Данзо Грин-де-Вальд

      - Гриша, доброго утра, - поприветствовал своего гостя барон Левшов, отсалютовав ему наколотым на вилку пельменем, который тут же был опущен в миску со сметаной, после чего отправился в рот с ровными белыми зубами. - Эй, бездельники! Несите посуду для дорогого гостя!       - Доброго вам утра, Владимир Святославович, - в свою очередь отозвался Геллерт, одетый в белую рубашку и чёрные штаны, проходя к столу, где его уже дожидался свободный стул. - Как ваше самочувствие? Хорошо ли спалось?       - Самочувствие, мой юный друг, отличнейшее, а вот сна почти нет, - без тени сожаления ответил худой и довольно высокий старик, голову коего украшала копна седых волос, одетый в рубашку с закатанными рукавами, коричневый жилет и широкие брюки. - За что я вас от всей души благодарю.       - Я лишь выполнил свою часть договора, - совершенно честно признался Данзо, при этом не забыв изобразить смущение.       - О!.. Юноша, мне ли не знать, как можно исполнять договор? - весело прищурился собеседник, за последний год ни разу не страдавший от зубной боли, расстройства желудка, ноющей спины и травмированных коленей. - В конце концов, каждый договор можно исполнять по букве и по совести. И должен заметить, что совесть у вас, Гриша, определённо есть.       "Правда? Нужно будет проверить. А то вдруг я действительно где-то подцепил эту гадость", - мысленно хмыкнул Грин-де-Вальд, коему было весьма выгодно, чтобы его считали добродушным любителем благотворительности (ведь если партнёр по какому-либо делу считает, что сумел тебя облапошить, то скорее всего и опасаться не станет).       Тем временем в светлую комнату сразу с тремя окнами в двух стенах вошли служанки в простых грубых платьях до пола, торопливо поставившие на стол тарелку с мясными шариками в тесте, миску сметаны, кружку свежего молока и блюдо с нарезанным свежим хлебом. Тут же стояли солонка, перечница, накрытый кружевным платком поднос со стопкой ещё горячих блинов...       Хозяин дома, оценивший удобство наличия в своём окружении "придворного мага", всячески старался угодить молодому волшебнику и продлить его срок проживания в своих владениях. В конце концов, лишь в последний год, после приёма курса зелий (изначально предназначенных самому чародею), он вернулся к активной половой жизни, чувствуя себя помолодевшим минимум лет на двадцать.       Конечно же зелья были рассчитаны на волшебника, но как в мире шиноби крохи чакры имеются даже в самом последнем крестьянине, так и в этой реальности магия, пусть и в минимальных объёмах, присутствовала в каждом живом существе. Эффективность воздействия, разумеется, была заметно ниже, но даже этого старику, вновь получившему возможность наслаждаться жизнью, оказалось более чем достаточно. Правда людей, постоянно взаимодействующих с бароном, пришлось обработать чарами, чтобы те не обращали внимания на странности вроде белоснежной улыбки...       - Прошка сказал, что приходил ваш родственник, - возобновил разговор старший мужчина, кивком головы указывая на корзину, стоящую на подоконнике. - Оставил вам посылку и ушёл. Не хочу лезть не в своё дело, но как-то это...       - Просто мы с ним не слишком хорошо ладим, что не мешает нам продолжать заботиться друг о друге, - слегка улыбнувшись, пояснил бывший глава "Корня" поведение своего трансфигурированного помощника. - Родня, всё же.       - Это да, - согласно покивал собеседник. - Кровь - она не водица. Гхм... Чем сегодня думаете заняться, Гриша? Я вот на охоту собираюсь: давно мелкое зверьё не гонял. А ведь в молодости, бывало, и на волков, и на медведей ходил...       В очередной раз рассказывая о былых подвигах, барон Левшов напоминал добродушного дедушку, к которому в гости приехал любимый внук. Однако же к своим крестьянам, а тем более - прислуге, этот человек относился не многим лучше феодалов, знакомых Данзо по прежней жизни. Впрочем, чего-то странного бывший шиноби в этом не видел, что не мешало отслеживать настроение окружающих, а также подслушивать разговоры простолюдинов.       "Если бы я не подталкивал мысли слуг в нужную сторону, то получивший подобие второй молодости барон уже упал бы из седла, ну или подавился сливовой косточкой", - промелькнуло в голове Геллерта, вынужденного присматривать за благополучием своего гостеприимного домовладельца, словно бы и не замечающего, по какому тонкому льду ходит.       Любвеобильность Левшова, не стесняющегося затаскивать служанок в свои комнаты, была молодому волшебнику безразлична. Тем более, уподобляться старику, имея полноценно молодое и здоровое тело он не собирался, пусть даже у него была такая возможность: физические и магические тренировки отлично помогали избавиться от избытка энергии, да и простолюдинки, сколь бы симпатичными ни считались, были либо слишком молодыми, либо уже замужними. Кроме того, откровенно говоря, они значительно уступали красотой как куноичи из прежней жизни, так и волшебницам из этой, что объяснялось наличием энергии, подсознательно направляемой на исправление реальных и воображаемых недостатков внешности, и доступными средствами ухода за собой.       "Чародейка, если она не полная бездарность, даже будучи откровенно уродливой изначально, при помощи зелий, чар и ритуалов, способна превратить себя в эталон привлекательности. Из-за этого в Европе, одним из поводов подозревать женщину в колдовстве была красота", - неожиданная мысль о том, что устраиваемый простолюдинами и не прошедшими обучения церковниками самосуд, происходивший во времена расцвета инквизиции, ударил не только по численности магиков, но и по красоте маглов.       Наколов на вилку очередной мясной шарик в тесте, Грин-де-Вальд опустил его в сметану. Еда этого мира была необычной, но питательной и вкусной, от чего нравилась молодому мужчине, время от времени всё же скучающему по привычным блюдам.       Возвращаясь к крестьянкам и возможности воспользоваться своим статусом гостя барона, крашенный брюнет время от времени подумывал о том, чтобы завести в этом мире потомство и создать подобие клана. Однако же против этого выступали сразу и то, что он собирался покинуть гостеприимный дом сразу же как нервная ткань прекратит свою перестройку, что вынудило бы либо забрать детей с собой, либо бросить без присмотра, что являлось совершенно недопустимыми действиями, и то, что у волшебника и маглы одарённый потомок мог появиться только в пятидесяти процентах вероятности.       Если бы Данзо руководили чувства вроде любви, в возможности чего он разумно сомневался, то от продолжения своего рода с какой-нибудь простолюдинкой его не удержали бы никакие общественные нормы. Однако же из-за отсутствия влюблённости, часто не позволяющей мыслить рационально, он не собирался рисковать появлением неодарённого ребёнка, бросить коего как ненужную вещь не смог бы, из-за чего могло возникнуть немало трудностей.       "Кровь - не водица", - мысленно повторил слова барона Левшова Геллерт, совершенно не собирающийся разбрасываться собственной "не водицей".       Волшебники этого мира долго спорили, что же является первостепенным: кровь или магия? Благодаря строению нервной ткани, первые чародеи научились пропускать через себя магическую силу, тем самым увеличивая собственный ментальный потенциал, из-за чего их тела ещё сильнее изменялись и подстраивались ко всё большим нагрузкам. Благодаря же опытам тёмных магов, а также шаманов и им подобных мистиков удалось выяснить, что маглы, в случае подселения кусочка ментального тела одарённого существа, способны временно приобретать их особенности, но при этом их тела быстро разрушаются.       "Учитывая мою ситуацию, когда более сильное ментальное тело было помещено в оболочку волшебника, тут же начавшую подстраиваться под новые условия, можно сделать вывод, что первичным фактором является всё же кровь. Просто в определённый момент душа становится достаточно сильной, чтобы самостоятельно воздействовать на материальный мир. Отсюда и берутся разные призраки", - разумеется, эти выводы не были подкреплены серьёзными исследованиями, а от того оставались под вопросом.       Однако же, если в магии первично именно тело, создающее ментальную оболочку, то это порождает интересный вопрос: что будет, если превратить в человека магическое существо с ярко выраженным талантом? Сохранится ли способность... к примеру к невидимости? Будет ли кровь превращённого единорога обладать теми же свойствами, что и в его обычной форме? Можно ли комбинировать носителей разных "улучшенных геномов" в одном трансфигурированном теле, или же разная магия начнёт конфликтовать?       Исходя из воспоминаний предшественника, не слишком хорошо знающего большой мир, но всё же ориентировавшегося в естественных для волшебника вещах, можно было с уверенностью заявить, что поставщик добровольно отданной крови единорога в магическом мире будет весомой фигурой. Его, разумеется, попытаются подмять под себя, устранить конкуренты, похитить и выпытать секреты... но все эти угрозы не идут ни в какое сравнение с возможностями, даруемыми лишним флаконом серебристой жидкости в нужных руках. Ведь если какие-то вещи или услуги нельзя приобрести за золото, то их можно получить за жидкое здоровье.       В радужных мечтах Данзо у него на службе уже находились целые отряды невидимок, целителей, ищеек, прирождённых охотников и ликвидаторов, в головы коих вложены знания многоопытного убийцы и диверсанта. В верности подобных подчинённых не пришлось бы сомневаться, а их эффективность могла бы превзойти многих элитных шиноби из кланов с улучшенными геномами, что сделало бы новый "Корень" намного более могущественным чем когда-либо раньше. Только вот проблемы, которые были видны невооружённым взглядом всё портили: во-первых, магических существ с нужными талантами не так-то просто добыть; во-вторых, ещё не известно, сохранятся ли особые таланты после принудительной трансфигурации (анимаги в своей звериной форме не демонстрировали талантов к чародейству), в-третьих, заклинание отмены, изучаемое каждым волшебником, ну или сильная святая аура, разрушающая чары, были способны превратить такого агента обратно в животное.       "Мне нужны учёные. Верные учёные, которые будут держать язык за зубами", - в очередной уже раз вынужден был констатировать безрадостный факт Геллерт.       Именно возможность того, что его чары разрушат в самый неподходящий момент и стала причиной, почему молодой волшебник предпочитал вести дела со старым бароном честно. В конце концов гораздо проще и дешевле было бы заменить его на марионетку из тех же садовых гномов, ну или просто заколдовать так, чтобы он исполнял любые приказы своего гостя, при этом не задумываясь об их смысле. Только вот время от времени появляющийся на пороге поп, проживающей в небольшом храме на земле Левшова, не только заметил бы это, но и не стал бы замалчивать, тем самым запустив новую волну неприятностей.       "Для полного счастья, пока у меня происходит трансформация тела, мне не хватает настроить против себя ещё и Православную Церковь", - мысленно поморщился бывший глава "Корня", с раздражением отмечая, что идея стать гонимым всеми возможными религиями этого мира на краткий миг показалась забавной.       Доев завтрак, Данзо распрощался с хозяином дома и, подхватив с подоконника корзину, направился на задний двор, где находились конюшня, курятник, псарня и свинарник. Местный конюх, не слишком хорошо скрывающий влюблённость в одну из служанок, уже подготовил лошадь для прогулки, за что получил большое человеческое "спасибо", ну и лёгкое внушение на смирение, чтобы в голове не завелись нехорошие мысли.       В Российской Империи народ был терпеливый, привычный гнуть спину перед своими господами, чем напоминал крестьян из прежнего мира. Только вот если в элементных странах различные даймё, если их подданные взбунтуются и решат поднять землевладельца на копья, могли нанять пару отрядов элитных боевых магов, чтобы решить проблему, то здесь магическое сообщество хоть и соприкасалось с магловским, но даже формально не подчинялось ему. Поэтому даже тихие и осторожные шепотки недовольства, через десяток-другой лет могли перерасти в нечто действительно опасное.       "И у меня есть возможность либо попытаться затушить редкие огоньки, либо раздуть их в настоящий костёр. Только вот... заниматься этим в моём нынешнем состоянии не стоит, если я не хочу получить тот же результат, что и в авантюре с оборотнями".