Данзо Грин-де-Вальд

      С хлопком телепортации появившись на покрытой невысокой зелёной травой поляне, Геллерт скинул с головы кожаный капюшон тёмно-серого плаща и прищурил синие льдистые глаза, в которые тут же ударили лучи солнца, пробивающегося через переплетающиеся ветвями кроны высоких деревьев. До обоняния донеслись ароматы зелени, цветов, сырой земли; слух уловил пение птиц, шелест ветра в листве, поскрипывание древесины; интуиция подсказала направления взглядов наблюдателей, умело скрывающихся от волшебника как в окружающем лесу, так и среди ровных рядов кустов, произрастающих на самой поляне. Впрочем, агрессии стражники не проявляли, да и прибывшего человека они быстро узнали, почти потеряв к нему интерес.       "Вот так: ты можешь сделать для народа больше, чем все его вожди вместе взятые за последние несколько сотен лет, но как только жизнь устаканится - перестанешь быть значимой фигурой. Ещё ироничнее становится, когда тебя начинают считать своим, так как тогда любые твои свершения превращаются в нечто само собой разумеющееся", - к счастью для себя, Грин-де-Вальд и не рассчитывал на чувство благодарности и морального долга, а потому изначально заключал договора так, чтобы его статус и привилегии были строго прописаны (пусть магики и не люди, чтобы играть словами в угоду своих интересов, но само их мышление отличается от человеческого, хоть и не критично).       Оправив полы плаща, золотоволосый волшебник направился к двухэтажному бревенчатому длинному зданию с двускатной крышей, маленькими окнами с резными ставнями, высоким крыльцом и дорожкой перед ним, обрывающейся примерно на середине поляны. После того как Министерство Магиков получило официальный статус и было признано как волшебниками (у которых раньше существовал отдел по контролю популяции магических существ, переформированный в отдел по сотрудничеству с магическими существами), церковниками, так и верхушкой дворянства Российской Империи, среди коей существовали запутанные кровные связи с благородными древними родами чародеев, возникла необходимость не только построить достойную резиденцию, но и создать бюрократический аппарат. Пользуясь тем, что представители нечеловеческих рас, считающиеся полудикими существами подавляющим числом людей, желают наладить сотрудничество так, чтобы их защищал закон, чиновники постарались не только загнать их в рамки мягкой удавки, но и вбить фигуральный клин в и без того не слишком монолитное объединение.       "Скорость, с которой сработали дворяне и министерство магии заслуживают уважения: даже возникает подозрение, что они воспользовались заранее подготовленным планом... ну или чужим опытом. В конце концов, как можно разделить союзников эффективнее, нежели дав одним из них власть над другими? Одно оформление документов, разрешающих проживание в человеческих поселениях - это уже рычаг, которым можно было бы надавить для получения личных благ. А ведь есть ещё и торговля... которую монополизировал "Корень"", - миновав выложенную одинаковыми шестиугольными камнями дорожку, молодой мужчина поднялся по широким деревянным ступенькам и кивнул паре охранников, коими были находящиеся в человеческой форме волки (не ликантропы, являющиеся проклятыми людьми, а именно магические звери, предки коих пробудили разум).       Двое стражей, обладающие острым чутьём, чутким слухом и звериной интуицией, были облачены в тёмно-зелёные охотничьи костюмы с жилетами, напоминающими то, что в мире Данзо носили шиноби уровня не ниже чунина. Однако же, пусть физически они превосходили даже обученных маглов, обладая нечеловеческими силой и реакцией, на деле их боевой уровень оставался не так уж и высок: опытный генин, специализирующийся на открытых столкновениях, сумел бы справиться с обоими хищниками за счёт техники. И лишь наличие различных артефактов в специальных кармашках выправляло ситуацию.       "Пока "Корень" остаётся основным скупщиком товаров, поставляемых магиками и поставщиком артефактов, скупаемых ими же, наши отношения будут только крепнуть. Только вот вряд ли они будут удовлетворены подобным положением дел и, пусть не в ближайшую пару-тройку лет, но начнут искать выходы на другие рынки. А волшебники только помогут этому процессу, даже в убыток себе предлагая продукцию по более низкой цене... И это только то, что приходит мне в голову навскидку", - в очередной раз Геллерт пожалел о том, что рядом с ним нет кого-то, кто мог бы взять на себя политическую возню с дипломатическими играми, оставив ему всё то, что должно оставаться в тени.       ...Благодаря своему агенту на самом верху Министерства Магии Грин-де-Вальд знал, что союз магиков ждёт испытание, которое однажды уже провалили шаманы краснокожих, когда Северную Америку прибыли колонизировать те же англичане. Конечно, сейчас в книгах по истории пишут, что магия индейцев была медлительной, жутко требовательной к обучению, узкоспециализированной, в то время как европейцы пользовались римской школой, делающей упор на волшебные палочки, универсальность и скорость. Только вот коренные американцы находились на своей земле, где им помогали прикормленные сущности, их было много больше, а кроме того... среди них встречались настоящие монстры.       Более достоверные записи, полученные через чёрный рынок, заплатить за которые пришлось как добровольно отданной, так и проклятой кровью единорога, описывали несколько иную картину противостояния, где смелые колонисты сперва обломали зубы об одних дикарей, а затем стали подкупать других, обещая им помощь в борьбе с соседями. Результатом подобного союза стало то, что остатки когда-то многочисленного народа стали презираемыми на своей же родине, их шаманы лишились большей части мест силы, а оставшиеся крохи могущества обмениваются на знания захватчиков, дабы окончательно не отстать в своеобразной гонке вооружений. И только самые упёртые борцы за наследие предков сидят в небольших анклавах, ощетинившись оружием во все стороны, боясь высунуть нос наружу.       Не то, чтобы Грин-де-Вальд осуждал колонистов: он искренне считал, что командовавшие данной операцией люди проделали великолепную работу как в плане диверсий, так и открытых противостояний. Особой жалости к индейцам он тоже не испытывал, из скудных сведений сумев понять, что краснокожие попросту не воспринимали бледнолицых угрозой, привычно воюя между собой, а после того как убедились в слабости колонистов - вовсе начали помогать им захватывать земли соседей. Тем же англичанам оставалось только воспользоваться добротой хозяев Нового Света, накопить побольше сил, а затем и отблагодарить за самоуверенность.       Благодаря тому, что магики Руси объединились в одну организацию, но при этом оставались полудикими народами со своими особенностями, у волшебников имелись большие шансы повторить успех колонистов. Даже не имея возможности вести полноценные боевые действия в лесах, контролируемых Лешим, опасаясь ещё и спровоцировать противников к сплочению против общего врага, чародеи могли воспользоваться менее быстрым, но более опасным оружием - дипломатией. Рассорить тех же фавнов и кентавров-оленей было делом не таким уж и сложным: следовало только столкнуть их интересы, дав преимущества одной стороне и начав угнетать другую, попутно подкармливая недовольство слухами и осознанием собственной исключительности.       "Правда тут возникают две трудности: во-первых, меня такое развитие событий не устроит, так как война среди магиков пошатнёт мои позиции и затруднит достижение промежуточных целей, а во-вторых, истинный маг может рассердиться на беспорядки в своём доме", - в будущем глава "Корня планировал взять Российскую Империю под ненавязчивый контроль, чтобы исполнить своё задание от Шинигами, ну и попутно узнать как можно больше о магии.       Геллерт не желал, чтобы магики сами сократили свою численность, а потом либо растворились среди людей, либо стали жить в маленьких резервациях. Впрочем, он не собирался и низвергать людей с импровизированного пьедестала хозяев мира, позволяя лесам захватить сушу, а представителям магических народов распространиться на каждый клочок земли. Его промежуточная цель состояла в создании устойчивого симбиоза обоих социумов, с последующей интеграцией в него магловских учёных, дабы дать толчок научному прогрессу, который повлечёт за собой изменения во всех остальных сферах жизни.       На самом деле, в редкие минуты абсолютного безделия, когда голова не была занята решением сиюминутных вопросов и долгосрочным планированием, Грин-де-Вальд задумывался о будущем... а точнее - своём месте в нём. Нужна ли ему была власть? Исключительно как инструмент достижения целей, не более того. Жаждал ли он могущества или знаний, как тот же Орочимару? Ответ был тот же, что и на предыдущий вопрос.       Шинигами поставил перед Данзо задачу - найти и доставить ряд артефактов, о большинстве из которых известно только название и свойства. Наниматель не поставил точных сроков и не ограничил в средствах, из-за чего исполнитель решил, что должен сам обзавестись всеми требуемыми инструментами. И как только последний предмет скроется в Арке Смерти... всё закончится.       "Как иронично: у меня с трансфигурированными двойниками даже больше общего, чем я думал. И у них, и у меня есть цель существования, ради которой нас создали. Разница лишь в том, что их создаю я, ставя им задачи, а меня создал Бог Смерти", - эти мысли пронеслись в голове волшебника, когда он остановился перед столиком регистратуры, установленным поперёк холла, вдоль правой и левой стен которого тянулись лестницы, ведущие на второй этаж.       Деревянные панели с цветочным узором скрывали под собой стены, дощатый пол украшали рисунки цветов, сделанные словно бы детьми, обычные прямые поручни блестели белым лаком. Здесь не было следов какой-то роскоши, если не считать жемчужных бус работницы, выглядящей как девушка лет шестнадцати с короткими серыми волосами, одетой в сарафан с длинными рукавами, амулет на руке коей выдавал её природу магика.       "Они даже работу в министерстве превратили в игру", - с неким даже уважением подумал Данзо, встретив любопытный взгляд совсем ещё девчонки, едва не подпрыгивающей на месте от нетерпения (учитывая, что во всём здании находился едва ли десяток разумных, причина её скуки была очевидна).       - Я к министру, - спокойно произнёс светловолосый человек, подойдя к столу вплотную. - Геллерт Грин-де-Вальд.       - А... По какому вопросу? - пару раз моргнув глазами, собеседница поспешно достала из стола пустой бланк, вооружилась металлическим пером и приготовилась писать.       - Это... секрет, - решил слегка подшутить чародей, пусть подобное поведение для него и не было характерным.       - Пониятно... - наклонившись над столом, работница регистратуры высунула кончик языка и стала сосредоточенно писать. - По... семейному... вопросу... Всё. Можете идти. Последний кабинет на первом этаже. Вас проводить?       - Я не заблужусь, - заверил собеседницу Данзо, затем обогнул стол и углубился в коридор, вдоль правой и левой стен которого тянулись двери кабинетов, пока что в большинстве своём совершенно пустых.       ...Какая ещё, кроме выполнения задания для Шинигами, была цель жизни у Геллерта? Найти путь в Коноху? Во-первых, прошло слишком много времени, а во-вторых, он был мрачным прошлым своей родины, которая вступала в светлое будущее, где совершенно не нужны грязные тайны и старые монстры, напоминающие о всём самом худшем. И это при условии, что Лист всё ещё существует, а не исчез по какой-либо причине, или же превратился в нечто совершенно чуждое, вроде здешнего города церковников.       Власть, сама по себе, Грин-де-Вальда не привлекала, а захватывать её для того, чтобы привести этот мир к светлому будущему... казалось затеей глупой. В конце концов, даже он не был настолько безумен, чтобы верить в "общее благо". Ну а какой-то определённой группы разумных, даже не обязательно - людей, за будущее которых хотелось бороться как в лучшие годы... тоже не было.       "А зачем мне другая цель? Поиски могут занять десятилетия, если не сотни лет. Я ведь так и не нашёл ни одного артефакта, а значит - могу не справиться за всю свою жизнь. В таком случае, нет смысла и задумываться о чём-то ином... Верно?", - остановившись перед тяжёлой дубовой дверью, глава "Корня" откинул все посторонние мысли и сомнения, затем постучал в створку и, дождавшись ответа, распахнул проход, входя в просторное помещение.       Наступал очередной этап подготовки к новой войне...