Я буду с тобой до конца

Я видел ангела в мраморе И вырезал его, пока не освободил

Микленажело

– Вспомни то чувство, когда ты проговариваешь приказ за счёт печати. Вальмир и Сато стояли в заповеднике. Они давно уже сошли с туристической тропы и сейчас скрывались в гуще деревьев меж двумя скалами, около резвого ручья. Свет проникал сюда только сверху, через "разлом", и густой мох на "стенах" поражал разнообразием цветов. Иоши не так часто выбирался на природу, а если говорить честно, то вообще этим не занимался с момента как попал в детский дом, и сейчас он находился в полнейшем шоке от того, что довелось увидеть. – Сато, внимание на меня, – Волдиогад несколько раз щёлкнул пальцами, наблюдая как юноша наконец-то возвращается в реальность и оборачивается на мужчину. – Ты слышал, что я сказал? Мы в заповеднике не первый час, но ты только и делаешь что смотришь вокруг. – Так ты оглянись как красиво! Разве можно на это не пялиться?! – Младший со вздохом, полным восхищения, и широко открытыми глазами развел руками. – Я такого в жизни не видел! Демон хмыкнул, чуть улыбнувшись. Как бы Сато не старался, но в душе он все же не потерял свою детскую наивность и то самое умение удивляться всему новому вокруг него. Вальмир соврал, если бы сказал, что ему это не нравится. Все же такие эмоции от Иоши были намного лучше, чем его побитое и загруженное состояние благодаря бесконечному потоку мыслей. – Понаслаждались и хватит. Нужно приступать. – Да-да. Что-то там приказ. Это я помню. А что говорить то? – Тебе нужно призвать двух этих ребят. Вальмир легко стянул с себя свитшот и кивком головы поочерёдно указал на свои руки, где расположилось по татуировке. – Их имена – Оками и Хару. – Я так понимаю, ты не шутишь сейчас? – Сато на секунду забыл как дышать, вновь увидев перед собой обнажённый торс, но все же взял себя в руки. – Я должен призвать... татуировки? Кстати, довольно красивые. – Не медли, пожалуйста. Времени у нас не так много. Вальмир повел плечами, расслабляясь, и темные глаза его заволокла красная пелена. Казалось, свет вокруг стремился сбежать от демона и медленно все пространство вдруг заполнилось темной дымкой. – Явитесь, Оками, Хару. Солнце погасло. Ущелье после произнесенных слов сильнее погрузилось во мрак, и в нем Сато видел лишь две пары горящих глаз, устремленных на него. Очертания призванных различить было сложно – они растворялись в создавшемся пространстве, постоянно меняясь, но их острые клыки и капающую вниз, словно неосязаемую, слюну различить Иоши смог. И увиденное заставило юное тело содрогнуться и задрожать, а дыхание сперло от ужаса. Впервые после столь долгого времени Сато вновь почувствовал как волосы у него на затылке встают дыбом, а холодный, липкий страх пробирает до самых костей. Они были не живыми. Они были не мёртвыми. Они были чем-то за гранью. И Сато ощутил каждой клеточкой своего тела: ни одно живое существо, видевшее нечто такое, не оставалось в живых. Он мог дышать и его сердце все ещё стучало лишь благодаря печати, ярко горевшей в этой тьме. В следующее мгновение все исчезло. Словно ничего не произошло вовсе. Напряжение сошло на нет, кислород ворвался в лёгкие, и с каждым новым вздохом юноша ощущал как мозг вновь начинает функционировать, пытаясь дать хоть какое-то объяснение произошедшему. Свет вновь вернулся и, несколько раз поморгав, все еще приходя в себя, Сато увидел только Вальмира, такого же обнаженного, но более татуировок на его теле не было. – Что это было? – тихо произнес юноша, стараясь вернуть себе стойкость духа и убрать дрожь из голоса. – Это волки – создания Орочи, сотканные из Тьмы и его крови. Они наделены силой, способной противостоять созданиям Высших. Во время войны Маруями стоял в первых рядах и эти малыши здорово помогали нам. Сейчас они созданы чтобы защитить тебя. Я не всегда буду рядом, а они появятся независимо от твоего зова, стоит им лишь почувствовать опасность, тебе угрожающую. – За счет чего они существуют? Это чувство и ужас который они наводят... – Они связаны со мной. Оками и Хару будут подпитываться из моих сил, и если с тобой что-то произойдет – мне больше не придётся ждать твоих приказов или твоей боли, я смогу найти тебя благодаря им. Печать – доказательство твоего права на владение ими. – То есть ты приставил ко мне могущественных телохранителей? – Сато ощутил как его отпустило и улыбнулся – И это единственное, зачем мы тащились в лес несколько часов? – А тебе мало этого? Ненасытный. – Да нет, просто интересно было. Я не против прогуляться. – Не сильно расслабляйся. – Мужчина натянул обратно свитшот, подтянув рукава, и достал сигареты. – Одно дело иметь их рядом с собой, а другое – настроить контакт. Так что пока мы "гуляем" тебе предстоит научиться управлять ими. Оками хорош в отслеживании: дай ему цель – и он сможет найти её где угодно, достав даже из-под земли. Для этого тебе следует хоть раз увидеть образ этого человека или иметь его вещь. Хару же, – Волдиогад кивнул, призывая идти за собой, и направился в сторону выхода из ущелья, – боец до мозга гостей. И хоть оба они страшны, этому дитя и повода не потребуется. Разорвет кого угодно на мелкие куски и сожрёт его, не оставив и следа. Сато поежился, представляя себе описанную картину. "Он говорил, что такие существа были с ним на войне. Насколько же все там было ужасно?" – Призови их вновь. И первое, что тебе нужно научиться делать – придавать им более живой облик. Их истинный образ создан не для развлечений в лесу. Иоши кивнул, сосредоточившись, и отдал мысленный приказ, закрывая глаза и надеясь, что в этот раз он не испытает такой же тяжести. А когда под рукой юноши появилась холодная на ощупь шерсть, но все же похожая на настоящую, он смог открыть глаза, удивлённо смотря на двух чёрных волков, почти не отличающихся друг от друга. Демон улыбнулся, вспоминая как впервые он познакомился с Орочи и, тогда ещё юный, этот мальчик создал свое первое дитя, довольный знакомы его с Вальмиром и Эридой. – Пойдём. Сегодня наш ужин зависит от твоего улова.

***

Вечер наступил довольно быстро, но домой оба мужчины возвращались довольные. Вальмир нес за плечами достаточно большой мешок, наполненный их трофеями: три зайца, два фазана и куропатка. Этого вполне хватит на несколько дней. – Удачно прошла охота? – Аэль встретил вернувшихся в гостиной первого этажа, удобно расположившись на диване и потягивая виски из бокала. – Вижу, что да. – Это на разделку Карсе и Бруку. – Волдиогад опустил мешок около входа, потерев переносицу, и с благодарностью принял бокал от своего подчиненного, сделав крупный глоток. – Надеюсь, ужин у нас получится отменный. – Я постарался, вообще то! Иначе быть и не может! Сато опустился в кресло напротив дивана, вытянул ноги и довольно развалился, наконец-то чувствуя мягкую поверхность под своей пятой точкой. Что-что, а бегать по лесу целый день с самого утра было не самым лёгким занятием, даже если большую часть охоты брали на себя волки. Чего уже говорить об управлении ими... – Рад, что ты повеселился, Сато. Твой день прошёл хорошо? Внезапно появившийся Герман мгновенно заставил Иоши подобраться, выровнявшись на сидении. – Привет! Да, все отлично. Надо было написать, но в заповеднике связь не ловила и... – Все хорошо, – мужчина улыбнулся, оставив лёгкий поцелуй на макушке Сато и поднял взгляд, сталкиваясь с чужими холодными глазами, – Может прогуляемся? Я присмотрел отличную кофейню, наверное, единственную нормальную в этом городке. Немец зарылся пальцами в светлые кудри, слегка их взъерошивая, но все это время смотрел лишь на Вальмира. "Думаешь, что так просто сможешь забрать его у меня? Очень вряд ли." – Мы недолго прогуляемся, ладно? – Сато затравленно обернулся, глянул на демона, все еще стоящего у входа, а затем встал, поправляя кофту. – К ужину вернемся, обязательно. Волдиогад ничего не ответил. Лишь сделал шаг вбок, пропуская двух мужчин вперёд, и ещё какое-то время смотрел им вслед, прежде чем обернуться к Аэлю. – Ты ещё не выселил его отсюда? – голос старшего был холоден. – Вам стоит только отдать нужный приказ, Мастер. Но прошу вас подумать. Все же этот человек, похоже, важен для Сато, и отвадить его отсюда будет... неправильно? – Саддин чуть скривился, отпивая. – Если так подумать, разве он является слишком уж большой помехой в наших делах? Вальмир ничего не ответил. Только наполнил свой бокал, бросив "не задерживайтесь с ужином" и направился к себе наверх, стараясь не задумываться о том, чем именно сейчас занимаются ушедшие на прогулку. "Все же, чем ближе Сато ко мне, тем чаще я проявляю эмоции." Когда Сато и Егер вернулись в дом, было далеко за полночь. Они гуляли слишком много – немец не желал расставаться с юношей, затаскав его по маленьким пабам и заставив выпить столько, сколько Иоши пил в свои лучшие времена. И хоть мужчина наверняка надеялся на продолжение ночи, после того как силой зажал младшего в одном из закутков около бара, его планам было не суждено сбыться: прилично пьяный Иоши по пришествию сразу поднялся наверх, стоило ему скинуть обувь, а после, неожиданно и для самого себя, вторгся совершенно не в ту комнату, в какую следовало. В покоях Вальмира горела лишь одна лампа около камина, что освещала полотно, стоящее на полу. "Это то, о чем он говорил вчера?" – юноша потер глаза, стараясь привыкнуть к полумраку, и на цыпочках подошел к картине, стараясь все же понять, что там изображено. Полотно изображало казнь. Такую, при которых в средневековье обычно сжигали ведьм. Но в огне не были видны фигуры, лишь языки пламени опоясывали пустой помост и столб на нем. Небо заволокли тучи. Чёрные, словно сама тьма, сквозь них не пробивалось и луча солнца, но все, что происходило на картине, было видно столь прекрасно, словно это случилось прямо на глазах у Сато. Юноша присел на колени, аккуратно продвинув лампу ближе и всмотрелся в изображение внимательнее: перед помостом, на почерневшей траве, было изображено две фигуры. Одна из них – мощный мужчина, сидящий на коленях, в крике, полном боли, обращенный к небесам. Над ним – молодой юноша со светлыми кудрями, безвольно лежащий перед ним. И Сато прекрасно знал эту фигуру: темные волосы, красные, совершенно дикие глаза и крылья, раскинувшиеся позади мощной спины, словно два огромных лоскута Тьмы. И лишь когда мозг, чуть протрезвевший от увиденного, вновь заработал, Иоши с ужасом осознал одно: лежащий на коленях Вальмира был до боли похож на самого юношу. – Трогаешь чужие вещи без разрешения? Холодный голос. Стальные нотки. Ярость. То, что услышал сидящий на коленях парень, заставило его оцепенеть, не в силах даже повернуться назад, зная, что стоит ему взглянуть – и он тут же пропадет навек. – Прости, я, – в горле пересохло, и вырвался лишь сиплый шепот, – я не хотел, но эта картина... – Я не позволял тебе касаться её. – Голос прозвучал прямо над самым ухом, и ледяной ужас пробрал Сато до самого сердца, болезненно сжав его. – Как и не позволял находиться в этой комнате. Жажда крови. Единственное, что сейчас ощущал Иоши, это сильнейшее опасение за свою жизнь и ту невероятно огромную жажду крови, что исходила от мужчины за его спиной. – Вальмир, прошу тебя, хватит. – приказ сам по себе сорвался с уст Сато и он тут же почувствовал, как убийственные намерения исчезли, а дышать стало легче. – Уходи. – Расскажи мне, что здесь изображено. Иоши встал, аккуратно отпустив раму картины и обернулся. Все же не стоило ему этого делать. Вальмир был разъярен. Разъярен так, как никогда прежде. Но теперь во всем этом чувствовалась боль. Злость шла рука об руку с ней, и красные глаза, наполненные одновременно яростью и отчаянием, сейчас были больше всего похожи на животные, чем никогда раньше. Затравленный взгляд дикого зверя, что был загнан в угол. Это было больно. Больно видеть всегда холодного и сильного демона в таком состоянии, потерянного во времени и пространстве. Больно от того, что удлинившиеся когти мужчины впивались в его же руки, а кровь с ладоней капала на пол. Сато постарался вдохнуть. Очень хорошо постарался. Потому что сердце его стучало быстро, словно после пробежки марафона, а мозг, отравленный хорошей порцией алкоголя, выдавал самые безумные идеи, среди которых не нашлось ни одной нормальной. – Это ведь связано с тем, что я тогда узнал от Маргариты, да? – Иоши сделал несколько шагов вперёд, внимательно следя за каждым движением Вальмира, но тот и не подумал тронуться с места, лишь молча застыв словно камень. – Тот юноша с картины так похож на меня. И ты рядом с ним....Можешь не рассказывать все сразу, я понимаю, разреши лишь побыть рядом. Младший приблизился вплотную, аккуратно поднял руку и коснулся чужого лица. Из всего, что ютилось в его голове, лишь одно решение было правильным: сейчас он нужен этому странному демону как никогда прежде. И он обязан быть рядом. Проведя большим пальцем по чужой щеке, Сато другой рукой коснулся сжатого кулака и положил свою ладонь поверх, намекая, что теперь можно расслабиться. Сейчас можно избежать боли. Вальмир рвано выдохнул. Закрыл глаза, словно только понял, где находится, и опустил голову, лбом уткнувшись в чужое плечо, судорожно вдыхая знакомый запах – смесь лаванды и ванили. – Все будет хорошо, – юноша успокаивающе провел несколько раз по чужой спине и утянул старшего в сторону кровати. – Тебе надо прилечь. – Ты не обязан быть здесь. Ты ничего не обязан делать. Демон не сопротивлялся. Послушно лег на постель, сморщившись от того, как неприятно саднили ладони, и лишь после позволил себе взглянуть на Сато вновь, увидеть его беспокойство, лёгкое опьянение и тревогу. "Он тревожится за меня? После всего того, что было? После Китая и даже после того, как я несколько секунд назад хотел разорвать его?" Прежде чем лечь, юноша знал, что стоит позаботиться о чужих ранах. Он зашел в ванну, стремясь найти там хоть какие-то аптечные средства. Впрочем, поиски увенчались успехом: вернулся в комнату Сато уже с бинтами, перекисью и ватой. Усевшись на Вальмира сверху, юноша поднял его руки ладонями вверх и быстро обработал кровоточащие раны – глубокие и слишком ужасные. – Само заживёт, – тихо отозвался демон, внимательно наблюдая за чужими действиями, но в ответ получил только шиканье и поспешил замолчать. Когда раны на обеих руках были обработаны и крепко перевязаны, Иоши лег рядом. Устроил свою голову на плече Вальмира, аккуратными движениями очерчивая круги на его груди, и посмотрел на чужое, уже более-менее спокойное лицо, не выражающее теперь тех сокрушительно-уничтожающих эмоций. – Я знаю, что в твоей долгой жизни произошло не одно событие, которое оставило свои следы, – Сато говорил тихо, спокойно, стараясь довести свою мысль до логичного конца, – и понимаю, что знаю совсем немного. Но как твой контрактник... нет, как тот, кто сейчас рядом с тобой – я выслушаю, когда это потребуется. Я хочу помочь тебе. Закрыв глаза, юноша прилёг поближе, полностью прижавшись к чужому телу, и накинул на них одеяло. Не важно, что было в прошлом. Не ясно, что будет в будущем. Сейчас важно было лишь одно: они находились вместе, и это было лучшей поддержкой для них обоих. Все остальное можно решить завтра.