Напиши, что ты все лето учился!

В первый учебный день нового учебного года Питер заходил в школу почти что с трепетом. До последнего скола знакомые полы, до последней царапины знакомые шкафчики. Даже запахи… Все казалось таким знакомым, но таким чужим и далеким, как будто он учился в этой самой школе не всего-то три месяца назад, а в какой-то другой жизни. Даже лица одноклассников успели стереться из памяти — Питер за лето, проведенное в лабораториях СтаркИндастриз, успел и забыть, что кроме Неда есть другие люди одного с ним возраста. Да и Неда он за все лето видел несколько раз, когда во время патрулирования заскакивал к нему, чтобы пособирать вместе очередной конструктор. Питер огляделся. Портрет Говарда Старка смотрел со стены холла с высокомерным спокойствием. — Готов к труду и обороне? — хлопнул Нед задумавшегося Питера по плечу. — Ага, — улыбнулся Питер, поворачиваясь к фреске спиной. — Не поверишь, я сейчас понял, что даже успел соскучиться по школе… Через десять минут, сидя за партой и в отчаянии зарывшись пальцами в волосы, Питер больше не был в этом так уверен. На белой маркерной доске издевательски красовалась тема сочинения, а одноклассники уже что-то увлеченно писали. — Нед, — шепнул он, наклонившись к другу. — О чем мне писать?! Я же все лето, ну, это. И в лабораториях зависал. С сам-знаешь-кем. — Ох, — Нед вздохнул и наморщил лоб, задумавшись. — Про это точно ни слова. А про лаборатории… Напиши, что все лето учился с друзьями. И вообще во всех сомнительных местах пиши, что учился. Преподы это любят... Под строгим взглядом преподавателя они отодвинулись друг от друга и замолчали. Питер с сомнением посмотрел на девственно-белый лист. Идея описать лабораторные трудовыебудни ему нравилась, надо только было правильно расставить акценты. «Этим летом я завел много новых друзей…» Или это он у этих друзей завелся, смотря с какой стороны посмотреть. Мистер Старк его почти что силой прописал среди других ученых основного мозгового центра СтаркИндастриз, а там Питер дорос от простого помощника до генератора идей и почти-что-полноценного химика. Его даже допустили до работы с электроактивными полимерами и заставили поучаствовать в одном биоинженерном проекте в качестве консультанта. А так как за удачные идеи ему платили, то, получается, он там работал? Или стажировался. Питер впервые пожалел, что не удосужился прочитать свой контракт. Ну, пусть будет стажировка… «Этим летом я завел много новых друзей во время стажировки, на которую меня пригласил один старый знакомый…» Питер задумчиво покусал ручку и покосился на часы. Времени было достаточно, так что он на несколько секунд пустым взглядом уставился в потолок, вспоминая особенно забавные случаи, а потом начал быстро писать. Почерк у Питера был убористый, так что на стандартный лист должно было поместиться все, чем он был готов поделиться. Нед удивленно посмотрел на товарища, который марал бумагу с неожиданным вдохновением, а потом покачал головой и вернулся к собственному сочинению, собираясь бессовестно ограничиться описанием природы Западного Побережья, куда он слетал с семьей.

***

На следующий день преподаватель обреченно поскребся в кабинет директора Мориты. — Да, входите! — Директор? — преподаватель аккуратно закрыл за собой дверь и медленно опустился на стул для посетителей. — Я сейчас проверяю сочинения на тему «Как я провел лето»… В общем, меня беспокоит один ученик. Морита вздохнул и потер переносицу. Почти каждый год в чьем-нибудь «летнем» сочинении случайно или намеренно вскрывались такие подробности, которые требовали вмешательства в лучшем случае школьного психолога, а в худшем — службы опеки. — Надеюсь, речь всего лишь о травке или легких наркотиках? — с надеждой уточнил он. — Если бы, — покачал преподаватель головой, протягивая директору исписанный с обеих сторон убористым почерком лист. — Этих я сразу передал психологу и наставнику по воспитательной работе. Тут… другое. И вы не поверите, но мы говорим про Питера Паркера. — Хм. Из команды по научному декатлону? Посмотрим-посмотрим… Хм. Стажировка? Мальчик думает о будущем, хорошо... — Морита скользнул благодушным взглядом по первым строчкам и нахмурился, но по мере прочтения его брови ползли все выше и выше, пока лицо не приобрело выражение полного и совершенного шока. — Стоп. Учились… что? «Учились решать интересные и необычные учебные задачи»? «Учились драться за патент»?! — Вот и меня это беспокоит, — поддакнул преподаватель. — И слово «учились» он употребил более восьмидесяти раз, я считал. Но вы дальше, дальше прочитайте! Хочется думать, что мальчик просто все это выдумал, но мы говорим про Питера Паркера, а он так обычно не делает. Я боюсь, что он попал в плохую компанию. — «Мы как раз учились его стабилизировать, когда установка неожиданно взорвалась»? «Сбежавший эксперимент мы изучили, но так и не поймали»? «В учебном порядке поругались из-за разницы взглядов на изучение методов переработки оружейного плутония»?! Так, ребенка точно надо спасать из сомнительной компании! — директор резко надавил на кнопку селектора, связываясь с секретарем. — Школьного психолога ко мне, немедленно! И найдите номер опекуна Питера Паркера!

***

Шел всего третий день школы, так что вызов к директору стал для Питера полной и абсолютной неожиданностью. — Что ты успел натворить? — подозрительно покосился на него Нед, помогая собрать рюкзак после дополнительного занятия по непрофильной социологии. — Ничего, — с искренним недоумением отозвался Питер. — Может это из-за команды по декатлону? — Возможно, — недоверчиво протянул Нед. — Тебя подождать? — Не, не надо. До завтра. Перед кабинетом директора Питер машинально поправил челку, выдохнул и, нацепив лучшую из отработанных за лето улыбок, постучал. Дверь ему открыл лично директор. В кабинете уже сидел преподаватель, которому они два дня назад сдавали сочинения. Питер почувствовал, как дыбом встают волоски на руках. Паучье чутье о чем-то сигнализировало… Но он не мог проколоться! Он не написал ни одного слова, которое могло бы поставить под угрозу раскрытия его паучье альтер-эго. — Добрый день. А зачем вы меня пригласили? — Питер опасливо устроился на краешке стула, на который ему указали. Более того, сам директор Морита не сел в свое кресло, а прислонился к столу, нависая и глядя с каким-то почти что осязаемым пониманием и сочувствием. Питер нервно сглотнул. — Что-то не так? — Мистер Паркер, — мягко произнес директор. — Мы хотели бы поговорить с вами насчет стажировки, про которую вы написали в своем сочинении. — Не беспокойтесь! — с облегченным выдохом заверил Питер. — Она не повлияет на мою учебу. Более того, я считаю, что мне очень повезло стажироваться в такой компании, это открывает мне в будущем хорошие возможности… — Мистер Паркер, — прервал его директор, осторожно положив руку на худое плечо. — Мы считаем, что вы могли подвергнуться плохому влиянию. Да, речь про «старого знакомого». Ваше сочинение нас очень насторожило, так что мы обсудили его с вашим опекуном. Миссис Паркер пообещала с этим «старым знакомым» связаться и убедить его сюда прийти, чтобы мы могли поговорить про эту… «стажировку». Питер побледнел, и директор напрягся, готовясь удерживать подростка, если тот попробует сбежать. А сам Питер в это время судорожно вспоминал. И по воспоминаниям выходило, что тетя Мэй и правда была какой-то подозрительно довольной весь предыдущий вечер, как будто ей удалось провернуть первоклассную шутку… — Мистер Паркер, все вами описанное очень сомнительно и опасно! — поддакнул преподаватель. — Именно. Вы же понимаете, что разрешение на работу с оружейным плутонием имеют всего несколько компаний, так что описанные вами исследования скорее всего проводились нелегально? Если вас запугивают, то вы можете сказать об этом сейчас, а мы организуем, чтобы вашего… «старого знакомого» встретила полиция, — директор вздохнул, когда бледный как смерть подросток поднял на него абсолютно бешеные глаза. — Мистер Паркер, можете не говорить, просто закройте на секунду глаза. Я приму это за согласие… — Вы. Пригласили. Сюда. Кого? — Питер уставился на директора, не моргая. У него был опыт игр в гляделки с камерами Пятницы, так что переиграть его у какого-то человека шансов не было. — Вы. Пригласили. Кого?! — Вашего «старого знакомого», про которого вы написали в сочинении, — занервничал директор. — Ваша тетя пообещала, что он будет здесь ровно в четыре часа дня. — Вы знаете, кто это? — требовательно спросил Питер, не отпуская чужой взгляд. — Миссис Паркер не уточнила имя… Питер медленно перевел взгляд на висящие над дверью часы. Истекали последние минуты.

***

Нед медленно брел по коридору, читая только что вышедшую статью про видеоигры, когда его хлопнул по плечу какой-то незнакомый и слегка помятый мужик в затасканных джинсах, толстовке, очках и бейсболке, прямо поверх которой был натянут капюшон, а также в абсолютно выбивающихся из общего стиля убойно-дорогих кроссовках. Образ не складывался. — Здрасьте, — Нед нервно огляделся. Коридор был пуст. — А вам кого? — А мне директора, Лидс, — в тон ему отозвался мужик неожиданно знакомым бодрым голосом. — Ткни пальчиком, в какой стороне кабинет. — Вон там… — Спасибо! Нед наконец вспомнил, где он видел эти очки и бородку, и выронил телефон из ослабевших пальцев. Тони Старк на грохот обернулся, подмигнул и прижал палец к губам. — Откуда вы меня знаете? — наконец смог сформулировать главный вопрос Нед. — Пацан, я в лицо знаю всех тех, кто способен взломать мои игрушки, — фыркнул Тони, разворачиваясь и снова направляясь в сторону нужного кабинета. — А можно я тоже у вас буду стажироваться? — крикнул вслед Нед. — Тогда обещаю больше ничего не взламывать без разрешения! Тони даже оборачиваться не стал, только поднял руку и сделал в воздухе странное движение. Лежащий на полу телефон неожиданно ожил, а прямо поверх статьи открылся файл с каким-то нагромождением символов. Нед поднял телефон и недоуменно уставился на единственную осмысленную строку. Потер глаза и перечитал снова, а потом уставился вслед Тони Старку, который только что пообещал взять его на работу, если ему удастся взломать шифрование. — Третья дверь направо, босс, — мурлыкнула в наушник Пятница. — Я все сделала, как вы сказали. Я молодец? — Как он отреагировал? — До сих пор в шоке, — с явным удовольствием ответила Пятница. — Отлично. Мэй была права, в школе и правда весело… Ага. Продолжаем, — Тони зашел в приемную и тут же подмигнул секретарше, которая в его сторону поджала губы, а потом без стука ввалился в кабинет директора. — Всем привет! Что Питер натворил и почему его знойная тетушка настаивала, что я обязательно должен был прийти вовремя? Кстати, Питер, подтвердишь ей потом, что я вовремя пришел! У меня еще даже… ого, полторы минуты форы! — Мы здесь собрались из-за сочинения мистера Паркера, — директор не дал Питеру и рта раскрыть. — И у нас есть к вам несколько вопросов, мистер… Как к вам обращаться? — Вау, у вас в холле портрет моего папаши, но вы меня не узнаете, — Тони снял бейсболку и откинул капюшон, тут же изобразив свою фирменную улыбку. Спокойно прошел мимо столбом застывшего директора вглубь кабинета и сел в его кресло. — Ну, где сочинение? Думаю, будет честно, если я сначала с ним ознакомлюсь. Вот это? Питер резко дернулся, намереваясь успеть перехватить злосчастный листок, исписанный его собственным убористым почерком, но Тони за лето достаточно наловчился обманывать рефлексы Человека-Паука, так что пальцы Питера успели задеть только самый уголок. — Мистер Старк, не надо! — предпринял последнюю попытку Питер. — Там все неправда! — Ага, конечно, — Тони закинул ноги на стол и откинулся на спинку, вчитываясь в сочинение. — Это кто старый, это я старый?! Питер обреченно закрыл глаза. — «С новыми друзьями мы один раз были вынуждены учиться драться за учебные патенты, потому что в соседнем отделе учились быстрее, чем мы»… Это когда ты со своими химиками-психопатами устроил набег на биологический кластер, потому что те раньше вас получили разрешение на разработку модификаций запатентованного биополимера? — Это был не набег, — Питер поджал ноги и уставился на собственные кроссовки. — Вы расстреляли их скрепками, Питер! — подростку хватило совести смутиться. Тони выразительно фыркнул. — Ладно, продолжим… Директор стоял молчаливым столбом, пока мистер Старк язвительно разбирал каждый эпизод, упомянутый в сочинении своего, как в процессе выяснилось, даже не стажера, а сотрудника на полставки. Причем остальных присутствующих эта парочка игнорировала. — Мистер Старк, а можете дальше не читать? — в какой-то момент тонким голосом попросил Питер. — Там правда ничего интересного… — Ага, конечно, — саркастично отозвался Тони, быстро скользя по строчкам взглядом. По мере прочтения он медленно хмурился, а потом поднял на Питера жесткий взгляд. — Объяснись. — Про оружейный плутоний? — попытался скосить под дурачка Питер, но Тони нахмурился еще сильнее. — Ладно, ладно! В общем, сразу говорю, что он не опасен, он еще совсем маленький! Да и потом вырастет не больше домашней кошки… — Понятно, у меня по башне все же разгуливает чудовище Франкенштейна. А поймать не можете, потому что интеллект ему на максимум выкрутили при разработке, да? — Угу, — Питер виновато скуксился. — Мы его разрабатывали вместе с биологами, но невидимость никто вообще не планировал. Это случайно получилось, скорее всего из-за попытки в базе заменить у теплокровного животного меланоциты на хроматофоры хамелеона… Он сначала просто цвет менял, мы не ожидали полную невидимость, вот он и смог сбежать, а теперь не ловится… Но мы решили его приручить! Он пока только на запах синильной кислоты или уксуса выходит, но уже иногда соглашается с рук есть лимоны и аскорбинки… — Дай угадаю, а такая тяга к кислоте у него из-за состава крови, — мрачно вставил Тони. — Потому что и невидимость у него с гарантией электрогенная, а не из-за перераспределения пигмента. Посмотреть бы, из каких видов вы его намешали… Что глазками хлопаешь? Кровь ведь синяя была, правильно я угадал? — Синяя, — подтвердил Питер, насторожившись. — Ну, молодцы. Теперь понятно не только кто скребется в вентиляции, но и кто пожрал все кабели из бескислородной меди у отдела акустических исследований. — Мы его точно приручим, мистер Старк, только не говорите акустикам, что он в вентиляции живет! — Питер подскочил с пылающими от энтузиазма глазами и уперся руками в стол. — Они же его за свои кабели потравят! А мы будем подкармливать его медью, чтобы он больше ничего не погрыз. Ну пожа-а-алуйста! — Как хоть вы эту адскую тварь назвали? Питер смутился и сел обратно, покраснев так, что заалели даже кончики ушей. — Шушпанчик… Но я приучаю его к кличке Мося… Тони прикрыл лицо сочинением и неприлично громко заржал.