Визирь

      - ...Эквы снова встанут в круг, встанут в круг, встанут в круг. Ты мой друг и я твой друг, я твой друг, я твой друг... - обнимая руками согнутые ноги и уткнувшись мордочкой в колени, закрыв глаза и слегка покачиваясь вперёд-назад, насколько вообще позволяло тесное пространство деревянной бочки из-под вина, одетая лишь в чёрный кожаный ошейник с медным бубенчиком розовая эква тихо пела незатейливую песню. - ...Самый-самый лучший друг, никогда не бросит вдруг...       Сильный удар по боку бочки заставил Пинки вздрогнуть и сжаться, прижав ушки к голове и зажмурив глаза, словно бы это было способно её защитить. Снаружи же раздался раздражённый пьяный голос:       - Заткнись, тупая шлюха. Если ты скажешь ещё хоть слово, я вытащу тебя из этой тары и засуну под хвост свою дубинку. Так и будешь спать до утра... Хотя, тебе это может даже понравиться... Ха-ха-ха...       Звук шагов и приглушённый тонкими деревянными стенками смех вскоре затих, а эква позволила себе выдохнуть, сама не заметив того, как закусила нижнюю губу до крови. Тихий всхлип она заглушила прижатой к мордочке правой ладонью, в то время как левую постаралась положить на живот, что в тесноте бочки было не так-то просто сделать.       - Не бойся, малыш, он ушёл. Видишь, я ведь не боюсь... Правда-правда, - шёпот обладательницы когда-то пушистой и вьющейся, а ныне висящей словно сосульки гривы не дрожал, так как она не могла себе позволить такую слабость... тем более - теперь. - Скоро всё изменится. Обещаю.       Уже третий год Пинки обитала и работала на ферме камней, которая раньше принадлежала её семье. Только вот ни сестёр, ни родителей она здесь не видела, что, наверное, было и к лучшему. По крайней мере так получалось себя убедить, что сейчас они находятся где-то в совсем другом, более дружелюбном месте, где с ними не обращаются как с животными, бесплатной рабочей силой и постельными игрушками.       Месяц назад Пинки узнала, что забеременела от одного из охранников-эквинов. Это было очень-очень плохо... Нет! Беременность была очень-очень хорошей новостью, ведь малышей Пай любила всей душой и от всего сердца... Только вот то, что должно было произойти потом, когда на свет появится новый эквин или эква, было очень-очень плохо.       Бывшая хранительница Элементов Гармонии не раз видела то, как другие эквы рожали, а потом корибу забирали их малышей и куда-то увозили, после чего их никто не видел. Ходили слухи, что где-то в оленьих лесах из них выращивают верных служанок и солдат для новых хозяев, а иногда, тёмными вечерами в загонах для невольниц шептались, что на самом деле нежелательных детёнышей просто...       "Нет-нет-нет, этого не будет. Никогда-никогда не будет", - чувствуя, как по спине пробежал табун мурашек, Пинки плотнее прижала ноги к животу, чувствуя как на глаза набегают слёзы.       Насколько же проще всё было бы, если бы она, как и другие, сломалась и стала считать служение захватчикам за благо? Порой Пай представляла себя в роли служанки где-нибудь в особняке какого-нибудь влиятельного корибу и... ей становилось от этого противно. Не от самого факта служения, а от того, что это придётся делать против воли, видя унижения и издевательства над теми, кто даже не понимают того, что к ним относятся как к... вещам.       - Ну и урод, - прозвучал тонкий голосок со стороны правого плеча, а внутренности бочки залил солнечный свет. - Тшшш... Я тут инкогнито.       Хотевшая было вскрикнуть эква зажала себе рот рукой, затем скосила глаза в сторону внезапного гостя, после чего немного повернула голову. Её взгляду предстал маленький драконикус, одетый в серый плащ с высоким воротником, с накладными усами, большими тёмными очками и в шляпе. Он настолько натурально изображал из себя случайного незнакомца, занятого каким-то своим важным делом, что это вызвало непроизвольную улыбку.       - Дискорд... - Пинки внезапно погрустнела и нахмурилась, - Ты пришёл поиздеваться?       - С чего вдруг? - удивился маленький дух хаоса, вскакивая на ноги и скидывая пальто, оказавшись одетым в цветастую рубашку и штаны с широким ремнём. - Мы же друзья, Пинкс! С чего мне над тобой издеваться?       - Когда всё началось, ты не пришёл, - опустила взгляд Пай, отворачиваясь от собеседника и вновь прижимая вставшие было торчком ушки. - Когда мы звали... Флаттершай звала... ты так и не пришёл.       - Эх... - вздохнув, драконикус слетел с поникшего плеча и завис прямо перед мордочкой эквы, заглядывая в её всё ещё яркие синие глаза. - Прости, Пинки, я... правда не пришёл, хоть и слышал... слышал всё: и мольбы, и проклятья... Но хуже всего стало тогда, когда я перестал слышать.       - Почему?.. - в одном этом слове прозвучало столько боли, непонимания, обиды, что Дискорд ощутил сильнейшее желание просто исчезнуть и больше не появляться, но всё же смог себя пересилить.       - Я проиграл свой личный бой, всё тоньше моей воли нить... когда поддамся воле злой, забуду, что умел любить, - грустно улыбнувшись, дух хаоса протянул руку и увеличившимся указательным пальцем бупнул Пинки по носу. - Не вешай голову, Пинкс, сейчас ведь я сумел вырваться, а это значит?..       - И что это значит? - сдвинула бровки Пай, с подозрением глядя на собеседника. - Прости, но мне трудно поверить в то, что ты пришёл мне на выручку после стольких лет. Слишком больно будет поверить, чтобы опять разочароваться.       - Понимаю, доверие нужно заслужить... - драконикус почесал затылок грифоньей рукой, сдвинув шляпу на переносицу. - Пожалуй, я расскажу тебе сказку.       - Сказку?.. - удивилась эква, но тут у неё во рту появился лединец на палочке, тут же заигравший на языке сладким вкусом апельсинов.       - Слушай и не перебивай, - щёлкнув пальцами Дискорд исчез, а вместо него в воздухе закружилось облако, в то время как голос стал доноситься со всех сторон. - Давным давно, где-то в прошлый четверг по календарю творцов миров, трём могущественным сущностям стало скучно. Они были столь велики и чужды нам, что их силу и разум никто из ныне живущих существ попросту не способен понять, не говоря уже о том, чтобы угадать мотивы тех или иных поступков. Я тебя заинтриговал?       - Ням-ням, - отозвалась Пай, больше сконцентрированная на конфете, а не истории духа хаоса.       - Ты прекрасная слушательница, Пинкс, - похвалил подругу драконикус. - Так вот... Эта троица взяла газовое облако и стала из него творить: одна из сущностей создала большой шар из земли и воды, который мы зовём Эквусом, вторая - огненную сферу из живого пламени, наречённую Солнцем, ну а третья собрала белый свет и придала ему плотность с оттенком серебра, нарекая Луной. И вот в бескрайнем пустом пространстве, где ближайшие светила похожи не более чем на далёкие тусклые точки, эти сущности заставили крутиться две малые сферы вокруг большой, равномерно прогревая её со всех сторон и награждая силой самой жизни. Они же создали расу эквинусов, драконисов, и прочих сов.       - Хм? - удивлённо вскинула бровки эква.       - Да, Пинкс, сов они тоже создали, пусть и пожалели об этом: уж больно много эти птахи гадили, - снова появившись перед подругой, Дискорд шутливо подмигнул, вызвав фырк, а затем продолжил: - Но вселенная - штука не терпящая дизбаланса - я проверял. В общем... раз есть созедатели, готовые творить и давать, практически всемогущие и бесконечно иные, то должны быть и разрушители, воплощающие собой жадность... и их порождают сами миры. Это как паразиты, которых если не вывести в самом начале, потом замучаешься вылавливать. И вот эти разрушители, не считающиеся ни с чем кроме своих желаний, являются настоящей напастью миров: если случайных путешественников, или даже обычных захватчиков можно увлечь богатством, властью, могуществом или знаниями, то эти твари не успокаиваются до тех пор, пока не выжмут из своих жертв все соки.       - Ты хочешь сказать, что...? - Пинки попыталась задать вопрос, но вновь увеличившийся палец прижался к её губам, заставляя молчать.       - Нет-нет, Пинкс, никаких выкриков из зала, пока я не закончил лекцию о мироустройстве, - поучительным тоном заявил дух хаоса, превратившись в строгого учителя в костюме и с очками на переносице. - На чём я прервался?.. Ах да: мудрые творцы знали о паразитах и, само-собой, не горели желанием узнать, что их творение погибло от лап одного из них. Тогда один из творцов взял свет луны, расколол его на все цвета радуги и выковал сферу, известную как Сердце Драконов. Этот артефакт он подарил первому патриарху драконьего рода и завещал сторожить свой мир, используя силу дара лишь тогда, когда придёт жуткий враг из-за границ. К сожалению... из-за смены поколений... императоры драконов решили, что радужный камень пригоден только для того, чтобы подчинять своей воле сородичей. Печально, но... такова жизнь. Тогда вторая сущность, научившаяся на ошибках первой, создала Идола Грифонов из пламени звезды, который выглядел как золотой жезл с лапой на вершине. Этот символ власти изначально принадлежал императору и должен был объединять его народ, вселяя в сердца единство и гордость, благородство и доблесть... Только вот почти тысячу лет назад его выкрали, а затем и потеряли неизвестно где. Лишь недавно я узнал, что он попал в лапы... не важно кому. Третья сущность, та, что сотворила Эквус, зачерпнула первородный хаос и слепила из него тело, в которое подселила душу, наделённую инстинктивным пониманием своих сил, а затем повторила то же самое, но взяв за основу порядок. Их дуэт она назвала Гармонией и повелела стать стражами мира против тех, кто будут приходить из вне. Последним рубежом обороны они сделали волю мира, который пусть и не является разумным в полной мере, но способен чувствовать желания своих обитателей на столь глубоком уровне, который не доступен более никому: ты ведь задавалась себе вопросом о том, откуда взялось твоё Пинки-чувство? Дело в том, что Эквус, специально или нет, наградил тебя даром... как и многих других.       Рассказчик замолчал глядя перед собой, будто бы видел что-то другое, а не продолжающую переливаться иллюзию.       - А что было потом, Дискорд? - осторожно спросила Пинки, успевшая доесть конфету и теперь внимательно слушающая своего гостя.       - Потом, Пинкс, была жизнь, - улыбнулся подруге дух хаоса. - Беды и радости, победы и поражения... Они... Мы, раз за разом встречали тех, кто приходили из-за грани: первых, как завещали создатели, строго контролировали и при первом намёке на угрозу уничтожали; вторых изучали, следили за ними, направляли их и соблазняли, временами возвышая до королей и полубогов, либо же сбрасывали на самое дно для того, чтобы понаблюдать за их трепыханиями; за третьими просто наблюдали, иногда подбрасывая что-нибудь... Несколько раз, в разных образах, то я, то она играли роль спутников героев, пока и это не наскучило. Мы... уверились в том, что способны справиться с кем и чем угодно, а в гостях из-за грани видели только слабых, глупых, жадных или наивных, а иногда и всё это вместе... обычных смертных. Опасное, как выяснилось, заблуждение.       Драконикус вновь замолчал, но на этот раз Пай не решилась нарушать его задумчивость, дождавшись когда он сам заговорит:       - Мы заигрались во всемогущих сущностей... Я решил попробовать себя в роли правителя, что получилось откровенно отвратительно, так как вседозволенность привела к тому, что безобидные шутки и розыгрыши превратились в откровенные издевательства и насилие, а она... та, кого вы сейчас зовёте Гармонией, возомнила себя богиней справедливости. Стоит ли удивляться тому, что дневное и ночное светила, что тоже обрели своё подобие разума, попытались компенсировать наше падение? Селестия и Луна, благословлённые небесами полубогини, чья сила в большей степени зависит от их отцов... или матерей? Почти всемогущие, но из-за своей природы столь же беспомощные, отлично понимающие чаяния и надежды смертных, так как были одними из них. Идеальное сочетание для стражей и хранителей, не так ли? Только вот столкнувшись с ними я впал в гнев, так как увидел замену для себя, в результате чего едва не совершил фатальную ошибку... Пожалуй, всё же стоит сказать Гармонии "спасибо" за то, что вовремя встала на моём пути и создала эти Элементы Гармонии. Истинный шедевр... её порождения, столь же живые и своеобразные как и она сама. Очень жаль...       "...Что четверо из них мертвы", - последние слова дух хаоса не решился произнести, прекрасно понимая то, что добра от этого точно не будет, а вот вред можно нанести страшный.       - Гхм... О чём я? - драконикус почесал рог, прокашлялся и продолжил: - Силой Элементов Гармонии и при поддержке двух светил, принцессы сковали меня магическим сном, во время коего я не мог мыслить, а лишь наблюдал за изменяющимся миром. А в это время, один из гостей, который явился в наш мир из-за грани как десятки предшественников, казавшийся слабым и ничтожным, словно червь грызущий спелое яблоко подтачивал истиную гармонию Эквуса. По его навету был сокрушён и убит собственными потомками император драконов, а проклятый кристалл утоплен в пучинах океана; его наёмники выкрали скипетр правителей грифонов, а затем Идол был похоронен в темноте горных хребтов... Хотел бы я сказать, что он виновен во всех бедах, но... мы и сами неплохо справлялись с тем, чтобы помочь ему. Чего стоит хотя бы исчезновение Кристальной Империи, где жили последние мудрецы, которые создавали невероятные в своей красоте шедевры, а изгнание одного из стражей на светило, что лишило Эквус почти трети защиты? Благодаря моей сестре более тысячи лет порядок, который принёс стагнацию, называемую постоянством, считали гармонией... Тысячу лет Эквестрии вырывали зубы, незаметно отнимали у неё оружие, стачивали когти, чтобы в один день натравить верных псов, фанатично уверенных в том, что делают всё по собственной воле. И я, упивающийся наконец-то обретённой свободой, наконец-то увидев угрозу во всей красе... как пылкий юнец влетел в расставленную ловушку. Сейчас, Пинкс, лишь воля мира сдерживает того, кто однажды взял имя Грогар; того, кого правильнее называть Пастью Бездны, из которой он и явился. Но не всё ещё потеряно: Твайлайт Спаркл, Селестия и Луна ныне свободны, а скоро и всю Эквестрию ждут перемены. В наш мир пришёл очередной странник, что обладает чуждой силой, неся на себе метку защитника иного мира, и он жаждет могущества, знаний, кобыл...       - Кха? - на последнем слове эква, проникшаяся торжественностью момента поперхнулась, состроив обиженное выражение мордочки.       - Что? - удивился Дискорд. - Он - здоровый жеребец, а вокруг него голые кобылы вьются. Было бы странно, не испытывай он определённых желаний. Но... это не важно. Главное тут в том, что в отличие от Грогара, он - не угроза Эквусу в целом, но при этом амбиции имеет огромные, из-за чего обязательно столкнётся лбами с одним старым бараном. А это, Пинкс, даёт шанс уже нам. Но, как и положено любому герою, ему нужны верные спутники, которые будут способны поддержать в трудную минуту, вселив в душу уверенность и отогнав печали. Как думаешь, справишься с задачкой?       - Я? - Пай ещё более удивлённо воззрилась на собеседника. - Если ты не заметил, то меня саму нужно спасать.       Последняя фраза прозвучала крайне невесело, что совершенно не смутило духа хаоса, который подлетел под самую крышку бочки, развёл в стороны руки и... собрал между ними яркую белую искру. Магическое ядрышко влетело в середину груди ойкнувшей эквы, а драконикус объявил:       - Я дарую тебе, моя дорогая подруга, Искру Творения! Вещь редкая - другой такой на всём Эквусе не найдёшь. Мне она в своё время досталась от... не важно. В общем, чтобы освободиться из плена, тебе просто требуется представить место, куда ты хочешь переместиться, а затем щёлкнуть... копытцами. Хе-хе.       - Шутишь? - вскинула брови Пинки. - Это ведь не может быть... так просто.       - Я абсолютно серьёзен, - гордо заявил собеседник, достал из воздуха блокнот и добавил: - Седьмой раз за свою жизнь.       - Но... почему я? - сперва Пинки хотела спросить, почему он не даст такие же искры другим, но тут же вспомнила слова об уникальности дара. - Почему не... Флатти?       - Я надеюсь, что ты не бросишь в беде подругу, - подмигнул драконикус, усмехнулся и добавил: - Да и кто ещё сможет вдохнуть в унылое общество, сломленное годами неволи, хоть немного радости? Боюсь, что доброта тут будет бессильна.       - Я... - Пай сморгнула слезу, опустила мордочку и, тихо произнесла: - Спасибо, Дискорд. И... прости.       - Пинкс, я сейчас расплачусь, - достав из воздуха белый платок, дух хаоса высморкался в него. - Иди уже. Позволь мне сохранить хотя бы иллюзию достоинства.       На этот раз эква только кивнула, зажмурилась, напрягла ноги и... с тихим стуком копыт исчезла. Оставшийся один драконикус, самодовольно огладив бородку произнёс:       - Интересно, она догадается о том, что можно щёлкать и пальцами? Как бы моя шутка, которую всё равно никто не поймёт, не вышла всем боком...       Собрав остатки сил, Дискорд щёлкнул пальцами и исчез из вновь тёмной бочки...       ...Чтобы появиться в старом сарае, рядом со свернувшейся на сене жёлтой пегаской, пытающейся укрыться обрезанными крыльями от холода, пробивающегося в щели между досками. Она находилась в тяжёлом сне, закусив нижнюю губу, её пальцы беспомощно сжимали старое сено, на шее же виднелся чёрный ошейник с кольцом и острыми шипами, направленными внутрь.       - Прости меня, мой маленький ангел, - прошептал дух хаоса, присев на корточки рядом с эквой, находясь в своей полноразмерной личине. - Тебя скоро спасут. Всё будет хорошо...       Взмахом руки, тратя драгоценные капли силы, драконикус заставил исчезнуть шипы, после чего создал серебристую шаль, укрывшую Флаттершай целиком. Летунья, прекратив дрожать, слегка улыбнулась ощутив тепло, а затем дёрнула кончиком уха, когда ощутила прикосновение когтей к гриве.       - Спи, мой маленький ангел, - прошептал на прощание ночной гость, вновь исчезая...       ...И появляясь на пороге пещеры, вход в которую скрывали колючие кусты. Впрочем, помехой для него они не стали, легко расступившись под силой рук.       Подземный зал, в центре которого росло раскидистое кристальное дерево, шелестящее листвой невзирая на отсутствие ветра, освещался многочисленными кружащими светлячками, что внушало ложное чувство умиротворения. Только вот Дискорда подобным было не обмануть, так как свою "сестру" он знал достаточно хорошо.       - Ты так и будешь их оплакивать? - сложив руки на груди, дух хаоса подошёл к самому стволу Древа Гармонии, вглядываясь в мелькающие в нём образы. - Двое ещё живы и... но если ты продолжишь бездействовать, то не станет и их.       Шелест листвы стал громче, но это ничуть не впечатлило гостя, скривившегося в раздражении.       - Чужак не справится один. Сколь бы силён, хитёр и жесток он ни был, но смертному не выстоять перед тем, кто заставляет дрожать даже тебя. Ха-ха... Он опасается тебя, но знает то, что ты боишься его. Знаешь? Он не отнял у тебя последних двух только потому, что хочет заставить тебя медлить, в ужасе от вероятности потери бессильно проклиная его имена. Но вот в чём штука: время играет на его стороне. Каждый день твоего промедления приближает его победу на годы!..       В гроте установилась тишина, которую почти можно было почувствовать физически.       - Я выложил свою последнюю карту на стол, но будет ли она бита - решать тебе, - отвернувшись от древа, драконикус зашагал к выходу, при этом совершенно не обращая внимания на то, как истаивает дымом его собственное тело. - Помни... Если они погибнут из-за твоего бездействия, я вернусь из небытия и сделаю всё, чтобы ты страдала как можно дольше...       Эхо слов отразилось от далёких стен, прежде чем последнее напоминание о том, что в грот вообще кто-то входил затихло.       Наступила тишина.