Я буду с тобой до конца

«И только когда твой мир, Разрушенный, Строишь из праха, Можно осознать, Как дороги те крупицы сознания, Что я в себе сберегала.»

Сато проснулся на мягком диване. Парень приоткрыл глаза, чувствуя сухость во рту и глуо застонал от накатившей на него тошноты и ломки в плечах, вывернутых назад. Впрочем, звук оказался глухой и Иоши пришлось несколько минут подождать, прежде чем понять что именно с ним происходит. Рот младшего был заклеен скотчем, запястья связаны за спиной, а вот ногами Сато мог двигать. Кое как приподнявшись, парень осмотрелся. — Ты наконец то проснулся. Я надеялась, что они все же не навредили тебе слишком сильно. От противоположной стены отделилась небольшая фигура и Сато смог рассмотреть в ней Маргариту. Девушка находилась в чуть лучшем положение, чем сам Иоши, но на руках ее были железные браслеты от которых к стенам уходили длинные, на вид крепкие, цепи. В силу этого, Мадонна не могла подойти к Сато ближе, но нахождение ее рядом помогло юноше хоть как-то успокоиться. Комната, в которой их закрыли, была достаточно просторная и даже удобная. На стороне Сато располагался диван, небольшой светильник и примерно таким же была сторона Маргариты, лишь с одним отличием — около девушки так же располагался стол на котором можно было увидеть ее инструменты: карты, камни с рунами и даже несколько свечей. Иоши кое как поднялся, подвигав плечами и выдохнул, присаживаясь поудобнее, стараясь не обращать внимания на сухость во рту и боль в теле. Попривыкнув к полумраку, парень поднял на Маргариту взгляд снова, сдавленно вопросительно промычав. Девушка поняла его без слов, сама присаживаясь. — Я не могу сказать где находимся. Когда я проснулась, мы уже были здесь. Нас проведали лишь один раз, после того как я встала — проверили меня и ушли обратно. Думаю, они скоро вернуться — им нет смысла держать нас без объяснения. Хотели бы убить, уже убили бы. А если им что-то надо от нас, то сейчас самое время решить этот вопрос. — Маргарита прервалась, задумчиво смотря на Сато, а затем выдохнула — Я не понимаю того, зачем они связали тебя таким образом, но думаю мне и не стоит этого пока понимать. Единственное что я знаю точно — Аэль и Patrinus не оставят на здесь. И наша с тобой задача, пока они не придут, выяснить все что можем. Уж не знаю, зачем они оставили мне карты, но я узнала что это те же люди, которые были замешаны в деле с танкером. Похоже, мы попали в кроличью нору. Иоши выслушал девушку, кивнув в конце, но голова его раскалывалась, а все мысли возвращались лишь к встрече с Бертом и его подругой. В жизни Сато было не так много друзей. А точнее, почти никого — все свое существование юноша скитался из приемной семьи в приемную, постоянно бежал, стараясь ни к кому не привязываться и каждый раз в ночи дрожал, стараясь не вспоминать свое прошлое. В жизни Сато не было хорошего, не было света и не было удачи. Иоши выгрызал себе место в мире, прятался и извивался словно уж, стараясь придумать, как решить дальнейшие вопросы. И вся грязь, которую юноша смог пережить, была преодолена лишь благодаря одному человеку — веселому и всегда поддерживающему Берту. Тому, кто оставался рядом, кто прилетал по первому звонку и мог взять за руку, позволяя хоть не надолго выдохнуть и успокоить бешено бьющееся сердце. Берт заменил Сато старшего брата, семью, заменил всех вокруг и Иоши был готов на многое ради друга. И сейчас, сидя в комнате, связанный по рукам и вспоминая, как вчера Берт сам завел Иоши в ловушку, юноша не мог понять почему это произошло. В какой момент его жизни тот, кому он мог доверить свою спину, со всего размаха воткнул туда нож и провернул, заставляя кричать от боли. Открывшаяся дверь в комнату заставило юношу вынырнуть из своих раздумий и посмотреть в проем. Внутрь вошло двое охранников и освободив Мадонну, они вывели обоих сидящих в коридор, аккуратно при этом поддерживая Сато за плечи. Маргарита шла гордо, не позволив себя коснуться, высоко подняв голову. И ее уверенность, расправленные плечи и стук каблуков, вдруг заставили Иоши вспомнить одну простую вещь: чтобы не происходило и не произошло дальше, они члены Cosa Nostra, самой большой мафиозной семьи и должны соответствовать этому. До самого конца. Мадонна, шедшая впереди, остановилась у двери перед ней ровно на секуну, чтобы обернуться и одобряющее улыбнуться Сато, прежде чем вернуть себе холодный взгляд и войти вслед за охраной. Помещение, в которое их завели, оказалось большим залом с высокими потолками и сводами. Сато узнал в этом зале католическую церковь — узоры на стенах, витражи и крест, стоящий у самой главной стены. Сам храм был выдержан темно-светлых тонах: черное дерево, крашенные белым стены и у каждой двери, которую Сато мог увидеть, стоявшие военные с оружием на первес. Все они были одеты в такую же форму, как и охрана танкера ранее. Пленников провели через весь зал, прежде чем усадили на скамейки около алтаря. Сато нервничал. Откровенно говоря, он вообще не был готов к такому и его вновь накрыло волнение, заставляя фантазию в красках представить что с ними могут сделать: от продажи на органы до жестоких пыток и убийства. И, юноша старался об этом не думать много, но их могли просто оставить в качестве пленников и дальше, заставив работать на этих людей. Все мысли, ютившиеся в голове младшего, отлично читались на его лице. Кожа Сато покрылась мурашками и сидящий крепко стиснул руки в кулаки, ногтями впиваясь в собственную кожу до крови. Маргарита почувствовала напряжение сидевшего рядом и аккуратно, так, чтобы не было сильно заметно, коснулась чужих пальцев своими, привлекая внимания. Девушка вновь одобряюще улыбнулась, чуть кивая и прошептала. — Все будет хорошо. И эти слова, сказанные так легко и просто, а так же тепло чужого прикосновения, подавили хоть как-то панику внутри юноши. Сато аккуратно кивнул в ответ, разминая шею и повернул голову на алтарь. — Он благословит вас. Он спасёт ваши души. Возрадуйтесь. К алтарю вышла девушка. Она была прекрасна — точеные черты лица, голубые глаза и светлые, поражающие цветом, волосы, пряди которых, выглядывали из-под ее покрова и вимпла. Она была словно ангел: аккуратные губы, длинные пальцы, приглашённые одеяния белого цвета католического монашеского покроя и босые ноги, которые выглядывали из-под полов юбки. Да, эта девушка не была похожа на самую обычную монашку, и стоило Сато увидеть её, как голову его пронзила яркая боль, заставив сдавленно замычать. Монахиня улыбнулась, ласково, словно смотрела на своих детей, но взгляд её не выражал ничего кроме холода и лихорадочно странного блеска. Сделав несколько шагов, девушка приблизилась к Иоши, аккуратно касаясь его волос и провела по ним. — Столь красив и так испорчен…- Стоящая резко схватила чужие пряди, заставив парня поднять голову и заглянула в его глаза, всматриваясь в печать на одном из них — Грязь. Ужасная и постыдная грязь. На лице монахини промелькнула искривленная улыбка, полная отвращения и она отошла обратно, повернувшись к алтарю, поджигая одну из свечей стоявших там. Смочив ладони в воде рядом с крестом, девушка развернулась и развела руки, возвращая радушное выражение лица. — Мое имя, данное мне Им — Анабель. И вы должны быть счастливы служить великому делу нашему и нашему просветителю. — Уж не знаю кому служишь ты, но меня ведёт лишь одно — Тьма. — Мадонна фыркнула, саркастично ответив, смотря прямо в глаза Анабель — И ежели твой некто не она, тогда не смей говорить что я служу ей. — Ты так ошибаешься — монахиня смиренно улыбнулась, приближаясь на этот раз к Маргарите — Твой дар, твоё виденье и твои умения пришли к тебе не от зла. Они даны тебе Им и должны быть направлены в правильное русло. Но не волнуйся, уже завтра ты увидишь свой новый дом и обретёшь истинных сестёр и братьев. — У меня есть семья. — Маргарита оскалилась — И я не ищу новой. Не ту ты забрала, милочка. — У тебя будет время передумать. Когда ты поймёшь, что твоя, так называемая Cosa Nostra, вовсе не семья, а рассадник исчадий Ада и темных существ. Никому из них не дано будет более ходить по земле. Никому. Анабель выдохнула, все так же улыбаясь и Сато понял: их похищение было лишь началом большого дела, которым собирались заняться психованные фанатики. Уничтожение мафии, убийство ее членов. Иоши знал, то, что они здесь, лишь маленькие шаг по приведению в исполнение плана, итог которого мог по истине привести к изменениям во всем мире. Похоже, мысли схожие с мыслями юноши, посетили и Маргариту. Девушка сидела, крепко сжав кулаки. Цыганка вся напряглась, быстро пытаясь продумать свои дальнейшие действия, но монахиня уже обратила свой взор на Сато, совершенно забыв о девушке. Анабель аккуратно присела перед парнем на колени, беря его лицо в свои ладони и большими пальцами провела по наклеенной полоске скотча. — В этом всем, мой милый, у тебя главная задача. Ты испорчен, но даже так, сможешь сыграть свою роль — девушка ухватила край скотча, резко его оторвав — Воспользуйся данным тебе правом. Призови того, кто наделил тебя силой, призови и тебе не придется страдать. — Обязательно. Спешу, волосы назад. Сато язвил. Откровенно, нагло, стараясь не оторвать взгляд от чужих глаз, в которых отчетливо видел злость и раздражение. Пальцы девушки сжали подбородок юноши и Анабель поднялась, доставая из-под своей юбки ловким движением нож. — Я знаю что ты можешь. Или ты предпочтешь чтобы твоя подруга покалечилась? Тебе всего лишь надо сказать одну фразу. Не заставляй меня просить трижды. — Монахиня прошипела эти слова, указав лезвием в сторону Мадонны. — Я не боюсь смерти, психованная. И не боюсь боли. — цыганка улыбнулась, приподняв голову — Сато, не думаю что будет хорошей идеей делать то, что она просит. Как я понимаю, ей нужны мы оба, да еще и живые, так что вряд ли эти угрозы имеют под собой основание. Анабель скривилась, чуть склонив голову, посмотрев на сидящую и приблизилась к Сато, шепча на ухо: «Она очень сильно ошибается». Уже громче, монахиня добавила. — Вы оба, лишь шестеренки в огромном мире созданном Им. И вам дозволено лишь выполнить свои роли, склонившись перед величем. Знаете, я ведь хотела решить все по хорошему — стоящая девушка поудобнее перехватила клинок и воткнула его в ногу Иоши — Но выбирая между тобой и своей будущей сестрой, мне не жаль лишиться тебя. Ведь когда наша цель будет достигнута, ты, Сато Иоши, более не должен существовать на этой земле. Боль пронзила измученное тело юноши. И сдавленный крик, вырвавшийся из его горла, эхом отлетел от высоких сводов церкви. Ткань брюк быстро окрасилась в красный, напитавшись кровью и Иоши часто задышал, стараясь справиться с новыми ощущениями. Анабель улыбнулась, прокрутив нож по часовой стрелке. — Скажи то что требуется, Сато. Мы можем призвать то исчадие сами, ты ведь понимаешь, но он не посмеет ослушаться тебя и тогда точно придет сюда один. Разве не хороший вариант? Мы уничтожим вас обоих сразу.

***

Если бы кто-то, зашедший в последние сутки в штаб Cosa Nostra, и увидел что там творилось, почти наверняка бы подумал — эти люди готовятся к войне. Самой. Настоящей. Войне. Это было не так далеко от правды. Злополучное сообщение, полученное Вальмиром в тот вечер, заставило его в буквальном смысле охуеть. И нет, дело было не только в похищение: такое уже происходило и было вполне логичным, при работе с мафией. Но наглость тех, кто совершил такое действие, заставляла Волдиогада поражаться существованию отбитых отморозков, которые были готовы призвать свою собственную смерть. «Они совершили самую страшную ошибку в их жизни, когда подумали, что все обойдётся.» — сказал Вальмир, вернувшись в тот вечер в штаб — «И если они вдруг думают, что смогут манипулировать нами, то глубоко, блять, ошибаются» Cosa Nostra готовилась к настоящей бойне. И, будет свидетелем Тьма, эти люди могли себе такое позволить. Первым делом Мэтью решил вопрос с оружием. И в этот раз, его приехало в три, а то и 4 раза больше, чем на операцию по захвату танкера (хотя, тут и людей было больше). Вторым — было устроено разбирательство с Триадой. Тела агентов, отправленных ей, найдены при пожаре не были, так что логичный вывод привел Вальмира к У Сихао в ночи. Впрочем, долгий разговор, разбирательство с теми, кто направил этих людей и несколько произведенных выстрелов подействовали положительно — мафия выяснила что члены Триады в прибрежном штабе были убиты ещё несколькими днями ранее, до нападения на танкер, а их заменили очень качественно подготовленные люди. И последним, но самым важным, было решение вопроса о том куда именно могли увезти Сато и Мадонну. И если Мэтью давал людям ранее несколько дней на поиски тех, кто заварил всю кашу, то сейчас почти все члены Cosa Nostra в Китае находились в состояние повышенной боевой готовности и расследовали произошедшее. Поисками занимались с помощью техники, отслеживания камер, телефонов, последних данных. К сожалению, защиту на мобильном Иоши снять никому из техников не получилось, но каждый член операции носил с собой маячок, что помогло отследить последнее местонахождение парня до ресторана в Шанхае. К сожалению, когда команда прибыла на место, в ресторане уже ни кого не было, а в подвале его нашли лишь остатки наркотиков и несколько мёртвых тел. — Чертов мальчишка — Волдиогад выходил из подвала, закуривая — Ну вот кто его дернул по середине операции выбраться из нашего штаба? — Мастер, думаю, это точно был тот, кому Иоши мог доверять. Почти сто процентно, благодаря своему прошлому, он мало кого может назвать близким себе человеком. — Займитесь поисками. Любые контакты, частые встречи. Прошерстите все. — Он так и не связался с вами? — Коста кивнул на приказ, открывая телефон, параллельно все еще краем глаза поглядывая на своего владыку. Волдиогад только качнул головой, носком ботинка туша окурок. И это отсутствие связи вымораживало мужчину больше, чем все остальное. Сам демон не мог взять контроль над призванным, без опасности для него или же вычислить конкретное местоположение. Оставалось только ждать. Десятое число пришло быстро. И в одиннадцать утра, когда Волдиогад вышел из своей комнаты, после долгого разговора с Мэтью, все в штабе уже были готовы — оружие собрано, люди одеты и транспорт на крыше. Вертолёты были самым надёжным способом передвижения в данной ситуации, при надобности преодоления далёкого расстояния, а на случай близкой дороги были машины. — И так. Слушайте меня. — Вальмир вышел вперёд, привлекая внимание — Вы все знаете, что произошло. И что нас ждёт. Как бы не сложилась ситуация, все будет просто — я пойду первым вместе с Мэтью. Как только я узнаю кто за этим стоит, информация будет у вас. Задача сделать все быстро и никакой чистки. Кто бы это не был, все должны понять, что такие действия с Cosa Nostra недопустимы. Они должны ответить за свой поступок и это уже не касается только Триады — теперь это наше личное дело. Наша семья оказалась в опасности, её члены оказались под прицелом. Это наш долг. Волдиогад замолчал и в ответ услышал он лишь одну, сказанную чётко и грозно фразу: «За семью». Не было в этом радости, лишь сухой факт и готовность умереть, но вернуть своих людей домой. Демон улыбнулся кончиками губ. Его подчиненные проделали хорошую работу и собрали тех, кто всей душой стал предан семье и её идеалам. И эта преданность на вкус была железной, с отчетливыми нотками пороха и крови, которую Cosa Nostra проливала за свою честь и принципы. — Аэль. Ты остаёшься в штабе. На тебе остаётся все управление и. — Владыка Тьмы договорить не смог. Его взгляд затуманился. Ногу мужчины пронзила резкая боль и уже в следующее мгновение, когда Вальмир вновь открыл глаза и смог видеть, он уже был не собой. Перед глазами Волдиогада раскинулась интересная картина. Новые ощущения заполонили, эмоции накатили волной — боль, страх, желание убежать. И этот противный, отчетливый привкус на кончике языка, столь знакомый и давно забытый — привкус Высших и святых. Вальмиру понадобилась лишь секунда, чтобы свыкнуться со своим новым состоянием, чтобы вернуть все пять чувств в норму и сквозь спадающую пелену ваты в ушах, мужчина услышал столь пафосную речь. — Мы можем призвать то исчадие сами, ты ведь понимаешь, но он не посмеет ослушаться тебя и тогда точно придет сюда один. Разве не хороший вариант? Мы уничтожим вас обоих сразу. И девушка, что произнесла её, улыбалась так кровожадно, что Вальмиру захотелось убить её прямо сейчас и здесь. Жаль, что тело Сато было не готово к этому. Пока нет. Демон улыбнулся, так же, как и девушка напротив него и тут же печать в глазу Сато вспыхнула, возвращая Вальмиру крупицу его сил. Волдиогад рванул руками, разрывая верёвки. Мужчина в чужом теле аккуратно размял запястья, смотря на Анабель, что отскочила назад и потер шею, взглядом проскользив по алтарю и кресту. — Так значит, хотела призвать меня? — Вальмир выдохнул, осознавая что в человеческом теле все же не привычнее, но невозмутимость не исчезла с его лица — И как, довольна? Рана на ноге Иоши затянулась в мгновение ока, после того как демон вытащил из нее нож. Она перестала кровоточить и Вальмир смог даже встать, сделав несколько шагов по направлению к девушке, лихорадочный блеск в глазах которой выдавал с головой безумство юной особы. — Наконец то…наконец то я вижу тебя! Я вижу! — Анабель вскрикнула, сцепив руки в молитвенном жесте и громко, истерически засмеялась — Это ты. В чужом теле, но ты. Исчадие Тьмы…как же я хотела этой встречи. — Ты достигла своей цели. Что дальше? Собиралась уничтожить нас обоих, но как видишь, я здесь не во плоти. Что будешь делать дальше? Каков план? — О — монахиня улыбнулась, прикрывая растопыренными пальцами лицо — Я не ожидала такого подарка, но так ведь даже лучше, да? А если ты здесь…значит тебе он очень важен. Похоже, я не ошиблась. Девушка махнула рукой и в ту же секунду военные подняли орудие, с характерным щелчком затвора направляя его на стоящего юношу. — И так. Ты увидел всю серьезность ситуации. Так что, выбирай — заставишь его отдать приказ и придешь сюда один, или этому милому мальчику конец Вальмир задумался. Ему нужно было только передать данные в штаб — узнать где они прямо сейчас и отдать приказ команде выдвигаться, пока сам Волдиогад тянет время. Но, ощущая напряжение в этой церкви, видя знаки на оружие и саму монашку, Волдиогад мог предположить что стоит ему появиться здесь и будет не весело. Скорее всего вся церковь покрыта защитными письменами и… «Сато. Ты меня слышишь?» «Вальмир? Я…я не особо понимаю что происходит. Ты буквально в моей голове. И это ощущение отсутствия своего же тела…» «Успокойся. Представь что фильм смотришь или в игру играешь. Потом я поправлю тебе мозги, если что. Сейчас важно другое.» «Пиздец…ладно. Я не готов, но все равно уже. Я ни к чему вообще не был готов» «Разбор полётов тоже после. Ты ещё отхватишь своего. Ты сможешь воспользоваться своей печатью, если я уйду? Твоя задача дать мне формулировку, которую я назову. Не иначе.» «Я понял. Да. Я запомню. Наверное» «Если нет, будет грустно. Помни о том что здесь есть Маргарита. " Волдиогад открыл глаза уже вернувшись в свое тело. Это не было сложно, всего то вернуть контроль Иоши. И единственный, кто понимал ситуацию, почему Patrinus вдруг резко застыл, был Мэтью, который попросту внушил что-то людям. Демон не тянул. Бросил короткое: «Отследить моё местоположение.», засунув в карман микро чип и вышел на улицу, ловя короткий миг наслаждения от возвращения в собственное тело и ощущения полноты сил. Сейчас они будут как нельзя кстати. Печать на руке обожгла кожу. Грубо, словно пламенем и Волдиогад закрыл глаза, настраиваясь на голос Сато, тянущий демона за собой. Времени ехать туда не было — Владыка Тьмы исчез в чёрной дымке и почти сразу прыжок перенёс его ко входу в церковь. Но, заходить демон не спешил. Вальмир дал технике настроить свою связь, чтобы в штабе поймали его сигнал, пока сам мужчина закурил. В этот раз он не собирался как-либо сдерживаться и сдерживать своих подчиненных — запах Высших ни с чем нельзя было спутать. Их эмоции были тягучими — словно мед с ложкой дегтя, такие же красивые на вид, но испорченные на вкус. Они были сладкими, приторными и затягивали тебя в свой круговорот, словно зыбучие пески. Именно отголоски этих вещей Волдиогад различил в психованной монашке внутри церкви и сейчас, отключая все (вновь) приобретенные человеческие чувства, демон был готов пройти внутрь. — Слава Ему, да? — Волдиогад зашел, на ходу расстегнув несколько пуговиц своей рубашке и взгляд его стал красным, а клыки чуть удлинились, выглядывая из-под оскала — И кто же научил тебя таким словам? — Ступивший на святую землю да в ней же и останется. Omenare imperavi emulari Ameno. Omenare imperavi emulari. Ameno Ameno dore! — Анабель вскинула руки вверх, стоило ей завидеть мужчину на входе и тут же волна энергии пронеслась по церкви, захлопывая двери обратно. Вальмир скривился. Чужие песнопения, уже знакомые ему, чуть резанули по ушам, а энергия ровно на секунду заставила мужчину остановиться. Но не было в этом той истинной силы Высших, о которой Волдиогад думал. И это не могло не радовать. — Красивый концерт. Хорошо поешь. У меня вопрос, все вот эти — демон махнул рукой, по очереди указывая на военных, которые тут же падали замертво на землю — Тебя защищать пришли? Что-то плохо у них получается. Маргарита улыбнулась. Она многое видела в своей жизни — Аэля, с его силами и тем, как именно парень разбирался с не нужными личностями, Мэтью Коста, который лишь однажды проявил себя в присутствие девушки когда та была еще ребенком, взрыв голов у пленников. Но то, что предстало взору девушки сейчас, было чем-то необычайным. Истинная природа сил Тьмы, ее величие и спокойствие, ее безумная, глубокая энергия, которая наполнила Мадонну до кончиков волос и придала девушке столь нужное спокойствие и умиротворение. Эта энергия была словно бальзам на душу, она вычищала, меняла и уничтожала все святое в этой церкви, все «чистое». Анабель не могла двинуться. И вся ее спесь, эмоции и уверенность, разом покинули девушку после увиденного. Она хотела сделать все сама. Хотела заслужить Его любовь. Хотела принести в этот мир Свет и Правду. Она думала, что сможет. Но столкнулась с тем, что было не знакомо ей. — Сато, Мадонна, советую вам отойти к стене. — Волдиогад медленно шел между рядов скамеек, в упор смотря лишь на Анабель и атмосфера вокруг мужчины сгущалась. — Я…- Иоши сглотнул, широко смотря на демона перед ним. Все происходящее казалось сюрреалистичным и не настоящим, но та ярость и злость, которая исходила от мощной фигуры, заставляла колени Сато подгибаться, а самого юношу часто дышать, не в силах оторвать взгляда. Маргарита смогла прийти в себя первая. Она освободилась от эмоций, обуревавших ее и быстро схватило парня за руку, оттаскивая в свою сторону, крепко сжимая чужое запястье. И хоть самой девушке хотелось лишь вернуться обратно, на колени упав перед первородной силой, она лишь сжала зубы, уходя, понимая что вихрь такой энергии измельчит ее на маленькие кусочки. — Нет, стойте. Я прошу! Вальмир не замер. Он лишь на долю секунды скосил свой взгляд, полный огня, чтобы вскинуть руку, н расстояние позволяя себе за горло схватить появившегося, казалось бы, из ниоткуда парня. Им было никто иной как Берт, друг Сато и одновременно предавший его. Парень натяжно захрипел, чувствуя как неведомая сила пережала путь к кислороду и оказался повален на пол, прямо перед ногами Анабель, что все так же стояла у алтаря не в силах двинуться. Девушку пугал чужой образ — фигура, казавшаяся ставшая еще больше, чужие красные зрачки и эта Тьма, что клубилась вокруг образа мужчины, словно живая, сметающая все на своем пути. Это было истинной яростью и гневом, что заставлял монахиню внутренне молиться известному ей богу, а руки мелко дрожать. Она больше не принадлежала самой себе, полностью окутанная страхом, оказавшаяся подчиненной ему. — Вальмир! — Сато дернулся вперед, словно по инерции, но жесткая рука Мадонны удержала его от дальнейшего продвижения — Стой! Не трогай его! — Ты знаешь его? — Волдиогад приблизился к лежащему на полу парню, встав на него одной ногой и Берт охнул, словно на него привалили каменную плиту — У тебя есть лишь минута на объяснение. Я не настроен оставлять кого либо из них в живых, после того, как узнаю все что мне нужно. — Он.он был моим другом. Я не знаю, почему он оказался с ними, но я уверен что это всего лишь ошибка. Прошу тебя. Отпусти его. Я поговорю с ним и все решу. — Не стоит. Я могу узнать все сам. Волдиогад растянул губы в оскале, повернув голову к своей жертве и присел перед ним, одной рукой крепко берясь за мохнатую копну темных волос. Берт сглотнул, осознавая, что возможно это был последний момент его жизни, но парень не мог поступить иначе. Анабель была той, кто почти вырастила юношу. Она была еще младшей послушницей, когда юного Берта привели в главную церковь. Оставшийся без родителей, в таком маленьком возрасте, он боялся всего вокруг и лишь монахиня стала его путеводительной звездой. Все года она находилась где-то рядом, наставляла и поддерживала. С ее подачи Берт попал в операционную группу когда ему исполнилось девять и его определили в приют, в который попал и Сато после трагедии. И Анабель была Берту сестрой. Настоящей, слегка странной, более фанатичной, чем мог быть сам парень, но все же сестрой. И мужчина, уже подросший, для себя понял лишь одно — независимо ни от чего, он останется рядом с Анабель и будет поддерживать ее, какие бы дела за этим не скрывались и какую бы грязь ему не пришлось выполнить. — Мне жаль, Сато. Ты хороший парень — Берт улыбнулся, чувствуя как к его горлу подступила тошнота, после того как в его голову влезли — Но так сложилась жизнь. Это было лишь очень долгим заданием. Не вини меня. Голова мужчины свернулась и обездвиженное тело его упало на землю, медленно исчезая в темном огне, после того как Вальмир переступил дальше. Иоши замер. Замер, не в силах произнести ни звука, смотря как тело близкого ему раньше человека, на глазах исчезает в огне геенны. И эта картина вырезалась на подкорке сознания юноши, заставляя все внутри него скрутиться в тугой узел. В следующую секунду, Сато вывернуло на пол. Юноша упал на колени, громко кашляя и постарался отдышаться. Он не мог справиться с этим. Не мог смириться. — Знаешь — Вальмир достиг своей цели, почти вплотную приблизившись к Анабель — Ты принесла мне не мало хлопот. И, видя этот крест и запах, которым от тебя несет за километр, я почти уверен, что не узнаю ничего стоящего о вашей организации. Но в твое маленькой и юной головке почти наверняка есть информация ою остальных членах, устроивших продажу наркотиков в Китае, ведь правда? Вальмир улыбнулся, почти мило. Так же, когда занимался пытками и эта улыбка заставила Анабель осесть на пол, лопоча что-то бессмысленное себе под нос. — Не волнуйся — тихо произнес Волдиогад, присаживаясь на корточки — Твоя смерть не будет быстрой. Ты увидишь как в «грязи» и руками «нечистого» я уничтожаю так любимое тобой место.

***

Вальмир выходил из церкви последний. Мадонна вывела Иоши на воздух в тот самый момент, когда крики бедной девушки наполнили зал и Тьма завихрилась, скрывая Владыку Тьмы и Анабель в круговороте. Волдиогад закурил. Мужчина сделал глубокую затяжку, прежде чем достать телефон, набрав Мэтью. — Тайваньское правительство. Вся верхушка, начиная от и до. Я снимаю с тебя запрет на силы. Мы объявляем войну. Нажав на красную кнопку, мужчина развернулся лицом к открытым дверям и в последний раз взглянуть внутрь. На главном кресте, над алтарем, прибитая к деревяшкам, висела монахиня. Ее одежда была порвана в некоторых местах, голова свисала вниз, а светлые волосы казались еще красивее в бликах огня от свечей. — Иди к тому, кого ты славила. И передай, что я приду и за ними. — Волдиогад вскинул руки, беззвучно выговорив несколько слов. На землю сошли огни геенны. Огни, невозможные остановить и потушить, огни, пожирающие все на своем пути и оставляющие за собой лишь пепелища. Они раскинулись языками пламени от ног Волдиогада, быстрым ручейком проникая на «святую» землю и Анабель закричала, громко и надрывисто, пока огонь пожирал ее ноги и руки, сжигал скамьи и облизывал стены. Демон развернулся, выкинув окурок и прошел вперед, оставляя за собой лишь хаос и разрушение.