Визирь

      На небе светила полная луна, звёзды мигали тысячей огней, ночной ветер тихо шелестел травой. Одетый в чёрную броню со шлемом, от которого на плечи и спину спадала тёмно-синяя ткань, Сомбра прогуливался по окрестностям молодого города, состоящего из однотипных зданий в виде колонн, поддерживающих купола золотого цвета (между опорами находились либо кристалические, либо тканевые перегородки). А в это время в своеобразном дворце хана Челубея, который отличался от окружающих его сооружений лишь большим размером, ставленник императора Кристальной Империи во всю развлекался с молодыми кобылами, а также лично ему присягнувшими жеребцами, коим было дозволено вкушать яства с одного стола... Ну или все думали, что он занимается именно этим.       "И всё же... хорошо иногда вот так гулять и ничего не делать. Дома подобное было бы невозможно, так как и пони, и зебры, и даже олени слишком уж... навязчивы", - благодаря заточённой в шлеме душе королевы чейнджлингов, как и своим собственным навыкам обнаружения, бывший визирь прекрасно осознавал то, что его окружают пятнадцать разумных, скрывающихся при помощи чьей-то "метки" от посторонних взглядов.       Вместе с тёмно-серым единорогом не было охраны, причиной чему являлась его "самоуверенность", подкреплённая "убеждённостью в способности живой тени прийти на помощь", что активно демонстрировалось всем седловцам. Учитывая недавние события, когда он с небольшой группой поддержки поставил на грань жизни и смерти сильнейшее племя кочевников, вынудив Баянбека пойти на дуэль за титул хана, провокация выглядела неубедительной...       "Ну или я слишком требователен к зрителям", - хмыкнул про себя Сомбра, воспользовавшись своей "меткой" для того, чтобы стать временно неуязвимым.       Вся взятая с собой охрана сейчас либо сторожила Челубея, чтобы он не убился по глупости, либо охраняла Твайлайт, ценность которой сложно было преувеличить. В то же время многие аравийцы видели, что Айси сейчас находится в доме с аликорницей (о том, что она не ограничена одним телом коням сообщить забыли).       Ощутив резкое сближение сразу двоих противников, Джафар плавным движением выхватил меч и отступил назад, клинком перерубая древко всё ещё невидимого копья с широким зазубренным наконечником, а затем ударом кулака левой руки размозжил морду кочевника, так и не успевшего понять всю бессмысленность их маскировки. Следом за этим он крутанулся на месте, вновь использовав оружие дабы отвести кривой меч второго жеребца, после чего ударом левой ноги выбил рукоять из хватки коня.       Нападающие осознали, что эффект внезапности утрачен, а потому воспользовались своим козырем. Прошёл всего миг, как поле боя накрыла аура, отменяющая магию, в результате чего седловцы стали видимыми, ну а бывший визирь заметно замедлился, при этом лишившись своей неуязвимости (впрочем, у него оставались доспехи и шлем).       Из своих укрытий выбрались другие аравийцы, сидевшие в засаде, которые поспешили присоединиться к первым противникам тёмно-серого единорога. Вскоре их стало уже больше тридцати... и на разговоры размениваться они не собирались.       - Всего лишь тридцать четыре? - вскинув брови Сомбра изобразил голосом удивление, а затем усмехнулся и добавил: - Вы меня совершенно не уважаете.       - У... - начал говорить предводитель заговорщиков, решивших по-тихому убить сперва пони, а затем и лишившегося покровителя новоявленного хана, но его прервал метательный дротик, попавший точно в спину и вышедший из груди примерно на половину длины.       На бесконечно долгую секунду все замерли, и этого времени хватило настоящему Челубею для того, чтобы поразить ещё две цели. А затем в кольце окружения образовалась брешь, так как лошади начали паниковать, ну а дождь из метательных метровых дротиков продолжал выкашивать их ряды.       Кто-то пытался защититься, кто-то упал на землю и накрыл голову руками, что оказалось наиболее удачной тактикой. Однако же спустя двенадцать секунд на ногах остался только Джафар, который неспешно подошёл к упавшей на колени кобыле, сжавшейся в клубок кутаясь в плащ с глубоким капюшоном. Только вот скрыть свою личность у неё всё равно не получилось, так как слишком уж специфичную силу она продемонстрировала.       - Так-так-так... Баярцэцэг, если я не ошибаюсь? - острие меча коснулось головы лошади, надавив на ткань капюшона. - Скрой свою силу или я буду вынужден сделать это сам.       Разумеется, бывший визирь был закован в броню, а его голову защищал шлем, но ощущение бессилия в плане магии, а также уязвимость... пьянили разум остротой эмоций. В конце концов сейчас его могли убить множеством разных способов, в том числе и броском дротика в исполнении Челубея, коли тот решит обрести самостоятельность. Хотя, о последнем волноваться не стоило, так как он прекрасно понимал, что даже смерть императора - не избавление, а лишь приговор самому себе.       "Мора сможет вытащить мою душу даже из пустоты, а нашей мести племя кочевников точно не переживёт", - надавив мечом чуть сильнее, тёмно-серый единорог всё же добился желаемого, тут же вновь ощутив свою силу, сразу же защищая себя "обманом".       Острота ощущений притупилась, что не сильно расстроило Сомбру: в конце концов каждое блюдо было хорошо до тех пор, пока оно ново, ну или хотя бы редко. Впрочем, задумываться об этом не было смысла, так как разум и жизнь находящейся перед жеребцом кобылы стремительно угасали.       - А вот это уже неожиданно, - хмуро произнёс Сомбра, пинком в бок переворачивая тело одной из жён Баянбека на спину. - Айси?       - Командующий, - отозвалась живая тень, появившись справа и позади Джафара.       Бывшая белая пегаска как и всегда была одета в чёрную военную форму старого образца, буквально прикипев к ней душой. Её красные глаза без разделения на радужки, зрачки и белки, в темноте лишь подчёркивали необычный образ тусклым сиянием.       - Чем сейчас занят бывший хан? - прокрутив в своей голове несколько вариантов развития событий, тёмно-серый единорог пришёл к выводу, что Баянбек пошёл на крайние меры ради того, чтобы вернуть хотя бы часть власти, попутно вбив клин между пони и лошадьми (если бы убийство удалось, то его могли бы свалить на врагов из других племён, ну а в случае провала золотой конь получал право обвинить "гостя хана" в нападении на жену).       Подобный поступок при планировании операции не рассматривался, так как сам бывший визирь не решился бы на него пойти: чувства к Каденс были слишком сильны, а рисковать Морой попросту глупо. Да и шаманка скорее уж превратила бы всех в горстки праха, нежели согласилась себя убить. Жертва же кого-то менее значительного, но столь же полезного для государства могла бы рассматриваться...       "Всё равно - глупо. Нужно быть в отчаянии, чтобы решиться на такой шаг", - прервал свои мысленные рассуждения Сомбра, скашивая взгляд на живую тень.       - Ходит по отделённому коврами уголку выделенного дома, до хруста костяшек сжимает древко копья и бросает взгляды на выход, - после непродолжительной паузы отозвалась Айси.       "Не в свои игры ты решил поиграть", - приняв решение, император кивнул на тело кобылы, которая сама себе всадила клинок под рёбра.       - Мне нужно, чтобы завтра эта лошадь могла ходить, говорить, использовать свою "метку" и безоговорочно подчинялась мне, - Джафар подумал и добавил: - Передай мои слова Море. Это важно.       - А остальные? - не изменив ни выражения мордочки, ни тон голоса, крылатая пони повернула голову к уже мёртвым и ещё живым воинам.       - У них могут быть полезные метки, - прикоснувшись к подбородку левой рукой, пальцами огладив короткую тонкую бородку, бывший визирь приказал: - Доставь их в лаборатории шаманов.       Тени, до этого момента мирно лежащие на земле, всколыхнулись и обретя объём, словно провалы во тьму поглотили тела аравийцев. Тёмно-серый единорог же, убрав клинок в ножны, повернулся к собеседнице и прикоснулся закованной в перчатку рукой к белой щеке, при помощи "метки" заставляя подчинённую ощутить это действие так, будто бы она всё ещё была обычной пегаской.       - Ты молодец, Айси, - тепло прозвучал голос Сомбры, завораживающий и тегучий. - Я очень ценю всё то, что ты делаешь. Ты очень важна для меня...       - Сомбра... - красные глаза кобылы будто бы покрылись поволокой, но усилием воли она смогла скинуть наваждение, чуть поспешно отстраняясь. - Рада быть полезной, главнокомандующий. Могу я ещё чем-нибудь помочь?       "Нужно было заняться тобой плотнее... Ну да не важно", - опустив руки вдоль тела, император отрицательно качнул головой.       - Возвращайся к обычным делам, но помни: по заслугам и награда, - в ночи сверкнули белые зубы жеребца. - Твоя же награда будет велика.       Вместо ответа, живая тень распалась отдельными лоскутами и опала на землю, оставляя бывшего визиря на поле минувшего побоища одного. Однако же спустя пару секунд рядом появился Челубей, за спиной у коего висела связка дротиков.       - Становясь ханом, я рассчитывал вовсе не на то, что мне придётся прикрывать твои ночные прогулки, - проворчал конь, быстрым взглядом глаз, скрытых за стёклами артефактных очков окидывая примятую траву, на которой даже следов крови не осталось. - Она меня пугает.       - Разве же это... не завораживает? - усмехнулся Сомбра в ответ, ещё раз оглаживая бородку. - Сильные кобылы - это моя слабость...       - Ха-ха, - натужно посмеялся бегун. - Что об этом скажут твои жёны?       - Каденс поймёт, а Мора примет, - меланхолично отозвался император, после чего махнул рукой на пока что маленький город с золотыми куполами. - Можешь возвращаться к своим новым подругам, сегодня всё равно не произойдёт больше ничего интересного. Но утром ты должен быть в полной готовности.       - Как будет угодно, мой господин, - подобострастно поклонился собеседник, затем выпрямился и нормальным тоном спросил: - Зачем всё это нужно? Не проще ли было сразу зачистить... всех бунтарей?       - Успех заключается в мелочах, - прикрыв глаза, поучительно заметил тёмно-серый единорог, неспешно начиная шагать в обратную сторону. - Я не собираюсь становиться злобным тираном, которого все ненавидят и мечтают убить. Лишние жертвы же и показательные убийства вызовут страх... который перекуётся в ещё большую ненависть. Страх хорош лишь в короткой перспективе. Запомни это.       - Я запомню, учитель, - весело оскалился конь, а затем ускорился и скрылся из виду Сомбры.