Выше голову!

Марк, склонив голову над учебником, делал вид, что изучает новый материал, заданный учителем, но он не мог сосредоточиться, и в голове ничего из прочитанного не откладывалось. Словно он читал что-то на древнегреческом языке, которого и в глаза ни разу не видел. У остальных попытки самостоятельно обучиться тоже не увенчались успехом. Ребята то и дело отвлекались, поглядывая на пустующие парты напротив, за которыми ещё несколько дней назад сидели их спортсмены, и они обсуждали скорый праздник в честь дня рождения Грозы. Пустовало ещё и место Фэша… — У вас тоже ветер в мозгах? — спросила Диана, отодвигая от себя тетрадь. — Я ничего не могу понять. Со мной никогда такого не было. — Радуйтесь, — подтачивая ногти, проговорила Инга. — Драгоция исключили, и вы теперь стоите на целый порядок выше. Ваши места сдвинулись вперёд ровно на один. Маришка только сейчас это поняла. Со всей этой суматохой она и забыла, что она больше не вторая. Она первая… Только какая в этом теперь радость? Учеба для нее перестала быть самым важным в жизни хобби, ей нравится черлидинг. Ей не хочется днями и ночами читать чёртовы учебники, она хочет изнывать от усталости и пота на тренировках! Поэтому исключение Фэша не стало для нее праздником. Что ж, хотя бы мама будет ею гордиться. — Слышу голос эгоиста, — приложив ладонь к уху, хмыкнул Ник. — Тебя это, может, и радует. — А вас нет? — не отвлекаясь, говорила Инга. — Бросьте, вы все прекрасно понимаете, что уход Драгоция стал для вас выгодным. И вообще я считаю, что он здесь был лишним, как и эта Огнева — от них двоих за один день проблем возникало столько, что обычному человеку хватило бы на всю жизнь. — Ты можешь закрыть рот? — неожиданно грубо рыкнул Марк. Ларина выронила пилочку из рук и испуганно посмотрела на него. — Ты чего, Марк? — чуть ли не дрожа, спросила она. Ляхтич вышел из-за парты, подошёл к Инге, ухватил ее за локоть и вывел с собой из кабинета. — Отрезать бы язык этой дамочке, — следя за ними до самого выхода, прокомментировал Ярис. — Подслушивать не станем, да? — разочарованно вздохнул Лазарев, смущаясь под укоризненными взглядами друзей. — Понял, молчу. Марк прижал девушку к стене, обеими руками держа ее за плечи. Сейчас парень выглядел сердитым и мрачным, его черные глаза не предвещали ничего хорошо. — У тебя мозги вообще есть, Ларина? — прошипел Ляхтич. — Как ты, зная, что Василиса и Фэш наши друзья, можешь говорить о них в подобном тоне? Если хочешь знать, то никто и не думал о своих оценках, когда мы провожали их из школы! Инга сделала равнодушное выражение лица и отвела глаза вбок. Внутри нее все напряглось. — И ещё, — продолжал Ляхтич, — попрошу тебя не писать мне круглосуточно и не задавать глупых вопросов по типу «какой у меня любимый цвет», договорились? Скажу честно, мне неинтересно с тобой общаться, ты поверхностная и эгоистичная. Инга открыла рот, намереваясь что-нибудь сказать, но слова пропали. Да как он, этот Марк, смеет говорить о ней в таком ключе? Она — поверхностная? Это же оскорбление! — Чем я тебе не нравлюсь? — наконец выдавила она. — Чем Огнева, эта рыжая, лучше меня? Марк ударил по стене кулаком прямо около лица девушки. — Ты думаешь, я не знаю, насколько тебе было хорошо, когда ее исключили? — тон парня стал ядовитым, саркастическим. — Огнева, в отличие от тебя, не была той мразью, думающей только про себя. Она заботилась прежде всего о своей команде, и ей было плевать, что скажут другие — учителя, ученики или директор. Чем можешь похвастаться ты? Кроме хорошего маникюра, разумеется. — Я круглая отличница! — гордо заявила Инга. Марк обессиленно опустил голову. — Вот поэтому ты и поверхностная. Если в твоём понимании учеба на «отлично» — это верх всех достижений, то мне тебя жаль. Я тоже раньше так думал, не скрою. Но люди, с которыми нам сейчас нельзя даже пересекаться, открыли нам глаза. Плохо, что до тебя это не дошло. Резникова и та поменялась в характере. — Да она просто слабачка! Увидела, как Драгоций бегает за Огневой, и все — сдалась! — Нет, она просто поняла, что местью и кознями ничего решить нельзя. И то, что Огнева ушла из школы, выгоды тебе никакой не дает — я по-прежнему не хочу с тобой сближаться. Он развернулся и сделал шаг по направлению к классу, но Инга ухватила его за руку. — Да она же вас обоих водит за нос! Она играет с вами! Пока ты здесь, эта Огнева развлекается с твоим лучшим другом! — девушка сделала акцент на последних трёх словах. — И вряд ли они оба беспокоятся о том, что могут сделать тебе больно! А что ты скажешь, если они начнут встречаться? Марк повернул голову, но на девушку не взглянул. Ухмыльнулся и сказал: — Вряд ли я этому обрадуюсь, но если так будет, то я пожелаю им удачи. Послышались приближающиеся шаги. Затем голос Елены: — Как хорошо, что вы здесь, мои любимые ученики! — во весь рот улыбалась директриса. — Пройдёмте. Она подтолкнула учеников в спины, заходя с ними в кабинет. Увидев директора, все поднялись и кивнули ей. — Учитесь? Это хорошо, — Елена выглядела как никогда доброжелательной. — А теперь давайте-ка поднимемся в ваши комнаты. — Зачем? — поинтересовался Ник. — Конфискация гаджетов — ноутбуков и планшетов. Ребята ошалело переглянулись. — С какой стати, позвольте полюбопытствовать? — вышла вперёд Диана. — Позволяю, — кивнула Елена. — Это все проводится с целью вашей безопасности. Чтобы вы больше думали о своих результатах, а не о том, как бы вам связаться с низшим слоем общества в этой школе, — голос директора стал давящим и тяжёлым. — В нашей школе нет низших слоев общества, — вступился Ярис. — Здесь все равны. И не нужно никого оскорблять. Елена на секунду застыла, а потом засмеялась — настолько убедительно, что Марк почти поверил в искренность этого смеха. — У «Времени» я тоже отберу все, не переживайте. — Госпожа Мортинова, вам не кажется, что это переходит все границы? — Марк скрестил руки на груди. — Это наше личное имущество, между прочим. — Ваши родители дали на это согласие, между прочим, — все с той же улыбкой говорила Елена. — Нет, это никуда не годится, — Ник вытащил из кармана телефон. — Я звоню отцу. — Я тоже маме позвоню сейчас, — поддержала его Диана. — Минутку, — притормозил всех Марк. — Откуда, госпожа директриса, вы знаете о том, что мы связывались с «Временем»? Елена кинула короткий взгляд на испуганную Ингу, но сразу же отвернулась. Однако ребятам было этого достаточно. — Так вот что за крыса в нашем коллективе, — посмеялся Лазарев. — Я ж до последнего надеялся, что все это просто стечение обстоятельств. Маришка стреляла холодными голубыми глазами в бывшую подругу. Инга невольно сделала шаг назад, но натолкнулась спиной на Марка, который выглядел более чем пугающе. — Хватит, я не ваши отношения пришла выяснять, — предотвратила нарастающую перепалку Елена. — Звоните скорее своим родителям и пойдёмте! — Прогуляться не хочешь? Василиса выключила телевизор и обернулась к Фэшу. Тот смотрел на подругу, ожидая ее ответа. — Не хочу, — сказала та. — Огнева, если ты будешь сидеть весь день дома, то отвыкнешь от спорта. — И что? Это уже мои проблемы. Не хочу и всё. — А я хочу, поэтому мы пойдем! Драгоций обошел кровать, схватил Василису, перекинул ее через плечо и вынес из комнаты. — Эй, ты с ума сошел? — кричала девушка, колотя друга по спине. — Отпусти, Драгоций! — Ай, Огнева, ты слишком сильно бьешь! — корчась от боли, вещал Фэш. — Бей слабее и чуть левее, а то у меня лопатка затекла. Василиса надула губы и принципиально скрестила руки. Ну всё, она теперь точно от него не отделается. — Фэшиар, объясните, куда вы несёте мою дочь! — раздался строгий голос Нортона-старшего. — Ой, здравствуйте, — заговорил Драгоций виноватым тоном. Девушка зажмурила глаза, перекрестилась и сложила ладони вместе, шепча молитву. Сегодня точно кого-нибудь убьют! Как же неловко, что отец застал их в таком виде. Хоть бы он ничего себе не придумал, хоть бы! Фэш поставил Василису на ноги и развернул ее лицом к Нортону-старшему. — Привет, пап, а ты чего так рано? — глупо заулыбалась она. — Я бы сказал, что я вовремя. Глаза мужчины были как всегда равнодушными, но каждое его слово было подобно удару плетью — И как бы всё продолжилось, если бы я не вернулся домой? — он посмотрел на дочь, снимая с себя пальто. — Так вы об этом? — облегченно выдохнул Фэш. — Не переживайте, я лишь собирался вывести погулять Василису. — Правда? Может, для начала поужинаете с нами? — Нет, Фэш уже уходит! — торопливо заговорила Василиса. — Я никуда не спешу, — с нажимом произнес парень, косясь на подругу. — Поэтому с удовольствием поужинаю с вами. — Лицемер, — краснея, фыркнула девушка. — Привыкай, Огнева, — прошептал Драгоций, слегка наклонившись. — Я же тебя такую вредную полюбил, вот и ты не выпендривайся. Василиса цокнула языком, поджала губы и пошла за отцом, который уже прошел в столовую. Фэш тем временем довольно улыбался — он сумел заставить эту девчонку засмущаться, значит, не всё еще потеряно. Тихо посмеявшись, он побежал за подругой. Некоторое время назад. Напряжёнными руками держала чашку Лисса, иногда отрывая предвкушенный взгляд от двери, в которую то и дело входили все новые и новые посетители. Она ходила глазами по помещению: высокие бежевые потолки с ажурными украшениями под сводом, абстрактные картины в рамках со спиральными узорами на стенах, кожаные удобные кресла, столики, предназначенные для пар или компаний, и ходящие по залу официанты, обслуживающие гостей. Женщине хотелось отвлечься. Проблемы наваливались одна за другой, а их решение все не приходило. Если Лиссе и ее мужу настолько трудно, сложно представить, как себя в этой ситуации чувствует их дочь Василиса. Они, как родители, горды своим ребенком, ведь она столько времени терпела нападки с разных сторон и при этом не сломалась. — Переживаешь? — сухо спросил Нортон, сидя напротив жены. Пусть его тон и был по своему обычаю равнодушным, за годы, проведенные вместе, Лисса без труда научилась различать в этом безжизненном голосе эмоциональные ноты. Коротко кивнув, жена пояснила: — Мы не знаем, чего стоит ожидать от этой дамочки. Я не доверяю ей, Нортон. Она изменилась… Мужчина накрыл рукой ладонь Лиссы, поглаживая ее большим пальцем. — Я тоже не горю желанием быть связанным с ней дело. Но обстоятельства того непреклонно требуют. Над входной дверью в очередной раз заиграли колокольчики. Отыскав глазами нужных людей, дама в красном пальто уверенно двинулась в сторону Лиссы и Нортона, не глядя по сторонам. Изящным движением она сложила верхнюю одежду на спинку кресла и присела напротив мужчины, нагло притесняя его жену. Для внимания она пару раз помотала головой, заставляя всех заметить аккуратно уложенные белокурые волосы. — Для чего ты меня звал, Нортон? — сладко пропела Елена, глядя в серо-зеленые полуприкрытые глаза мужчины. — Идея встречи с тобой принадлежит госпоже Огневой, — кивнул он Лиссе. Брезгливо обернувшись к возмущенной женщине, Елена скривилась в усмешке. — Прошу прощения, я не заметила тебя. — Ничего, — ядовито улыбнулась Лисса. — Твои заметные с любого расстояния размеры извиняются сами за себя. Неудивительно, что ты меня не увидела. В голубых глазах директрисы сверкнуло ледяное пламя. — Мы здесь не ради ребячества, Елена, — проговорил Нортон-старший. — У нас к тебе деловой разговор. — Я внимательно слушаю, — вновь обернулась к Нортон-старшему Мортинова. — Предполагаю, дело касается вашей дочери, так? — Именно, Елена. Для начала хочу указать тебе, что ты путаешь личную жизнь и деловую. Василиса нам очень многое не рассказывала, но мы и понятия не имели, какие козни ты строила и продолжаешь строить ей и ее спортивной команде. Женщина попыталась выдавить из себя невинную улыбку, но она вышла похожей на гримасу жертвы перед смертью. — Василиса похожа на своих родителей, — горделиво заявила Лисса, вскинув подбородок. — Она не спешит искать помощи со стороны, она привыкла решать проблемы сама, даже когда объективного выхода из ситуации не видно. — Да, на мамочку она явно походит больше, — недовольно произнесла Елена, не оборачиваясь к госпоже Огневой. — Внешность и темперамент словно принадлежат одному человеку. Особенно выделяются желание лезть не в свои дела и умение портить окружающим жизнь. — Если ты считаешь, что сохранение своей семьи от ядовитых гадюк — это порча чужой жизни, то пожалуйста, — с улыбкой пожала плечами та, — как тебе угодно, дорогая. Елена с трудом удержалась от язвительного комментария. В игру снова вступил Нортон-старший. — Я надеюсь, что ты, Елена, понимаешь, каких наломала дров, исключив из своего лицея нашу дочь. Обещаю тебе, что вы с Астрагором сполна за всё ответите. Из-за вас двоих спортивная карьера Василиса канула в небытие, а ведь она со своими друзьями долгие годы шла к своей цели — к победе на региональных соревнованиях по баскетболу, а там и до страны было бы недалеко. Если бы ты не ограничивала их команду в любом участии, «Время» бы уже давным-давно заняли своё почетное место в сборной. Вместо должной поддержки ты всякими способами подавляла спортивное развитие в своём лицее, отдавая предпочтение точным наукам. Ты думаешь, Елена, Астариус это так оставит? — Астариус несколько лет сидит в Департаменте Международного Сотрудничества Минобрнауки, он уже и не помнит о том, что когда-то он открыл лицей для разностороннего развития. Он передал это дело в мои руки, значит, он мне доверял, — несколько высокомерно говорила женщина. — И ты рушишь дело, которое он создавал несколько десятков лет. Во время управления Астариусом эта школа оказывала помощь обеим сторонам — и спортсменам, и будущим ученым. Мы как никто это помним, Елена, — с нажимом твердил мужчина. — Мы отдали наших детей под твою защиту. Лазарев, Чаклош, Броннер, Ляхтичи и даже Драгоции — все мы когда-то были учениками этого лицея. И давай-ка вспомним, кем была ты, Елена. Он пристально уставился на женщину, не отводя глаз от ее лица. Губы той неприязненно скривились, зубы стиснулись, как при сильнейшей боли. — Я играла в футбол, — проигрывая неприятные моменты из своей юности, медленно отвечала та. — В теннис. Была капитаном команды волейболисток. — Но-о? — протянула Лисса. — Вы оба решили надавить на меня? — ударила кулаком по столу она. — Не выйдет! Спортивная карьера недолговечна, и я это вовремя поняла. Именно поэтому я вытесняю спортсменов из своей школы и даю шанс детям, одаренным в других областях. Среди спортивных учеников осталась только эта несчастная команда под предводительством вашей дочери! Если бы не этот черлидинг, то все было бы по-другому! — Но ты ведь сама была инициатором этой затеи с накруткой оценок! — Мне лишь нужно было повысить рейтинги, но вместе с этим в обеих командах воцарилась наипрекраснейшая дружба! — всплеснула руками Елена. — Таким образом мои лучшие ученики, которые лишь бегали по утрам для поддержания формы, стали вливаться в спортивную жизнь! — Тебя это возмущает? — чему-то усмехнулся Нортон-старший. — Но ты даже не обратила внимания, что у «Времени» улучшились оценки за время сотрудничества с отличниками. — Само собой это прекрасно, но оценки улучшились на жалкие ноль десятых процента, а спортсменов стало больше на целые единицы! Лисса кашлянула в кулак, отворачивая голову к окошку. Потом, вздохнув, она повернулась обратно со словами: — Из-за своей неудачи в прошлом у тебя нет права отнимать будущее у детей с потенциалом. — В своей школе я главная! И я буду решать, у кого что я должна отнимать! — Такими темпами мы к соглашению не придем, — снова вмешался Нортон. — Елена, предлагаю тебе созвать всех родителей. — Что, хочешь всю школу собрать? — растеряв свой женственный шарм, уточнила женщина обыденным тоном. — Ты знаешь, кого я имею в виду. С этими словами оба супруга поднялись со своих кресел. Мужчина помог надеть жене ее пальто, сам облачился в свою верхнюю одежду и, коротко попрощавшись с Еленой, они вышли из заведения. Василиса слушала рассказ отца с раскрытым ртом. В лицее госпожи Мортиновой она училась почти десять лет, но она даже и подозревать не могла о том, что директриса — бывшая спортсменка, да ещё и родители их когда-то вышли из одного учебного заведения! Шокировало это не только Василису — Фэш сидел с обалдевшим лицом, перестав жевать кусок мяса, который недавно наполнял его тарелку. — Вот ребята будут в шоке! — все еще пребывая в состоянии оцепенения, сказала Василиса. — Мы-то все думали, что наши родители просто бизнес не поделили, а тут, оказывается… — Мы стараемся не вспоминать о нашей юности, — объяснял отец. — Поэтому не распространяемся об этом. Завтра состоится всеобщее собрание родителей из обеих команд, там мы решим многие вопросы. В частности ваше возвращение в школу. Фэш и Василиса ошеломленно переглянулись. — Радоваться пока рано, — предупредил Нортон-старший. — Но каким образом вы это осуществите? — спросил Фэш. — Ведь приказ о нашем уходе подписан моим дядей. — Астрагор может многое, — согласился мужчина. — Но он не всемогущий. Есть люди, стоящие выше него. Не зря же мы с твоей матерью наступили себе на горло и обратились к твоей бабушке, — он со значением на дочь. — Моя бабушка? Нерейва? — нахмурилась девушка. — Но ведь она не имеет никакого отношения к образованию. — Зато ее друг много значит в этой сфере. Собственно, это наш общий знакомый, но даже нам было бы трудно до него добраться. Зато наша матушка прекрасно с этим справляется. — Фантастика какая-то, — улыбнулся Фэш. — Самая настоящая реальность, — уголок губ мужчины дернулся. — А теперь прошу меня извинить, но мне нужно работать. Нортон-старший поднялся. — Как? — немного разочаровалась Василиса. — Ещё ведь и часу не прошло! — Я должен присоединиться к твоей матери, у нас контракт на носу, нужно подготовиться. Вслед за ним из-за стола вышел Фэш. Они пожали руки, и мужчина направился к выходу.