Визирь

      Утренняя прохлада бодрила, а от разгорячённых тел поднимался едва заметный пар. Одетый лишь в плотные штаны, тёмно-серый единорог, вооружённый полуторным прямым мечом, стоял в кольце из пяти гвардейцев, держащих наготове собственные клинки, при этом всем своим видом демонстрируя уверенность и спокойствие.       Крупные жеребцы, долгие годы оттачивавшие своё мастерство владения оружием, неуверенно переглядываясь, старались не выпускать противника из поля зрения ни на мгновение... Всё же слава Сомбры как мечника, была не только общеизвестной, но ещё и заслуженной. Поэтому нападать они решились только все вместе...       Алые глаза Джафара хищно сверкнули, магия потекла в "метку", а тело заполнила "аура обмана". Он не был столь же одарённым в плане резерва, как та же Каденс, но в отличие от неё обладал филигранным контроллем, а также непрерывно оттачивал собственный разум. Благодаря тренировкам, ему удалось обнаружить то, что для воздействия на себя энергии требуется на порядки меньше (так как нет сопротивления души), а комбинации воздействий могут варьироваться в очень широких пределах.       "Я - крепче стали", - применил первое внушение на реальность визирь.       Пять клинков обрушились на торс принца, отскакивая от него с металлическим звоном.       "Я - легче пера", - прозвучало в голове второе утверждение.       Присев, тёмно-серый единорог оттолкнулся от земли, взмывая ввысь, а под ним пронеслись огненные стрелы, ледяные копья и даже одна шаровая молния.       "Я - быстрее ветра", - отменив второе убеждение реальности, Сомбра приземлился на ноги, а затем взорвался движениями.       Два выпада, которые слились в один рывок, лишили мечей двух гвардейцев, после чего они отлетели в стороны от ударов кулаком. Единороги ещё только сотворяли новые заклинания, но Джафар уже оказался рядом с одним из них, тщательно выверенным ударом ладони оглушая жеребца, чтобы схватив его за чёрный мундир, швырнуть в напарника, тут же бросаясь к третьему чародею.       Укреплённая плоть болела, сигнализируя о чрезмерных даже для неё нагрузках, сам воздух сопротивлялся, заставляя прорываться через невидимую преграду... но всё же он справлялся. Весь бой затянулся меньше чем на пятнадцать секунд, по истичению которых восемь противников лежали на земле без движений, либо тихо постанывая свернулись калачиками.       - Санитар! - отменив оба действующих "обмана", главнокомандующий позвал целителей, которые дожидались своего часа на некотором отдалении от полигона. - Следующий этап.       После последних слов, ещё двое гвардейцев, закованных в алую броню, извлекли мечи из ножен и стали обходить командира с разных сторон. На этот раз он не собирался использовать "метку", полностью отдавшись искусству фехтования против численно превосходящего противника. В конце концов, пусть дар и давал заметное преимущество, но полагаться только на него не стоило, ведь всегда есть возможность нарваться на того, кто не будет уступать в силе, скорости, прочности, либо же вовсе блокирует любую магию, из-за чего только собственное мастерство и останется.       Тем более, что этот короткий спарринг отнял почти треть имеющегося резерва. Минута времени в режиме физической неуязвимости и сверхскорости - это много для боя один на один, но только если противник равен или уступает по силам.       "Нужно обзавестись объёмными накопителями", - начав кружить между двумя соперниками, отстранёно подумал главнокомандующий...       ...       После тренировки тело приятно гудело, а мышцы побаливали от усталости. Будучи визирем в Аграбе, Джафар никогда бы и не подумал, что когда-нибудь будет испытывать удовольствие от подобного: пусть он и не запускал свою физическую форму окончательно, но и не перетруждался в занятиях с мечом, кинжалом и иными орудиями умерщвления. Однако воспоминания изначального владельца тела, который радовался каждому новому успеху, позволяющему хоть на чуть-чуть увеличить свои силу и мастерство, оставили свой неизгладимый отпечаток.       Впрочем, несмотря ни на что, личная сила для теперь уже Сомбры была лишь одним из инструментов: безусловно - важным, но не единственным. В конце концов, ум и хитрость всегда ценились им куда выше чем грубая физическая мощь (ведь именно он отдавал приказы Расулу, а не наоборот). Кроме того, сколь бы сильным, умелым и умным ни был одиночка, он всегда будет уступать группе узких специалистов, пусть даже они не смогут превзойти его даже в собственной специализации.       Ополоснувшись холодной водой, обсушившись и облачившись в доспехи с плащом, лишь голову оставив открытой, Джафар направился в шатёр, в котором предполагалось провести совещание руководителей каравана. Лагерь постепенно просыпался, заполняясь звуками голосов, звоном посуды и запахами еды, а жеребята, которые следили за тренировкой гвардейцев издалека, со всех ног бежали рассказывать об увиденном всем желающим... и не успевшим спрятаться.       "Ещё один маленький кирпичик к репутации", - мысленно улыбнулся визирь, совсем не случайно продемонстрировавший некоторые свои успехи в овладении возможностями "метки".       "Обман", пусть и не имел какой-то одной сферы применения, из-за чего уступал специализированным силам, но при этом являлся крайне разносторонним инструментом. Если бы была возможность, Сомбра всё равно не стал бы менять его ни на что иное, так как это слово полностью ему подходило. А вот от увеличения резерва сил он бы не отказался, но единственным безопасным способом добиться этого оставались регулярные тренировки...       Стражники у входа в шатёр поприветствовали тёмно-серого единорога, отсалютовав мечами, на что получили молчаливый кивок. Внутри же уже собрались капитаны почти всех отрядов с помощниками, а также...       - Селестия? - округлив глаза, застигнутый врасплох главнокомандующий вооружённых сил Кристальной Империи застыл, чувствуя постыдную панику (впрочем, внешне это никак не проявилось, за исключением выпученых глаз, разумеется). - Ты...       - Сомбра... - мурлыкнула крылато-рогатая кобылица, облачённая в блузку с короткими рукавами, оставляющую плечи полуоткрытыми, а также юбку, оголяющую правое бедро. - Я и не замечала раньше того, насколько ты красив.       Выскользнув из-за круглого стола, под взглядами каких-то слишком уж спокойных офицеров, белая аликорница начала приближаться, демонстративно покачивая крутыми бёдрами и томно улыбаясь. Вместе с тем она продолжила говорить:       - Такой статный; высокий; а твои глаза такие... такие... большие, - почти прижавшись к Джафару, который сделал один шаг назад, она заявила: - Я от тебя прямо сама не своя.       - Грим, - прикрыв веки, визирь медленно вдохнул и выдохнул, а затем спросил с максимально возможным ехидством: - И давно ты увлекаешься переодеваниями в кобыл? Или не только переодеваниями? Только скажи, и я назначу тебя в специализированный отряд, оказывающий жеребцам особые услуги.       - Злой ты, босс, - проворчала "принцесса дня", после чего вспыхнула зелёным огнём, превращаясь в невзрачного земнопони, одетого в чёрный мундир без знаков отличия. - Я к тебе со всей душой...       - Я это очень ценю, - искренне покивал главнокомандующий, глаза коего хищно сверкнули, а в голосе лязгнул металл. - Но ещё больше я ценю профессионализм и знание рамок.       - Понял; исправлюсь, - вскинул руки в защитном жесте собеседник, начавший пятиться назад, в то время как офицеры, сохраняя на мордах подобие благопристойности... начали передавать друг другу золотые кружки.       "Они ещё и ставки на что-то делали", - первый порыв приструнить подчинённых был задавлен, так как особого вреда происшествие не несло, а разрядка была нужна всем.       Оценив работу Амулета Чейнджлинга, который идеально сочетался с меткой Грима, делая его маскировку очень качественной, Джафар прошёл на своё место за столом и, устроившись на импровизированном сидении, окинул взглядом присутствующих. Не хватало только Каденс, да профессора. И если принцесса любви сама настояла на том, чтобы присутствовать на совещаниях, то главу научного отдела приглашали целенаправленно, чтобы за очередной своей разработкой он не забыл об обязанностях.       "Ещё одна проблема. Старик пусть и кажется бодрым, но вот годы его не щадят... А заменить его попросту некем. Все его ученики, пусть и неплохие специалисты, настоящими гениями не являются", - задумавшись, Сомбра в очередной раз вспомнил Механикуса, который из мусора умудрялся собирать работоспособные автоматы, на сотни лет опережающие технический прогресс мира.       - Прошу прощения за опоздание, - мелодично произнесла Каденс, придерживая полог шатра, входя внутрь. - У нас возникли кое-какие сложности, из-за которых мы задержались.       - Ваше высочество, - почти хором произнесли офицеры, поднимаясь со своих мест для того, чтобы поприветствовать нежно-розовую аликорницу.       - Моя принцесса, - не отстал от остальных и сам визирь, внутренне удивившись тому, что кобылка обращается к себе "мы", что было совсем не в её характере.       Впрочем, спустя пару мгновений, когда в проходе появилась ещё одна пони, все вопросы сами собой отпали: фиолетовая аликорница, одетая в лёгкий тёмно-синий сарафан, подвязанный золотым поясом, высоко подняв голову и смущённо улыбаясь, вошла под своды шатра... на двух ногах. Артефакт, висящий на цепочке у неё на шее сразу объяснил, что и у кобылок руки добрались до Амулетов Чейнджлинга, благодаря чему Сирень не только стала ходить прямо, обзавелась парой изящных рук и весьма соблазнительной фигурой, что оценили все присутствующие жеребцы, но самое главное - восстановила рог. Было не ясно, может ли она им колдовать полноценно, или же это просто маскировка, которая не исцеляет повреждений, нанесённых настоящему телу, так что главнокомандующий поставил себе цель: выяснить это в ближайшее время.       "В моём лагере появился сильный аликорн, лояльность коего не подтверждена? Какие пустяки", - выходка Грима стала казаться жеребячьей шалостью, которая слегка встряхнула разум и подготовила его к новым потрясениям, так что стоило его даже поблагодарить за то, что сейчас Джафар сумел сохранить совершенно невозмутимый вид.       В конце концов, одно дело - полностью контролируемый живой источник магии, и совершенно другое - полностью здоровый аликорн, сведений о котором почти нет. Обнадёживало лишь то, что Каденс, определённо, чувствует эмоции своей новой подруги, а значит и представляет, что от неё можно ожидать.       Тем временем сиреневая крылато-рогатая кобылка сделала шаг, затем второй... споткнулась и испуганно пискнув, полетела вперёд. Нежно-розовая аликорница попыталась её подхватить, но не успела на какие-то мгновения, в то время как офицеры вовсе расступились. В результате всего этого "страшная" волшебница растянулась на походном столе, смущённо и виновато глядя снизу вверх на тёмно-серого единорога, отчётливо ощущающего то, что критическая норма абсурда на сегодняшний день уже набрана.       - Простите... - пробормотала Сирень, к которой подскочила принцесса любви, помогая ей встать.       - Ты не ушиблась? - заботливо спросила Каденс.       - Нет... - заверила её потупившая взгляд подопечная, мордочка которой потемнела от прилившей крови.       - Ваше высочество... - начал капитан стражи.       - Мы... - подал голос гвардеец.       - Болваны, - неожиданно резко оборвала их нежно-розовая аликорница, сердитым взглядом пройдясь по мордам присутствующих. - Если бы падали я или Сомбра, вы бы тоже расступились... или подтолкнули бы в спину вместо того, чтобы поддержать?       Волна досады и раздражения прошла по шатру, но за его пределы не вырвалась. Одни офицеры от подобных обвинений возмутились, другие стушевались, а третьи хотели было открыть рты, но высказаться им не дал уже визирь, спокойный голос которого подействовал как ведро холодной воды:       - Моя принцесса, поступок твоих подданных был не слишком достойным, но и ты должна их понять в том, что не каждый день на тебя падает новый аликорн. Впрочем, от необходимости принести извинения это их не освобождает...       Намёк был более чем прозрачный, а до должностей высших офицеров дураки не добирались. Жеребцы и кобылы, повинно склонив головы и прижав правые кулаки к груди, вразнобой произнесли:       - Прошу простить мой недостойный поступок...       - Раз с этим недоразумением мы разобрались, то предлагаю всем занять положенные места, - продолжил держать ситуацию в своих руках тёмно-серый единорог, мысленно отметив необходимость лично провести разъяснительную работу с жеребцами, вызвавшими негодование принцессы, у которой заметно стал хромать самоконтролль. - Надеюсь, что сюрпризы на сегодня закончились.       Аликорницы начали обходить стол, притихшие пони терпеливо ждали, пока им разрешат сесть... и тут в шатёр вошёл молодой гонец, выглядящий каким-то взъерошенным и подавленным. Все взгляды тут же обратились на него, из-за чего кристальный земнопони попытался сжаться в комок, что у него ожидаемо не получилось.       - Докладывай, - велел визирь, морально готовясь к ещё одному моральному удару.       - Ваши... высочества, - кристалиец всё же выпрямился, вдохнул, а затем выпалил на выдохе: - В научном отделе произошёл несчастный случай...       ...       "Это... неприятно", - разглядывая непонятное, но явно нежизнеспособное нечто, состоящее из рук, ног, щупалец и голов с крыльями, подумал про себя Сомбра.       - Как давно это произошло? - почти спокойным голосом спросила находящаяся рядом принцесса любви, держащаяся одной рукой за руку Джафара, а второй придерживая Сирень, которую взяла с собой потому, что не хотела оставлять без присмотра.       Снующие вокруг целители и учёные старались держаться на расстоянии от явно недовольного главнокомандующего, двух аликорниц и их охраны, молча выполняя свою работу, но вот невысокой земнопони жёлтой масти, с розовой гривой и большими круглыми очками на мордочке, избежать внимания правителей не удалось. Она переминалась с ноги на ногу, держала прижатыми к груди сцепленные в замок руки, всё время отводила взгляд то вправо, то влево, но послушно отвечала на вопросы:       - Судя по всему... эксперимент происходил в середине ночи (глоть), а сигнализация не сработала потому, что профессор установил барьер, запитанный от большого накопителя. Последовательность событий восстанавливается...       - Самый полный и подробный отчёт мы должны получить уже вечером, - перехватил инициативу Сомбра, переводя на себя внимание лаборантки. - Грим.       - Босс? - помощник появился за левым плечом, словно бы всегда там и стоял.       - Обеспечь охрану объекта и проследи, чтобы слухи не начали распространяться по лагерю, - главнокомандующий немного подумал, ещё раз окинул взглядом химеру, не подающую признаков жизни, а затем добавил: - Для пони и оленей, коли они будут этим интересоваться, объявите о том, что профессор как всегда заработался до ночи, а утром нашли его бездыханное тело без следов насилия. Подготовьте это... к погребению. А ещё лучше - сожгите до состояния пепла.       - Сделаем в лучшем виде, босс, - заверил помощник, снова исчезая.       "А ведь день так хорошо начинался", - посетовал тёмно-серый единорог.       Внезапно слева раздались странные звуки, да и Каденс отцепилась от его руки. Обернувшись же в ту сторону Сомбра увидел, как нежно-розовая аликорница держит за плечи сиреневую, которая сильно побледнев, что даже стала казаться серой, сейчас избавлялась от своего завтрака... и вчерашнего ужина.