Король драмы

      Эбби Грин, маленькая секретарша самого юного главы за всю историю аврората Гарри Джеймса Поттера, семенила своими стройными ножками за непосредственным начальством и на ходу щебетала:       — Мистер Поттер, мистер Поттер, надо еще вот это подписать и то, что я вам днем оставила... — она не договорила, так как то самое начальство развернулось к ней лицом и строго спросило:       — Эбби, что на мне надето?       — Вечерний костюм, сэр. Вам очень идет!       — А что у меня в руке? — испытующе глянул на нее Гарри.       — Розы, сэр, — смущаясь, ответила девушка.       — И, Эбби, это значит... — он приподнял бровь, как бы ожидая, что она ответит за него.       — Это значит, что у вашего мужа сегодня спектакль, и вы торопитесь в Гарден-холл, и никто вас не остановит?!       — Совершенно верно, Эбби, умница, — ответил Гарри и, развернувшись, отправился к камину.

***

      Толпа журналистов окружила вход в большое помещение Гарден-холла, в котором сегодня была премьера третьей постановки популярного талантливого молодого режиссера Драко Малфоя. Бесконечное щелканье камер, вспышки, громкие оклики. Поклонники и охрана обступили красную дорожку от подъездной дороги до самого входа. Двери подъезжающих машин распахивались, и из них выходили известные актеры и актрисы, критики, политики и высшая аристократическая знать. Фотографы просили позировать прибывающих гостей, поклонники тянули руки за автографами, но главного виновника торжества пока не было.       Два комментатора, обозревающих событие, переговаривались в надетые микрофоны.       — Что же, наши главные светские львы пока не появились, Джозеф. Мы ждем с нетерпением.       — Да, Саманта, толпа замерла в ожидании главной пары страны. Сегодня очень много людей пришли увидеть новую постановку маэстро Малфоя, и все, конечно, надеются на то, что он как всегда будет в сопровождении своего не менее знаменитого супруга... О-о-о, Саманта, а вот и они!       Толпа взревела, фотографы бешено защелкали затворами. На дорожке в полуобъятии появились Драко и Гарри. Поттер крепко прижимал к себе супруга за талию и, легонько поцеловав его в висок, взял за руку, ведя по красной дорожке и одаривая светскими улыбками журналистов.       — О, Джозеф, чета Малфой-Поттер как всегда прекрасно выглядят и неизменно вместе. Интересно, порадуют они сегодня наших зрителей прилюдным проявлением чувств!? Джозеф?       — Думаю, Саманта, что после события в прошлом месяце на квиддичном матче, когда супруги были засняты в министерской ложе в весьма провокационных позах, им уже ничего не стоит в очередной раз порадовать поклонников.       — Ты прав, Джозеф, ты прав. Давно в нашем издании не было таких жарких свидетельств супружеской любви. Это так вдохновляет, ведь они вместе уже больше пятнадцати лет, а страсть не затихает! О-о-о, а вот и новые фото!!!       В этот момент уже у самого входа в театр Гарри подхватил Драко и приподнял над землей. Опуская, он поцеловал его откровенно, жадно, успев под мантией огладить бедра.       — Позер! — фыркнул, смеясь, Драко.       — Пусть весь мир знает, как ты желанен, как любим, и что ты только мой! — хрипло в самые губы проговорил Поттер.       — Будто кто-то посмеет пойти против главного аврора, — усмехнулся Малфой.       — Да ну их! — отмахнулся Гарри. — Хочу, чтобы все знали, как я хочу тебя все время, везде. Ты такой красивый!       — Не подлизывайся, я все равно сержусь на тебя, — чуть сузив глаза, зыркнул на него Драко. — Они разнесли мне все гримерки. В следующий раз, когда няня заболеет, я приведу их к тебе в аврорат, пусть там все рушат, — ворчал Малфой.       — У меня там злодеи, туда детей нельзя! — смеялся Гарри.       — Хитрец! Ты, маленький хитрый аврор, за все мне ответишь вечером! — они стали входить внутрь зала, держась за руки.       — Чур, укладываю не я! — легонько ущипнул его Гарри.       — У меня же премьера, Поттер, имей совесть! — закатил глаза Драко. — Ладно, — вздохнул он, видя, что спорить бесполезно. — Я укладываю хулиганов, а ты принцессу. И чур, я сегодня снизу, — он скользнул рукой под мантию мужа и погладил его через брюки, легонько сжал, сильнее прильнув и что-то нашептывая на ухо тут же раскрасневшемуся аврору.       — Как пожелаете, маэстро, как пожелаете, — ответил Гарри, целуя его и увлекая куда-то за кулисы, в уголок потемнее...