Заново?

Жохань подошёл к краю кровати и стал нетерпеливо скидывать с себя одежду. Я весь напрягся. Он хочет сейчас? Без разговора и хоть каких-то объяснений? Жохань потянулся ко мне, а я непроизвольно дёрнулся, после чего сразу встретился с его взглядом. Против опасений, он не был недовольным. Жохань внимательно меня рассматривал, на нём остались только нижние одежды. Жохань вновь протянул ко мне свою руку, но на этот раз не резко. Он сам выглядел немного растерянным, так что я осмелился вложить в его ладонь свою. Он помог мне встать, но сразу после ослабил узел на ленте. Я не успел дёрнуться, уже был скован объятиями. Как давно Жохань не утыкался мне в шею. А с какой силой его руки сжимают меня. В нос проникал неприятный запах гари, но в тоже время я не мог перестать вдыхать его. Он исходил от Жоханя, от его одежды, волос, кожи, от всего, к чему он прикасался. Наверняка, и я тоже пропитаюсь этим запахом. И даже во снах я буду преследуем этим запахом. Но ведь тогда и Жохань будет в моих снах. И только от того, что произойдёт сейчас будет зависеть превратятся эти сны в кошмары или в сладкие наваждения. Жохань развязал пояс моих одежд, но в его действиях не было резкости. Это резко контрастировало с его острым взглядом и сбивчивым дыханием. Я не сопротивлялся. Боюсь, если воспротивлюсь, поведение Жоханя вновь изменится. Удивительно быстро он снял с меня всю одежду. Но против ожиданий, он их не выбросил на пол, а аккуратно сложил и положил рядом. Я был в изумлении и не знал как реагировать и что чувствовать. С одной стороны я полностью обнажён и напуган, а с другой, моё тело начинает пылать от смущения и щемящего чувства какой-то неправильной радости. Но я не успел что-либо придумать, как вновь был прижат к постели. Жохань взял мою лодыжку и потянул вверх, прослеживая взглядом каждую линию движения ноги. Так она оказалась у него на плече. Сердце бешено колотилось в груди, а пальцы дрожали. Но я лишь сжимал простыни, удерживая ровное дыхание. Скажи хоть что-нибудь! - Узнаёшь? - Жохань достал откуда-то маленькую белую баночку. Я не мог не узнать её, так как все в моём клане используют подобные для хранения мазей. Только вот, откуда такая у Жоханя? Он успел достать из одежды, пока раздевал меня? - Когда ты мне её отдал, в ней была мазь, а теперь, - Жохань откупорил баночку, а я смутно припомнил, как поделился лекарством. - Особое твёрдое масло, - он зачерпнул пальцами немного содержимого. - Которое от тепла тела тает, - взгляд Жоханя был таким пристальным, что я невольно сжался, чувствуя, как стыд приливает к лицу. Я прекрасно понял к чему ведёт Жохань. Смущение накрыло с головой. Сразу всплыли воспоминания того, как холодные капли растекались по бёдрам. Но с таким маслам всё будет по-другому. Жохань смотрел на меня неотрывно. Я не мог понять его взгляда: он то горел жаждой, то концентрировался нежностью. Жохань рассматривал всего меня. Я не знал, как реагировать, но что-то внутри словно кричало, чтобы я первый заговорил, первый расслабился, первый позволил! Но прежде, чем я отважился, Жохань резко ввёл сразу два пальца. Вернее, попробовал, и так и держит напор. Это было неожиданно, но я должен поддаться, расслабиться и впустить. Ощущения и близко не были болезненными. Они больше походили на щипучее нетерпение. Насколько же я испорченный. - А-Жэнь, - от его голоса меня словно током пробило. Почему? Почему сейчас, а не тогда! - Кто-нибудь ещё трогал это местечко? - я не сразу понял вопрос, но с осознанием меня накрыл гнев. - Нет! - мне было обидно, что он мог подумать о таком! Как-будто я мог опуститься до подобного! - А сам игрался с собой? Просто тут всё так хорошо поддаётся, - и вновь для осмысления слов понадобилось время. Теперь же я краснел от смущения. Действительно, пускай я и сжимаюсь, но пальцы Жоханя двигаются почти свободно. - Кроме тебя, сумасшедшего, там никто не трогал! - я отвернулся, так как нутром почувствовал, как Жохань заулыбался. Если сейчас увижу его улыбку, утону в ней. По телу вновь побежал жар, когда Жохань добавил третий палец. Тот самый жар, стекающий вниз, сжимающий органы, доводящий до иссушения. И вместе с жаром пришло осознание - я словно оживаю. Вся та радость, весь тот трепет, что рождались в моей жизни не могут сравниться лишь с мыслью о том, что скоро меня захватит этот жар. Я правда ужасен! Я не знаю, что произошло с Жоханем, не знаю, что случилось в ордене, не знаю, что будет дальше, но готов отбросить всё, ради ночи удовольствия. Я зажмурился и сжал простыни. Спроси! Спроси о случившемся! Но тогда Жохань остановиться! Что же делать? Внутри стало пусто, и от неожиданности я распахнул глаза. В руках Жоханя вновь была белая баночка. Он собрал масла и стал растирать его по ладоням. Так много... Зачем на всю ладонь? Он же не собирается её внутрь... Замершее было сердце быстро успокоилось. Обеими руками Жохань сжал свой член... - Ты же его не видел в прошлый раз, верно? - бросив на меня пристальный взгляд, низко сказал Жохань. А я даже уличённый за подглядыванием, не мог отвести взгляда. Вот это было во мне? Такой большой, с тёмной головкой и выступающими венками. А от масла он весь блестит. Что-то порочное в моём сердце медовым шёпотом уговаривало развести ноги шире и позвать Жоханя. Шёпот желания становился всё отчётливей и напористей, мысли путались. Казалось, что вокруг всё покрывалось туманом. Взгляд терялся, но я продолжал смотреть на Жоханя и ждать. А Жохань словно хищник навис надо мной. Его тело было напряжено, готовое в любой момент броситься. Нужно замереть и не делать резких движений. Позволить Жоханю творить всё, что вздумается. И он входил. Не медленно, но и не быстро. А я не мог понять, что с моим телом. Я чувствовал напряжение, но в тоже время сам себе казался расслабленным. И лишь внизу отчётливо ощущал распирающее удовольствие. Прячась от собственного смущения, я отвернулся. На тумбе, рядом с кроватью стояла миска с благовониями. Как давно они горят, и почему я не чувствую их запаха? Они же могут быть дурманящими? Но мысль тут же оборвалась из-за резкого толчка. Внутри стало тесно, а воздух застыл в лёгких. Жохань двигался быстро, обжигая всё внутри своим жаром. Я почувствовал скатившиеся слёзы, а тело всё трясло мелкой дрожью. Жохань не сдерживал себя. Я мог только хвататься за простыни и стонать. Было так горячо от его прикосновений к бёдрам. Верно, его бёдра с животом тоже горят желанием. Влажная кожа прилипает, а волоски щекотят. Органы словно сводит, а дыхание перехватывает. Как же хорошо! Хочется кричать, но воздуха мало. Хочется обнять, но пальцы свело, а руки запутались в простынях. Хочется смотреть, но в глазах всё расплывается. Тело дрожало от наслаждения, вся кожа покрылась мурашками. Темно, всё расплывается, всё горит. Внутри словно лава разливается, а в сердце разгорается огонь. Не помню, как я оказался сидящем на Жохане. Как запускал пальцы в его волосы. Но отчётливо помню, что он замедлился, а я кончил лишь от нескольких таких толчков. - Верно, тебе же нравится медленно, - хрипло протянул Жохань. Я взглянул в его глаза. В те самые глаза, сияющие озорством и хитростью, но в тоже время не отталкивающие, а манящие. Я слишком заворожён этими глазами. Внутри стало пусто, и только сейчас я почувствовал, что там что-то есть. Мокро и липко. - Пойдём, - меня подхватили на руки. В голове было столько мыслей. Куда? Зачем? Что случилось? Как Жохань себя чувствует? Но сил не было даже держать голову. Было страшно, ведь Жохань действительно несёт меня в таком виде куда-то. Но быстро я успокоился. Это была большая ванная комната. А в её центре был бассейн, заполненный водой. Именно в него и спустился Жохань. Вода была непривычно тёплой, но я сразу успокоился в ней. Стоять было не очень удобно, ощущения внутри всё ещё словно просили вновь заполнить пустоту. Воздух в комнате был влажный и прохладный. Я набрал в ладони воды и умылся. В голове всё еще туман. Но стоило ему проясниться, как я почувствовал притаившееся желание. Я понял, что Жохань всё ещё нависает позади, и что он прожигает меня взглядом. Как только я это заметил, сразу был схвачен и прижат к краю бассейна. Верно, как я мог подумать, что этого было достаточно. - Не в воде? - я мог только надеяться, что Жохань так не поступит. Но он улыбнулся и развернул меня к себе спиной, прижимая к борту. - Прими меня, не сжимаясь, - толчок был резкий, но слишком сильно ощущалась вода. Она была внутри и снаружи, а глубокие толчки создавали такие приятные волны. Я не сдержался и застонал, но сразу зажался. Вокруг камень, собственные стоны били по ушам. Я старался их закрыть, но это не помогало. И сдерживать стоны сил не было. Чем сильней сопротивляюсь, тем сильней ощущения внутри. Это словно замкнутый круг, стыд и наслаждение доводят до слёз. Горячая ладонь легла на рот. Жохань зажал его, прижавшись плотнее. Она была настолько горячей, что обжигала, но стоны стихли. Остались лишь плеск воды и шлепки плоти о плоть. Это так же сильно сводило с ума, до тягучей боли в животе, до судорожной дрожи в ногах, до жаркого оргазма. Я вновь затерялся в ощущениях, и лишь шёпот "А-Хань, А-Хань". Когда мы вновь оказались в постели, я не чувствовал попы, она вся горела, её кололо. Но Жохань не останавливался, хоть и лежал подо мной. Я сжимал его руки, царапал, хотел слезть с члена, но ноги подгибались. В такие моменты Жохань останавливался, а я сам съезжал к самому основанию. Я горел изнутри. Было слишком тяжело, но рот словно склеился, я не мог вымолвить ни одной просьбы остановиться. Мне было слишком хорошо. Сколько времени длилась наша ночь, не знаю. Но обессиленно хватаясь за влажные плечи Жоханя, видел как вся комната залилась янтарным светом. Рассвет неминуемо поглотил комнату, а я так и не успел толком ничего сказать. Сознание уплывало, ощущения почти стёрлись, но я ни о чём не жалел. Я знал, что наступил новый день, и мы обязательно поговорим. А я наконец сделаю то, что так долго откладывал.