Дивный новый мир

I – Лорд Тирион! Вам письмо! Тирион, который лениво поглощал обильный завтрак, развалившись в кресле, вальяжно протянул руку, и молодой мейстер Даррен, помощник Сэма Тарли, почтительно вложил в нее пергамент. – От кого? – подавив зевок, спросил Тирион. – Кажется, от Ее Величества Королевы Севера. Печать с коронованным лютоволком, если я не ошибаюсь. Тирион выпрямился и поспешно разломил печать. Письмо снова было коротким – похоже, Санса предпочитает писать лаконично и только по делу. «Милорд Десница, спешу сообщить Вам, что мне удалось достичь взаимопонимания с Мирой Рид. Она согласна стать женой Брана, и я полагаю, что свадьба может состояться не позднее, чем через полгода. Поскольку мать Миры умерла, я сама с радостью привезу ее в Королевскую Гавань вместе с ее отцом, сиром Хоулендом Ридом – это мой королевский долг перед ней. Мы отправимся в путь через одну луну, поскольку мне требуется время, чтобы созвать подобающий случаю сопровождающий отряд. Прошу Вас организовать для нас достойное пристанище на время пребывания в столице. Численность отряда я сообщу Вам перед отправкой. Искренне Ваша, Санса Старк, Королева Севера». Да, Санса воистину стала королевой, подумал Тирион с усмешкой. Подумать только, когда-то она была маленькой девочкой, которую насильно выдали за него замуж, которая боялась и ненавидела его за то, что он Ланнистер! Сколько ей тогда было лет? Тринадцать?.. Четырнадцать?.. Он уже не помнит. Когда-то они с ней даже спали в одной постели, изо всех сил стараясь не касаться друг друга, и всю ночь не могли из-за этого уснуть. Как давно это было! Как будто в другой жизни. Всё прошло. Как она тогда сказала? «Вы были лучшим из моих мужей». Теперь она стала волчицей, а не испуганным ягненком. Тирион подошел к окну – из его покоев в бывшем Девичьем склепе открывался вид на заново отстраивающийся город. Им уже почти удалось восстановить некоторые помещения Красного замка – Кухонный замок и Малый чертог, почти восстановлена Башня Белого Меча, на очереди Зал Малого совета. Они решили пока не восстанавливать Башню Десницы и Большой Чертог – ему самому нужно немного места, он обойдется и без башни, и к чему сейчас тратить деньги на восстановление Большого чертога – разве король дает пиры?.. Так много нужно сделать, и так мало времени, так мало денег и сил! Хорошо хоть Серсея успела рассчитаться с Железным Банком – иначе им пришлось бы думать, как погасить еще и этот долг. Железному Банку нет дела до того, кто сидит на престоле – даже если самого престола уже нет. Про Тайвина Ланнистера говорили, что он гадит золотом – ах, как бы ему самому сейчас пригодилась эта способность! Но увы, он вынужден ограничиваться тем, что отдает треть доходов Утеса Кастерли на восстановление полуразрушенной войной страны – больше, чем все лорды Малого Совета, вместе взятые. А теперь еще эта свадьба! Нельзя провести ее скромно и тихо – народ будет ждать пышного и красивого праздника, придется раздавать деньги на улицах, кормить нищих, делать большие пожертвования на восстановление септ и больниц. Придется как-то выкручиваться. Мастер над монетой не слишком-то любит раскошеливаться – дорвавшись до больших денег, Бронн стал чрезвычайно прижимистым, и теперь у него не допросишься и медного гроша. Хорошо хоть лорды Простора, понимая, что живут лучше многих, согласились оказать помощь другим – иначе в Речных Землях, наиболее сильно пострадавших во время войны, мог начаться голод. Нужно возрождать поля, разводить скот, дать еду, кров и хоть какое-то занятие тем тысячам несчастных, что ныне скитаются по всей стране. Нужно, чтобы в пустующих и разграбленных замках появились новые хозяева и навели там порядок. Столько всего нужно сделать – а он, как обычно, один. Теперь он снова стал Десницей короля, снова взвалил на себя этот груз, который временами тащить не под силу. Что ж, это лучше, чем быть сожженным драконьим пламенем или потерять голову на плахе. Верно говорят, что король ест, а десница подтирает задницу – Тирион давно уже не мог ничему радоваться и чувствовал лишь безмерную усталость, которая усиливалась с каждым днем. Если бы король женился на ком-то из Простора!.. Тамошние богатые лорды, каким-то чудом сохранившие и земли, и доходы, даже когда пал Хайгарден, дали бы за дочерьми баснословное приданое. Но король женится на Мире Рид, у которой ни гроша за душой – Тирион помнил, что дом Ридов всегда был очень беден, а уж теперь-то, должно быть, у них даже платья хорошего нет. Значит, придется тратиться еще и на это! Нужно осторожно выяснить у Сансы, не прислать ли для Миры отрезов на платья и какие-нибудь драгоценности – если она приедет в Королевскую Гавань в одном из этих северных унылых балахонов, это будет просто неприлично! Он готов отослать Мире некоторые из ожерелий и колец своей покойной леди-матери, хватит им пылиться в Утесе Кастерли. Украшения делают для того, чтобы их носили, а не для того, чтобы они лежали мертвым грузом. При мысли о Сансе он почувствовал глухую обиду. Подумать только, он написал ей столь сердечное письмо со множеством скрытых похвал и намеков на свое хорошее к ней отношение – извел на черновики добрых тридцать листов, прежде чем результат его удовлетворил! – а получил в ответ такое сухое, лишенное даже толики тепла, почти невежливое послание! Конечно, он давным-давно уже не ждал, что Санса бросится к нему в объятия, но они, как-никак, когда-то были женаты, и он делал всё от него зависящее, чтобы защитить ее! Он не тронул ее, он был с ней добр и терпелив, он старался, как мог! Не его вина, что мерзавца Джоффри убили прямо на свадьбе, и для них с Сансой всё закончилось. Всё могло быть совсем по-другому! Он тяжело вздохнул при мысли об этом. Интересно, Сансу тоже одолевают воспоминания? В Малом Совете только и разговоров теперь о свадьбе, невзирая на отсутствие невесты – что следует сделать, где проводить церемонию, когда и где устраивать пир, кого с кем посадить... Целыми днями трещат об этом, что твои сороки, не могут наговориться, расходятся заполночь! Забыли все свои ссоры и теперь чуть ли не обнимаются при встрече! Даже Бриенна Тарт – вот уж от кого не ожидал! – чисто по-женски начала разговоры об украшении замка, дескать, нужны какие-то там особые цветы, да какие будут ленты, да куда ставить столы, да чем их украшать! К счастью, они дружно решили пока не думать о блюдах, которые нужно подать гостям – если бы они начали обсуждать меню, Тирион, наверное, ушел бы с заседания под любым предлогом. Нужно обрадовать это сборище идиотов – невеста теперь есть. Пусть себе и дальше считают ложечки и составляют списки гостей. Он и сам не понимал, почему его так бесит вся эта предсвадебная подготовка, он только чувствовал, что ненавидит свадьбы, чьи бы они ни были. Его собственную свадьбу с Сансой он вспоминал урывками, как повторяющийся скучный сон, который никак не заканчивался – он хорошо помнил лишь свое раздражение на нее, когда она не хотела встать на колени, чтобы он мог накрыть ее плащом. Свадьба Джоффри была кошмаром. Может быть, хоть у Брана всё будет по-другому? Хотелось бы верить. Впрочем, покушения точно можно не опасаться: и народ, и даже лорды любят короля за справедливые и мудрые решения, за стремление накормить голодных и дать пристанище бездомным. Они ведь не знают, что Бран ничего не решает, а лишь делает то, что советуют ему члены Малого совета и он, Тирион. Что ж, он будет делать то, что должен – и будь, что будет. В дверь несмело постучали. – Войдите! – крикнул Тирион и даже обрадовался, увидев Сэма Тарли: уж этот-то явно пришел не с целью осчастливить Тириона тем, что вычислил потребное количество стульев для гостей на свадебном пиру, как это сделал вчера лорд Давос. – О, Великий мейстер! Рад вас видеть. – Доброе утро, милорд, – Тарли чуть поклонился, – у вас есть немного свободного времени? – Для вас – всегда, – от всей души ответил Тирион. – Прекрасно. Я пришел сообщить хорошие новости: вчера я был в лечебнице мейстера Арстена. Они собирались снимать повязки с глаз Сандора Клигана. Скорее всего, они снимут их сегодня вечером, и мейстер Арстен почти уверен, что один глаз им удалось сохранить – а возможно, даже оба. – Это же замечательно! – ответил Тирион, стараясь, чтобы это прозвучало правдоподобно. – А что у него с ногами? Я помню, вы говорили, что он остался без ног? – Нет, к счастью, мейстеру Арстену удалось их спасти. Но он навсегда останется хромым после операции, которую мы тогда провели. И у него нет двух пальцев на левой руке. – Стало быть, он теперь калека, – задумчиво произнес Тирион. – Вы уже сообщили Его величеству? – Пока нет, я решил сначала сказать об этом вам. Думаю, что королю говорить пока рано: Клиган сможет вставать не раньше, чем через луну, и это в лучшем случае – а король ясно дал понять, что хочет, чтобы он присутствовал на заседании Малого совета. Вы же знаете, что у короля планы в отношении него. – Знаю. И – между нами – не разделяю их. Но королю виднее. – Да, разумеется. Королю виднее… II Санса никак не ожидала, что сбор отряда для сопровождения Миры в столицу окажется таким трудным делом. Ей казалось, что лорды Севера, измученные долгой войной, ни за что не захотят и шагу сделать от родимых ворот, и ей придется уговаривать их прислать хоть по несколько человек. На деле же всё получилось ровно наоборот: все лорды, услышав о том, что Бран женится, да еще не на ком-нибудь, а на Мире Рид, захотели не только лично присутствовать на свадьбе, но и взяли с собой чуть ли не всех своих людей. В Винтерфелле уже шагу негде было ступить, и людей прибывало с каждым днем. Приехали Гловеры, Флинты, Форрестеры из Железного Холма, Стауты и Толхарты, со дня на день ожидалось прибытие Слейтов и Сервинов. Однако больше всех отличилась Элис Карстарк – она взяла с собой почти всех своих воинов, и ее отряд из четырехсот человек был самым большим. Даже Санса не нашлась, что сказать, когда увидела войско Карстарков – на одно нелепое мгновение она даже испугалась, увидев столь многочисленный отряд, но потом поняла, что Элис Карстарк просто хотела таким образом выразить ей свою преданность. Санса сбивалась с ног – с утра и до поздней ночи она устраивала прибывающих, ведь их всех нужно было накормить, напоить, разместить, помыть… Кроме того, лорды, давно не видевшие друг друга и Сансу, постоянно обращались к ней с какими-то вопросами, некоторые просили рассудить какие-то многовековой давности тяжбы между домами, некоторые прямо здесь тяжбы начинали… Санса была вымотана и уже почти с ненавистью думала о Мире Рид, проклиная ту злосчастную вилку с Детьми Леса, которая натолкнула ее на мысль о ней. Сама же Мира неожиданно расцвела и очень похорошела: все до единого лорды, радовавшиеся тому, что Бран берет себе жену с Севера, а не южанку, осыпали ее подарками, произносили речи – лорд Гловер в первый же день по приезду разразился длиннейшим тостом в честь Миры в Большом зале и вручил ей прекрасную, тончайшей работы свадебную чашу, и с тех пор к Мире потянулись все. Санса смотрела на это со странным чувством. Не сразу она поняла, что это обычная зависть, и не сразу решилась себе в этом признаться, но однажды, оставшись одна в своих покоях, подумала: да ведь я просто завидую ей! Завидую – потому что обе мои свадьбы были злой насмешкой. Когда меня выдали за Тириона, это было словно пощечина от Серсеи. Свадьба с Рамси… о, об этом лучше не вспоминать! А Мира вся светится от радости, не в силах скрывать свое нетерпение и предвкушение счастья. Бедная, глупенькая Мира, никогда не бывавшая дальше своего Сероводья, Мира из самого бедного из всех домов Севера – о, если бы ты только знала, как много я от тебя утаила!.. Твои подданные будут благословлять тебя – и они же будут кидать в тебя камни, навоз и грязь, стоит тебе лишь немного оступиться. Они будут называть детей в твою честь – и проклинать тебя за неурожай, дожди и засуху. Они будут причесывать волосы, как ты – и каждая из твоих придворных дам всегда будет готова предать тебя. Они будут носить такие же платья – а за пазухой у них будет камень. В твою честь будут устраиваться турниры – а безутешные отцы и матери тех, кто рано или поздно погибнет из-за тебя, будут рыдать перед твоим троном, обвиняя тебя в смерти своих детей. Тебя будут окружать шпионы, недоброжелатели и льстецы. Ты будешь править – а значит, всегда будешь одинока. Каждый из членов Малого совета будет стараться перетянуть тебя на свою сторону – а ты должна будешь сохранять равновесие, не выделяя никого. И никогда, никогда ты не будешь знать, кому можешь доверять. Справишься ли ты со всем этим, девочка?.. Санса размышляла о Мире за ужином, наблюдая за происходящим в Большом зале. Северные лорды, более привыкшие к элю, нежели к вину, быстро хмелели и начинали разговаривать всё громче и громче. Слово «свадьба» повторялось с раздражающей частотой. Пожалуй, им с Мирой пора уйти – пусть мужчины чувствуют себя свободнее, к тому же, есть ей совсем не хочется. Впрочем, Мира, кажется, ест с аппетитом – пусть ест, а ей пора идти. – Моя королева, – раздался чей-то испуганный голосок. Санса подняла глаза. Элис Карстарк. Ну надо же, удивилась Санса, в кои-то веки Элис набралась смелости и сама с ней заговорила! – Да, леди Карстарк? – чопорно отозвалась она. – Простите меня, ваша милость, но могу ли я обратиться к вам с просьбой? – Разумеется. – Не позволите ли вы мне сопровождать вас в Королевскую гавань вместе с другими лордами? – Конечно, – слегка удивилась Санса. – Почему вы спрашиваете? – Видите ли, – замялась Элис, – среди лордов ходят слухи, что вы возьмете с собой не всех... – Это была правда: Санса хотела объявить, что с ней в Королевскую Гавань поедут не все, поскольку не хотела, чтобы их отряд напоминал войско. Им совсем ни к чему пугать южных лордов. – Да, я склоняюсь к этому, – подтвердила Санса. – Поэтому я и решила спросить вас… Ваше величество, я никогда не была в столице… то есть в Королевской Гавани, – поправилась она. – Другого случая может не представиться, и я подумала… – Сколько тебе лет, Элис? – спросила вдруг Санса. – Семнадцать, ваше величество. – Конечно, ты можешь поехать, – мягко ответила Санса. – Поверь мне, я очень хорошо тебя понимаю. Когда-то мне тоже хотелось уехать из Винтерфелла – навстречу интересной, красивой жизни, как мне тогда казалось. Я жестоко ошиблась. Желаю тебе не ошибиться. – Благодарю, моя королева! – радостно ответила Элис и низко поклонилась ей, собираясь уйти. – Элис! – позвала ее Санса. – Да, ваше величество? – Есть одно условие. Да не пугайся ты так! – засмеялась Санса. – Условие такое: ты отправишь свое войско обратно в Кархолд, возьмешь не больше десяти человек – столько, сколько тебе необходимо в дороге. Я совсем не хочу, чтобы твои грозные стражники наводили страх на жителей южных земель одним своим видом. – Конечно, моя королева! – улыбнулась Элис. Санса отпустила ее кивком, и та ушла, чуть не подпрыгивая от радости. Семнадцать лет. Санса тихонько вздохнула. А ей было всего двенадцать, когда она мечтала поскорее уехать из Винтерфелла. Теперь же она мечтает никогда не покидать его, всю жизнь прожить в безопасности его толстых стен, состариться и умереть здесь… Старый страх снова начал терзать ее: «Старкам не везет на юге», – шептал внутренний голос, и она ничем не могла его заглушить. Она понимала, что ведет себя глупо – что может случиться с ней в Королевской Гавани теперь, когда королем там стал ее собственный брат? – но страх не становился меньше. Никогда она не сможет поехать в столицу спокойно – слишком свежи воспоминания о том, сколько ужасных вещей с ней там происходило. Говорят, что время лечит – что ж, похоже, что в ее случае время – никудышный лекарь. Интересно, Тирион Ланнистер вспоминает их свадьбу? Судя по его всему, не только вспоминает, но и по-прежнему на что-то надеется. Получив его бесподобно льстивое письмо, Санса не знала, смеяться ей или сердиться. Мейстер Оллен, которому она показала письмо Тириона, как-то странно на нее покосился. – Мы с ним были женаты, – пояснила Санса, с трудом сдерживая смех. – Женаты? – удивился мейстер Оллен. – Да. Но брак не был консумирован. Мне было тринадцать лет. Тирион… Он был добр ко мне – единственный из них всех. Я тогда не ценила этого. – А он, похоже, ценит вас до сих пор, – сдержанно заметил мейстер Оллен. – Похоже на то, – сказала Санса и все-таки засмеялась. – Пожалуй, нужно сохранить это письмо в наших архивах с пометкой «секретно», иначе, если оно попадет не в те руки, Тириона казнят за измену! – Скорее, его казнят за отсутствие чувства меры и безудержное желание написать в одном письме сразу все красивые слова, известные человечеству, – усмехнулся мейстер Оллен. – Вы уверены, что он не… хм… не подходит вам? – Мейстер Оллен, Тирион карлик со шрамом на пол-лица. Но это не имеет для меня никакого значения. Он Ланнистер. Он Десница короля Шести Королевств – а я королева Севера. У нас просто-напросто не может быть ничего общего. Однако мне нужно написать ему ответ, а я даже не знаю, как к нему лучше обратиться – не могу же я, в самом деле, написать ему «дражайший лорд Тирион»!.. – Думаю, лучше всего будет написать ему как можно более короткий и сдержанный ответ. – Да, я тоже так думаю. Надеюсь, он не обидится.