттера, а вот Снейпу за себя было стыдно, но он уже не мог сдерживать себя. Чёрт, под этим мальчишкой было действительно хорошо… физически, чего не скажешь о моральном самочувствии профессора, когда они оба почти одновременно кончили. Гарри, судя по всему, тоже чувствовал себя неловко, потому как быстро поцеловал Северуса в висок и практически убежал из комнаты, пробормотав что-то о том, что Снейп может принять душ и прогуляться вокруг дома, мол заслужил. «Он просто взял и использовал меня, а потом сразу убежал. А я, старый дурак, ему ещё что-то про любовь говорил. Смешно. И зачем ему это было надо? Как у него вообще на меня встал? А у меня? Нет, после такого я больше никогда не смогу смотреть в глаза сыну Лили и Джеймса. Что он там говорил о прогулке? Вот сейчас и убегу, пока он приходит в себя после секса с противным стариком, которым занялся непонятно зачем. Уж я его об этом точно не просил и ничем не намекал на желание.» Надо признать, что Снейп был тем ещё лицемером: во время близости с Гарри он был готов продать душу дьяволу, лишь бы ему дали кончить. А потом, уже после секса, на него наказывала мораль, нравственность и честь, и вот он уже считает, что Поттер повел себя недостойно гриффиндорца и нагло воспользовался его рабским положением… Снейп быстро натянул на себя одежду, в которой гулял с Гарри по косой аллее и выбежал из дома. Бежал куда глаза глядят, беспорядочно сворачивал в разные улочки и переулки. Когда он, наконец, выдохся, то услышал до боли знакомые, но такие отвратительные голоса троих надзирателей. Один из них и пнул Северуса в бок. — Кого мы видим. Северус Снейп. Тебя же купили и ты теперь раб, если я не ошибаюсь? — Не ваше дело, — огрызнулся Снейп. — Да-да, его сам Поттер всея Британии купил. — Посмотрите-ка, как он хорошо стал выглядеть. Чистый, пополнел, одежда дорогая. — Ненадолго. Раз он такой неблагодарный, что сбежал от хозяина, мы его проучим, чтобы вспомнил, как в господском доме хорошо было. — Поттер вас по стенке размажет! — предательски дрожащим голосом сказал Снейп. — Мы так не думаем. У раба без хозяина незавидная участь. Каждый может воспользоваться. И вообще, хватит разговоров, ребята, тащите его в старый сарай у моего дома, развлечёмся. Один из тюремщиков схватил Снейпа за волосы, заломал его руку и поволок туда, куда указал товарищ. Северус ойкнул, когда его толкнули на пол грязного, обшарпанного помещения. — Интересно, что Поттер нашёл в этом уроде, а? — Не знаю, но раз всея Британии его трахает, то и нам должно понравиться. Одежду на Снейпе разодрали в клочья. Его заставляли сосать ударами по животу и бокам, но Северус упрямо сжимал зубы. Тогда один из ублюдков разжал его челюсти руками, а второй вогнал член в горло несчастного профессора по самые яйца. Из глаз Снейпа градом лились слёзы. Через двадцать минут орального насилия, надзиратели перешли к классическому. Северуса поставили раком и без смазки и какой-либо предварительной подготовки вгоняли свои члены до упора, раздалбливая и разрывая тем самым зад Снейпа. Его бросили посреди этого самого сарая со словами: «жди, мы ещё утром придём, друзей приведём. Не каждый день попадается раб без хозяина.» Только сейчас он понял, насколько нежен и чуток был Гарри, насколько ему было хорошо под этим мальчишкой и насколько сильно он хочет оказаться в объятиях своего хозяина.