No Maker Made Me

Июнь. Вашингтон. Округ Колумбия. Баки чувствовал себя животным в зоопарке. Причем не простым животным, а редким, которое прибыло недавно, и все спешили на него взглянуть. После психиатрической оценки, долгих разбирательств, что Гидра успела с ним сотворить, Баки против своей воли оказался в закрытой палате МОЛОТа — нового аналога Щ.И.Т.а, к его ноге прикрепили отслеживающее устройство, у двери, по периметру здания  стояли люди, а сам он впервые за долгое время ненавидел это вынужденное одиночество. Хотя посещения ученых, докторов и их бесконечных ассистентов, Баки ненавидел не меньше. Во время минут одиночества Баки все больше думал о ситуации, в которую он угодил, и не мог понять, на кого злился больше: себя, решившего по какой-то причине достать Капитана Америка из воды, или Роджерса, который решил его искать и увез с собой человека, который знал о нем самом слишком много. И самое неприятное во всей этой ситуации было отсутствие возможности узнать, что со всеми ними стало. И непокидающая голову мысль, что он мог продолжать жить в Катании по новому сценарию, который так неожиданно для него сложился, вместо всего этого. День. Два дня. Неделя. Вся монотонность проходящих дней слила их в один большой, дрянной и бесконечный. Одинаковые лица, стены, вопросы, взгляды. Баки понял, что угодил в день сурка, из которого выбраться будет очень проблематично. Оставалось только наблюдать, изучать противника и искать возможность разорвать этот круг. *** У Гельмута Земо был план. Он хотел внести в ряды Мстителей еще больше раздора и удачно к этому шел. Земо нашел дневник с кодом Зимнего Солдата, сумел подставить в Вене и найти его, сумел выдать себя за доктора, но ему поступил звонок. Имя Уильяма Страйкера оказалось ему знакомо. Талантливый военный ученый, о ком довелось слышать, пока он искал нужный словесный код для контроля над главным оружием Гидры. Он говорил спокойно, уверенно, просил подождать, играть свою роль, чтобы получить от Солдата нужную ему информацию касательно нового исследования. В дальнейшем Страйкер обещал свою помощь в достижении цели Земо, намекнул, что его карьера вскоре пойдет вверх и в качестве доказательства своей верности и лучших намерений передал часть записи, из-за которой Земо все и начал. Через несколько дней они встретились на совещании, посвященному решению судьбы Зимнего Солдата. Страйкер выступал как штатный доктор МОЛОТа, Земо понял, о какой карьере он говорил. После официального знакомства на собрании, обсуждения Страйкер шепнул Земо, что ему нужна вся информация, которая есть в голове Солдата. Земо продолжал чувствовать непонимание, какая информация, о ком? Все детали пазла не складывались, но затем он увидел в своем дипломате то, что не клал туда — диктофон, бумагу с именем и билет на самолет. Земо изначально сделал все свои беседы с Зимним Солдатом достаточно нудными, чтобы к ним не было особого интереса ученых. Идя сегодня к нему в палату, он знал, что запись никто из них не будет смотреть в режиме живого времени. Тем более в такую рань. Знал, что камера запись не запишет, лишь покажет в режиме реального времени. Из соображений безопасности перед встречами с докторами, Барнса под охраной с надежными наручниками на руках и ногах помещали в специальный кабинет, сажали в кресло, которое окончательно лишало движения, и по камерам наблюдали за происходящим. Охрана обычно смотрела без звука. Земо поздоровался, сел, разложил перед собой папки и бумаги. Взгляд Солдата его уже не волновал, не вызывал каких-либо эмоций. Внутри Земо нарастала волна радости, удовлетворения. Еще немного и он станет на шаг ближе к своей цели. — Желание. Ржавый. Семнадцать. Рассвет. Печь. Девять. Добросердечный. Возвращение на Родину. Один. Товарный вагон. Земо старался говорить как можно четко и быстро, учитывая, что язык был ему неродным, а Барнс сопротивлялся, пытался вырваться и мог привлечь охрану. Но как только Земо произнес последнее слово, Барнс успокоился. — Жду приказаний. Земо поразило то, как изменился человек перед ним. Во все встречи, сейчас перед ним сидел усталый заключенный, который просто принимал все происходящее с ним. И хоть весь его вид говорил о безразличии к процессу, в глазах виднелось что-то живое, какая-то искра, а порой и вселенская усталость и надломленность. Сейчас в глазах, которые смотрели на него, не было ничего: не боли, не усталости, не искры, не надломленности. Это был пустой взгляд убийцы, способного сделать все, что ему прикажут. — Когда я нажму на кнопку, Солдат, — начал Земо, показывая диктофон из-под кипы бумаг, — ты расскажешь мне все, что Мелания Оливьеро успела рассказать тебе о себе за время вашего знакомства. Все что успел узнать о ней самостоятельно. Вопросы? — Я готов. — Отлично, — довольно произнес Земо и нажал на кнопку. Уходя из кабинета после разговора, Земо невольно задумался, зачем Страйкеру подобная информация. Солдат говорил о способностях девушки, о ее психологах в детстве, учебе в художественной школе, помощи ему и лихорадке во время гриппа. Он добавил позже, что она не любила жить в Америке, была влюблена в свою культуру, имела близкие отношения с дедом и всегда покупала все нужное для рисования лишь в одной лавке Катании. Все это можно было узнать, проследив за ней и наняв обычного частного детектива. Вечером этого же дня Земо сел на самолет в Ванкувер. Машина, которая ждала его из аэропорта, вывезла его из города. Земо смотрел на лес, деревья, малочисленные машины, пока не увидел непримечательное здание, похожее на промбазу с мощной охраной. Около входа Земо уже ждал молодой парень в костюме. — Добрый день. Дэвид Норт. Пройдемте, вас уже ждут, — представился он и, не дождавшись ответа, вошел внутрь Земо кивнул, рассмотрел кобуру пистолета под хорошо скроенным пиджаком своего сопровождающего и сильнее сжал ручку дорожной сумки. Пока они шли до лифта, Земо не заметил ничего интересного в помещении: обычное рабочее место, похожее на склад, люди в рабочих комбинезонах ходили с тележками, перевозя коробки, не обращая внимания не гостей. Дэвид вызвал лифт и нажал на кнопку подземного этажа. Когда двери открылись, Земо удивился, увидев, что все вокруг в очень светлых тонах и напоминало лабораторию или больницу. Люди уже ходили в халатах, с планшетами, некоторые в масках. — Добрый день, я надеюсь, вы хорошо добрались, — добродушно заговорил Страйкер, как только Земо вышел из лифта. — Спасибо, что привели его, агент Зеро. Дэвид кивнул и пошел дальше. — Один из лучших солдат. Превосходный стрелок. Всегда попадает в цель, — продолжил Страйкер. — Приходится искать новых людей: ученых, солдат, их командиров. Это все так утомительно. Особенно, если не знаешь, кому можно верить. — Я привез запись Солдата, — заговорил Земо, поняв, что разговор уходил куда-то не туда. — Да-да. Обсудим все у меня в кабинете. Земо прослушал запись вместе со Страйкером и снова задумался, зачем ему такая информация. Услышав все во второй раз, ответ так и не спешил появляться в его голове, но Страйкера все устраивало. — Прекрасно, — одобрительно сказал он и положил на стол флешку. — Можете воспользоваться ноутбуком, чтобы посмотреть видео. Теперь Зимний Солдат весь ваш. — Это все? От него была нужна только эта информация. Что какая-то девушка покупает краски в определенной лавке и плохо переносит грипп? — Понимаю ваше замешательство. Вам интересно, почему я взял так мало с такого хорошего материала? Я отвечу. У нас не сороковые на дворе. Зимний Солдат уже давно перестал быть чем-то необычным. У меня есть свой убийца неизвестного возраста, лишенный памяти, с… хирургическими изменениями в организме. Создать такого в наши дни — это дело времени. Она — другой разговор. Ее мутация редкая. Врожденная.       Видите ли, начальство поставило передо мной задачу — создать новый символ нации, так как старый выходит из-под контроля. — Новый Капитан Америка? — скептически спросил Земо. — Агент США, — поправил Страйкер. — Или Патриот. Как уже начальство решит, это не так важно. Но да, по сути, новый Капитан Америка, но… не такой проблемный как Стив Роджерс. Более послушный. Как я говорил ранее — не проблема создать кого-то вроде него. У нас уже есть кандидат, давший согласие. Проблема в том, чтобы Агент США не уступал своему предшественнику, был лучше. И хоть есть много папок, документов, рассказывающих про Стива Роджерса, нигде нет информации, что у него в голове: мысли, чувства, чем он руководствовался, что из прошлого было знаковым для него, какие воспоминания можно внедрить в голову новому Агенту и вовремя включить, чтобы его работа была лучше, но чтобы они не мешали во время других операций. — И она согласилась помочь? — Вроде того, — уклончиво ответил Страйкер. — Я слышал, что случилось с вашей семьей во время очередных разборок Мстителей. Мне жаль. Но правда такова, что сейчас угроза исходит не только от человека. Эволюция идет дальше и нам нужен ответ. Кто-то достаточно сильный, чтобы дать отпор, но и достаточно послушный. Именно над этим я и буду работать. Земо кивнул, понимая, что какое-то разумное зерно в услышанном есть, но стук в дверь помешал ему ответить. — Войдите. Это был Дэвид. — Извините, что прерываю, полковник Страйкер, но к нам в больничное крыло доставили девушку, которая вас интересовала. — Спасибо, агент. Страйкер поднялся со своего места, Земо повторил за ним. — Я могу на нее взглянуть? — Да. Они оказались в палате очень напоминающую больничную. На койке лежала девушка, медсестра рядом скрупулезно записывала показатели приборов, к которым пациентка была подключена. — А вот и та, о ком столько разговоров, — произнес Страйкер. — Мы ей не навредим. Просто… добудем с помощью нее нужную информацию во благо. Тем более учитывая ситуацию в Нью-Йорке, у нее не возникнет проблем в контакте со Стивом Роджерсом. Земо кивнул, но ничего не почувствовал. Желание довести свой план до конца никуда не делось. Часть про «не навредим» ему тоже не понравилась. Будь его воля, все вроде нее, Стива Роджерса и им подобным лучше бы горели адским пламенем на какой-нибудь центральной площади.