Любовь к жертве

Время перевалило за одиннадцать, а хозяин дома всё никак не возвращался. Голову стали посещать странные мысли. Вроде, и хочеться чтоб маньяк не возвращался обратно, но что-то мешало думать так всерьёз. Какое-то чувство, что зародилось ещё с первого их знакомства. Симпатия, что медленно с годами переходила в любовь, а потом и настоящую зависимость. Думаю, по этому Аме, до сих пор, относиться к своему мучителю хорошо. Прошлые чувсва не позволяют думать иначе. Голубоглазый лежал на своей кровати, смотря в белый пустой потолок, и постоянно думал об одном и том же. На рядом стоящем столу, было разбросаны карандаши и листочки, на которых были запечатлены попытки рисования. Некоторые даже на пол упали. Первое время это волновало Америку, но потом он подзабыл о них. Конечно, лежа с такими навязчивыми мыслями, что угодно забудешь, и не заметишь. Например звук открывания входной двери. Тяжолые шаги. Знакомый, пугающе спокойный голос. Сознание вернулось, только тогда, когда послышался неприятный скрип ключей. Вздрогнув, Сша поспешно принял сидячую позу, испугано посмотрев на дверь. Но она не открывалась. Звук был такой, как буд-то пьяный пытается попасть в замок, но у него не получаеться. Всё это сопровождалось раздраженным мычанием, переходящее в рык. Долго это конечно не продлилось, и уже через минут пять, наконецто дверь открылась. В нос ударил едкий запах алкоголя, а на пороге появился его источник. Америка удивлённо раскрыл глаза, и посмотрел на мучителя, что медленно, шатаясь из стороны в сторону, приближался к нему. На памяти парня, за долгие года дружбы, и эти недели в плену, Росс впервые напился. Без шуток. Он даже на новый год, ничего не пил, всегда был трезв. А сейчас... Перед ним стрял как будто другой человек. Прикрытые янтарные глаза, закрывала чёлка, что обычно была зачёсанна в бок, а с лица не сползала пьяная ухмылка. Одежда была вся в складках, хотя маньяк их просто терпеть не мог, ещё и на плече весела какая-то сумка, в которой лежало что-то явно большое. Но она благо получно было сброшена на пол, как только РФ добрался до своей жертвы. — Р-росс...? Ты в- — Но не успел Аме и договорить, как на него свалилось это пьяное тело, от чего нижний на выдохе прохрипел. — Мурик... — Слова ели выговаривали, от чего сам Россия недовольно поморщился, убирая улыбку с лица, но совсем не надолго. Вновь улыбаясь, он обнимает ничего не понимающего голубоглазого, и продолжает: — Ты ведь не отвернешься от меня, верно...? — Д... Да... — Ответ слышен почти сразу, ведь наш маньяк не любит молчания. — Правда...? Ох Мурка... Я и не сомневался в тебе... — Тихо хихикнув, РФ уткнулся носом изгиб шеи Америки, от чего тот застыл, и покрылся рюмянцем. — Обнимешь своего друга...? Своего дорогого друга... — Пару минут в тишине, и тонкие руки светловолосого, со страхом обвили торс мучителя. Улыбка что стала медленно сползать с лица России вернулась на место, а глаза блаженно прикрылись. — Как давно... Ты этого не делал Мурика... — Его голос вдруг наполнился грустью. Печально вздохнув, он приподнял свою голову, и пустым пьяным взглядом посмотрел в голубые глаза под ним, что уже не выражал того страха как раньше. — Почему... Почему ты перестал меня обнимать...? Я тебе отвратителен...? Ты меня бросишь так ведь...? Бросишь и уйдёшь да?! — Сльёзы. Они капали на лицо США одна за другой, и походу не хотели прекращаться. Их обладатель с отчаянием во взгляде, требовательно смотрел на удивлённые глаза младшего, дожидаясь ответа но... Его не было. — Почему ты молчишь...? Скажи хоть что нибудь! Вдруг, его щеки нежно касается малая рука, что начала бережно вытерать слёзы с одной стороны лица, заставляя отчаяние, заменить удивлением. — Росс... Не плачь... Я... Не брошу тебя... — И улыбка. Счастливая улыбка, что впервые за долгое время появилась на лице Аме. Она же остановила поток слёз, и она же, заставила Россию улыбнуться в ответ. — Мурка... — Единственное что смог выдать РФ, перед тем, как провалиться в сон, который как не кстати, пришёл из-за перебора алкоголя.