Рокурокуби

— Так и будешь молчать? — голос Чонгука остаётся всё таким же бесстрастным, однако вампир, продолжающий тупо пялиться, уже начинает его раздражать. Тэхён будто бы выходит из оцепенения, когда ощущает, как хватка на его теле усиливается в несколько раз, и крепкая шея больно сдавливает его внутренности. Его мгновенно накрывает паника, что не укрывается от внимательного чонового взгляда. — Покричи хотя бы, — парень всё же не сдерживает ухмылки, — тебе ведь страшно, верно? Одно моё движение, и от тебя останутся одни ошмётки. Как и от других монстров. — Нет, я не… я не боюсь, — Тэхён закашливается, чувствуя, как лёгкие начинают гореть от недостатка воздуха. — Я не смогу поговорить с тобой, если ты не ослабишь свою хватку. Я смогу только задохнуться. Лицо рокурокуби принимает достаточно растерянный вид, и Ким, возможно, умилился бы этому, если бы мог сделать нормальный вдох. — Разве… вампиры дышат? Теперь теряется Тэхён. А разве… он не должен дышать? — Вы ведь мёртвые? Зачем вам дышать… У Кима нервно дёргается глаз. Он знает, что лет триста назад люди и правда верили во всякие тупые мифы про вампиров и даже снимали фильмы с соответствующей тематикой. Тэхён как-то решил посмотреть один на досуге. Пожалел ли он? Определённо да. В отличие от своего старшего брата (Сокджин угорал буквально со всего), ему было совсем не смешно. Вампиров выставляли странными, зачастую фриковатыми и вообще мёртвыми. Это что ещё за приколы, господа людишки? — Ага. А ещё я сгораю на солнце, боюсь чеснока, и моё сердце не бьётся с самого рождения, — очередь Тэхёна раздражаться. Он не думал, что в мире остался кто-то, кто всё ещё верит в подобную чепуху. — Но… — Чонгук заметно тушуется и опускает взгляд куда-то вниз. Ким на автомате отмечает, что парень теперь выглядит куда менее угрожающее и куда более… мило? Именно так. — В фильме вы… вы же… Вампир разочарованно стонет и закатывает глаза. Кажется, его страх ушёл окончательно. Ну как этого большого ребёнка можно бояться, а? — Только не говори мне, что ты смотрел «Сумерки» или какой-то подобный бред? — Это не бред! — скорее, на эмоциях Чон сильнее сжимает Тэхёна шеей, из-за чего тот болезненно стонет. — Ты вообще не в том положении, чтобы возмущаться, если ты этого ещё не понял! — А что ты мне сделаешь? — Ким окидывает Чона наглым взглядом (что было довольно непросто и даже опасно — он едва может сделать вдох). Глаза парня заметно наливаются красным, не предвещая ничего хорошего, однако Тэхён, лишь подливая масла в огонь, ухмыляется. У него есть один козырь в рукаве (под ключицей) и если Чонгук не убьёт его прямо сейчас, то он сможет воспользоваться им.  — Сверну тебе шею? Разорву тебя на части? Выпью всю твою кровь до последней капли? — лицо Чона начинает трансформироваться в пугающую гримасу. Глаза выходят из орбит, зубы опасно заостряются, а уголки губ тянутся почти до лба. Будем честными — выглядит так себе, но Ким никак не реагирует на это. — В любом случае я убью тебя. Ты видел слишком много. — Не убьёшь. Тэхён чувствует, как парень вздрагивает, явно не понимая, с чего это вампир так осмелел. — Так самоуверенно? — Чонгук проводит языком по своим заострённым зубам и намеренно сдавливает чужие рёбра сильнее. Ким закашливается, чувствуя во рту привкус собственной крови. А вот это уже хреново. — С чего бы, м? — парень замечает, как тонкая чёрная струйка течёт из чужого рта. Придвигая лицо ближе, он слизывает её самым кончиком языка. Вкус вампирской крови странный, но всё-таки довольно приятный. Привлекательный. — Меня зовут Ким Тэхён, — выдавливает из себя вампир и, поймав недоумённый взгляд, скалится. — А теперь посмотри на свою ключицу, придурок. Чонгук сверлит его нечитаемым взглядом, пока его тело подходит к ним ближе. Рука оттягивает ворот худи, и Чон буквально задерживает дыхание. Его лицо принимает нормальный вид, и теперь Ким может увидеть на нём растерянность, смешанную с озадаченностью и сожалением (?). — Я твой соулмейт, понимаешь? Ты не можешь убить меня хотя бы потому, что потом сам будешь страдать из-за этого! У нас должно быть долго и счастливо, любовь до гроба и прочая фигня, а если ты убьёшь меня, то… — Чёрт, — чонова шея наконец-то расслабляется и выпускает чужое тело. Тэхён просто падает на асфальт и начинает остервенело вдыхать такой нужный сейчас кислород. Регенерация не очень приятно жжёт всё внутри (похоже, Чонгук сломал ему пару рёбер), но это не так значимо сейчас. Чонгук смотрит на Кима буквально секунду и тут же бросается куда-то за поворот, пытаясь скрыться. Вампир сразу же реагирует на это, потому с тихим стоном он поднимается с колен и бежит за парнем. Тот, кажется, из-за длинной шеи (не такой, как минутой ранее, но всё же) не может быстро передвигаться, так что Тэхён вскоре нагоняет его и хватает поперёк туловища, из-за чего они оба теряют равновесие и валятся на асфальт. Теперь Ким прижимает чужое тело животом к земле. Правда вот в наглые глаза посмотреть не может, так как голова всё ещё возвышается над ними обоими. — Какого хрена ты делаешь? — шипит Чон, и его шея странно выгибается назад, чтобы тут же склониться к вампиру. — Это я у тебя должен спрашивать! Сначала чуть не убил меня, а когда узнал, кто я, решил сбежать? — Прости, — Чонгук собирается отстраниться, но Ким не позволяет. Он хватает чужое лицо за щёки, чтобы парень и не думал вновь убежать (пусть даже частично). — Давай забудем? Тэхён давится воздухом, но ответить не успевает. — Я имею в виду… давай забудем про соулмейтство? Мне правда жаль, что твой соулмейт — это я. А за ущерб я заплачу, я… Чонгук замолкает и опускает глаза вниз, на своё тело. Задумывался ли он когда-нибудь о том, что где-то на Земле живёт его соулмейт? Тот, кто предназначен ему самой природой? Тот, кто должен стать ему опорой и поддержкой? Конечно, задумывался. В особенно холодные вечера Чон частенько представлял своего соулмейта. Парень будто бы видел чей-то размытый образ, но не мог ничего о нём рассказать. Пол, вид или же возраст — ничего. Но Чонгук знал точно, что его предназначенный нормальный. Точно не такой, как сам Чон. Неправильный, странный и никому ненужный. Чонгук не хотел встречать соулмейта, так как знал, что станет лишь разочарованием и грузом на чужих плечах. И сейчас, когда он понимает, кто его предназначенный, на него накатывает волна сожаления. С таким монстром, как Ким Тэхён, должен быть кто-то достойный, а не какой-то странный недочеловек, как Чон Чонгук. — Что ты несёшь? — Тэхён тянет чужое лицо ближе к себе, буквально сталкиваясь с Чоном носами. — Ты предлагаешь мне просто так взять и отказаться от своего соулмейта? От тебя? Чонгук не может и слова вымолвить, потому очень слабо кивает головой. Вообще-то Тэхён никогда не пытался найти своего соулмейта, зная, что встреча с ним всё равно произойдёт рано или поздно. По-другому не бывает. Он просто ждал и жил в своё удовольствие, иногда лелея в себе какие-то тёплые мысли о том, как пройдёт их первая встреча. И сейчас, когда его соулмейт пытается слиться, Ким понимает, что не может допустить этого. Нет, это не любовь с первого взгляда, и нет, это не из-за давно принятых установок, гласящих, что предназначенные должны быть вместе. Однако что-то внутри давит и кричит о том, что отпустить Чона — означает потерять его навсегда. — Я… — Чонгук выдыхает и заглядывает в чужие глаза. По телу словно проходит электрический заряд. — Так будет правильно? Зачем тебе, чистокровному вампиру, нужен такой странный придурок, как я. — Вот именно, что ты придурок, — Тэхён цокает и начинает тискать чужие щёки, вызывая на чоновом лице неподдельные эмоции. Смущается? Мило. А ещё очень мягко. — Ты не странный, а необычный. Сечёшь разницу? Чонгук забавно хмурит брови, что прекрасно демонстрирует его ответ. — Я… убийца? — делает очередную попытку. Провальную, кстати. — Не знаю всех подробностей, но могу предположить, что те монстры заслужили своей смерти, — Тэхён слишком спокойно пожимает плечами. Это поражает. — Я… — Так прекращай, — вампир хлопает по мягким щекам и встаёт с чужого тела. Он подаёт руку, чтобы Чон смог подняться, но тот игнорирует жест и поднимается сам. — Как знаешь. Повисает тишина. Парни молча рассматривают друг друга в лунном свете, пока Тэхён вновь не подаёт голос: — Мы не договорили с тобой, но уже слишком поздно. Встретимся завтра, после пар, и всё обсудим. — Я не… — Разве я что-то непонятно сказал? — …хорошо, — Чонгук выдыхает и поднимает голову чуть выше. Будто бы это поможет преодолеть неловкость. Парень уходит, а Тэхён внимательно следит за удаляющейся фигурой. Он не собирается отпускать Чона просто так. Пусть они сегодня впервые нормально поговорили, но Ким уже точно знает, что не откажется от своего соулмейта. Очевидно, будет сложно, ведь Чонгук — это что-то очень необычное и непонятное, хранящее свои многочисленные тайны и особенности где-то глубоко внутри себя. А ещё, кажется, у парня комплексов вагон и маленькая тележка, но это не так и страшно. Тэхён разберётся с этим. Обязательно.