Ты у меня на цепи

      Юн Бао первая, кто встала изо стола и поблагодарив маму за еду, отправилась на второй этаж в свою комнату. Юн Жу кивнула ей, молча доедая, а потом перевела взгляд на О Сану, который тоже, как и Бао, есть закончил, но изо стола не встал.       — Вы же хотели какую-то совместную домашнюю работу сделать? — спросила Юн Жу.       Юн Бум обеспокоенно взглянул на Сану, тот же в свою очередь мягко улыбнувшись, ответил женщине:       — Она не особо срочная, просто мы подумали, что нужно сделать заранее, потом будет легче, — Бум сразу видел — Сану врет. Он нашел отличный предлог, чтобы пройти сегодня в дом, не вызвав особых подозрений.       — Просто я подумала, что ты даже больше не к Бао сегодня пришел, а к Буму, — женщина растерянно смотрела на сына, затем на его друга, пытаясь и говорить, и думать одновременно. Ее эта ситуация озадачивала.       Юн Бума как будто кипятком облило, он больше всего боялся именно того, что мама могла обо всем догадаться. Наступила короткая пауза, прерванная звоном ложки об тарелку, который издал Юн Джин-Хо.       — Я рад, что Бум наконец нашел хорошего друга, — встрял в разговор после недолгой паузы отец семейства. — Я думаю, это нормально — приходить в гости к другу, ты так не думаешь?       Он обращался с этим вопросом к Юн Жу. Женщина немного удивленно глянула на мужа, затем ответила:       — Я ничего не имею против, но ведь можно не придумывать отговорку, а сказать прямо, что ты к Буму, а не к Бао, разве нет, Сану? — женщина переключила свой взгляд на Сану, который оставил рот приоткрытым, не отыскав нужного ответа для матери своего любовника.       — Мам, в отличие от тебя, не все такие прямые, — сказал за него Бум. Блондин почувствовал прикосновение чужой ладони на своем колене. Юн Бум поглаживал его ногу и умудрялся еще сохранять невозмутимое спокойствие на своем лице, говоря с матерью. Сану с трудом сглотнул. Горячая волна, взявшаяся из ниоткуда, окатила его голову и затем, добравшись до всего тела, вызвала странный жар. Его щеки покраснели и он, движимый лишь тем, чтобы эта непонятная эмоция отступила, резко убрал руку Бума со своего колена, встал, поклонился и поблагодарил, а затем вышел.       Юн Бум сорвался с места, но перед тем как уйти следом за О Сану, сказал:       — Спасибо! Было очень вкусно!       На его тарелке остались остатки недоеденной порции пиццы. Юн Жу посмотрела на тарелку сына и тяжело вздохнула.       — Я поговорю с ним, — сказал Юн Джин-Хо, обратившись к своей жене.       — Хорошо, — ответила Юн Жу.       …       О Сану остановился у ворот, не в силах покинуть территорию дома. Его окликнул голос, пробирающий всегда до костей и вызывающий только приятные ассоциации. Он обернулся.       — Сану! — окликнул его Юн Бум снова. — Ты куда?       Он видел в глазах брюнета отчаяние.       — Вы же знаете мою реакцию на такие ваши прикосновения, хен… — О Сану съежился то ли от вечернего прохладного ветра, то ли от собственных слов, которые вызывали воспоминания о касаниях Бума к его телу. — Зачем вы испытываете меня?       — Я не думал, что ты так отреагируешь, — ответил Бум, весьма шокированный заявлением Сану. — Прости меня, я не знал… Эй…       Брюнет приблизился к Сану осторожно и взял его за руки. Он поднес его ладони к своим щекам, с умиротворением закрыв глаза.       — Я хочу, чтобы тебе было спокойнее, — сказал Юн Бум. — Чтобы ты всегда чувствовал себя хорошо рядом со мной.       Бум поцеловал обе его ладони, а затем положил руки Сану на свою талию. Сам он обнял парня за шею и прислонив голову к его груди, снова, как по привычке, прислушался к стуку сердца. Оно билось с бешеной скоростью и казалось вот-вот выскочит. Как и сердце самого Юн Бума.       — Прости меня, если сейчас тебе было некомфортно, — шепотом сказал брюнет. — Я люблю тебя.       — И я вас люблю, — Сану прижал тело Бума к себе и временами, нервничая, поглядывал на входную дверь дома семейства Юн, в ожидании того, что кто-то вот-вот выйдет из дома. Он боялся, что их застукают, но отпустить хена сейчас было выше его сил. Столько тепла и нежности излучало это худенькое тельце. Казалось О Сану был готов утонуть в нем целиком. Блондин поцеловал Бума в голову и, застыв на секунду, принюхался к запаху его волос. Этот аромат был приятнее всего на свете, такой домашний и уже свой.       — Может поедем, пока совсем не стемнело? — спросил Юн Бум, проводя своими тонкими пальцами по крепкой спине своего партнера.       — Конечно, — ответил Сану. — Только мне будет очень неудобно возвращаться в ваш дом после того, как я ушел оттуда вот так…       Тревога в его голосе Юн Буму была слышна хорошо. Он отпустил Сану, но при этом успел взять его за руку.       — Я буду рядом, не волнуйся.       Бум широко ему улыбнулся и повел Сану за руку до входной двери. Стоило ему только открыть ее, Сану сразу одернул свою руку. Юн Бум за оскорбление это не посчитал, это норма, он сам хотел отпустить ее, но только чуть позже.       — Мам! — Бум позвал Юн Жу с порога, даже не разувшись. Он попросил Сану тоже не разуваться.       — Чего? — женщина выглянула из кухни. В ее руках было кухонное полотенце, которое она готовила для того, чтобы вытереть посуду.       — Мы прокатимся немного, скоро вернусь.       Юн Жу ответила не сразу. Секундное молчание, за время которого Сану и Бум успели тревожно переглянуться.       — Хорошо, — коротко ответила женщина. Впервые за долгое время в голосе матери Бум услышал недовольство.       — Пойдемте, — голос Сану приземлил его, он отвлекся и лишь кивнув, направился следом за парнем.       Они вышли на улицу. Сану шел немного впереди, обгоняя Юн Бума всего на несколько шагов. Брюнет временами хмурил брови и как-то странно оглядывался на дверь собственного дома. Его беспокоила внезапная нервозность Юн Жу и ее вопросы, которые она задавала Сану за столом. Бум боялся думать о том, что она вообще могла о чем-то догадываться.       Когда они вышли через ворота, Бум закрыл их за ними. Машина Сану стояла недалеко, идти было недолго, но Буму казалось, что ему нужно еще немного времени побыть на свежем воздухе, чтобы остудить голову, полную разных мыслей. Остановившись у машины, Бум не решался сесть внутрь даже после того как О Сану открыл ее. Парень не заметил и самого Сану, приблизившегося к нему. Подняв голову, он увидел печальные глаза парня. Он почувствовал прикосновения теплых рук к своим щекам. Тепло грело лицо, но легкий румянец возник вовсе не от этого тепла, а от жара, который исходил от самого Бума. Брюнет почему-то догадывался что будет идти следом за такими робкими и аккуратными прикосновения. Он почувствовал знакомый вкус мягких губ. Сейчас они уже не были такими сухими, как раньше. Бум поддался внутренним желаниям этого большого ребенка и, приобняв Сану за спину, приоткрыл рот нешироко и позволил языку партнера проникнуть внутрь. Он был теплым и влажным. Юн Бум видел, как дрожат ресницы закрытых глаз Сану. Он почувствовал, как его веки тяжелеют под сильным напором нежности и закрыв глаза, изо всех сил держался за Сану, боясь потерять равновесие. Блондин обхватил мокрыми от слюны губами язык Бума и стал его обсасывать. Брюнет сжался, но отталкивать Сану не стал, хоть от таких действий его тело начинало чувствовать себя необычно. Бум понимал, что сдерживаться больше не сможет. Он отпрянул от Сану. Тот, открыв глаза, с неподдельным беспокойством смотрел на Бума.       — Может… отъедем куда-нибудь, — сквозь сбивчивое дыхание прошептал еле слышно Юн Бум.       О Сану улыбнулся, услышав это, и ответил:       — Конечно.       …       Переднее пассажирское сиденье резко опустилось, Бум не сразу сообразил и от неожиданного такого падения в горизонтальное положение, сердце забилось от мимолетной паники. Внутри стало резко пусто. Он увидел Сану, который навис над ним.       Окна машины были опущены. Холодный вечерний воздух ощущался в носу Юн Бума сейчас особенно ярко, немного морозились ноздри, но сейчас ему было не до этого. Рядом с Сану было тепло и, если бы окна не были открыты, внутри автомобиля стало бы невыносимо душно.       Машину О Сану припарковал за городом, отъехав намного дальше от трассы поглубже в небольшой лес, ближе к высоким деревьям, расположенными рядом с маленьким озером. Вода была в паре метров от того места, где Сану поставил машину. Из-за этого веяло еще большей прохладой. Несмотря на это, жар всего тела душил Сану. Он снял свою объемную кофту, затем футболку и забросил все на заднее сиденье автомобиля.       Его большая рука скользнула под толстовку Бума. Футболка, которую он надел под нее, была заправлена в мешковатые джинсы. Сану задрал и ее, обнажив уже торчащие соски своего партнера. В машине горела лампочка, поэтому блондин мог видеть, как весь живот Бума покрылся многочисленным количеством мурашек.       — У меня ничего нет с собой, — полушепотом сказал Сану, проводя подушечками пальцев по впалому животу Бума, несколько раз погладив пупок. — Ни презервативов, ни смазки.       Юн Буму было плевать: были эти предметы или не было их. Останавливаться он не хотел, желание с каждым легким прикосновением рук Сану возрастало все больше.       Брюнет вытянул руки вперед, обхватив руками шею Сану и, прильнув губами к ней, поцеловал в область кадыка. О Сану вздрогнул от ощущений, что подарил ему этот поцелуй и повалил Бума снова. Парень сам раздел его, сняв толстовку и футболку через верх. Облизнув губы, Сану наклонился к шее Бума и поцеловал ее, присосавшись своими губами к такой тонкой и почти прозрачной коже своего партнера. Бум обхватил ногами бедра Сану и, вцепившись в спину парня своими ногтями, откинул голову назад.       — С-Сану, — тяжело вздыхая, произносил имя любимого человека Бум.       Брюнет вскрикнул, когда почувствовал зубы партнера на своих ключицах. О Сану впивался ими в кожу, желая или причинить боль, или наоборот выплеснуть все те эмоции, которые можно было охарактеризовать как «страсть». Юн Бум оставлял следы от своих ногтей на его спине — четыре ровные красные полосы по обе стороны лопаток.       Укусы на ключицах были очень заметны. Сану, увидев их, удивился и сказал с виноватым видом:       — Простите… Вам больно?       Юн Бум был сам не свой, взгляд затуманился, он не отпускал Сану и лишь приговаривал:       — Еще…       О Сану снова облизал губы и, обнажив белые ровные зубы, прикусил выпирающую ключицу. Бум вздрогнул, съежился и, издав короткий стон, заерзал нижней частью своего тела. Внутри все горело и ему хотелось быстрее избавиться от этого жгучего чувства.       Парень облизал укусы, которые оставил на теле брюнета и проведя кончиком языка по ним, сполз вниз, оставив мокрую полоску, тянущуюся от ключиц до паха. Юн Буму было одновременно и жарко, и холодно. Странное чувство охватило все тело и никак не отпускало.       О Сану зубами расстегнул пуговицу на джинсах Бума, следом за ней — молнию. Стянув руками штаны с брюнета, он закинул их на заднее сиденье. Член Бума заметно выпирал, блондин заметил небольшого размера мокрое пятно на боксерах парня. Он снял их, Юн Бум все еще находился в своеобразной прострации и не понимал, что происходит, парень лишь приподнял бедра, чтобы помочь самому себе освободиться от стесняющей его одежды.       Сану бросил боксеры в сторону и, приподнявшись на колени, расстегнул ширинку на своих джинсах. Приспустив их вместе с нижним бельем, он приблизился к Юн Буму. Брюнет ощутил как что-то прикасается к его губам, мягко раздвигая их. Его глаза были закрыты, он был не в силах их открыть.       — Бум, — шепотом произнес Сану его имя. — Открой рот.       Брюнет послушался и в следующую минуту ощутил солоноватый привкус. Он приоткрыл один глаз и увидел раскрасневшееся лицо Сану. Тот оперся двумя руками в кресло и активно двигая бедрами, не в силах остановится проникал в глубь рта Бума членом. Брюнет открыл рот чуть шире и, взяв Сану за обнаженные крепкие ягодицы, прижал к себе, ощутив как толстый член пронзает глотку. Стало труднее дышать. Бум оттолкнул Сану и откашлявшись хрипло сказал:       — Прости.       О Сану наклонился к нему и поцеловал в губы, раздвигая их своими губами и проникая внутрь языком. Бум закрыл глаза и, приобняв Сану, ласкал его язык своим.       Блондин встал на колени и, выругавшись насчет неудобной позы, развернул Бума, повалив того на живот. Увидев его обнаженный зад, он несколько раз звонко хлопнул по нему ладонью. Юн Бум вскрикнул.       — Только, пожалуйста, … нежнее, — протянул Бум, неосознанно двигая бедрами.       Сану видел, как сильно истекает его член смазкой и медлить не хотел, так как сам был на грани.       — Сану… — простонал Бум и обернулся, чтобы посмотреть на парня. — Я хочу видеть твое лицо.       О Сану снова развернул его тело, повалив на спину. Блондин протянул указательный палец к лицу Бума и дотронулся до его губ, раздвинув их. Брюнет с удовольствием, закрыв глаза, лизнул палец и затем обхватил его губами. Сану засунул следом за указательным пальцем средний. Бум обсосал и его. Приоткрыв глаза, брюнет взглянул на О Сану, а затем перевел взгляд на свое обнаженное тело. Не осознавая всего происходящего, он обхватил свой член руками, Сану убрал его руки и поднял их над головой, шлепнув другой рукой парня по ляшкам.       — Раздвинь ноги, — сказал Сану приказным тоном. Бум послушался и через секунду почувствовал как что-то проникает внутрь его тела. Он протяжно застонал, а потом решил все-таки посмотреть, что происходит… Сану готовил его теми самыми пальцами, которые Бум облизывал не так давно. Руки затекли, Сану слишком долго держал их над головой.       Вытащив оба пальца из анального отверстия хена, Сану отпустил его руки, поцеловав их напоследок.       — Обнимите меня, — Сану снова стал обычным, вежливым и любящим. Бум обнял его за шею, прижавшись к его обнаженной груди.       Приподняв Бума за бедра, Сану коснулся своим членом его дырочки. Секундная боль резко превратилась в продолжительное приятное чувство. Бум ощущал, как что-то большое и влажное заполняет его целиком. Он вцепился цепкими пальцами в спину Сану будто в страхе отпустить его и, не переставая стонать, уткнувшись в шею партнера.       — Я больше не могу, — истекая слюной, еле слышно произнес Бум, продолжая держаться одной рукой за спину Сану, а другой сжимать свой член.       Сану повалил его на спину, прижав обе руки Юн Бума к опущенному переднему сиденью.       — Не смей! — снова приказной тон, но его взгляд был таким же, как и раньше.       Блондин целовал шею Бума, иногда мягко покусывая кожу. Становилось невыносимо жарко. Бум обнял ногами его бедра и не переставая двигаться в такт вместе с Сану, глухо выкрикнул:       — Я сейчас кончу!..