Я буду с тобой до конца

Она приучила свою душу не жаловаться на то, что делают с её телом. Пауло Коэльо Одиннадцать минут

В спикизи-баре отеля было пусто. Выражаясь точнее, из него исчезли все посторонние. И в зале сейчас находились трое: Вальмир, Герман и Аэль, заменяющий бармена за стойкой. Во избежание несчастных случаев среди гостей, а также персонала, юный демон заранее увел всех в лобби-бар, приказав Призраку следить за происходящим и ограничивать чужие перемещения. Накаляющуюся атмосферу можно было ощутить кожей. Единственные "гости" сидели друг напротив друга за одним столом. Бутылка виски, два бокала, лед и классический кольт, покоившийся прямо посередине. В магазине всего одна пуля. "Все эти игры плохо сказываются на моем сердце, честное слово", – подумал Саддин, в задумчивости не отрывая от мужчин взгляда и вращая свой бокал по часовой стрелке. Гляделки затянулись. Молчание напрягало. Алкоголь заканчивался. — Я не собираюсь отпускать его более. Подал голос первым демон, сделав небольшой глоток. — У него есть право выбирать самому. Не вещь. — парировал Герман, налив себе еще. — Но ты все же здесь, а значит Сато свое слово не сказал. — Сейчас решается вопрос не его выбора, а уйдешь ли ты отсюда на своих двоих. Мои слова не повод для спора. — Неправильно угрожать человеку, когда оружие для его убийства лежит на столе. Думаешь, успеешь им воспользоваться? — Мне оно не требуется. По-джентльменски дам тебе шанс ответить. Если, — Вальмир оскалился, — конечно, сможешь. Немец усмехнулся. Сейчас его водили за нос. Изначально вся эта игра с приездом в отель была нужна лишь для одного – решить неозвученный вслух вопрос: "С кем останется Иоши?". И Егер, готовый стоять на своей позиции, с уверенностью подозревал, что Вальмир ответит ему тем же. "Умеешь же ты находить себе любовников, Сато", — раздраженно отметил немец, сейчас жалея, что сразу не прервал эти странные и до боли неправильные отношения между мальчишкой и главой всей Сosa Nostra. И пусть это даже звучало сложно, почти наверняка стоило немалых усилий или даже жизней, но однозначно должно было прекратиться. "А помочь в его деле мог бы и я…" — Мы оба понимаем, к чему приведет мое или твое убийство. — Не волнуйся. Ты "улетишь" куда-нибудь на дальние острова и Сато не узнает правду. — Я думал у вас другие отношения. Хочется потерять хрупкое доверие? — Егер отпил из бокала и достал сигареты. — Рассуждения о доверии не к лицу тому, кто угощал его наркотиками. — Я его же и вылечил. Разве не справедливо брать ответственность за собственные ошибки? — Всегда лучше их вовсе не совершать. — Советую не забывать, из-за кого он стал их принимать. Волдиогад заскрежетал зубами. В этом въедливый немец был прав. К сожалению. — Мы решили этот вопрос. — Вот и мы тоже. Казалось, еще немного, и все вокруг взлетит на воздух. Аэль, стоящий за баром, ощущал как у него волосы на руках вставали дыбом, а кожа покрывалась мурашками. За столом вновь воцарилось молчание, и было слышно лишь как раз за разом наполнялись бокалы после опустошения. "Продолжат они – и Сато сам придет сюда" — хмуро подумалось Саддину после очередного звонкого удара бутылки о стол. Скорее всего самые чувствительные гости отеля уже почувствовали как тяжело становилось дышать и, несомненно, контрактник создающего эту атмосферу демона тоже входил в их число. — Вы хорошо повеселились перед отлетом. — Герман улыбнулся кончиками губ, наблюдая как взгляд Вальмира стал еще холоднее — Было трудно не заметить. — Грызет чувство зависти? — Лишь слегка. Все же мы жили вместе, я свое получил с лихвой. "Я прибью его прямо сейчас, на этом месте." — Но мой Сапфир всегда был таким. Своевольным, свободным, чувственным. Ему было все равно с кем и где, главное удовольствие. — Егер сморщился и выдохнул — Я понял это еще в самый первый раз. Но знаешь, сейчас все немного поменялось. И если ты думаешь, что сможешь заставить меня уйти, то глубоко ошибаешься. Я никогда не ограничивал Сато, давал ему право выбора и говорил быть с тем, с кем он хочет быть сам. Немец сделал еще один глоток из своего бокала, на минуту прерываясь. И хоть говорить дальше не хотелось, а желание стоять на своем разъедало изнутри, верное решение было лишь одно. — Мое дело сейчас помочь ему. Так, как я делал все время до того, как тебе вдруг соизволилось вспомнить о Сато. И пока он сам не скажет мне уйти – я буду рядом. А с кем он будет спать и как часто – не получится контролировать ни одному из нас. И, независимо от этого, я точно знаю, к кому он вернется после. Егер встал, оставив пустой бокал, и развернулся, спокойно выходя из бара. Ему не нужно было опасаться выстрела в спину. Сейчас у собеседника будет слишком много мыслей для размышления. И лишь когда двери закрылись за ушедшим, в баре раздался грохот отлетевшего в стену стола и звон опрокинутых бокалов.

***

Когда Сато исполнилось 15, он впервые познал, что такое секс. А, точнее говоря, изнасилование. Грубое, быстрое, жёсткое. Когда Сато исполнилось 16, он пришел в Rabbit в поиске средств на выживание и начал оказывать дополнительные услуги тем, кто брал его в приват. Почему-то всем его клиентам было очень интересно увидеть пределы Иоши: как долго сможет держать член в горле без воздуха, сколько в него поместится анальных шариков и что случится, если долго и нещадно оприходовать нежную кожу плетью. Все, впрочем, было ещё в рамках хоть каких-то разумностей и только с согласия. Когда Сато исполнилось 17, он получил в подарок на свой день рождения умопомрачительный уикенд в коттедже с бассейном и сауной, вдобавок к которым шел Герман с его очаровательной улыбкой, умелыми руками и восхитительным членом. Когда Сато было 18, он провел два месяца в борделе и ощутил на своей шкуре всю сложность работы, далеко стоявшей от клубной. Клиенты шли нескончаемым потоком, игры заходили слишком далеко, и иногда Иоши засыпал на целые сутки, уставший и совершенно вымотанный. Деньги платили немалые. Когда Сато было 19, его изнасиловали снова. Кошмар хотелось забыть. Получалось плохо. Все произошло странно. Почти сюрреалистично, слишком постановочно. Сато возвращался домой после очередной смены в клубе. Ему нужно было поднять немного денег пока не найдется работа, связанная с его основным профилем. Быть хорошим хакером, но без громкого имени довольно тяжело. А искать себе клиентов на даркнете стало невыгодно – пару раз Иоши чуть не попался и рисковать пока не хотел. Распустив шарф, юноша стряхнул с волос хлопья снега и забежал в подъезд, быстро поднявшись на два этажа. Хотелось как можно скорее забраться в теплую ванну, отмокнуть и выспаться. Один выходной после двух дней тяжелой работы. Не так уж и много. "Надо было зайти в магазин..." — выдохнув, подумал юноша, пока раздевался в прихожей. Кажется, из-за работы он стал лишь более забывчивым. На кухне было тихо. Щелкнув выключателем, Иоши открыл холодильник, окидывая взглядом набор продуктов там, и удрученно застонал, осознавая что есть было совершенно нечего. Зелень уже испортилась, помидоры полетели вслед в мусорку, а вот молоко, казалось, еще немного – и выдаст из себя новую жизнь. — Молодой человек! — стук в дверь вырвал юношу из размышлений и он вышел в коридор, кладя руку на замок — Я ваш сосед сверху! У меня тут какие-то протечки, вы не могли бы открыть? Кажется у нас труба лопнула! — Да, конечно. Юноша в который раз пожалел, что у него нет глазка на двери, но делать было нечего. Не хватало еще получить выговор от домовладельца и после разбираться с этим. Только вот был это вовсе не сосед. И тряпка, зажавшая юноше рот, ясно давала понять, что в этот раз он конкретно влип. Плечи отдавали ноющей болью. Запястья неприятно тянуло. Во рту пересохло. А шум чужих голосов наполнил голову, заставляя ее гудеть. Сато приоткрыл глаза, стараясь сфокусировать взгляд, и сглотнул, наконец поняв в каком положении находится: в одном лишь белье, со связанными руками и ногами на собственном диване. На его кухне за столом сидело трое мужчин. Довольно молодые, они смеялись, потягивая пиво, а вот еще один сидел рядом, сосредоточено ища что-то в телефоне. Руки и ноги не двигались. — Вы кто, блять?... — Иоши тряхнул головой, сглотнув. — Очнулся? — сидевший рядом повернул голову и широко улыбнулся, убирая телефон. — Можешь звать меня Кай. Там Стэн, Коллин и Дэн. — Нихера не дало, честно говоря. — Малыш, ну что ты, — Кай сузил взгляд, ухмыляясь. — К тебе ведь вежливо. А то мы вроде как тут развлекаться собрались, будет обидно, если ты не знаешь наших имен. Ты разве еще не понял? Говоривший сжал подбородок юноши и заставил его пискнуть, притягивая к себе. — Будь благодарен. — Да пошел ты, — Сато нахмурился, пытаясь вспомнить, где мог видеть этого ублюдка. — Всегда такой дерзкий. Мужчина резко занес руку, и через секунду щеку Иоши обожгло горячей болью, от чего голова повернулась вбок. Следующий удар пришелся туда же. — Тише, Кай, ты ему личико-то особо не испорть, — Стэн гортанно засмеялся, приподнимаясь, и приблизился к дивану, присаживаясь с другой стороны, — а то он ртом работать не сможет. — Не волнуйся, я принес достаточно игрушек. Хочет не хочет, а сделает. — Может ему больше понравится сзади? — Присевший одним движением уложил юношу к себе на колени животом и легко разорвал белье, оголяя ягодицы. — Все же ты не соврал, и правда очень красивые. Лучше, чем на фото. — Отпусти меня, блять, — зашипел Иоши. — Я вам это с рук не спущу. — Конечно, конечно. — Стэн усмехнулся и сильно приложил рукой по заднице Сато, оставляя там красный отпечаток. — Посмотрим как ты заговоришь после того, как подействует наш небольшой подарочек. Разве ты ничего еще не почувствовал? Иоши широко распахнул глаза от чужих слов, ощущая как сердце забилось быстрее. "Они что-то подсунули мне?" Это было похоже на пожар. Казалось, мозги плавятся, по венам растекается магма, а все внизу живота стягивает в узел от каждого чужого касания. "Хочу кончить. Хочу кончить. Хочу кончить." Сато не знал сколько прошло времени. Он не знал какой час или же день, все вокруг слилось в нескончаемый поток удовольствия и одновременно с этим нестерпимой боли. Сначала в ход шли игрушки: от невинных, вроде вибраторов на сосках, до никогда раньше невиданных Сато, ставших частью его мучения. Небольшой буж, который вставили в уртеру и который уже долгое время не позволял юноше дойти до пика наслаждения. И лишь когда мучители вдоволь наигрались, то перешли к основному блюду — попробовать Сато лично. Вся кожа была покрыта следами: засосы, кровавые укусы, синяки от шлепков и яркие красные следы от бондажных веревок. Сато чудилось, что он испытал весь спектр игрушек на собственной шкуре – мужчины крутили его как хотели. Вот и сейчас они заставили его неестественно прогнуться в пояснице, за ошейник привязывая к лодыжкам и натягивая веревку так, что дышать не представлялось возможным. — Его соски так набухли, — Дэн склонился, прикусив один из них, и Сато глухо застонал, дрожа всем телом. — Что думаете насчет того чтобы их проколоть? — Прямо здесь? — Коллин пристроился спереди, заставив юношу взять в рот, и грубо насадил его до конца. Член мужчины выпирал через горло, перекрывая остатки путей для кислорода, и Иоши закатил глаза, чувствуя что вот-вот отключится. — Он так сжимается, когда совсем не дышит, блять, дааа... Коллин сдавленно застонал, за несколько грубых движений кончив, и рукой закрыл чужой рот с носом, вынуждая младшего все проглотить. Лишь после этого он несколько ослабил натяжение веревки. — Знаешь, а я согласен с тобой. Ему очень подойдут украшения. Стэн встал из-за стола, отрываясь от разговора с Каем, и приблизился, заглядывая в глаза юноши. — Мы сделали с ним столько всего, но не добились и слезинки... как жаль. — Не надо.. пожалуйста... Иоши облизнулся, понимая что говорить ему тяжело, а все внутри требует лишь наслаждения. — Может быть, если ты хорошо попросишь, — Кай привстал следом, — то мы подумаем. Я даже развяжу тебя. Ловко стянув веревки с ошейника и лодыжек, Кай присел рядом, наблюдая за действиями юноши. Сато сглотнул. Аккуратно перевернулся, вставая на четвереньки, и подполз к сидевшему, садясь на его член сверху. Закусив губу, юноша прикрыл глаза и опустился до конца, откидывая голову назад. Тело пробило от удовольствия, руки непроизвольно стиснули плечи Кая и Иоши громко застонал, прежде чем наклониться вперед. — Пожалуйста, трахните меня так сильно, как вам этого хочется. Я сделаю все для вас. — Уже лучше, малыш! Так и надо! — Кай засмеялся, грубо оттягивая младшего за волосы назад, и кивнул парням. — Смотрите какой ласковый стал стоило чуть-чуть поиграться. А Сато только и мог что стонать от того, как грубо в него вколачивались снизу, одновременно с этим оставляя все новые синяки от ладоней на ягодицах. После пятого раунда Иоши дали кончить. И тут же ввели ему новую дозу препарата, одновременно с этим натягивая юношу сразу на два члена. — Боюсь, мы его порвали, — Стэн усмехнулся, сжав шею Иоши сильнее. — Только посмотри: течет так, словно вот-вот снова спустит. — Да он связь с миром еще давно потерял. Мы ж ему отдыха не даем совсем. — Ничего страшного. Ты бы видел как он в клубе ночами отплясывает. Значит и это выдержит. Кай лишь кивает, выливая на спину Сато горячий воск со свечи, отчего мальчишка мычит в кляп, вызывая этим новую партию шлепков по своей заднице. Мучения не прекращались. Неосознанно для себя Сато начал получать от них настоящее наслаждение уже без дополнительной дозы, умоляя трахнуть его как можно жестче. И когда через трое суток его все же отпустили, оставив лежать на диване полностью вымотанного, голого и залитого спермой, Сато понял, что никогда вновь не сможет испытывать удовольствие от нормального секса. Да и был ли в его жизни такой вообще?

***

— Ему сколько, блять, было? Вальмир немигающе смотрел на документ, пытаясь ещё раз осмыслить написанное там. Аэль с данным ему заданием справился на отлично. Честно сказать, демон даже переусердствовал: он не только выполнил порученное задание, но так же нашел нынешнее местоположение всех упомянутых и готов был представить их перед судом. — Шестнадцать, Мастер. До его дня рождения было ещё 8 месяцев. В старину гонцам, приносящим не самые радужные новости, отрубали голову. И сейчас, смотря на то, как медленно Волдиогад читая документ становится все более разъяренным, а взгляд его мутнеет, Аэль в сердцах надеялся, что про ту традицию уже все забыли и ему не придётся прощаться с жизнью. — И все это было с согласия Германа? — То, что делал Иоши до своих 17, было лишь с его инициативы. Со стороны Егера были предоставлены чёткие ограничения в оказываемых услугах, а также надзор за добровольностью от Иоши. Можно сказать, что если бы не Rabbit, то мальчик попал бы в компанию куда хуже. — Отвратительно. Волдиогад скривился. Смял листы, откидывая их в мусорку, и выдохнул, тяжело потирая переносицу. Грязно. Слишком грязно. Все это не должно было происходить со столь юным мальчиком... и эти события после... — Что стало с теми, кто участвовал в последнем изнасиловании? — Погибли. Каждый. Исчезли с радаров примерно через неделю после того, что случилось. — Чьих рук дело? — Точно сказать не могу.... Подозрения есть. Дело заводили, но ничего стоящего не нашли: пропали поочерёдно, перерыв в один-два дня, темные переулки, отсутствие свидетелей. Тупиковые дела. — Как они вышли на Сато? — Здесь самое странное. — Саддин присел, наконец чувствуя хоть какую-то безопасность за свою голову, и закурил. — Выскочили как черти из табакерки. Никогда не пересекались, не виделись, с клубом или же учёбой не связаны, да и клиентами Сато по технике не являлись. — Хочешь сказать...? — Да. Как мы уже поняли, если что в жизни этого мальца и происходит столь странное, то связано оно с одними уебками. Волдиогад закурил тоже. Откинулся в кресле, глубоко затягиваясь, и руки его непроизвольно сжались в кулаки. Зачем было приносить такое в жизнь мальчишки? Что это им дало? Просто игрались или снова намекали на исполнение “Великого плана”? "Как много боли ему придётся еще пережить, чтобы этим ублюдкам удалось легче до меня добраться?" Потушив сигарету, демон кивнул Аэлю. — Ты хорошо постарался. Молодец. — Благодарю. Что-то ещё вам требуется? — Займись информацией от Вилстона вместе с Мэтью. Скорее всего, он уже проверил первые адреса. — Понял. Как прикажете.