Данзо Грин-де-Вальд

      Стоя на выходящем на западную сторону замка открытом балконе, Владислав, облачённый в старомодный камзол тёмно-синего цвета, поверх которого был накинут угольно-чёрный плащ, хмурым взглядом обозревал горизонт. Солнце уже поднялось над землёй, но густая тень твердыни всё ещё надёжно защищала своего владыку, находящегося в далеко не самом благодушном настроении.       - Я жёстко контролировал гнёзда своих сородичей, не позволяя им плодиться без меры и охотиться на невинных; я отлавливал преступников как в мире маглов, так и в мире волшебников, наказывая в том числе и заигравшихся птенцов; я заботился о народе, которым когда-то поклялся править сурово, но справедливо; я не задирал цены на товары, производимые на наших землях и вёл переговоры даже с потомками тех, чьи отцы шли разорять моё государство с желанием убивать и грабить... Чего ещё им было нужно? - голос мужчины, кожа коего выглядела ещё более бледной чем обычно выражал искреннее недоумение и даже обиду. - Ответь, Ренфилд.       - Не могу знать, хозяин, - отозвался высокий седой человек в ливрее дворецкого, стоящий позади и справа от своего господина, держа на левой руке поднос с бокалом, заполненным алой жидкостью.       - Возможно... Возможно я был слишком добр? - красные радужки того, кого именовали не иначе как Дракула, пусть и с совершенно разными эмоциями в зависимости от принадлежности к фракции, сверкнули холодным блеском. - Люди привыкли в доброте видеть слабость, а за проявление силы - ненавидеть и называть чудовищем. Возможно... мне хватит изображать из себя того, кем я не являюсь и скрывать свою истинную природу?       - Лиш вам решать, хозяин, - покорно отозвался слуга.       - Ты бесполезен, Ренфилд, - хмыкнул Владислав. - Скройся в убежище. Похоже, наши гости наконец-то добрались сюда.       - Как прикажете, - дворецкий поклонился, после чего неторопливо, сохраняя невозмутимое достоинство скрылся в комнате.       Тем временем на горизонте появились три дюжины крылатых силуэтов, коими были все взрослые особи, обитавшие в драконьем заповеднике Румынии. В обычном своём состоянии эти ящеры были крайне вздорными существами, способными напасть на любого незнакомого человека, из-за чего потеря каждого сотрудника заставляла прилагать немало усилий для подбора новых кандидатов на вакансию, но сейчас они вели себя словно приручённые пегасы...       "Разве что крылатые кони чуть меньше размером, да и огнём дышать не могут", - криво усмехнулся владислав, небрежным движением скидывая на пол свой плащ.       ...Из-за того, что большая часть его птенцов не могла сражаться под лучами солнечного света, а скрывающий туман не поднимался выше крыш двухэтажных домов горожан, обитающих неподалёку от замка владыки, укравшая драконов женщина получила небольшое преимущество. Однако же невзирая на то, что недавнее нападение показало уязвимость Дракулы к святым реликвиям, ранение было результатом его расслабленности и самоуверенности, которой не осталось и следа (на ближайшие лет пятьдесят-сто - точно).       - Ты смогла подчинить летающих чудовищ своей воле и считаешь, что этого достаточно? - Владислав поднялся на парапет и раскинул руки в стороны. - Что же, Святая Дева, я принимаю твой вызов!       Шаг вперёд окончился тем, что тело вампира распалось багровым облаком, к которому потянулись незримые струйки силы, в то время как лишившаяся поддержки одежда полетела вниз бесформенной кучей тряпок. Впрочем, если бы в эти мгновения кто-то из горожан взглянул на замок своего господина, то его внимание в самую последнюю очередь обратилось бы на дорогой наряд. В конце концов, в эти самые секунды из кровавой взвеси формировалось тело огромного монстра с узкой хищной мордой, жилистым телом, покрытым тёмно-бурым мехом, широкими перепончатыми крыльями вместо передних лап.       - ИИИИИИИИ!!! - вырвался из пасти летучей мыши оглушительный крик, вонзающийся в души услышавших его жертв, от чего кровь в жилах стыла даже у крепких взрослых мужчин.       Эхом отозвались сотни голосов, после чего в небо взмыла огромная стая гигантских нетопырей, размерами не уступающих средней лошади (тогда как их "отец" мог сравниться с крупным драконом). Тяжёлыми взмахами крыльев они поднимались всё выше, благодаря кровавому туману игнорируя губительное влияние солнечного света, чьим лучам стремились помешать начавшие наползать на небосвод густые свинцовые тучи.       ...Дракула был готов принять бой с достойным врагом, но совершенно не собирался сражаться честно, как и позволять разрушать свой дом в пылу битвы.                   ***       Серебряные и медные колокола звонили без остановки, распространяя вокруг монастыря давление святой силы. Братья-монахи, облачённые в однотипные простые робы бегали между складами, чтобы получить защитные жилеты, шлемы, ружья и мечи. Отдельная группа послушников уносила в подземные помещения потерявших сознание маленьких воспитанников, которые вздрагивали от громких звуков или даже извивались в бессознательных попытках сбежать.       Седой голубоглазый мужчина с гладко выбритым лицом, на котором не имелось признаков морщин или недосыпания, заложив руки за спину стоял на крыше одного из каменных строений и смотрел вдаль. Прохладный ветер трепал его алые одежды, выделяющиеся на фоне синего неба будто настоящее знамя... символ надежды и веры.       В действиях людей не было бестолковой суеты или страха: все они действовали как единый, отлаженный механизм, предназначенный для одной-единственной цели. Наличие целого кардинала же служило для них дополнительным подтверждением, что их дело правое. А значит - не стоит бояться испытаний, которые должны проверить их стойкость, мастерство и веру.       О чём думал сам посланник Святого Престола, возглавляющий крупнейший из монастырей, в которых начали своё перевоспитание отпрыски ряда нечеловеческих народов никто не знал, а спросить не решался. Сам же кардинал был слишком сосредоточен на контроле святой силы, что должна была ослабить его врагов, но пока что вредила только воспитанникам, оказавшимся вне экранированных помещений на момент начала вторжения.       - Ваше Высокопреосвященство, - в несколько длинных прыжков рядом с молодо выглядящим человеком в красном оказался пожилой мужчина в белом одеянии, сжимающий в руке деревянный крест. - Дети доставлены в убежища. Вы можете начинать.       - Благодарю, брат Карлос, - слегка кивнул голубоглазый человек. - Что известно о противнике?       - Они собрались в пять групп, которые окружили нас с пяти направлений и готовят какое-то колдовство, - собеседник нахмурил брови и понизил голос. - Я готов возглавить команду добровольцев, чтобы не дать замкнуть пентаграмму.       - У тебя есть предположение, что они задумали? - уточнил кардинал, вовсе не собирающийся пренебрегать советами подчинённого.       - Я не уверен, но уж больно подозрительно эти нелюди встали, - старший мужчина крепче сжал пальцы на кресте. - Если оставить отметки на карте, а потом провести между ними линии, то получится равносторонний пятиугольник.       - Барьер, или попытка создать групповое заклинание? - голубоглазый мужчина колебался ещё секунду, после чего приказал: - Выдвигайся сразу как соберёшь группу. Я же постараюсь освятить эту землю. Жаль, что из-за непереносимости света некоторыми магиками школу пришлось устраивать в столь... отдалённом месте.       - Просьба о помощи уже отправлена, - напомнил Карлос, после чего развернулся на пятках и, с неожиданной для его возраста лёгкостью спрыгнул на землю.       "Барьер может служить не только для того, чтобы не позволить прийти помощи или не дать сбежать. Григорий Лесников доказал нам это, когда использовал распылённые в воздухе яды", - прикрыв глаза, посланник Святого Престола сложил руки в молитвенный жест и его фигуру окутал чистый белый свет, начавший распространяться по округе ровным сиянием, игнорируя стены и другие препятствия, не оставляя теням ни единого шанса на существование.                   ***       Рыжеволосый голубоглазый мужчина, одетый в льняную рубаху стоял в большом рунном круге, восточная сторона которого пересекала малый рунный круг, в центре коего в деревянной подставке лежало крупное красно-золотое яйцо. У стен ритуального зала стояли двенадцать волшебников в коричневых балахонах с глубокими капюшонами, что направили волшебные палочки на выведенные специальной краской узоры, накапливающие в себе магическую силу с оттенками света и огня.       По сигналу одного из чародеев со скрытыми лицами рыжеволосый мужчина вытянул руки с раскрытыми ладонями в сторону яйца и затянул одну-единственную ноту, постепенно всё набирающую громкость. Оба рунных круга засветились, скорлупа начала трескаться, а затем и вовсе лопнула разлетаясь осколками, открывая взглядам маленького красно-золотого птенца, который жалобно пискнул и стал крутить кажущейся непропорционально большой головой. Тут же ритуальная конструкция начала двигаться и сжалась словно две удавки, первая из коих затянулась на шее человека, а вторая - феникса.       - Превосходно, господа, - старший из балахонщиков первым нарушил установившуюся тишину, спрятал свой концентратор в широкий рукав и обратился к подопытному: - Поздравляю вас с обретением фамильяра, мистер Дамблдор. Как себя чувствуете?       - Терпимо, - отозвался Альбус, непроизвольно потянувшись рукой к застывшим на коже шеи узорам. - Когда можно будет от этого избавиться?       - Не стоит с этим торопиться: фениксы - очень гордые и свободолюбивые существа, - заговорил другой волшебник из числа невыразимцев. - Это сейчас он маленький и слабый, но уже через пару недель будет способен перемещаться сквозь почти любые барьеры. Пока же между вами не установится плотная ментальная связь - придётся пользоваться этим заменителем.       - Что же... Похоже, мне придётся вводить в моду мантии с высокими воротниками, - подопытный слегка усмехнулся, подошёл к птенцу и присел на одно колено, протягивая сложенные лодочкой ладони. - Привет, малыш. Меня зовут Альбус...       "Прости за ошейник. Обещаю, что скоро ты от него избавишься. Мы оба от него избавимся", - мысленно добавил волшебник, старательно обходя встроенный ритуальный конструкт, который должен был помогать им с фамильяром общаться.       Птенец взглянул на своего напарника удивительно умным взглядом, затем неуклюже поднялся на слабые лапки и упал прямо в руки волшебника, жалобно при этом пискнув. Альбус на это только негромко рассмеялся, от чего в уголках его глаз появились ранние морщины.       - Мистер Дамблдор, мы должны провести замеры вашего мистического поля, а потом протестировать эффективность заклинаний света и огня, - заявил подошедший к рыжеволосому мужчине невыразимец, в руках которого появился тонкий планшет с карандашом. - Ваша диета будет пересмотрена с завтрашнего дня. Для этого нам нужно взять некоторые анализы...       - Когда будет проходить ритуал Арианны? - поднявшись в полный рост, прижимая маленького феникса к груди, Альбус вперил острый взгляд в работника Отдела Тайн, столь неосторожно разрушившего редкий момент счастья для одного из талантливейших одарённых нынешнего поколения.       - Мы... - собеседник замешкался на секунду, но затем стал говорить ровным и уверенным голосом: - Целителями было решено продлить курс лечебных зелий, чтобы увеличить вероятность успешного излечения. Не стоит переживать, мистер Дамблдор: ваша сестра находится в руках профессионалов.       "Я вовсе не сомневаюсь, что вы - профессионалы. Но почему-то от понимания этого мне вовсе не становится лучше", - скрыв свои мысли за ментальными щитами, волшебник молча кивнул и зашагал вслед за проводником готовясь к прохождению череды новых процедур, что должны поднять его эффективность ещё на одну сотую процента от вчерашних показателей...