господин всея сеула

период течки подходил к концу. тэ окончательно пришёл в себя в тот день, когда чонгук вернулся домой. муж прошёл в спальню только тогда, когда удостоверился в отсутствии течки. тэхён встретил его взглядом поверх книги. — ты как? — чонгук снимал верхнюю одежду, оставаясь в походной. — нормально. тэхён успел убрать взятые вещи альфы на место, что спасло его от неловкой ситуации. чонгук некоторое время смотрит на читающего тэ, прежде чем мотает головой и уходит в кабинет. тэхён откладывает книгу и садится на кресле. почему-то, он задумывается — правильно ли он сделал? он хотел хотя-бы обнять чонгука, которого не видел целую неделю, но что-то грызло изнутри. ему это нужно? он дал ясно понять, что он не хочет делать из их отношений, что-то романтическое. фактически — он отшил чонгука, в мягкой форме. тэ усмехается — отшил своего законного супруга. это смешно. альфа-гонец не появляется. ким вспоминает его лицо и запах — затхлые письма и чердак, пыль. тэхён любил всё старое, а запах гонца был — идеальный. он хочет спросить у миссис чон, как его звали и кто это, но кольцо на пальце останавливает его. металл на фаланге — напоминание, что супруг всегда смотрит за ним и оберегает. тэхён встряхивает голову и направляется в столовую. семейный завтрак никто не отменял. мама выглядит сегодня особенно хорошо — её глаза по-особенному блестят и тэ кажется, что там танцуют черти. она шутит и смеётся с шуток других. похоже, её дела налаживаются. завтрак, приготовленный миссис чон, съедается за несколько десятков минут, после чего они переходят к «новостям в государстве». чонгук подавил недавнее восстание собственными силами, не напрягая всех остальных. — а, кстати, мальчики, — она смотрит на супругов. — в конце этой недели у нас состоится бал с банкетом. мне очень хочется, чтобы вы были там, — она выжидающе смотрит на них. — мы придём. — тэ натягивает улыбку. — да? — он поворачивается к чону лицом. — конечно. мы представители государства. оставшаяся трапеза проходит в тишине.

***

день бала наступает быстро. тэхён надевает бальный костюм, смотря, как чонгука подготавливают к мероприятию — надушивают, припудривают, причёсывают. чон, заметя это, одаряет тэ лёгкой полуулыбкой. на мероприятие пришло много знакомых и нет людей. здесь были и правители соседних империй, и бояре их государства со своими жёнами и сыновьями. тэхён на их фоне смотрелся нищебродско, не смотря на свой статус — его костюм, к сожалению, не был украшен золотом со всех сторон. сначала шёл бал, после которого должен состояться банкет. тэ не планировал напиваться, но отказаться от пунша было некультурно, поэтому он осушивает парочку бокальчиков. он старается держать лицо, но под конец бала это становится сложно. у чонгука же получается отменно — он с отвращением смотрит на омег, которые пытались соблазнить его, облизывая губы по контуру. таким же взглядом он смотрит на альф, которые подходили к тэ и предлагали танец. тот улыбался и показывал безымянный палец, на котором красовалось серебряное колечко. настрой альф пропадал тут же. тэхён стоял почти в центре зала и аккуратно двигался в такт музыке, лишь один раз взглянув на мужа, который упорно сверлил одного альфу глазами. сан минхо был его соперником с самого детства — он попросту всегда был лучше. ему ничего не стоило захомутать самого классного омегу вечера и увести целовать в туалет. как считали все, чонгук в том числе — самый классный омега сегодняшнего вечера — ким тэхён. чон прослеживает взглядом, как сан сначала взглянул на него, потом на тэхёна и двинулся вперёд, по направлению к киму. чонгук залпом выпивает двести грамм коньяка, едва заметно напрягаясь. всё как всегда — альфа подходит, улыбается, тэхён выставляет «документы», но дальше ничего не происходит по плану — минхо перехватывает руку и шепчет губами: «мне всё равно». на лице тэхёна смятение в чистом его виде и последнее, что он делает, прежде, чем вырваться из рук альфы — оглядывается на чонгука. тот просверлил дырку в паре, пока наблюдал драму. заметив взгляд тэ, он без слов подходит к ним, перехватывает кима и уводит на другой конец зала. омега не вырывается — послушно двигается за ним. остановившись, чонгук смотрит на него, продолжая держать за руку. — спасибо. — еле слышно произносит тэ, не осмелясь посмотреть на супруга. через несколько секунд начинается бальная мелодия и люди разделяются на пары. — потанцуем? — чонгук ухмыляется. тэ несколько секунд смотрит на него, прежде чем кивает головой. в ту же секунду тэ чувствует руки супруга на своей талии, пока сам устраивает свои на чужих плечах. ким переводит взгляд на лицо мужа и застывает, уже на автомате двигая телом. именно сейчас он понимает, насколько же красив его супруг, на губах которого лёгкая, пьяная полуулыбка. его глаза, нос, всё это — просто прекрасно. может, так сказывается действие алкоголя, а может…нет? что если он всё это время был влюблён в чонгука, отвергая свои чувства? сейчас, когда они так близко — это неважно. сейчас, когда их запахи перемешиваются и тела соприкасаются друг с другом — это неважно. да, они оба пьяны, но может, это и к лучшему? чонгук, незаметно для тэхёна, приближает своё лицо немного ближе, оставляя между ними ничтожные несколько сантиметров. тэ выдыхает и смотрит на чужие губы, которые совсем немного приоткрыты и блестят, в свете свечей. в какой-то момент, они одновременно двигают лицами на встречу и соприкасаются губами в поцелуе. это странно, но так…приятно? тэхёну это определённо нравится, поэтому он перемещает свою руку на его шею, второй проезжаясь по волосам, впутывая её. чонгук поглаживает его талию, притягивая максимально близко. они целуются, с языком, впитывая каждую секунду такого момента. тэ отстраняется, говоря: — в спальню. чётко и ясно.

***

они поднимаются на второй этаж, держась за руки и идя максимально близко и быстро. ворвавшись в покои — закрывают за собой дверь. чонгук быстро смотрит на тэхёна, прежде чем целует, подхватывает его и несёт на кровать. оказавшись на ней, чонгук впивается губами в чужие губы и тихо стонет в поцелуй. то, что сейчас происходит — не требует объяснений. назвать это одним сплошным действием нельзя — эмоции и чувства, подогретые алкоголем, пылали в телах парней, заставляя с головой отдаваться процессу. они быстро освобождаются от одежды, представая перед друг другом полностью обнажёнными. тэ тянется за поцелуем, но вместо этого чувствует руки партнёра там, где им по идее и место — чонгук медленно поглаживает плоть, выцеловывая шею, что приводит тэ к экстазионными ощущениям. происходящие для обоих в новинку, поэтому оба действуют осторожно, боясь спугнуть. это могло произойти ещё во время течки, но стойкость чонгука делала своё. любому терпению приходит конец — у чонгука этим концом стал алкоголь и размякший в его руках тэхён, который сейчас прижимался бёдрами к его паху, выгибаясь всем телом. пьяному омеге хотелось большего, а чонгук медлил. чон коленом раздвинул половинки и вставил один палец, прощупывая почву. тэ изогнулся, когда подушечка попала по простате и начал хныкать, прося о большем. альфа бесцеремонно ввёл ещё два и согнул внутри. сладкий стон вырвался с губ омеги и он посмотрел на него — чёлка упала на глаза, а губы блестели в темноте, что возбуждало тэхёна ещё больше. чон трахал пальцами, собирая стоны пары губами. он позволял киму оглаживать пальцами рельеф тела и запускать руки в волосы. когда с растяжкой было покончено — он посмотрел на разгорячённого тэ и поцеловал в приоткрытые губы, подминая омегу под себя. он в последний раз чмокнул его в губы и пристроился позади супруга, в очередной раз убеждаясь — тэ очень красив и сексуален во всех смыслах. толкнувшись только головкой — он посмотрел на тэхёна — у того губы открылись в немом стоне, а руки сжимали белоснежные простыни. он продолжал фикции — войдя до середины начал двигаться, вырывая стоны из мужа и переставая сдерживать собственные. в тэ оказалось горячо и мокро, что заводило чонгука ещё больше. когда омега начал сам насаживаться на член — чонгук начал задавать темп, переходя от медленного и нежного до грубого и быстрого, и обратно. тэ обессиленно метался головой на кровати, получая новые и доселе неизвестные чувства и эмоции, срывающие крышу. чонгук продолжал двигаться, пока не понял, что разрядка близко — он сделал последние несколько толчков, прежде чем излился в омегу. тот последовал его примеру и изогнулся в оргазмической конвульсии, пачкая свой живот и бёдра. эта картина привела чона в своеобразный эстетический оргазм, который разливался в груди приятным мёдом. он обессиленно упал рядом с кимом, продолжая восстанавливать сбившееся дыхание. последнее, что младший сделал перед тем, как провалиться в сон — обтёр почти спящего тэхёна и лёг рядом. тэ забросил на него ноги, пока чон устраивал свои руки на его талии. сон пришёл незамедлительно и парни уснули, оставаясь в объятьях друг друга.

***

тэ открывает глаза, когда прохладный воздух полностью наполнил всю комнату. свежесть немного бодрит после долгого сна под тёплым одеялом и приводит в чувства. повернув голову — он видит чонгука, который мирно сопит. события прошлой ночи врываются в голову почти сразу, как только тэ спрашивает у себя: «что вчера было?». его немного мутит от количества выпитого алкоголя, но его мозг не находит выхода лучше, чем одеться и аккуратно уйти, при этом не разбудив чонгука. когда спальня с мужем оказывается позади, он бредёт на кухню, чтобы выпить немного воды. зайдя в комнату, он видит там маму чона, которая что-то кашеварит около плиты. заметя движение, она поворачивает голову и так же быстро разворачивает. тэ замечает раздражение. — доброе утро, — он привлекает внимание, которое остаётся незамеченным. — почему ты сбежал с каким-то альфой в вашу с чонгуком спальню, пока твой муж принимал гостей?! — она разворачивается всем корпусом, утыкаясь взглядом в него. — что? — ким поперхнулся. — мы уединились с чонгуком, а не с каким-то альфой. брови матери летят вверх и опускаются, пока она несколько секунд сверлит его уже более мягким взглядом. — а кто тогда принимал гостей? — я, — мистер чон входит на кухню, здороваясь с тэ. — ты должен мне тэ, я спас твою задницу и задницу твоего мужа. — что я должен сделать? — он отпивает глоток. — поедем на охоту. ким несколько секунд тупит взглядом в стол, после чего выдаёт: — хорошо.

***

охота для аристократии была чем-то подобия хобби, которое приносило мало пользы. мужчины с ружьями убивали ни в чём не виноватых животных, пока женщины наблюдали за этим издалека. охота так же служила хорошей разрядкой, а ещё была неплохим способом улучшения отношений между коллегами или другими людьми. для тэхёна это было прекрасным способом избегания разговора с чонгуком, которого, казалось, не миновать. супруг знал, что тот всё равно захочет поговорить о произошедшем.

***

чонгук проснулся от того, что кто-то собирался в холле и громко говорил. в одном из мужских голосов он узнал отца, в другом — тэхёна. какое-то время он сидит и пытается прийти в себя — пьянки редко заканчивались хорошо, особенно для него. картинки обнажённого тэ мелькают перед глазами калейдоскопом, что немного пугает. чонгук понимал, что об этом нужно поговорить, но точно не сейчас, когда похмелье било по мозгам и оседало на языке. пройдя на кухню — видит мать, которая заваривает себе чай с травами. — доброе утро, мам. — с вами только доброе и бывает. что у вас было с тэ? — м, секс? люди вроде называют это так. и тебе не всё ли равно, мам? — он залпом осушает кружку с отваром. — не хочу лезть в ваши мутки, но к тэ приходил альфа недавно…письма приносил, — она поджимает губы. — просто письма? — тэ потом закрылся в спальне и не выходил до вечера. чон прикусывает губу. — ты запомнила, как он выглядит? — широкие плечи, пухлые губы…вроде всё. чонгук промолчал. ему нужно прийти в себя, а потом уже разбираться с делами, которые остались. сейчас он допьёт вторую кружку отвара от похмелья и закроется у себя в кабинете — работу в государстве не отменяли.

***

он работал до обеда, разбираясь с важными делами, а дело с тэ он не трогал до самого вечера, пока тот не пришёл домой. повернувшись на звук открывающийся двери, он смог лицезреть немного уставшего тэхёна, который упал на кровать прямо в чём был. — как охота? — он поправил волосы. — мне не понравилось, — бурчит тэ, лёжа на спине. — у тебя, как работа? — он поднимается, усаживаясь на перинах. — доделываю маленькие дела, перехожу к большим. тэ молчит, после чего идёт переодеваться и усаживается на кресло, взяв в руки книгу. следующие несколько часов они не трогают друг друга, иногда переглядываясь. в какой-то момент, тэ не выдерживает очередного долгого взгляда чона и откладывает книгу в сторону. — чонгук, нам нужно поговорить об этом. — о чём? — он откладывает бумаги в сторону. — о вчерашнем, — они сверлят друг друга взглядами, прежде чем тэ встаёт и подходит ближе. — ты хочешь разъяснить ситуацию? ким кивает и усаживается на стул, который стоял около чонгука. — я хочу сказать, чтобы ты…чонгук пойми — мы были пьяны и…я не уверен в своих чувствах… — это из-за того альфы-гонца? — откуда?.. — мама видела вас, — он смотрит на тэхёна. — он лучше трахается, да? — чон! — щёки тэ заполняет румянец и он весь сжимается. — у нас с ним ничего не было. он просто принёс известие о недавнем восстании и всё. и что это за приступ ревности? — я просто спросил, не напрягайся. меня не волнует, с кем ты крутишь романы за моей спиной. — чонгук, послушай, — он берёт его руку в свою. — мне совесть не позволяет изменить тебе. — у тебя она есть? — довольно. — он встаёт со стула и идёт по направлению к двери. — если бы тебя это не волновало, ты бы не спрашивал, верно? — последнее, что говорит он, прежде чем скрывается в дверном проёме, оставляя мужа одного.

***

перепалка не пошла им на пользу, хотя подобное случалось не редко — тэ не успевал себя сдерживать, а чонгук вовремя вставлял колкие фразочки. дело с гонцом чон отложил чуть ли не до ночи, когда тэ уже спал. написав послание в город о том, что ищет альфу-гонца с широкими плечами и пухлыми губами для «личного разговора», лёг спать, устроившись позади тэхёна. тот несколько раз брыкался во сне, но когда чон обнимал его — сопел и успокаивался.

***

утром — намджун собрал всех гонцов города, а найдя нужного, чьё имя ким сокджин, написал правителю, что нашёл. чонгук приехал незамедлительно, ничего не сказав тэ. гонцы не на шутку насторожились, завидя издалека подъезжающего правителя. — господа, кто здесь ким сокджин? намджун подтолкнул одного парня вперёд, пока остальные стояли, потупив голову. — отойдём. — чон подхватил его под руку и отвёл в сторону. мужчины остановились чуть поодаль всех остальных, начав разговор. — господин ким сокджин, у меня к вам дело, которое стоит вам или мне жизни. я предлагаю вам — дуэль, на моего супруга ким тэхёна. — дуэль? — мой супруг не может перестать говорить о вас, а ваши пухлые губы сводят его с ума. я уже несколько месяцев пытаюсь заполучить его доверие и принятие, а вы пришли один раз и уже заполнили все его мысли. — не считаете, что так нужно? — гонец смотрел на него из-под лобья. — я согласен на ваше предложение, но что будет…если я выиграю? — зайдёте на престол, женитесь на моём муже. это слишком малые предложения для вас? — достаточные, — сокджин улыбнулся с загоревшимися глазами. — координаты вышлю в письме. до встречи, ким сокджин. последнее, что слышат парни — цоканье копыт чонгуковской лошади.

***

у тэхёна завал на работе — дел оказалось больше, чем планировалось и иногда приходилось задерживаться в кабинете до ночи, что очень плохо повлияло на его режим сна. чонгука он не видит всю неделю — он пропадает на заднем дворе, подстреливая мишени. киму некогда разбираться с ним, поэтому он не интересуется этим.

***

день дуэли назначен на последний понедельник ноября — дату назначил чонгук и очень был доволен ею. в день — он берёт два револьвера и одного секунданта, направляясь на место встречи — опушка на окраине леса, где часто проводили подобные мероприятия. о своих намерениях он никому не сказал. они подходят бесшумно — всё должно быть максимально скрытно. по приходе — останавливаются напротив сокджина — тот тоже привёл секунданта и добрался пешком. — похвально, что вы привели секунданта, сокджин, — чонгук гаденько улыбается, подготавливая оружие для дуэли. — только для чего он вам, вы же проиграете. — только после вас. чон даёт ему один из револьверов, выставлял на изготовку свой. — решка, — секундант смотрит на пойманную монетку. — ким сокджин стреляет первым. альфа встаёт на изготовку, прицеливаясь в голову — он хочет победить. в нём кипят эмоции, потому что если победит — получит то, о чём он даже не мечтал. победить в дуэли — выиграть оставшуюся жизнь. он нацеливает дуло на переносицу, опуская палец на курок. чонгук смотрит прямо в глаза сопернику — он понимает, что это глупо — стреляться из-за омеги, который воротит от него нос, но странное предчувствие подсказывает, что если они не сделают это сейчас — что-то пойдёт под откос. видимо, поэтому он не имеет право отклониться в сторону. ещё несколько секунд джин прицеливается и… где-то в лесу гаркает птица в тот момент, когда альфа спускает курок. естественно, от громкого звука рука дрогнула и он…промахнулся. пуля улетает куда-то в дерево — пробивая его. — чон чонгук, ваша очередь. альфа кивает и целится. — прощай, гонец. тело замертво падает на промёрзшую землю. чонгук забирает револьвер и удаляется домой.

***

тэхёну душно в собственной комнате — его душит он сам. его поведение утром — подло и ужасно, но вечером всё было ещё хуже — он поцеловал чонгука и отдался ему. лёг под него. точнее — это был согласованный акт, но никто не говорил о чувствах — будто бы, так и нужно — встретились, поцеловались, переспали, на утро сделали вид, что ничего не было. тэхён пытался поговорить с чонгуком, но тот приревновал к человеку, который уже не интересовал его. ким сомневался, что у гонца тоже есть такой пресс и он так же целуется. так же нежно и до одури приятно. картинки с той ночи снятся ему и по сей день, что неприятно било по нервам. признаться? смысл, их отношения — дешёвка, подобие чего-то. так он считал, до того вечера, но страх быть отвергнутым кусался — за кадык. оторвавшись от своих раздумий — он подходит к окну и открывает его, понимая, что это не поможет. присев обратно в кресло, понимает — он в тупике. в тупике чувств, эмоций и действий. он понимает, что если он не сделает первый шаг — он может проебаться. причём конкретно.

***

чонгук возвращается домой сразу же после дуэли и заказывает несколько бутылок вина — обмыть победу, как моральную, так и физическую. бутылки ему приносят прямо в комнату — тэхён не понимает, что происходит, но спрашивать не спешит, оставляя всё на благоразумность супруга, являющегося собственной персоной вслед за привезённым напитком, усаживаясь на кровати. — по какому поводу культурное пьянство? — тэхён переводит на него взгляд. — я праздную свою удачу, — слышится звук открывание бутылки и наливание содержимого в стакан. — за тебя. — оставь тосты при себе. чонгук улыбается. — а может…я хочу тебя споить? — я знаю свою меру, — он поправляет выбившиеся пряди. — в тот вечер ты явно перебрал. муж сверлит его взглядом, складывая руки на груди. — нет. я делал всё осознанно. — учту это. точно не будешь вина? — наливай, что уж там. тэхён садится на кровать, принимая из его рук бокал. красное вино — его любимое, но это не хочется выпить залпом — его хочется смаковать и пробовать несколько раз. тэхён не замечает, как чон подливает ему в бокал ещё чуть-чуть и ещё, пока он не теряет счёт времени, а его сознание немного размякает. — я думаю, мы достаточно пьяны, чтобы поговорить о том вечере, тэ? — он подливает ему несколько глотков в бокал, следя за каждым движением. — думаю, да, — он продолжает смаковать напиток, ощущая языком новые нотки. — ты клёво трахаешься. — спасибо. больше ничего не хочешь мне сказать? — ты в принципе клёвый, — тэ укладывает голову ему на колени, смотря из-под чёлки. — каждое утро — такой горячий, развязный, а когда дело доходит до меня — ты всегда такой нежный, что прямо колешься ею. ты…такой красивый, — он мечтательно прикрывает глаза. — жаль, что ты никогда не узнаешь, что ты мне нравишься, — тэхён зевает и отключается. чонгук дышит через раз, в попытке приструнить сердце. когда сокджин думал о пожизненной победе не учёл, что мысли материальны.

***

тэхён просыпается с приятным ощущением на языке и в теле — вино, которого он немного перепил, дало о себе знать. он немного поворачивает голову и, как ожидалось — натыкается на голову чонгука, который тоже проснулся совсем недавно. — вино было вкусным, да? — сколько мы выпили? — бутылки три-четыре…может мы осилили пять — я не помню. — прекрасно. меня успокаивает то, что от вина моя голова не раскалывается, как от того же шампанского, — он поворачивается к нему лицом. — у тебя, как с этим дела? — так же. тэ? — что? — можно я…поцелую тебя? — чонгук смотрит так…странно-загадочно. он будто знает то, чего лучше не знать — как когда в детстве прикрывал повариху, чтобы отец не узнал, то, что она мутит с одним из слуг. фраза приятно оседает на языке, но тэ не спешит отвечать. — да? — почти шёпотом интересуется он, пододвигая своё лицо ближе. на кончике чонгуковского языка ещё остался привкус вина, а за дверью тихо ликует наблюдавшая за всем происходящим мама чонгука.

***

тэхён узнаёт про убитого альфу-гонца. это происходит случайно — он подслушивает разговор намджуна и супруга, второй из которых благодарил первого за помощь. — теперь, никакие альфы не будут мешать мне. ким не злится за убийство — его поражает легкомыслие чонгука, который так просто может распоряжаться своей жизнью и тэхёновыми нервами — тратя их на безликих альф-гонцов. стоя за дверью, тэ окончательно убедился, что чонгук не безразличен ему. он искривляет губы в усмешке — очевидность.

***

делать первые шаги, для улучшения отношений с собственным мужем очень сложно и абсурдно, но тэхён пробует. сначала — нелепый разговор о том, что тэ хочет прогуляться по саду — в ответ он получает постное ебало чонгука и негромкое «иди». он прикусывает губу и договаривает «с тобой», на что идёт улыбка чона и громкое «хорошо». декабрь начинается с первой прогулки молодожёнов по заснеженному саду. некоторое время они ступают в тишине, пока тэхён не начинает монолог о чём-то своём. чонгук качает головой в нужный момент и смеётся с проскальзывающих шуток. под конец прогулки — первоначальная неловкость пропадает и чон даже крадёт один поцелуй у неприступного мужа, заставляя того покраснеть. домой они возвращаются ближе к обеду. мама смотрит за ними из кухни и загадочно улыбается, отмечая в своём блокноте, что альф-гонцов нужно присылать почаще.

***

второй «первый шаг» тэ делает спустя два дня с первого — зовёт его выпить кофе. чонгук охотно соглашается, не моргнув глазом — тэхён пытается наладить отношения и ему это определённо нравится. после кофе они случайно занимаются сексом и долго обнимаются после. их «чаепитие» было слышно даже на первом этаже, из-за чего слуги начинают питать зависть к тэхёну. мама на это лишь криво улыбается, понимая, что наследник престола появится в ближайшее время.

***

мысленно и не очень, тэ проклинает зимний период в государстве, точнее — нескончаемые жалобы народа о том, что трубы замёрзли, и они не могут получать воду. подобных жалоб за один только месяц пришло, как за год. конь чонгука не успевает отдыхать от вечных поездок в город, чтобы успокоить людей и сказать «мы работаем над этим, не беспокойтесь». люди не слышат — беспокоятся и обеспокоенные пишут письма тэхёну — правитель, что за хуйня, исправьте пожалуйста. под конец декабря у кима назревает желание пойти и собственным дыханием начать греть застывшие железные установки. останавливает его только вовремя подоспевший чонгук, говорящий, что по морозу его не пустит. тэхён говорит ему, что если письма не прекращают приходить с периодичностью в несколько часов, то они вместе пойдут воплощать задуманное в реальность. в тот же день письма прекращают приходить. вечером он видит их пылающими в камине.

***

запланированная течка не приходит три дня. тэхён немного напрягается и собственноручно вызывает лекаря-гинеколога. когда опасения подтверждаются — тэ не находит себе места остаток вечера. чонгук интересуется, что случилось, но в ответ получает только тишину и бегающий по комнате взгляд. он с интересом смотрит на закрытую дверь ванной комнаты, где уединился супруг, нервы которого ходили ходуном. тэхён рад ребёнку, но пугает своя неподготовленность к его появлению. он не знает об уходе за только что родившимися детьми ровным счётом — ничего. о беременности он рассказывает маме чонгука. та улыбается и поздравляет, но заметив испуганный взгляд тэхёна — тушуется. — он не от чонгука? — обеспокоенно спрашивает она. — нет, он от него, просто…миссис чон, я не знаю о детях ничего. я хочу, чтобы ребёнок ни в чём не нуждался, но как это сделать? — он умоляюще смотрит на неё. — расскажите? — это тэхён расскажу тебе я, — он резко поворачивает голову, замечая свою маму. — что именно ты хочешь узнать? — абсолютно всё. чонгук прижимается спиной к стене, пытаясь сообразить, что делать дальше. ребёнок — это ответственность, большая ответственность. может, подслушивать разговор омег — некультурно и невоспитанно, но это грех было не сделать, когда дверь была приоткрыта, а из комнаты послышалась фраза «я беременнен». интерес взял вверх. ещё быстрее чонгук смывается оттуда, когда слышит, как омеги засобирались уходить.

***

тэхён выходит из ванной, расслабленный и умиротворённый. тёплая вода сделала своё. на кровати лежит распластавшийся чонгук и между строк читает какой-то роман. тэхён несколько секунд крутится у зеркала обводя живот рукой — того ещё почти нет, поэтому можно сказать, что тэ просто плотно поел. он еле заметно улыбается — осознание, что он вынашивает малыша — делает из него несказанно счастливого человека. ким перестаёт себя рассматривать и направляется к кровати. чонгук замечает его и несколько секунд смотрит, как омега пытается забраться к нему в объятья, на что он улыбается и расставляет руки по шире. тэхён по собственнически устраивается на груди мужа и смотрит в глаза. — мне нужно кое-что тебе сказать, — почти шепчет омега, продолжая рассматривать его лицо. — что? — альфа убирает книгу и перемещает руки на талию и бёдра тэ. — что-то серьёзное? — очень. я беременнен. чонгук изображает неописуемый восторг, подделывая счастливую улыбку, что не укрывается от глаз кима, который на это сводит брови на переносице. — ты не рад? — он дует губы. — я знал, тэ, — он целует в надутые губы, поглаживая талию. — я подслушал ваш разговор с мамами, прости. — не извиняйся, всё нормально. я люблю тебя, — выдаёт он и ждёт реакцию чонгука. тот улыбается и увлекает его в новый поцелуй.

***

наследник рождается здоровым. когда тэ начинает заботиться о малыше, то понимает, что советы мамы не пролетели мимо ушей, и у него даже получается. несомненно — сначала ему сложно, но потом всё устаканивается, в чём ему любезно и с большим запалом, чем он сам, помогает чонгук. альфа рад быть отцом не меньше тэ, поэтому находить его заснувшим рядом с малышом — стало обыденностью. в такие моменты, тэхён понимает, что ребёнок — не просто связывающее омеги и альфы — это что-то большее. это что-то непостижимое, неописуемое. любовь, которую они дарят малышу — искренняя и кристально чистая. ещё он осознаёт, что этого всего могло и не быть, если бы не упорность чонгука и сломавшаяся в какой-то момент упёртость тэхёна. он осознаёт, что неизбежное, теперь такое трепетно любящее и счастливое. он понимает, что брак по расчёту — это не всегда что-то ужасное. он рад, что родился в семье, где семейные ценности выше прихотей.