No Maker Made Me

Первое, что почувствовала Мелания, открыв глаза, боль в шее. Она поморщилась, пощупала места, которые вызывали боль, и приподнялась на локтях, начала осматриваться. Баки сидел в кресле, молча наблюдая за ней. Его выражение лица снова стало походить на каменное изваяние. Телевизор уже не работал, на улице было темнее. Сложив все эти факты вместе, Мелания поняла, что все не очень хорошо. — Что случилось, пока я заснула? — Ты не заснула, — холодно произнес Баки. — Я тебе помог отключиться. Мелания снова потянулась к шее, словно ощутив на ней боль от нового удара. — Зачем?! — Тебя для чего-то используют. — Кто? — Еще не знаю. Но ты уезжаешь. Мелания удивленно уставилась на Баки. Мозг пытался еще переварить слова о его «помощи», и вдруг новая порция информации, которую нельзя принять как данность. — Это еще что за заявление? — Так будет лучше. — Для кого? — Для всех. Мелания уже не сдерживала негодования, повышала голос, хотела выплеснуть на Баки все, не обращая внимания на боль, а его спокойные и холодные ответы еще больше добавляли масла в огонь. — И это все твое объяснение? «Ты уезжаешь. Так для всех будет лучше. Меня используют». Есть что добавить? Мелания ожидающе начала смотреть на Баки, но быстро поняла, что каких-то еще объяснений она не добьется. — Потрясающе! — воскликнула Мелания, поднялась с дивана. — Хотя на что я рассчитывала, связываясь с тобой, — тише добавила она, наклонилась за шарфом, которым повязывала волосы. Все тело охватила злость, которая требовала выхода. С первых воспоминаний этого человека было понятно, что стоило держаться от него подальше. Было понятно, что строить с ним даже обычные приятельские отношения будет сложно. Было понятно, что ничего просто не будет. Но ей почему-то вбилось в голову помочь ему, уехать потом со Стивом, сблизиться с Баки. И где она сейчас? В Вашингтоне, в квартире с мужчиной, на чьей ноге датчик, который даже не считал должным как следует ей все объяснить, кидая общие фразы. Ей сняться странные кошмары об ученых, опытах, о которых она не может заговорить, и все становится намного сложнее. Видимо, дорога в Ад действительно выложена благими намерениями. — Тебе надо уехать, Мелания, — не меняя тона, произнес Баки. Мелания сильнее сжала шарф в руке, в голове почувствовалось неприятное давление, боль. Она расправила плечи и шумно выдохнула. — Нет. — Я не предлагаю. — Я не могу уехать. — Можешь. — Не. Могу, — с нажимом произнесла Мелания. — Почему? Мелания открыла рот, чтобы дать ответ, закрыть эту уже затертую тему, но слов не находилось. Баки поднялся на ноги, подходя ближе. Мелания начала чувствовать, что гнев понемногу отступал, найти ответ сейчас казалось гораздо важнее. — Мне… нельзя, — неуверенно произнесла Мелания. — Нельзя уезжать. Понимаешь? Мелания заметила, что Баки уже смотрел не на нее, а куда-то ей за спину, словно она перестала представлять собой хоть какой-то интерес, вовсе не была в комнате. Мелания обернулась и увидела Наташу, которая стояла на пороге и молча наблюдала за ними. — Ты думаешь, что ей нельзя уезжать потому, что ее запрограммировали на слежку?— уточнила Наташа. — Она рассказывала тому человеку о своем дне: встречах, людях, разговорах. Когда я прервал звонок, телефон больше не звонил. — Думаешь, что за тобой? — Я и так как на ладони сейчас, тут что-то еще. Она говорила о Стиве, немного о тебе. — Изоляция, по-твоему, хороший выбор? — А что еще с ней сделать? Мы понятия не имеем, кто он, как еще может повлиять на нее, сколько таких команд прошито у нее в голове. — Что-то простое не для тебя, Барнс, — устало произнесла Наташа. — Кто бы говорил… — Хорошо, я отвезу ее, попр… Мелания так и стояла на прежнем месте, слушая разговор между Баки и Наташей, удивляясь тому, как они решали ее будущее без нее. — Стоп! — перебила Мелания, взглянула на Баки, на Наташу. — Я все еще тут! Меня никто спросить не хочет, готова ли я ехать, хочу ли… и вообще. Это по-вашему нормально обсуждать меня при мне же, не давая права выбора? Повисла пауза. Мелания ждала ответа на свой вопрос и, смотря на многозначительные переглядки Баки и Наташи, искренне поверила, что они сейчас все скажут. — Я все подготовлю. Дам знать, когда буду готова ехать, — спокойно проговорила Наташа. — Спасибо. Наташа сама направилась к выходу, Баки остался в комнате, Мелания поняла, что беспомощно смотрела прямо на него. — Какого черта?! — громко спросила Мелания, ударила Баки в грудь. — Какого черта сейчас происходит? Я тебе не жена из пятнадцатого века, чтобы решать, куда меня сослать! — в том же тоне продолжила она, повторяя удары. К ее большему раздражению, Баки просто стоял, не пытался защитить себя, перехватить ее, даже не подавал никаких признаков боли. После нескольких минут избиения грудной клетки Баки Мелания поняла, что выдохлась. — Ты помнишь, что было несколько часов назад? Мелания еще пыталась отдышаться, смотря на пол, но, услышав вопрос, вернула зрительный контакт с Баки. — Да. Я пришла к тебе, тут была Наташа. Потом она ушла, мы поужинали, включили телевизор, я… заснула… Баки кивнул, полез в карман, Мелания поняла, что за телефоном. Он демонстративно показал его, не сводя с нее взгляд. Мелания вдруг почувствовала себя маленькой зверушкой в клетке с хищником, но старалась не подавать вида. Происходило явно что-то странное, непонятное, что-то, что она упускала. — Узнаешь? — Заранее проплаченный телефон. — Ты вчера по нему говорила. — Я ни с кем не говорила вчера по телефону, — уверенно произнесла Мелания. — Говорила. Баки понадобилось время, чтобы в собственной голове сложить историю, которую надо было сейчас рассказать. Пересказывая все события со своей точки зрения, он невольно задумался, а не были ли все эти отношения с ним частью приказа. Если подумать хорошо, то зачем было девушке, которая объективно могла найти кого-то лучше, чем он, постоянно приходить к нему, общаться, спать, если у всего этого не было более важной цели, чем потребность в общении. Углубляясь в эти мысли все больше, Баки пришел к единственно правильному решению — Мелания должна исчезнуть из его жизни, избавиться от всех кодов и продолжить жить настолько спокойно, насколько это вообще возможно, но уже без него. Смотря сейчас на ее растерянное лицо, испуганный взгляд, он видел, что она верила ему, что его слова пугали ее. Поборов порыв обнять ее, Баки поднялся с дивана и подошел к окну, напоминая себе, что надо держать дистанцию, что девушка перед ним марионетка в чьих-то руках. — Я… не знаю, что сказать, — растерянно проговорила Мелания. — Ты ненавидишь меня? Баки стало смешно от вопроса. Уж не ему ненавидеть кого-то за подобное. Хотя стоило отдать должное создателям Мелании 2.0. Если он просто убивал по приказу, то сейчас они пошли дальше. Друг, любовница, шпион — все в одном лице. Ты ею увлекся. Женщины веками этим пользуются даже с самыми опытными из мужчин. Так что я сужу по собственным соображениям Ему вспомнились слова Наташи. Романофф была права даже тогда, когда не знала обо всей проблеме. — Нет. — Ты даже не смотришь на меня. Баки взглянул на отражение в окне, но быстро отвел взгляд. Он не смотрел, прекрасно понимая почему. Не из-за презрения или отвращения, тем более не из-за ненависти. Все хорошее, что было у него в последнее время, оказалось иллюзией, которую подложили под него в прямом смысле этого слова. И от одной мысли от этого становилось тошно. — Мы с Наташей решили дать тебе снотворное, когда вы уедете, — заговорил Баки, отгоняя все свои мысли. — На тот случай, если… тебе внушили что-то сделать при отъезде. Мелания поднялась с дивана. Он услышал ее шаги, приближавшиеся к нему, но не двигался. Она остановилась рядом с ним, за спиной, молчала. — Тебе лучше собрать вещи, если ты хочешь что-то взять. Наташа вернется достаточно быстро. — Хорошо. А что потом? — спросила Мелания. — Она отвезет тебя в безопасное место, где будет сложно выйти на связь с тобой. — Я не об этом, Баки. Он и сам и прекрасно понял, что она говорила не об этом. Хотя было глупо полагать, что она даст ему сейчас соскочить с темы. Только добавить было нечего. — Это все? — спросила Мелания. — Собирай вещи и уезжай? Даже в лицо мне это не скажешь? — Баки молчал, понимая, что ему сейчас надо просто выдержать этот разговор, а дальше все.— Vai a cagare, Барнс*. Ceffo**! — он почувствовал толчок в спину, услышал удаляющиеся шаги. Мелания уехала через несколько часов, больше ничего не говоря ему, даже не смотря в его сторону. Баки сам не знал, чего хотел от прощания: такой холодности или сцены. Но чего он точно не хотел — это встретиться с осуждающим взглядом Наташи, который проникал ему под кожу, в мозг, где ее голосом говорилось, что он идиот. Оставшись в квартире один, Баки снова сел на диван, твердо решив, покончить со всем, что вносило в его жизнь подобное. Он взял телефон, который Наташа привезла с собой для экстренной связи, и усмехнулся, увидев в контактах два номера. Начал набирать одному из них. Кому: Стив Нам надо встретиться. У меня. Баки не волновался о телефоне, зная, что если он от Наташи, то по нему можно спокойно передавать даже правительственные тайны. Баки не волновался, что Стив не поймет, от кого смс. Он сел ждать с удивительно чистой головой, которой у него не было уже давно. Через сорок минут в дверь раздался звонок. Путь назад перестал существовать. Стив молча вошел в квартиру, дошел до гостиной и встал. — Тебе придется многое исправить, Стив, — холодно произнес Баки. — Знаю.

Конец первой части