Идеальный враг

***

Они проснулись от того, что их тела стали пинать тяжелые мужские сапоги. Мэл с ужасом осознал, что их накрыл отряд повстанцев. Он попытался взять Кристину за руку, но его грубо оттолкнули. — Кто вы такие? — спросил один из солдат, заставляя их обоих встать на колени. — Я Кристина Волконская, — сказала девушка, складывая руки на затылке. — Ага, а я Наполеон, — захохотал один из солдат. — Отведите меня к моему отряду, они подтвердят, — девушка с отчаянием посмотрела на Мэла, который застыл в двух шагах от неё. Солдаты задумались. — Если ты Волконская, то почему ошиваешься с этим французишкой? Насколько я знаю, Волконская ненавидела этих лягушатников всем сердцем. — С чего вы взяли, что он француз…? — Кристина с вызовом глянула на предводителя отряда. — Да у него на физиономии стоит печать наполеоновской армии! Если он и снял мундир и думает, что я не пойму кто он такой, то он очень ошибается, — солдат схватил Мэла за волосы, заставляя поднять голову. — Ну-ка скажи что-нибудь, парень, мы послушаем твою русскую речь. Как твоё имя? Жан, Жак, а может быть Франсуа, мм? Кристина глазами умоляла Мэла молчать. Если он произнесет хоть слово — им обоим конец. — Максим! Его имя Максим, и это мой кузен. Оставьте его в покое, он нем и все равно ничего вам не скажет! — девушка всем сердцем надеялась, что познания Мэла в русском языке позволят ему понять, о чём она говорила. — Я — Волконская, это всё, что вам надо знать! Отведите нас в мой отряд, и вы во всем убедитесь сами. — Тебя-то мы может и отведем. А вот его..., — один из солдат толкнул Мэла в спину. Он, не удержавшись, упал, и стиснул зубы, чтобы не застонать. Боль в раненой ноге пронзила тело так сильно, что потемнело в глазах. — Он не внушает доверия. Мы должны убедиться, что он не враг. Мэл понял, о чём говорила Кристина, поэтому остался на месте, не пытаясь оказывать сопротивления. У него была слабая надежда, что им поверят, иначе... В его голове проскользнуло это безжалостное "иначе", от которого по коже прошёл мороз. Если девушку уличат в попытке защитить врага, никакое имя ей не поможет. — Пожалуйста..., — Кристина хотела броситься к Мэлу, но ее удержали, грубо толкнув назад, — это мой брат, Максим Волконский! Вы не понимаете, что делаете! Отведите нас к Руслану, он все объяснит! Вы не можете убить нас, ведь мы же на одной стороне! Максим ранен, ему нужна помощь! Я — Волконская, слышите?! — уже в каком-то безумном отчаянии выкрикнула Кристина. — Ну допустим, я верю тебе. Руслан здесь неподалёку, я пошлю за ним. Если он подтвердит, что ты сказала правду, то мы будем рады приветствовать такую прославленную воительницу в своих рядах, но если ты солгала..., — главарь злобно прищурился, вглядываясь в её глаза, — ты сама знаешь, что ждёт вас обоих. — Мне кажется, я где-то видел этого кузена раньше, — к командиру подошёл один из солдат. — Андрей, тут что-то не чисто... — Разберемся, Ваня, давай лучше сходи за Русланом и приведи его в наш лагерь, нужно решить судьбу этих двоих побыстрее. Меня нервирует то, что мы не знаем, кто они такие, — Андрей отмахнулся от солдата, который с сомнением смотрел то на Кристину, то на Мэла, когда тот опустил голову, про себя чертыхаясь от боли. — Я нутром чую, что он французишка! У меня нюх на этих тварей! — не унимался побратим. — Может его немного поджарить? Сразу заорет на своём языке, зуб даю! — Я тебя сам сейчас поджарю, если ты не заткнешься, Иван! — Андрей нахмурился, чувствуя, что начинает злиться. — Возьми пару наших ребят и иди за Русланом. Я сказал, что мы подождём! Это приказ, и он не обсуждается! Их отряд остался на подступах к городу. — Хорошо, тебе виднее, — солдат покачал головой, глянув последний раз в сторону пленников. Во время пути в лагерь Кристина старалась не отпускать руку лейтенанта. Она не могла ничего ему сказать, но время от времени бросала свой взгляд на его рану. У Мэла снова открылось кровотечение, с каждым шагом он терял силы, однако, упрямо шёл, будто чувствуя её поддержку. "Выжить! Выжить любой ценой!" — думала она, глотая слёзы отчаяния. — "Теперь мы просто обязаны это сделать!" Наконец, впереди показался лагерь повстанцев. Запахло костром и готовящейся на нём едой. Кристина невольно сглотнула, чувствуя, как от голода заурчало в животе. Вчера они с Мэлом ели только ягоды, которых было совсем недостаточно. А тем более раненному, которому требовалась нормальная пища, чтобы восстановить силы. Когда их привязали к дереву, недалеко от костра, Кристина осмелилась обратиться к Андрею. — Пожалуйста, дайте мне возможность перевязать ему рану, — она посмотрела на Мэла, который был на грани беспамятства. — Он умрёт от потери крови, если ему не помочь! И хоть немного горячей похлебки...Прошу вас. Андрей несколько секунд смотрел на пленницу, а затем снисходительно кивнул. — Оставьте его связанным, а её освободите. Пусть поможет, а то парень и правда окочурится раньше, чем мы выясним, кто он такой, — главарь сплюнул в сторону табачную жвачку и направился в сторону палатки, под сопровождением дружного хохота солдат. Кристину отвязали и она тут же склонилась над Мэлом, обхватывая руками его лицо. — Принесите каких-нибудь тряпок, желательно чистых, и спирта, — она обернулась к солдатам, укладывая голову лейтенанта себе на плечо. — Прошу, быстрее! Вы же видите, что он теряет силы. — Надо же, как за брата печешься, — один из повстанцев подозрительно нахмурился. — Что-то совсем не верится, что это твой кузен. — Не твоего ума дело, — Кристина гневно взглянула на солдата. — Тебя никто не просил мне верить! Иди и выполняй приказ командира, он велел помочь раненому! Услышав её приказной, не терпящий возражений тон, мужчина невольно отступил. В её голосе явно слышалась привычка отдавать приказы. Чем чёрт не шутит, вдруг она и правда та самая Волконская... Как только их оставили одних, Кристина слегка похлопала Мэла по щеке, пытаясь привести в чувства. — Мэл, пожалуйста, что бы ни случилось — молчи, — едва слышным шёпотом сказала она прямо ему в ухо. — Ты спас меня, теперь дай мне возможность сделать то же самое для тебя. Мы выживем, обещаю. Она не была уверена, что он её услышал, но всей душой на это надеялась. Больше девушка не сказала ни слова за всё то время, пока возилась с его раной. Промывая её спиртом, Кристина видела, как бледное лицо Мэла искажали судороги боли. Она успокаивающе гладила его по волосам, стараясь облегчить страдания. Сделав перевязку, девушка попыталась хоть немного накормить лейтенанта, вливая в его рот теплую похлебку, сильно пахнущую луком и подгнившими овощами. Другой еды им не принесли — приходилось довольствоваться этим. Мэл сделал пару глотков и отвернулся. На лбу у раненого выступила испарина — начался жар. Кристина молилась про себя, чтобы Мэл не начал бредить. Если он произнесет хоть одно французское слово — их обоих ждала моментальная смерть. Над лагерем начинали сгущаться поздние летние сумерки, когда Кристина услышала, что среди повстанцев началось какое-то оживление. Многие, сидевшие у костра, вскочили на ноги, вглядываясь в сторону, откуда был слышен лошадиный топот. Девушка замерла на месте, догадавшись, кто именно приближался к стоянке. Сердце забилось так сильно, что стало трудно дышать. Настал тот самый час, когда решится их судьба. Кристина прижала Мэла к себе, слегка целуя его горячую щеку, а затем осторожно уложила на траву. Может и к лучшему, что сейчас он без сознания, она сама должна была посмотреть Руслану в лицо и понять, сможет ли он защитить ее, либо всё-таки злость и ревность возьмут верх над его любовью. В отблесках костра она узнала высокую фигуру своего соратника. Он приближался к пленникам в сопровождении своих людей и Андрея, который быстро что-то говорил ему на ухо. С каждым его шагом сердце Кристины сжималось в груди от тревоги и бессилия хоть как-то повлиять на ситуацию. — Эта женщина утверждает, что она Кристина Волконская, — Андрей указал рукой на девушку, как только они приблизились на достаточное расстояние. Руслан приподнял бровь, уставившись Кристине в лицо. Девушка так же внимательно смотрела ему в глаза, будто стараясь прочитать его мысли. Она хорошо знала Руслана, и раньше могла предугадать любое его действие, но сейчас, после того, как она ушла за врагом, поведение мужчины было непредсказуемым. Руслан обернулся к Андрею и кивнул. — Да, это она. Среди солдат, захвативших пленников, раздался облегчённый вздох. Никому не хотелось стрелять в беззащитную девушку, в случае если бы она солгала. — Кристина, мы рады были помочь тебе и твоему кузену. Прости за грубость, но мы вынуждены были действовать именно так, ты же понимаешь, — Андрей склонил голову на бок и подтолкнул Руслана локтем. — Этот раненый юноша наверняка знаком тебе, друг? Кристина назвала его своим двоюродным братом. Глаза мужчины и девушки встретились лишь на одно единственное мгновение. Именно в этот миг пленница постаралась вложить в свой взгляд всё то, о чём мысленно умоляла Руслана. — Это же тот самый..., — начал один из солдат за спиной Руслана. Тот моментально обернулся, бросив на говорившего испепеляющий взгляд. — Это тот самый кузен, совершенно верно! — твёрдо сказал Руслан, и его окружение притихло, понимая, что сейчас командир не должен выглядеть лжецом. Солдаты не брались его судить, понимая, что скорее всего у него есть определённые причины так поступить. В это самое время Мэл беспокойно заворочался. Кристина опрометью бросилась к нему, прикрывая ладонью сухие горячие губы юноши. Он метался в лихорадке, не помня себя. — Руслан, мы хотели бы вернуться в отряд, — девушка обернулась к соратнику, многозначительным взглядом указывая на лейтенанта. — Вы заберете нас? Руслан повернулся к Андрею и, хлопнув его по плечу, стал отходить в сторону. — Спасибо, брат, что приютил Кристину. Я в долгу не останусь, — он старался увести собеседника, как можно дальше от пленников, чтобы тот не слышал бормотаний Мэла. — Эй, помогите Кристине с раненым! — будто невзначай он повернулся к своим людям, продолжая уволить Андрея к палатке.

***

Кристина удобно устроилась впереди Руслана в седле его лошади. Мужчина крепко сжимал поводья и молчал, а девушке не хотелось, чтобы он начинал этот нелегкий для обоих разговор. Она понимала, что его нельзя было избежать, но старалась оттянуть момент. Девушка смотрела на Мэла, которого усадили вместе с одним из солдат, ехавших впереди, и пыталась найти слова благодарности для друга. Она чувствовала, что Руслан напряжен и рассержен, от него исходили волны недовольства, поэтому она опасалась с ним заговаривать. — Руслан..., — она всё-таки осмелилась нарушить эту угрожающую тишину, которая стала совсем нестерпимой. — Замолчи! — злостно сказал мужчина, сжимая руку в кулак. — Ты думаешь, что если ты и твой француз всё ещё живы, то это даёт тебе право открывать рот? Ты предала нас, потащившись за ним, как последняя шлюха! Кристина вздрогнула, чувствуя, как он прижал её к своей груди. Она знала, что прощения её поступку нет и быть не может, но всё же надеялась....На что? Быть может, на понимание. — Я люблю его, Руслан. Это чувство сильнее меня... Я догадываюсь, что ты ненавидишь нас обоих, но тем не менее, ты для чего-то спас нам жизнь. Зачем? Не проще ли было бы просто сказать всё в лагере? Руслан рассмеялся у неё над ухом и этот смех показался Кристине зловещим. — Может быть потому, что я хочу причинить тебе боль? Такую же сильную, которую почувствовал сам, когда ты ушла за ним? Знаешь, ведь я могу сейчас приказать повесить этого француза прямо на твоих глазах, а тебя сделать своей потаскухой. Тебе же теперь всё равно с кем, правда? Кристина охнула, стараясь отстраниться от Руслана. Он прижимал её так крепко, что становилось трудно дышать. — Ты не сделаешь этого, — твёрдо сказала девушка, оглядываясь на него через плечо. — Почему же? Ты думаешь, что у меня ещё осталось сердце после того, как ты его разбила? Девушка перевела дыхание, почувствовав, что Руслан ослабил хватку. — Я думаю, что ты остался благородным человеком, Руслан. Мэловин помог вам освободить город, ты не сможешь так с ним поступить. Руслан поднял руку, останавливая отряд. Он спрыгнул с лошади и одним движением снял Кристину с седла. Они стояли рядом, глядя друг другу в глаза. — На самом деле, мне плевать на Мэловина. Я мог бы его убить, даже не задумываясь, но я этого не сделаю. Знаешь почему? — Руслан взял девушку за подбородок, слегка погладив пальцем по ее щеке. — Почему? — Кристина затаила дыхание, посмотрев мужчине в глаза, а затем окинула взглядом весь отряд. Руслан не спешил давать ответ, повисло молчание, солдаты неловко наблюдали за этой сценой. — Потому что он сам — идеальное наказание для тебя, — наконец, произнёс мужчина. Опустив руку от подбородка девушки, Руслан направился к лошади, на которой сидел Мэл, и махнул солдату, чтобы тот слез с седла. Мужчина вернулся через минуту, ведя под уздцы животное. Девушка все это время стояла без движения, обдумывая его слова, и в душе поднималась необъяснимая волна тревоги от понимания того, что он прав. — На этом наши пути расходятся, Кристина. Прощай! — он отпустил поводья и сделал шаг назад. Девушка подняла глаза на Мэла, потом перевела взгляд на Руслана. Он почему-то не спешил обратно сесть на свою лошадь и умчаться прочь. Она понимала, что он ждал от нее хоть каких-то слов, чтобы уменьшить его боль. Она сделала шаг к нему и подняла руку к его щеке. Руслан не сопротивлялся, он на секунду потерял контроль, но потом снова собрался, сделав серьезное лицо. — Я желаю тебе счастья, Руслан. Ты добрый и благородный человек, я это знаю. Спасибо, что спас наши жизни. Я этого никогда не забуду! — Кристина поцеловала его в щеку и отступила. Девушка быстрым движением подобрала подол платья и, вставив ногу в стремя, села в седло позади Мэла. Он, все еще находясь в полубреду, откинул голову назад, устраиваясь на её плече. Ударив лошадь в бока, девушка пустила её в галоп, больше не оборачиваясь.

***

Кристина сидела прямо на мягкой траве, прикрыв глаза, и слушала шелест листвы, держа в руках книгу. Её прекрасная плакучая ива так разрослась, что превратилась в настоящее укрытие от солнечных лучей. Чувствуя умиротворение, девушка улыбнулась своим мыслям. Лёгкие шаги за её спиной заставили Кристину приоткрыть глаза. Сердце в груди забилось быстрее, она узнала бы их из тысячи. — Ты всегда знаешь, где меня искать, — не оборачиваясь, произнесла девушка. Он рассмеялся, присаживаясь рядом и обнимая её за плечи. — Ну найти тебя не так уж и трудно. Ты всегда приходишь сюда. Она повернулась к нему, встретив любимый взгляд разноцветных глаз. — Здесь я будто снова дома..., — улыбнулась Кристина. Почувствовав грусть в её голосе, Мэл слегка вздохнул. — У меня есть подарок для тебя, милая, — сказал он, улыбаясь в ответ и погладив девушку по волосам. Юноше хотелось отвлечь любимую от невеселых мыслей. — Пойдём? — Какой подарок, Мэл? — воодушевленно спросила она. Кристина взяла его руку, которую он ей протянул, чтобы помочь подняться. В глазах девушки был неподдельный интерес. Мэл не отвечал на её нетерпеливые вопросы, только загадочно улыбался, увлекая Кристину в сторону конюшни. Они остановились у входа постройки, Мэл встал перед девушкой, улыбаясь. — Подожди здесь, — юноша отпустил ее руку и скрылся за воротами конюшни. — Смотри, какая красавица! — он вернулся, ведя под уздцы прекрасную белую лошадь. — Я помню, ты рассказывала, что у тебя была подобная, которая прожила с тобой все детство. Она теперь твоя. Кристина охнула, по-детски засмеявшись и захлопав в ладоши. У девушки на лице читался невероятный восторг. — Боже, Мэл, как тебе удалось разыскать такое чудо...? — девушка подошла к лошади, нежно погладив её шелковистую гриву. — Зачем? Она наверняка стоит целое состояние... Юноша хмыкнул за её спиной, склоняясь к Кристине через плечо и обнимая. — В этом мире у меня нет ничего дороже тебя, Кристи. И для того, чтобы увидеть твою улыбку, мне ничего не жалко. Но я дарю тебе этот подарок с одним условием. — Каким? — не могла перестать улыбаться девушка, заставляя Мэла обхватить ее руками еще крепче. — Так как совсем скоро нас станет трое, не вздумай садиться на лошадь в ближайшие месяцы, поняла? — он сделал строгое лицо, но в глубине его глаз была улыбка. — Я не хочу, чтобы с моими девочками что-то случилось. Кристина немного неловко обернулась, поглаживая рукой живот. Мэл накрыл её ладонь своей, ощущая, как их дитя шевельнулось на встречу его прикосновению. — Почему ты так уверен, что это девочка? — Просто чувствую! — не убирал руку юноша, его нежные касания теплом отзывались по всему ее телу. — Я люблю тебя, Мэл, — девушка обняла его и прижалась губами к щеке юноши. — Ты — моё самое большое счастье... — А ты моё! Я никому тебя не отдам! — Мэл бережно обнял жену, пряча в её волосах улыбку и слезы счастья.