Ты у меня на цепи

      Юн Бум проснулся на следующее утро, совершенно не помня тот момент, когда успел уснуть вчера. В руке он сжимал те самые пустые пластинки из-под таблеток. Они слабо резали кожу на его ладони. Боль вырвала его из объятья сна.       — Неужели, ты сделал это из-за того мужика? — спросил сам у себя Юн Бум. Пустые упаковки он положил на кровать. Оделся в рабочую униформу и, взяв пластинки, сунул в нагрудный карман комбинезона. Парень хотел избавиться от них как можно скорее. Если их найдут мать, отец или Юн Бао, будет очень плохо.       — Я никогда и ни за что не расскажу твоей семье об этом, они все равно не поверят, однако, благодаря тебе я обрел эту жизнь, о которой не смел даже мечтать» — шепотом сказал Юн Бум, обращаясь к фантому того человека, который жил тут до него.       — Оппа, завтрак готов! — послышался звонкий голос сестры за дверью.       — Иду, — ответил Бум.       Парень вышел из комнаты, спустился на первый этаж. Пройдя на кухню через гостиную, он увидел, что за столом сидит только Юн Бао.       — Где родители? — спросил Бум.       — Они уже позавтракали, — сказала девушка, отпивая горячий кофе из большой кружки. — Просто папу вызвали пораньше на работу.       Юн Бум увидел нетронутую порцию, приготовленную, видимо, для него. Он сел за стол и начал быстро есть, временами посматривая на задумчивую Юн Бао. Девушка пустым взглядом просматривала новости в телефоне. Она заметила взгляд брата на себе. Это ее отвлекло.       — Сегодня Сану написал мне с утра, сказал, что хочет забрать нас, — девушка была серьезной.       — Хорошо, — ответил Бум, не отвлекаясь от еды. Теперь он не смотрел на сестру и старался совсем не встречаться с ней взглядом.       — Оппа, — окликнула Бума сестра.       Юн Бум, не поднимая своих глаз, просто спросил:       — Что?       — О твоих отношениях с паршивцем Яном Сонбэ знала только я… Пожалуйста, скажи мне, что я буду не в курсе ваших отношений с О Сану, — голос сестры дрожал. Бум наконец поднял на нее свой взгляд. Сердце в панике забилось быстрее. Брюнет был шокирован словами сестры.       Глаза Юн Бао были на мокром месте. Ее подавленность еще больше стала угнетать Бума. Он обратил внимание на то, что нижняя губа сестры дрожит.       — Ты о чем? — спросил Юн Бум, пытаясь сделать вид, что он не понимает, о чем говорит его сестра.       — Когда ты остался у него ночевать — я промолчала. Когда он был готов разорвать Яна Сонбэ ради тебя — я промолчала. Когда он вчера пошел тайком к тебе в комнату — я промолчала. Теперь он говорит, что хочет отвезти тебя сегодня на работу, — в голосе Юн Бао слышалось полное разочарование, — я не знаю, как мне теперь защитить тебя.       Девушка отложила вилку и сложила руки на стол. Ее голова была опущена.       — Как мне уберечь тебя снова? Знаешь, каково было скрывать твои отношения с Яном Сонбэ? Ты был в последнее время таким разбитым. Я не знала, что мне сделать, оппа. Мама постоянно подходила и спрашивала, что с тобой происходит. А я врала, оппа, каждый день врала, что это из-за работы. Стресс, нервы, экзамен. Они поверили. Когда ты в ту ночь закричал, у меня чуть сердце не остановилось. На следующий день ты стал как будто совсем другим человек. Как будто ты и не знал никакого Яна Сонбэ. Я была так счастлива. Что же мне делать, если О Сану тоже причинит тебе боль? — Юн Бао была в отчаянии.       Юн Бум подсел к ней поближе и обнял.       — Прости меня, — сказал он девушке, — прости за то, что заставил беспокоиться, за все прости. Больше такого не будет. Я тебе обещаю.       — Как ты можешь обещать, оппа? — девушка высвободилась из объятий брата и решила договорить: — Я против ваших отношений. Больше я такого не выдержу. Извини.       Девушка встала изо стола. Она не доела свой завтрак. Юн Бао пошла на второй этаж, напоследок сказав:       — Езжайте вдвоем, я пойду пешком.       Кусок в горло не лез. Юн Бао вскоре спустилась со второго этажа и вышла из дома. Бум видел, как она, полностью его игнорируя, ушла в университет. Девушка не попрощалась с ним как это обычно было, не пожелала хорошего дня. Видеть сестру без улыбки на лице было больно. Потом со второго этажа спустилась мама. Она, проходя мимо кухни, спросила, обращаясь к сыну:       — Что-то Бао без настроения, не знаешь, что случилось?       — Не знаю, — соврал Юн Бум, — я попробую спросить у нее вечером.       — Она допоздна сегодня, — мама заглянула на кухню, — может, ты встретишь ее с университета?       — Конечно, — Бум улыбнулся ей, но как только женщина отвернулась, улыбка пропала с его лица.       Неожиданно мобильник, который все это время лежал в кармане рабочего комбинезона, зазвонил. На дисплее высветился номер О Сану.       — Да? — ответил на звонок Юн Бум.       — Доброе утро, хен Юн Бум, выходите, я подъехал, — спокойно проговорил Сану.       — Да, конечно, сейчас я выйду.       Положив трубку и оставив завтрак недоеденным, он быстро забежал в свою комнату на втором этаже и, взяв сумку, спустился вниз. Юн Жу поливала цветы в гостиной. Юн Бум подошел к ней и, поцеловав маму в щеку, сказал:       — До вечера, мам.       Ему хотелось это сделать уже давно. Обнимать маму, целовать ее — вот что ему точно не доставало. Семью ему сейчас терять не хотелось совсем. Юн Бум нуждался в их одобрении, а тем более в одобрении Юн Бао. Прошлый житель этой прекрасной вселенной заставил Бао изрядно помучиться. «Такого больше никогда не произойдёт» — думал Юн Бум. Он вышел из дома.       Машина Сану стояла напротив ворот дома семейства Юн. Брюнет сел на переднее сиденье, закинув сумку назад. Пристегнулся. Сану пока что не собирался заводить машину.       — Юн Бао уже ушла, — сказал Бум, — поэтому можно ехать.       — Почему ушла? — удивился Сану.       Бум тяжело вздохнул и, взяв Сану за руку, сказал:       — Я не знаю, как сложатся наши отношения, но пообещай мне одно…       — Что, хен? — краснея и сжимая руку Бума, спросил Сану.       — Что никогда не сделаешь мне больно, — договорил Бум.       Сану притянул брюнета к себе и, закрыв глаза, поцеловал в губы. Юн Бум закрыл глаза и пустил свои тонкие пальцы в густые светлые волосы Сану. Бум касался сухих губ Сану влажным языком, тот слегка приоткрыл рот, что позволяло Буму проникнуть внутрь, но он этого не сделал. Сану прекратил его целовать и, не переставая обнимать, спросил:       — Что-то случилось, хен?       — Да, — Бум решил не откладывать этот разговор в долгий ящик, — Это касается Юн Бао.       — Она знает, да? — Сану отпустил Бума и, положив руки себе на колени, виновато опустил голову.       — Это не твоя вина, — как будто чувствуя неладное, сказал Бум.       — Я был не очень осторожен, хен, — проговорил Сану.       — Это все равно бы раскрылось, — продолжал убеждать его брюнет, положив свою ладонь на ладонь Сану, — я чувствую к тебе что-то очень странное, необычное. Я бы и сам прокололся перед родными.       Бум легко усмехнулся, но сразу прикрыл рот рукой.       — Я поговорю с ней сегодня, — преисполненный неожиданно нахлынувшей волной оптимизма, сказал Сану, заводя машину.       — Спасибо тебе за это, — ответил ему Бум, — кстати, ты ведь вроде не ездил на машине в универ. Ты сегодня только из-за меня таким ходом?       — А? — вопросительно взглянул на Юн Бума Сану, поправляя очки на своем лице, — не только из-за вас. Я хотел заехать к матери.       Юн Бум не знал как продолжить диалог, если речь зашла о матери О Сану. Он не хотел лезть не в свое дело, но он почему-то подумал о том, что Сану хочет помириться с ней.       — Ты хочешь поговорить с ней? — задал вопрос Юн Бум.       — Не совсем, — растерянно ответил Сану, — она дает мне деньги… Хочу забрать.       «Теперь понятно, на что они с отцом живут» — промелькнуло в голове Бума.       — Твой отец ведь безработный? — Бум просто надеялся, что, задавая такие вопросы не копает себе могилу.       — К сожалению, да, — голос Сану становился унылым, — вы сами все видели. Простите.       — Не извиняйся, — Юн Бум корил себя за ведение такого диалога, — если у нас с тобой все образуется, я помогу тебе записать господина О в клинику, чтобы вылечить его зависимость.       Юн Бум вспомнил, что откладывал деньги когда-то давно, только не помнил, на что именно хотел их потратить. О Сану встрепенулся и сразу же начал говорить быстро, неразборчиво:       — Вы что, хен?! Вы вовсе не обязаны… Мой отец — это ведь мой отец… Вы не должны! Нет-нет, я сам со всем разберусь.       — Нет уж, — ответил прямо Бум, — ты студент… Учись. Мне хочется сделать для тебя что-то хорошее, правда. Просто прими это.       Юн Бум заметил, что Сану смотрит на него такими щенячьими добрыми глазами. Он сейчас был похож на ребенка, который наконец-то в этом злом мире нашел доброго и понимающего взрослого.       — Смотри на дорогу, — Юн Бум указал пальцем в сторону.       — Да! Конечно! — радостно воскликнул Сану. Успокоившись он добавил: — Вы удивительный человек, хен. Когда я с вами, я хочу быть совсем другим человеком. Никто меня таким радостным, возбужденным еще не видел. Вы первый… Никому не говорите.       — Не скажу, — легкая улыбка не сходила с лица Юн Бума.       Странное, такое удивительное чувство, отзывалось в сердце приятными волнительными ощущениями. Юн Бум хотел сохранить в памяти этот момент навсегда. «Все так изменилось с того дня» — думал парень, — «Так стремительно и быстро, что страшно».       Юн Бум прогнал прочь плохие мысли и решил, что надо думать только о хорошем. В голове стали вырисовываться планы чрезмерно идеального будущего. Они казались невозможными, однако ему хотелось, чтобы все это когда-нибудь стало реальностью.       Сану остановился у магазина одежды «N». Юн Бум поблагодарил его и собирался уже выйти из машины, но Сану окликнул его:       — Хен!.. Хорошего вам дня.       — И тебе, — ответил Бум.       Сану уехал, а Юн Бум остался наедине со своими мыслями. «Сможем ли мы быть всегда вместе? Примет ли это Юн Бао? Как мама и папа отреагируют на это все?» — вопросы не выходили из головы Юн Бума. Ко всему этому прибавились и родители О Сану, которых он толком не знал. Мать парнишки он вообще никогда не видел. Несмотря на все, неожиданно возникшие трудности, он хотел остаться с ним. Пусть этот человек и внушал ему страх в самом начале их знакомства, но что-то в нем точно поменялось. Сану был совсем другим наедине с Юн Бумом и это второму очень нравилось. Больше не стояли перед глазами эти страшные эскизы, которые рисовал своей рукой Сану.       «Не хочу больше возвращаться в прошлое» — сказал сам себе Бум и, оказавшись у магазина, дернул на себя ручку двери.