Визирь

      Камера, в которую посадили Сильвериона была не слишком большой, но и не маленькой: олень мог сделать пять шагов вдоль и четыре шага - поперёк комнаты, освещаемой ровным белым светом, льющимся с потолка совершенно равномерно. Из мебели же здесь были кресло, кушетка и столик, а в небольшом закутке, который не просматривался от входа, стоял унитаз и в маленькой раковине журчала вода. Чистый и тёплый воздух, отсутствие посторонних звуков (кроме журчания воды, к которому легко было привыкнуть) делали пребывание здесь... приемлемым.       К тому моменту, когда входная дверь распахнулась и на пороге появился тёмно-серый единорог, обладатель ветвистых рогов уже успел успокоиться, разозлиться и снова успокоиться, чтобы обдумать сложившуюся ситуацию. Теперь же, после подавления бури эмоций, его морда выражала лишь сосредоточенность и лёгкое дружелюбие, как и положено принцу, а также наследнику Великого Князя.       - Сильверион, я крайне сожалею о случившемся, - эмоционально всплеснув руками и изобразив на морде возмущение, заявил вошедший в камеру Джафар. - Надеюсь, что это... досадное недоразумение, не скажется на наших взаимоотношениях?       - Недоразумение? - удивлённо изогнул брови заключённый, ощущая как в его груди вновь вспыхивает злость, но всё же плавно поднимаясь на ноги, чтобы встретить своего посетителя достойно. - Сомбра, я считал тебя жеребцом чести... а вы называете случившееся "досадным недоразумением"...       - А разве случившееся - не результат нелепой случайности? - изумился визирь, слегка подаваясь вперёд и нахмуриваясь. - Или же вы... принц... осознанно не пришли на оговорённое место, из-за чего моя сестра едва не была изнасилована?       Для того, чтобы вызвать в себе нужные эмоции, Лорд-Хранитель представил возможную картину, если бы он не вмешался в том переулке (пусть ситуация и была подстроена им же - это не отменяло злости на невольного исполнителя). Оставалось спроецировать чувства на оленя, просто представив его в роли спасителя, в которого принцесса могла влюбиться.       - Я пришёл туда... - резкая смена настроения от заискивающего дружелюбия к едва сдерживаемой ярости, готовой вырваться на свободу и погрести под собой незадачливую жертву, ошеломила Сильвериона настолько, что он неосознанно отступил на шаг, на какие-то мгновения даже усомнившись в том, что подстава на самом деле была. - Я пришёл на указанное в записке место и действительно наткнулся на попытку изнасилования...       - Которая оказалась семейной разборкой между кристальными пони, - хмуро перебил оленя Сомбра. - Принц, может быть у меня неразборчивый почерк, или в темноте не было видно названий улиц и номеров зданий?       - Не считай меня идиотом, Сомбра, - взяв себя в руки, вскинул голову наследник Великого Князя. - Я пришёл именно туда, куда было указано в записке.       - В таком случае, я вынужден принести свои извинения... если ситуация действительно такова, - постепенно "затухая" произнёс тёмно-серый единорог. - Могу я взглянуть на записку, чтобы убедиться?..       Сильверион моргнул, хлопнул себя по бокам ладонями, а затем вспомнил о том, что прочитав текст с бумажки, просто выкинул её в одну из ваз, о чём и сообщил собеседнику. Под взглядом рубиновых глаз, которые за краткий миг выразили столь огромный скепсис, что будь он водой - хватило бы заполнить небольшое море, оленю стало крайне неуютно. Впрочем, моргнув и отведя свой взор в сторону, Лорд-Хранитель вернулся к отстранено-вежливому тону:       - Я бы предложил забыть о данном досадном происшествии, но... нападение на жителя Кристальной Империи видели несколько горожан, - визирь заложил руки за спину и отвернулся к стене. - Стража не успела пресечь распространение слухов, так что рассказ об оленях, бандитствующих в городе, скоро станет всеобщим достоянием. Я уже начал распускать слухи о пьяной драке двух единорогов, да и другие сплетни начал раздувать, но...       - Что всё это значит? - поторопил собеседника обладатель ветвистых рогов, ощущая новую вспышку злости.       - Буду честен и краток: сейчас принцесса не в том состоянии, чтобы говорить о свадьбе, да и когда до неё дойдут слухи... - повернувшись к собеседнику, Сомбра впился немигающим взглядом ему в глаза. - Как я говорил - никто не будет принуждать Каденс к браку. У вас, друг мой, был замечательный шанс повлиять на её отношение к вам, которым вы не сумели воспользоваться, создав для меня уйму проблем. Мы можем совершить новую попытку, где-нибудь через год, когда шумиха уляжется и сама принцесса будет готова, но пока что - вам лучше покинуть Кристальную Империю. И... Я надеюсь, что в отношении нашей договорённости, вы всё же поступите как благородный жеребец, для которого слова "честь" и "долг" - не пустые звуки.       "Хочешь, чтобы я всё же подарил тебе целительницу?", - мысленно скривился принц, ощущая желание врезать собеседнику по морде, но всё же сдерживаясь из-за понимания, что нападение на этого пони лишь усложнит ситуацию.       Лань, которую уже сопровождали в Кристальную Империю, была не столь уж и ценна для Сильвериона (кого-то по настоящему стоящего и умелого его отец не отпустил бы), но и подарить её Сомбре сейчас, было... глупо. С одной стороны, подкупить высокопоставленного единорога - это удачная идея, тем более, что подарок может стать рычагом давления и компроматом, но с другой стороны, доверять Лорду-Хранителю не стоило (а как он умеет выкручиваться из щекотливых ситуаций, уже продемонстрировал). И всё же, демонстративно разрывать "дружбу", было бы опрометчиво, так как перевело бы их в разряд если не врагов, то противников.       "Не ты один умеешь играть словами", - мысленно усмехнулся Сильверион, в голове у коего зародился маленький план мести.       - О, не стоит сомневаться, - отозвался обладатель ветвистых рогов. - Подарок уже направляется в Кристальную Империю и я, после того как вручу его, тут же покину ваш гостеприимный город. А теперь, если вы не возражаете, я бы хотел закончить эту затянувшуюся экскурсию по казематам и вернуться в мои комнаты.       - Разумеется... принц, - изобразив виноватую улыбку, Сомбра распахнул дверь в коридор. - Прошу: на свободу с чистой совестью...                   ***       Лучи восходящего солнца заставляли снежную равнину сверкать белизной, слепящей незащищённые глаза. Синее небо с редкими облаками, на фоне своеобразного покрывала, тянущегося от горизонта и до горизонта, казалось каким-то блёклым...       В небольшой деревеньке яков (всего полсотни семей), которая расположилась в овраге, вокруг горячего источника, царило небывалое оживление: телята носились туда-сюда с возбуждёнными криками, быки хмурились и недовольно ворчали, а их жёны судачили сбившись в толпу. Причиной же всего этого было то, что заявившийся в поселение прошлым вечером чужак, при свидетелях бросил вызов вождю.       - Самоуверенный дурак...       - Наглый юнец...       - А вы видели, какие у него рога?..       В качестве арены для поединка была выбрана ровная площадка за деревней, в пяти минутах ходьбы от края оврага. Яки быстро очистили её от нанесённого снега и стали окружать кольцом, желая понаблюдать за интересным представлением. Чужак, высокий и широкий в плечах даже по меркам их народа, одетый в одни лишь шерстяные штаны, красуясь мускулистым торсом (заставляя тёлочек смущённо хихикать и отводить взгляды) стоял словно непоколебимый утёс, закинув на плечо чёрный молот с длинной рукоятью. Его взгляд был спокойным и ясным, даже каким-то отстраненным, словно бы и не ему предстояло сойтись в битве с сильнейшим воином поселения.       Сам вождь не стал пренебрегать бронёй и в отличие от своего противника, нацепил кожаную кирасу с металлическими пластинами, взял в левую руку щит, а в правую - меч (явно трофейный). Выглядел он не столь огромным как Тор, но зато был полностью собран, хорошо экипирован, а также мог похвастать немалым боевым опытом. Кроме того, шаман племени призвал духов, чтобы клинок разил не только остротой лезвия, но и морозом, мышцы не уставали, а щит не сломался под ударами молота, кажущегося небольшим лишь в сравнении со своим владельцем.       - Одумайся, юнец, - попытался решить дело миром Орин. - Ты - сильный воин - племени нужны такие...       - Полно сотрясать воздух своими речами, - прервал вождя Тор. - Я пришёл биться, а не слушать старческий лепет.       - Раз так, сопляк, тогда будь готов ответить за свои слова, - хмуро сдвинув брови и фыркнув, старший як шагнул вперёд, занося клинок для удара и поднимая щит.       Чёрный молот буквально запел, начав вибрировать и потеплев в руках своего хозяина. Первый, пробный, выпад вождя был принят на рукоять, а затем великан с силой пнул его в середину щита, заставляя отшатнуться. В следующую секунду чёрный металл заискрил, а затем и вовсе покрылся молниями, которые перекинулись и на удерживающие их руки, совершенно не причиняя им никакого вреда.       Толпа загудела, шёпотом обсуждая неожиданную иллюминацию, а кто-то даже засвистел, подбадривая бойцов. Орин, справившись с первым ошеломлением, издав трубный рёв бросился вперёд, желая закончить всё настолько быстро, насколько это только возможно, так как не желал давать чужаку возможности использовать ещё какой-нибудь трюк.       Тор же стремительно отскочил влево, крутанул молот в руках и метнул в бок вождю. Старший як не успевал увернуться полностью, но сумел изловчиться, подставляя щит так, чтобы удар прошёл вскользь...       Публика радостно взревела, когда щит вождя раскололся, сам он пошатнулся, но молот всё же пролетел дальше и вонзился в землю, подняв тучу пыли и прекратив искрить. В тот же миг Тор молча бросился на своего противника с голыми руками, пользуясь его ошеломлением, благодаря чему сумел левой рукой перехватить правое запястье, правой рукой - левое запястье, а лбом врезал в лоб Орина.       В голове у старшего яка стоял шум, словно бы он находился внутри колокола, когда по тому лупили чем-то тяжёлым и металлическим. Из-за оглушения он не сразу осознал, что левая рука оказалась свободна, а вот горло сдавила хватка сильных пальцев.       - Ну и силища, - присвистнул один из наблюдателей, когда претендент поднял их вождя над землёй на вытянутой руке.       Старший як брыкнул ногами, затем схватился за предплечье противника левой рукой, при этом ослабив хватку на мече. Тут же великан взревел во всю глотку, его мышцы вздулись ещё сильнее и мир для вождя крутанулся, меняя местами землю и небо. Спина врезалась в каменную твердь, на грудь опустилась чужая нога, не позволяя резко вскочить или откатиться, а меч был выдернут из ослабевшей ладони.       Тор сжал пальцы на рукояти чужого оружия, ощущая как холод щиплет ладонь. Его взгляд скользнул по мордам собравшихся вокруг яков, одни из которых выражали страх, другие - радость, третьи - азарт. Создавалось впечатление, что они уже смирились с тем, что у них будет новый вождь...       "Первый шаг по долгому пути", - промелькнула мысль в голове великана, после чего он опустил клинок на голову его бывшего владельца...       Пегас в белом плаще с капюшоном, наблюдавший за происходящим рядом с деревней яков при помощи подзорной трубы, удовлетворённо усмехнувшись каким-то своим мыслям, убрал оптический инструмент в глубокий карман и поспешил удалиться прочь. Ему ещё следовало сообщить командованию об успешном начале операции.                   ***       - Сомбра, нам нужно поговорить, - произнесла розовая аликорночка, одетая в бело-розовое же платье с длинными узкими рукавами и юбкой-колоколом, похожей на перевёрнутый бутон какого-то цветка, выходя из бокового коридора в центральный проход к тронному залу.       - Хм... - задумчиво осмотрев сестру, затем окинув взглядом окружающее пространство и убедившись, что рядом никого нет, визирь вопросительно изогнул брови, произнося словно бы в сторону: - Если бы я чуть хуже тебя знал, то мог бы решить, что ты устроила на меня засаду.       - Пф, - фыркнула крылато-рогатая кобылка. - Мне будто больше делать нечего.       - Долго ждала? - сменив тон на деловой, Джафар слегка склонил голову, заглядывая в глаза принцессы.       - Минут пять... - автоматически отозвалась Каденс, тут же потемнев мордочкой от смущения и сердито насупив бровки. - Неважно! Я кое-что вспомнила, касающееся вчерашнего вечера и у меня возникли вопросы.       - Если я смогу ответить на них, то можете мной располагать, Ваше Высочество, - изображая подобострастие, тёмно-серый единорог поклонился и взмахнув правой рукой, подставил левый локоть. - Не соблаговолите прогуляться со мной по дворцу?       - Не издевайся, - попросила аликорночка негромким, но серьёзным тоном.       - И в мыслях не было, - вздохнув, Джафар выпрямился и протянул сестре левую руку с раскрытой ладонью. - Просто хотел тебя повеселить...       - ...и сбить с мысли, - завершила за брата крылато-рогатая кобылка. - Можешь не стараться - я уже изучила твои трюки. И вообще: я уже не жеребёнок, чтобы вестись на подобное.       - Хм... Придётся придумывать новые трюки, - потерев подбородок пальцами второй руки, изрёк тёмно-серый единорог, всё же вызвав у собеседницы лёгкую улыбку. - Так о чём же ты хотела поговорить? И моё предложение о прогулке ещё в силе.       Немного подумав, Каденс всё же вложила свою кисть в широкую ладонь Лорда-Хранителя и они вместе зашагали дальше по коридору, свернув в ближайшее ответвление, чтобы не сталкиваться с придворными. Визирь легко мог выбирать путь, не пересекающийся с обитателями дворца, благодаря его связи с Кристальным Сердцем, да и его спутница имела доступ к данной функции, пусть и пользовалась ею крайне редко.       "Но меня она искала скорее всего с помощью артефакта", - констатировал Сомбра.       - Вчера меня спас стражник... - начала говорить принцесса.       - Хорошо, что не какой-нибудь бродяга, - заметил жеребец.       - Не перебивай, - сердито попросила крылато-рогатая пони. - Меня спас стражник, который представился именем - Джафар.       - Я выпишу ему премию, а лучше - повышу в звании, - совершенно серьёзно заявил тёмно-серый единорог.       "Кто может быть выше первого советника? Только король. Как же мне не хочется занимать это место, но раз уж обещал себя повысить...", - промелькнули в голове Лорда-Хранителя весёлые мысли.       - Тебе не кажется это имя странным? - с неприкрытым намёком в голосе спросила Каденс.       - Имя как имя, - пожал плечами Джафар. - Не лучше и не хуже чем тот же Сомбра. Тебе так не кажется?       - Наверное, - дёрнув ушками, кивнула аликорночка, крылья которой плотнее прижались к спине. - Я пыталась вспомнить, откуда же его знаю и только ночью поняла, что Джафар - это визирь из сказки, которую ты сочиняешь уже несколько лет.       - Какое необычное совпадение, - совершенно ненатурально удивился тёмно-серый жеребец, сворачивая в очередное ответвление коридора. - Может ли быть, что именно после встречи с этим пони, я придумал имя для героя сказки?       - Сомбра... - остановившись на очередном шаге, принцесса развернулась мордочкой к своему спутнику и дёрнула его за руку, заставляя повернуться к себе. - Ты следил за мной?       "Решительный взор, насупленные бровки, сжатые в тонкую линию губки и воинственно встопорщенные ушки... Если забыть о том, что её магической силы хватит, чтобы размазать меня по полу тонким слоем, то это даже мило. А вот то, что принцесса не решилась применить свою силу против насильника - уже удручает", - данные размышления не заняли у жеребца много времени, так что повисшая в воздухе пауза не успела стать неловкой.       - С чего бы мне следить за младшей сестрой, которую один раз уже похитили прямо у меня из-под носа, да ещё те, кому я доверял? - задумчиво изрёк Джафар. - Я ведь совершенно не должен беспокоиться о моей принцессе, впервые вышедшей на прогулку без достойной её охраны... Меня вовсе не должна волновать её судьба; её здоровье; её безопасность... Кто я такой, в конце-то концов? Тем более, что у меня и без того немало работы, переложить которую попросту не на кого.       - Я думала, что ты мне доверяешь, - взгляд аликорночки стал грустным. - И я думала, что могу доверять тебе.       - А я не могу доверять всем остальным, - грустно улыбнулся Лорд-Хранитель. - Опыт с Хоуп говорит, что предательство может прийти с самой неожиданной стороны. Вот у меня и не получается доверить твою защиту кому-то ещё.       Спроецировать ощущение злости, беспомощности, страха... для визиря, который уже долгое время общался с существом, столь же легко "слышащим" эмоции, как и обычную речь, было несложно. Другой подросток, из-за малого опыта не обладающий даже зачатками эмпатии, мог бы обидеться или разозлиться, но... к Каденс это не относилось.       - Тогда... - решительно сверкнув глазами, принцесса набрала в грудь воздуха и заявила: - Научи меня сражаться. Я больше не хочу быть слабой, от кого-то зависеть... не хочу, чтобы из-за меня страдали другие.       Словно бы поддавшись эмоциям, Сомбра шагнул вперёд и обняв Каденс, крепко прижал её к себе, не обращая внимания на то, что растрепал ей гриву и помял платье.       - Ты так быстро растёшь, - добавив грусти в голос, произнёс на ухо шумно сопящей сестры жеребец. - Того и гляди, я стану совсем ненужен.       - Если ты меня задушишь сейчас, то это произойдёт гораздо раньше чем тебе бы хотелось, - проворчала крылато-рогатая пони, после чего объятья всё же ослабли и она смогла из них вывернуться, отступая на пару шагов. - Мы договорились? В обмен на уроки, я согласна временно отказаться от прогулок по городу.       - Принцесса, - развёл руками тёмно-серый единорог. - Похоже, вы всё решили сами. Вечером обсудим новое расписание: всё же у нас обоих немало обязанностей.       Последние слова Джафар произносил с намёком и лёгким ехидством, напоминая об обязанности принимать просителей...                   ***       Грунтовая дорога змеилась между зелёными холмами, на вершинах которых зеленели рощи плодовых деревьев, цветы и ягодные кустарники, а склоны красовались пашнями с поперечными бороздами корнеплодов. Через неглубокую, но достаточно широкую реку, был перекинут деревянный мост с высокими перилами, а в самой глубине этих земель стоял небольшой замок с тремя одинаковыми башнями.       Твердыня утопала в зелени, на её вершинах развевались яркие знамёна с символами солнца, луны и перекрещенных секир (личного символа рода).       На пашнях и в рощах работали молодые жеребцы и кобылы, одетые в длинные жёлтые рубахи и мешковатые штаны. Все они улыбались, иногда пели, приветственно махали случайным путникам, но при всём этом - не отрывались от своих занятий...       Рассматривая эту идиллическую картину с пассажирского места двухколёсной повозки, в которой было всего два комфортабельных кресла, тёмно-синий кристальный единорог, красующийся снежно-белыми гривой и хвостом, одетый в чёрный военный мундир с красными квадратами на плечах, ощущал настолько приторную фальшивость происходящего, что хотелось плеваться (или хотя бы зажевать лимон). Крупный земной пони, одетый в жилет и свободные широкие штаны серого цвета, держась за ручки повозки, уже третий час к ряду продолжал бежать, стуча закованными в металл копытами по дороге, вовсе не обращая ни на что внимания. Казалось, что он вовсе не устал, да и тяжести колесницы за своей спиной не ощущает...       "Нужно было потратиться на небесную колесницу", - посетовал про себя кристалиец, решивший насладиться прогулкой по цветущей Эквестрии, которая стала нагонять тоску уже спустя четверть часа.       Насколько понял посол Кристальной Империи, извозом в королевстве двух принцесс в основном занимались земные пони, предпочитающие работать в одиночку, ну или парами (когда ехать было далеко, или приходилось тащить что-то по настоящему тяжёлое). Кареты, приводимые в движение магией возниц-единорогов, были чем-то уникальным и элитным, что было доступно только богачам, которые хотят показать своё богатство. Ну а пегасы - это курьеры, услуги которых оплачиваются теми, кто действительно куда-то спешит.       Для жителя города-государства, застроенного и заселённого весьма плотно, но при этом роскошно и уютно, сама концепция того, что для путешествия из одного конца населённого пункта в другой нужна повозка, стала чем-то новым и непривычным. И ведь нельзя было сказать, что города Эквестрии больше его родины... Однако же, расстояния между домами были шире, сами дома ниже, а запах и условия, в которых вынуждены обитать пони, вовсе не выдерживали критики.       "Столица ещё более или менее презентабельна, но и там в переулках лежит мусор, копошатся насекомые и крысы, а провинциальные городки только о главных улицах и заботятся. В сравнении с этим, даже аккуратные домики в деревнях - верх культуры и гигиены", - эти мысли заставляли вспомнить о доме, вызывая гордость в душе за свой народ.       Тем временем возница начал останавливаться, пока окончательно не встал на месте перед тяжёлыми воротами, в которые упиралась дорога. Пони на стене уже их увидели, так что о том, что придётся долго стоять на пороге единорог не волновался.       - Вот мы и на месте, милсдарь, - тяжело отдуваясь, земной пони опустил длинные ручки повозки, позволяя ей опереться на короткие ножки, а затем выпутался из сбруи. - Как и велели - с ветерком!       "Только вот ветер дул в спину", - саркастично подумал кристалиец, спрыгивая на землю и разминая затёкшие ноги.       - Заслужил, - достав из поясного кошеля золотой битс, единорог кинул его вознице, который перехватил монету в воздухе и разулыбавшись изобразил поклон. - Если подождёшь пару часов, то обратно я с тобой же и вернусь.       - Как скажете, милсдарь, - с готовностью отозвался земной пони. - Я тогда колесницу на травку оттащу и сам прилягу...       Ворота замка вздрогнули, а затем с тихим скрипом отворились, открывая вид на внутренний двор с хозяйственными постройками. В окружении полудюжины солдат, навстречу гостю вышел пожилой жёлтый земной пони, одетый в богатые жёлто-зелёные одежды. Раскинув руки в стороны, он воскликнул:       - Винтер Рейн, как я рад тебя видеть! Почему столь важный пони, да без охраны?       - А разве на ваших землях, друг мой, мне что-то угрожает? - удивлённо приподнял брови кристалиец.       - Это верно, - согласился собеседник, тут же рассмеявшись, будто бы услышал хорошую шутку, однако в следующий момент он успокоился и заговорщическим шёпотом произнёс: - Пусть на моей земле и безопасно, но вот у соседей... слышал я на днях, что бандиты разорили две деревни.       "Не твои ли это были бандиты, старый мерзавец?", - мысленно скривился посол, вслед за хозяином проходя на территорию замка.       - Уверен, что на обратном пути ваши пони не откажутся составить мне компанию, - решил пойти на наглость Винтер.       - Конечно-конечно, - закивал словно болванчик собеседник. - Я отправлю с тобой лучших из лучших! Ну да об этом ещё рано. Не желаешь после долгой дороги угоститься чем природа одарила?       - Вынужден отказать, - изобразил сожаление оперативник СОКИ. - Дела не ждут.       - Эх, молодёжь, - укоризненно покачал головой хозяин замка. - Вечно вы куда-то спешите.       - Мои хозяева хотели бы получить от меня информацию о товаре, и чем раньше - тем лучше, - не купился на фальшивую игру пожилого жеребца кристальный пони.       - Деловой разговор, - глазки собеседника алчно сверкнули. - Ты себе и не представляешь, как я рад услышать о том, что ваш жуткий Сомбра не до всех аристократов добрался. Тиран! Говорят, что когда принцессы отправились вести с ним переговоры, он младшую из сестёр взял в заложники... Я этому, конечно же, совсем не верю. Разве же может обычный единорог аликорна в плен взять?       Под шум неумолкающей болтовни они прошли к входу в подвальные помещения одной из башен, где охрана оставила хозяина и его гостя. Вооружившись масляными лампами, они спустились по узкой лестнице и оказались в винном погребе. Пришлось пройти к дальней стене, а затем нажимать специальный рычаг, спрятанный под предпоследней бочкой, чтобы открыть проход в следующую комнату.       Вдоль стен здесь стояли клетки, в которых на соломенных матрасах лежали жеребята. Выглядели они неплохо: их явно хорошо кормили, поили, мыли... Средний возраст колебался от пяти-шести и до десяти-двенадцати лет, одежды ни на ком не было, но это их по всей видимости не смущало.       - Как вас ещё принцесса Луна не обнаружила? - искренне удивился Рейн, прохаживаясь по узкому пространству между клетками.       - Так мы же их под дурманом держим, - хмыкнул хозяин замка. - Да и самим приходится принимать лекарства, чтобы снов не видеть... Хотя, некоторые говорят, что Ловцы Снов тоже помогают.       - А пони на плантациях? - уже догадываясь об ответе, всё же уточнил кристалиец.       - Обижаешь, - хмыкнул собеседник. - В основном, они нам жеребят и поставляют. Сам понимаешь: голод, болезни, тяжёлая работа... а платить за дурман чем-то надо. Ты не смотри, что они такие вялые: стоит только слегка пройти воздействию от утренней дозы, станут активными и... хе-хе... послушными.       - Понятно, - кивнув, посол полностью развернулся к пожилому жеребцу. - Полагаю, с доставкой товара на дальние расстояния у вас уже тоже всё схвачено?