Сможешь сделать меня счастливее?

      Американская еда оказалась очень вкусной, как в пятизвёздочном ресторане. Внутри меня разливалось приятное тепло, которое я не мог понять. Такое со мной случалось впервые. Во мне смешались сразу несколько ощущений: радость и одновременно душевная боль. Внезапно мне стало плохо из-за непонимания. У меня было какое-то непреодолимое желание, но я не знал, чего именно хотел. Я почувствовал, что ко мне возвращается то самое состояние, которое было после смерти моего отца, и мне захотелось закричать от боли.       Я рванулся в спальню и захлопнул за собой дверь. Бросившись к кровати, я засунул под неё руку и резким движением достал нож. Закатав левый рукав, я разрезал лезвием бинты. Медленно проведя ножом по запястью, я почувствовал тупую боль. Из пореза медленно сочилась кровь, капая на пол и оставляя на нём разводы.       Теперь мне хорошо…       Я направился в ванную, чтобы смыть кровь с рук, ножа и, в дальнейшем, пола, рукав я раскатывать не стал — Америка мог заметить испачканный свитер. При каждом движении левой рукой становилось неприятно, но я уже привык к таким вещам. Намочив тряпку и достав из шкафа бинты, я пошёл обратно в комнату. Руки я перебинтовал уже в комнате, закрыв дверь на замок.       Когда следов крови не осталось, я решил проверить, как дела у парнишки. Заглянув к нему в комнату, я увидел странное зрелище — Ами смотрел на голую стену и с кем-то разговаривал, я явно слышал ответы незнакомого голоса. Только потом я понял, что он просто говорит по телефону, поставив звонок на громкую связь. — What did I tell you?! -But, Brit… — I don't want to hear it. I told you to just find an Union and ask for help! — выделяя каждое слово, произнес абонент на другом конце трубки. —Don't move in with this freak! —Don't call him that!  — They don't hide the truth, brother, — приторно-сладким голосом ответил Брит. —I hope you don't bother Russia any more and move out of his house, because he's already in trouble, and you're sitting on his neck.  — I… — Do you understand me? — Yes, Brit, — грустно выдохнул Америка, закрыв лицо руками. — I'll call you later, *— коротко произнесли из трубки, и следом раздались короткие гудки. Парень неподвижно сидел, спрятав лицо в ладони, и шумно дышал — казалось, что он скоро заплачет. Я тихо постучал и вошел в комнату. Ами даже не отреагировал на моё присутствие.       Я присел рядом с ним. — Что случилось?       Парнишка замотал головой, обозначая, что не будет отвечать на мой вопрос, и его голова рухнула на колени, а руки повисли вдоль тела. — Я не хочу об этом говорить, — тихо произнёс он, отворачиваясь к окну. — Просто не думай, это моё личное дело.       Я взял лицо парня в свои ладони и развернул к себе; Америка от неожиданности охнул. Я заметил на его щеках дорожки от слёз. — Расскажи мне всё! — чеканя каждое слово, сказал я, смотря в глаза Ами, тот же всё время отводил взгляд в сторону. Глубоко вздохнув, он тихо произнёс: — Мой брат Великобритания хочет, чтобы я съехал отсюда.       В моей голове крутились два вопроса. Первый: «У него есть брат?!» и второй: «Почему он должен уехать?» Я задал второй вопрос вслух, но ответом стал только испуганный взгляд в мою сторону. — Я… не могу сказать, — пролепетал парень. — Ты не знаешь, на что способен Брит в гневе — а он однозначно разозлится, если я расскажу тебе это. — Но ты… — начал я, но под испуганным взглядом Америки осекся. — Ладно.       Медленно поднявшись, я вышел из комнаты, напоследок обернувшись в дверях на парня: тот сидел в той же позе, его лицо совсем не выражало эмоций.       Мне вдруг так захотелось обнять его!

***

Этим же вечером

— Слушай, Ами, не посмотреть ли нам какой-нибудь фильм? — предложил я за ужином. Братьев все еще не было дома — они направились на ночную вечеринку — поэтому квартира была полностью в моём распоряжении. Ну, или, точнее, в нашем. Америка задумчиво постучал пальцем по нижней губе: — Почему бы и нет!       Покидав посуду в раковину (потом помою, никуда не денется), я пошёл в гостиную, настраивать роутер. Парень увязался за мной и стал пристально наблюдать за моими действиями. — Не стой над душой, а? — попросил его я, кинув многозначительный взгляд в его сторону, и друг, обиженно надувшись, уселся на диван напротив плазменного телевизора. — Какой мягкий! — удовлетворённо воскликнул Америка, ёрзая на сидении. Я закатил глаза и улыбнулся: уже взрослый, а ведёт себя, как ребенок! Прямо как мои братья.       Кстати, о них…       Быстро, иногда не попадая на цифры, я набрал номер Беларуси. После непродолжительного ожидания я услышал громкую музыку. — Где вы?! — проорал я в трубку, чтобы брату было меня слышно. В ответ мне раздалось явно нетрезвое мычание Украины, а следом — обеспокоенный голос: — Росс! Ты только не волнуйся! Мы в клубе! Тут просто… В общем, будем дома нескоро! Прости! — Вернетесь — головы обоим откручу! — прошипел я в ответ и положил трубку. Потерев переносицу и громко вздохнув, я направился обратно. Америка всё так же сидел на диване, но уже успел что-то стащить с кухни, и теперь хомячил какую-то вкусняшку. — Ты это где взял? — сурово спросил я. Парень потупился: — На кухне… — А почему со мной не делишься? — усмехнулся я, падая рядом с ним. Ами просиял и всунул мне в руку пакетик со вкусняшками, а сам куда-то пошёл. Вскоре он вернулся с двумя пакетами чипсов и бросил их на диван. — Откуда? — спросил я, указывая головой на чипсы. Их у нас в городе отродясь не было! — Кто хочет, тот найдет, — хитро улыбнулся Америка, вскрывая один пакетик. Я решил пока поискать в интернете фильм, который мы будем смотреть. Схватив из комнаты планшет, я сел на диван: — Ну что? Давай выбирать?       Парень кивнул, и вскоре повис на моей руке, чтобы лучше видеть экран.       Каждый выбранный фильм не проходил отбор и отправлялся в решение «Зачем смотреть его, он же скучный, лучше вот этот». Так мы отмели все фильмы, сериалы и другое. Ами, задумавшись, лежал на диване вниз головой, закинув ноги на спинку дивана. — И что же мы будем смотреть? — он посмотрел на меня в ожидании ответа, но я лишь пожал плечами. — Может, просто телик включим? — Резонно.       Ами потянулся к пульту, я — к выключателю, и вскоре мы сидели рядом друг с другом, поедая чипсы.       Парень листал каналы со скоростью света. — Нет, — говорил он каждый раз, когда на экране снова высвечивалось изображение. — Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. О, нашёл!       Пульт отправился на сиденье дивана рядом с Америкой, но ненадолго — я перегнулся через него, и после непродолжительной борьбы я щёлкал каналы, а парень обиженно дулся. Когда я понял, что так листать бесполезно — скорее всего, мы так ничего и не найдём — я решил действовать по другой тактике. — Ами, назови любое число от одного до десяти.       Парень вопросительно уставился на меня. — Зачем? — Канал выберем.       После недолгих раздумий я получил осторожный ответ: — Ну, два.       По моему лицу начала расползаться улыбка, и мне сильно захотелось засмеяться. — Что? Что ты улыбаешься?! — негодовал Америка, кидая в меня подушкой, а я уже хохотал в голос, скатившись с дивана на пол. — ЧТО СМЕШНОГО?! — Странный выбор для тебя, — сквозь смех выдавил я. — Но… пхах… раз ты хочешь…       С трудом сдерживая смех, я выудил пульт и нажал на вторую кнопку. Изображение мгновенно сменилось, и я стал наблюдать за лицом друга, которое искривлялось всё больше и больше. — ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ, ЧТО ЛИ?! — взорвался он, соскакивая с дивана и подбегая ко мне. Я обежал его, и теперь стоял по другую сторону дивана. — РОССИЯ?! — Ты сам выбрал! — хохотал я. Кажется, Америка немного разозлился — он стал бегать за мной, а я наматывал круги вокруг дивана. В какой-то момент он почти настиг меня, но я перемахнул через спинку мебели, как через забор, и теперь сидел, как ни в чём не бывало. Вдруг я почувствовал внушительный удар по голове подушкой, и за руку перетащил Ами, который замахивался для нового удара, к себе. Правда, чуть-чуть не дотащил. Парень беспомощно болтал ногами и руками, свисая, как тряпка, с высокой спинки дивана. — Росс, помоги мне! — визжал он, пытаясь перегнуться сильнее, но у него не получалось. Тогда он решил перейти в наступление. Ами начал сильно размахивать руками, пытаясь дотянуться до меня, но я просто откинулся на подлокотник и теперь наблюдал, как он ругается английским матом на меня. — Get me out of here! (Сними меня отсюда!) — орал он, продолжая брыкаться. — IMMEDIATELY!!! (НЕМЕДЛЕННО!) — Ага, уже побежал. — Росс, ну please, помоги мне! — взмолился он, смотря мне в глаза. — Я застрял! Ну, пожалуйста! Росс, милый…       У меня в голове что-то щёлкнуло. — Как ты меня назвал? — медленно спросил я у парня. Тот, кажется, испугался, потому что сжался так сильно, как только было возможно в его положении. — М-милый… — заикаясь, пробормотал Америка. — Но я случайно! Я просто… — Заткнись, будь другом, — раздражённо бросил я, снимая Ами со спинки дивана. Парень тут же прижался ко мне, обнимая: — Спасибо! Правда, ты меня туда и затащил, поэтому тебя благодарить не за что. — Ага, пожалуйста, — ответил я, закидывая в рот горсть чипсов.

00:47

      Телевизор всё ещё работал, но вкусняшки давно кончились, поэтому я сидел, тупо уставившись в экран. Америка дремал у меня на плече. Я иногда невольно засматривался на него — он был очень красивым. Вдруг голова парня соскользнула с моего плеча и оказалась у меня на коленях. Я вздрогнул от неожиданности, но что взять со спящего человека? Пусть лежит.       Вдруг у меня громко затрезвонил мобильник, отчего Ами проснулся, потирая один глаз кулаком. — Что это? — сонно спросил он, ворочаясь на моих коленях. — Кто тебе звонит?       Взглянув на экран и увидев имя абонента, я поспешил положить трубку — это был Чехия. — Да так, неважно. — М-м-м… — протянул парень, потягиваясь. — Фильм ещё не кончился? — Не-а. — Да сколько можно его… — он зевнул, прикрыв рот ладошкой, -…смотреть? — Да спи уже, — усмехнулся я, откидываясь на спинку дивана. Меня даже не смущало теперь, что Америка лежит на моих коленях — мне было хорошо…

***

На следующее утро

      Я проснулся от жужжащего звука, который исходил из гостиной. Я медленно сел и скорчился от неприятного ощущения в шее — кажется, я её отлежал, пока спал на диване… Держась за шею одной рукой, я вышел из комнаты и увидел Америку, который вовсю орудовал пылесосом, периодически перескакивая через провод и грациозно обходя саму технику, при этом он держал в одной руке телефон, смотря в нем что-то, и мурлыкал себе под нос какую-то песню. — О, Росс, привет! — парень помахал мне рукой, в которой был телефон, я ответил тем же. — Что с твоей шеей? — Отлежал, — ответил я.       Вдруг мой нос уловил приятный запах блинов и кленового сиропа. — Кто готовит? — Как — кто? — удивился Ами, приподняв одну бровь. — Я!       Вот это да! Как он умудрялся делать несколько дел сразу: и пылесосить, и готовить, при этом залипнув в телефоне! Мое мнение о нём поменялось, хоть и незначительно, в приятную сторону.       Америка продолжил своё дело, больше не обращая внимания на меня. В какой-то момент он запнулся о провод, не успев переступить его, и с испуганным вскриком, выронив телефон, полетел на пол. Я рванулся к нему и успел подхватить именно в тот момент, когда до встречи его головы с полом оставалось несколько жалких секунд. Парень поднял на меня глаза и покраснел: — С-спасибо… — пробормотал он.       Я никак не мог оторвать взгляда от его ярко-зелёных глаз, которые тоже не спешили отдаляться от меня. Мы стояли так минуты две, и стояли бы дальше, если бы Ами вдруг не вскочил и не рванул на кухню, выключать плиту. Я грустно улыбнулся — кажется, я знаю, что за чувство посетило меня прошлым утром…