Это наше лето

Держась за руки, Ёнджун и Субин выходили из кинотеатра. — Давай зайдём в магаз? Мне надо энергетик купить. - м-да, Ёнджун ни капли не изменился за полгода их отношений. - Ты не против? Субин ничего не ответил, только кивнул головой. Чхве могли без слов понимать друг друга, как будто обладая телепатической силой, переговариваясь в голове. — Хм-м, тут есть Бёрн и Рэд Булл, что посоветуешь, Бинн~и? — Эники-беники, ели вареники… Бери этот. - младший указал на киви-яблочный Бёрн. Ёнджун, не раздумывая ни минуты, направился к кассе. Заплатив за энергетик, он вышел из магазина. Декабрьский морозный ветер ударил в нос. При выдохе вырывались белые клубы пара, мышцы почти сразу же окоченели. «Бр-р, какая холодрыга», - пробубнел себе под нос Субин. Он забыл перчатки, чтобы греть свои пальцы. — Давай руку. - Ёнджун протянул ему свою ладонь. Младший с охотой вцепился в неё мертвой хваткой. - Хей, не так сильно. Темнело. Сумерки окутывали парк, в котором прогуливались пара. Солнечная улыбка Субина была спрятана за шарфом, казалось, маленькая звёздочка спустилась с неба и держалась за руку лимонноволосого. Да, Ёнджун снова успел перекраситься. Субин пытался отговорить его от этого дела, ведь «Но Джун~и, ты не боишься сжечь свои волосы? А вдруг они выпадут? Ты хочешь, чтобы я ходил с лысым бойфрендом?» Но ничего этого не произошло, так что Субин извинился перед старшим. По пятницам парни обычно собирались друг у друга за просмотром какого-нибудь фильма или сериала, празднуя окончание недели. Они сидели на диване на подушках, укутанные в пять слоев пледа, ведь отопление так и не включили, кушая пиццу или что-то ещё. У Субина сжималось сердце при единой мысли о потере или даже смерти сестры.  — Ёнджун, можно у тебя переночевать? - резко спросил Субин. Это был вопрос задан врасплох, ведь Чхве-младший никогда не оставался на ночь, даже под предлогами Джуна. — Да, конечно. Располагайся: места на диване предостаточно. Тебе Лия так и не писала? — Нет... Я даже не знаю, как её самочувствие. - он оглянулся и посмотрел на другую сторону парка. Телефон Ёнджуна начал вибрировать. Тот поднимает трубку и произносит: — У аппарата. - остановившись посреди парка, Ёнджун внимательно выслушал, что сказал ему собеседник. На вопрос: «Ты нашёл её?» послышался положительный вопль. Ёнджун одёрнул телефон от уха. - Это замечательная новость! Спасибо тебе.  — Куда направляетесь? - как только Ёнджун положил трубку непонятно откуда вынырнувший Бомгю следом зашагал за парой. На его голове весело болталась шапка-ушанка, расстёгнутая шуба Бомгю развивалась на ветру. - Можно с вами пройтись? — Конечно, давай руку. - младший взялся за Субина. Так и шла наша Чхве-тройка по парку. «У Бомгю есть отличная способность появляться в нужное время в нужном месте», - подумал Ёнджун, у которого возник небольшой диссонанс. 

***

«Вот и почему простые смертные должны мёрзнуть?!» - взбунтовался Ёнджун, вешая куртку в шкаф. - «Как же Бомгю повезло: он может в любое время заскочить в ад и погреться. Надо будет как-нибудь уговорить Гю о посещении Преисподней». — Субин, ты что будешь? У меня есть куриный супчик с макарошками, как ты любишь, или же будешь салат? - в холодильнике было совсем негусто, хотя для двух постояльцев вполне хватает. С другой стороны, тётя Джуна пашет на нескольких работах и её практически не бывает дома. — А давай приготовим оладушки? - Субин уже завязывал фартук и доставал сковородку. А потом он радостно выкрикнул: - Неси муку! Парни занялись готовкой и спустя некоторое время сидели за столом и уминали поздний ужин за обе щеки. *POV Лия* Этим вечером я пыталась откачать слегка выпившую Черён. «Только бы она не разнесла весь дом! А говорила, что выпьет только бокальчик... а не бутылку», - я пыталась успокоить младшую, пока последняя носилась как заведённая. Ну и колдовала, что ещё сказать. Уменьшенная вариация салюта бушевала в квартире, так ещё и произошёл небольшой потоп из-за меня: я не закрыла кран в ванной. Если соседи ещё не вызвали полицию, то экзорцистов уже наверняка. — Рён~и, успокойся! - я влепила пощёчину девушке и сразу же пожалела об этом. Младшая набросилась на меня и вцепилась в волосы. - Ну кто же знал, что соджу так влияет на ведьм! Мы с Черён были парой уже как полгода, ничего собственно не изменилось. Мы всё так же ведём своё расследование по поводу дома. Например, Йеджи рассказала, что дом – грань между миром живых и миром мёртвых. Тула попадают души людей, чьи тела были забыты и не похоронены. Их можно воскресить, но тогда надо будет провести соразмерную плату, передав чужую душу, как мы обменяли Йеджи на Чонгука. Также нам надо остерегаться сына Сатаны. «Ну, он не то чтобы сын, а, можно сказать, приёмный», - проинформировала Йеджи. Кроме как появилось какое-то необъяснимое одиночество без брата. Я утопила свой телефон, когда вытаскивала Йеджи из воды, и, к тому же, не смогла восстановить его. Поэтому на новом смартфоне не сохранилось никаких старый сведений. Внезапно Черён остановилась и замерла на месте. Её глаза закатились. Кожа приобрела неестественно бледный оттенок. — Чего говоришь? - она склонила голову и прикусила губу. — Выпивать тебе не стоило, вот что говорю! - истерично прокричала я. — Не-е-ет, всё отлично. - Черён провела рукой, как будто отпугивала мух. — Да ты пьяна в дрова! - я начала трясти Ли за плечи. — Что? Нет?! - через секунду глаза сфокусировались на своей девушке, мгновенно протрезвев. - Лия!.. *POV Черён* Я очутилась в странном месте. Это что-то напоминало мне, но никак не могла вспомнить что. — Красивая комната. - я прошлась по помещению, около окна стояла кровать, а рядом туалетный столик. Подойдя к зеркалу, я не увидела своего отражения. Дверь была закрыта на замок изнутри. Выглянув в окно, я ничего не увидела. Одинокий фонарь стоял посреди тёмного парка. Там были два человека, оба на вид подростки. Я как будто слышала из разговор: — О, Бомгю! Давно не виделись, бро! - троица обнялась. Дальше они пошли по своим делам. — Ты кто? - спросил женский голос за спиной, выдернув меня из раздумий. Я обернулась. — Чего говоришь? — Это моя личная комната, прошу тебя вый… Минуточку, я тебя помню… Черён, если не ошибаюсь? — Да, Сонми, это я. — Почему ты стоишь у окна? — Да так, наблюдала за людьми. Во взгляде Сонми читались интерес и любопытство. — Они очень мило держались вместе. Сразу видно, что дорожат друг другом. — Ты не шутишь? — Да как я вообще могу шутить! Я ведь даже не знаю, как тут оказалась. — А я всё думала, почему этот фонарь тут появился. Раньше его не было, сама понимаешь. - Сонми задумчиво опустилась на кровать. - Когда что-то появляется за пределами дома, с этими ребятами скорее всего случиться что-то плохое. Если ты их видела, то ты должна их знать. — Но… я много людей встречала за свою жизнь. Мне, что, весь Сеул сейчас объехать?! — Я не говорю, что ты должна гулять и кричать каждому попавшемуся: «Эй, мы случайно нигде не встречались?» Лучше поезжай туда, где встретила свою любовь. — Что? Опять в школу?! Нет! — Иди...

***

— Ах. Ри. Неть. - по слогам произнесла Лия. - То есть… ты опять туда перенеслась? — Да! Это было непреднамеренно! - Черён захлёбывалась слезами. - Нам срочно нужно приехать обратно! Пара начала собирать чемоданы в долгую поездку.

***

Субботнее утро. На удивление, оно выдалось солнечным, но морозным. Кто-то звонит в дверь. Субин вырвался из объятий Ёнджуна, пока тот сонно спрашивал «Куда ты, Бин~и?» А вот нечего сериалы по ночам смотреть! В дверях стояла Лия. Её лицо опухло. Под глазами мешки. На голове на скорую руку была завязана гулька. Субин стоял как вкопанный. Его сестра заявилась на порог после исчезновения полгода назад. И эти полгода её брат был вынужден гадать, жива ли она или нет, мучая свою мелкую душонку. Каждое утро он просыпался в слезах, потому что видел сны, о да, иногда эти сны вещие; где-то он видел радугу и бабочек, а где-то смерть. И в каждом сне был не Бомгю – главной героиней была Лия. — Привет. - тихонько пробормотала Лия. — И тебе. - как неловко… - Не хочешь войти? — Хочу. Парень усадил гостей на диван, отправив Ёнджуна умыться. Быстро прибрался, ополоснув грязные кружки и убрав картонные пакеты. — Приятно, что ты решила вернуться. — Вернуться? Тут дело быстрее в… - в том, что я не хочу, чтобы с тобой случилось что-нибудь плохое. Я очень переживаю за тебя, осталось много невысказанных слов, о которых я могу только думать. Я знаю о тебе больше, чем ты сам. - Во мне. Я не могу вернуться. В диалог влилась Черён: — Мы не можем вернуться. Не не хотим. Не можем. — Очень жаль. Так почему же вы здесь? — Дело в том, что… мы хотим провести твой день рождениявместе с тобой. Я знаю, как ты не любишь его праздновать, но это твоё восемнадцатилетие. Субин презрительно хмыкнул. Ему было больно видеть свою сестру в таком состоянии. Всё так скоропостижно изменилось. Она уехала, ни разу не позвонив за это время. Субин сдал экзамены на высший балл, выпустился. Казалось бы, на глубокой ране уже образовалась корочка, но, нет, надо же разворошить прошлое. Это и есть боль. — И у меня есть для тебя подарок. - тут в комнату входит Черён. За ней следует молодая женщина с родинкой под губой. Она была в самом расцвете сил – молодая и привлекательная.  Субин сразу же её узнал. Это была женщина из его снов, он бесконечно заполнял свой дневник её рисунками. Это была Ли Сонми.  Сердце пропустило удар. Субин затаил дыхание, чтоб подольше удержать этот момент. Он желал запечатлеть в своей дырявой памяти намного больше, чем мог. Он впервые за столько лет увидел родную мать.  Сонми сразу признала в нём своего сына. Столько лет прошло, а она всё ещё помнит своего мальчика-кролика. Чуть не плача, Субин протянул к ней руки.  — Ма… мама. - слёзы потекли по щекам. Он обнял свою маму, не веря, что это всё по-настоящему. Казалось, что это очередной сон, который вот-вот начнёт рассеиваться. Лия несла на своих плечах массу эмоций: гордость, радость, ностальгия. Она никогда в жизни так не радовалась за брата, как сейчас. Кажется, теперь он снова обрёл смысл жить. - Я всегда верил, что рано или поздно я встречусь с тобой. Семья наконец воссоединилась. Она обвела взглядом каждого: от сидящего на диване Ёнджуна до неуверенно держащейся Черён. Она радовалась за каждого в этой комнате, потому что видеть их всех живыми и счастливыми – не это ли настоящее счастье?  Субин вернулся в объятия Джуна. Обнимать любимого – вот что значит тепло и уют. Чхве слушал и кивал, но был всё так же оторван от реальности. Чтобы хоть как-то успокоить шалившие нервишки, он погрузился в воспоминания. Перед его взором сразу же всплыло первое свидание с Ёнджуном. Наверное, это одно из немногих воспоминаний, которым дорожил Субин. Это было лето. Вечером выходного дня в парке аттракционов людей было видимо-невидимо. Встреча была назначена у фонтана. Субин, опоздавший на свидание, еле нашёл попивающего энергетик Ёнджуна. Младший, подойдя к Ёнджуну, взял того за руку. Как говорила Лия, «физическая близость не для Субина, но это единственный способ выражать чувства».  — Ты снова подсел на эту дрянь? Ты хоть знаешь, как плохо оно влияет на сердце? — Почему же сразу дрянь? Это ж кофеин с сахаром. Энергетик настоящий так и работает: он тебе ничего не повышает, просто делает вид, что ты не устаёшь. Итак, куда мы сейчас? Субин лишь пожал плечами. В своей жизни он так редко катался на каруселях, что решил предоставить выбор Джуну. Тот сразу взял инициативу в свои руки и свободным пальцем указал на колесо обозрения. — Туда. Прямо на самый верх. Субин одобрил решение, подтвердив своим молчанием. Ёнджун допил энергетик и бросил его в урну, где ему самое место. Отстояв очередь длиною в жизнь, им наконец удалось заполучить два билета на закрытую кабину. Осталось преодолеть ещё одну очередь на аттракцион.  Стало смеркаться, загорелись фонари; как раз в это время их впустили на колесо. Сидя друг против друга, они оглядывались по сторонам в ожидании вознесения над деревьями. Ёнджун скакал от нетерпения на месте. Субину открылся чудесный вид: тьма обволокла яркие огни города, здания отражались в реке, Джун, рассматривающий окрестности, – а кабинка двигалась дальше. Чхве-младший впервые почувствовал что-то за долгий период времени. Чем выше они поднимались, тем большее чувство лёгкости и облегчения обрушивалось на Субина. Он осознавал, что всё это скоро кончится, но как же ему хотелось насладиться этим моментом. Он чувствовал, что никто больше не посмеет потревожить его покой. Казалось, что Субин остался в мире наедине с Ёнджуном – единственным, кто понимает и поддерживает его. Они вдвоём возвышались над миром, точащим острые вилы, одни против всех, окружённые яркими огнями. И тогда Субин почувствовал себя особенным. Тогда-то и произошёл их первый поцелуй.

***

Субин не любил своего дня рождения. То ли это связано с противоречиями внутри парня, то ли его трагичным прошлым, но, в любом случае, он готов блевать от одного упоминания пятого декабря. Этим утром на порог его съёмного жилья заявился Ёнджун с тортиком и широкой счастливой улыбкой. Субин уже хотел захлопнуть дверь перед его лицом, но сдержал себя в руках. Они могли бы в несколько лиц завались один небольшой торт, но Субин решил позвать и Бомгю: всё-таки один раз живём. Можно уж и пожертвовать своим временем втыкания в стену и провести этот ненавистный день с близкими людьми. Субин пригласил Лию и Сонми. Также он был бы не против компании Йеджи, но девушка ушла не оставив ни намёка на себя, стерев все улики. Таким образом, остаются лишь несколько. Появление Бомгю не заставило себя ждать. Тот мог бы влететь в окно на своих чёрных как смоль крыльях, однако решил пожертвовать ментальным здоровьем жителей, поэтому притопал как нормальный человек. В квартире Субина собралось по меньшей мере шесть человек. Все они расположились в довольно маленькой гостиной: кто-то сидел на диване, кто-то на табуретках, кто-то на полу. «В тесноте да не в обиде», - согласился с этим выражением Субин. Кошелёк позволял Субину заказать пару коробок пиццы. Что бы он делал, если б человечество не придумало службу доставки? Именинник уселся по центру. То ли его воображение разыгралось, но все пялились на него, как будто ожидая каких-то свершений. Нет, Субин, ты пойми: у тебя всего лишь праздник, и никто не будет ругать тебя за то, что ты надел майку задом наперёд. Немного перекусив горячей пиццей, Ёнджун прокашлялся и встал во весь рост. — Я хочу сказать тост за нашего любимого Субина. Нам всем очень повезло встретить тебя. Хоть это было и неожиданная встреча, она явно дала свои плоды. Я считаю, что нам всем было предначертано встретиться, судьба решила собрать нас всех вместе. Субин, мы все тебя очень любим и желаем тебе насладиться этим праздником как в последний раз. Спасибо тебе. Субин смущённо улыбнулся. Это была самая настоящая что ни на есть искренняя улыбка. Его ямочки заиграли на щеках. У сидящих за столом поплыло сердце. После тёплого поздравления все начали уплетать яства за обе щеки. Субин прожевал кусок пиццы, проглотил и прервал тишину, наполненную чавканьем. — У меня только один вопрос. Как вы все вернули маму? — Мама это святое. – одобрительно пробубнел себе под нос Джун. Лия и Черён переглянулись. Лия растерялась, что было заметно по её бегающим глазкам, и отложила кусок пиццы в сторону, в то время как Черён медленно выпрямилась, всем телом показывая внутреннюю напряжённость. — Дело в том, что… — Я воскресила её. Мы нашли её труп, провели обряд. В этот нет ничего сложного, просто нужно обладать мастерством. Бомгю, как только услышав слово «воскресили», поднял глаза. В его взгляде читалась внимательность и настороженность. Дослушав до конца, он воскликнул: — Я так и знал, что это ты..! Поэтому Йеджи теперь в мире живых. — Откуда ты… — Это ты прислал нам письма! Ты не видел, что мы обменивались ими в классе, ты знал, ты всё знал! С какой целью ты потребовал убить Чонгука?! — Чонгук мёртв..? - вклинилась Сонми. — Потому что это моя работа.  — Да кто ты, чёрт возьми?! — Я? Я – Ангел Смерти. Хочешь увидеть больше? Наслаждайся! - Бомгю снял мастерку. Майка на спине начала топорщиться, словно что-то двигалось под ней. Чёрные вороньи крылья вырвались наружу. На голове отраслидьявольские рога. Лия остолбенела. Перед ней высилось нечто, что не увидишь в самом страшном кошмаре. Нечто – её друг – принудил обменять жизнь её дяди на жизнь подруги подруги. «Этого не может быть…» - но нет, Лия, это всё происходило наяву. Она тихо всхлипнула, её голос задрожал. — Почему люди просто не могут продолжать жить? Ты намеренно отбираешь их жизни, заставляя родных страдать. — Пойми меня правильно. Я не могу увиливать от своих обязанностей, потому что именно от меня ждут выполнения задач. На самом деле мёртвые живы. Они занимают определённое место в наших воспоминаниях, в нашем сердце. Мне не предоставили возможности упокоиться с миром. Жизнь порой бывает сложной, но я тоже не хочу умирать. Субин слушал это и понимал: никакой он не особенный. История посвящалась ему, однако он знал меньше всего. Он просто жил своей жизнью, хоть и не самой лучшей, однако точно не самой конченной, в то время как у его сестры происходили дикие потрясения, ведь она узнавала новое. Ёнджун тоже не стоял на месте – он продолжал двигаться вперёд. Тот же самый Бомгю, сын Сатаны, имеет статус в жизни: «Будет летать в облаках пока небо не кончатся». Это было последней каплей. Субин терпеливо дожидался, пока гости не уйдут. Проводив Ёнджуна до двери, Субин закрылся. Было слишком много эмоций, что его хрупкое тело н выдерживало. Он сполз по стене вниз, обхватил колени. Слёзы градом катились по щекам. «Я больше… не могу», - слёзно жалел он себя. Он почувствовал себя таким слабым, что хотелось закрыться, спрятаться ото всех. Его разум – комната, в которой он заперт. Субин внезапно улыбнулся – это была самая холодная и жуткая из его улыбок.