Единственное, в чем я когда-либо нуждалась.

Я ходила по своей комнате вдоль и поперек, немного скрипя досками. Завтра первый учебный день в новом колледже, и я волновалась также как и два года назад перед переходом в новую школу. Но если тогда у меня был страх, то сейчас было предвкушение чего-то нового и невероятно классного, если забыть о том, что Вулфард учится там уже на втором курсе. Видимо, он поступил без подготовки, в то время как я взяла себе год, чтобы восполнить все пропущенные знания. Сев в свое кресло, я посмотрела на круглые часы, висящие над моим рабочим столом, они показывали 22:17. В целом, я могла лечь пораньше, чтобы завтра хорошо себя чувствовать, но какой смысл? Я все равно пролежу без сна в постели. Спустившись вниз, я пошла на кухню в поисках какой-нибудь еды. Открыв верхний ящик, я нашла пачку сырных начос и, оставшись довольной этой находкой, пошла обратно к себе в комнату, по дороге заглянув в гостиную, где родители смотрели какой-то фильм. Подумав, что фильм поможет мне немного отвлечься от мыслей о колледже, я достала телефон из кармана домашних серых штанов и начала искать подходящее мне кино. Я закрыла дверь на щеколду, чтобы мне никто не мешал и села на свое кресло, включив компьютер. Мне стало холодно, и я закрыла окно. Остановив свой выбор на боевике «Хищные птицы: Потрясающая история Харли Квинн», я открыла пачку начос, и в нос ударил вкусный запах сыра. Спустя пару минут пальцы правой руки, которой я ела, стали жирными, и фильм пришлось включать левой рукой. Выключив в комнате свет, а заодно и телефон, чтобы меня никто не беспокоил, я откинулась на спинку кресла и начала вникать в сюжет, где группа супергероинь противостоит главе преступного мира Готэма, бизнесмену Роману Сионису. Не прошло и получаса, как в окно с глухим стуком об стеуло прилетел какой-то небольшой предмет и упал обратно на землю. Испугавшись, я поставила фильм на паузу и посмотрела в сторону окна. «Наверное, голубь», — подумала я и продолжила просмотр боевика, но буквально сразу же звук повторился. Я недовольно выдохнула, уже готовая сорваться на группе подростков, которые, наверное, решили просто побросать шишки в окна людей. Встав с кресла, я стремительно пошла к окну и отдернула плотные, темно-синие шторы, открывая вид на улицу, освещаемую желтыми фонарями. Но вместо этого вида, передо мной возникла черная тень, из-за которой у меня чуть сердце не ушло в пятки, и вспотели ладони. Я уже собиралась закричать, но в тени признала кудрявого парня, облокотившегося на подоконник и стоявшего на черепице крыши. — Ты больной?! — шикнула я, зачем-то схватившись за сердце. С ним было все в порядке, но в фильмах когда персонажу страшно, он хватается рукой за сердце, видимо, это и у меня вошло в привычку. Финн поправил волосы, спавшие ему на лоб и улыбнулся моей реакции. Мне вот было совсем не весело. — И тебе привет, — сказал он, спрыгнув с окна в мою комнату и, отряхнувшись, выпрямился. — Уже почти одиннадцать вечера! Ты головой ударился?! — моему возмущению не было конца. Окей, может быть, мы стали немного лучше общаться, нежели раньше, но это не давало никакого права этому мальчишке вламываться ко мне в комнату ночью, еще и через окно. — До тебя не дозвониться, — Финн бесцеремонно сел ко мне на заправленную кровать. — Удобненько тут у тебя. — Ноги убрал с моей кровати! — только сейчас я заметила, что его ботинки были грязные, и следы остались на прикроватном коврике. — Чего тебе от меня надо? Если ты не забыл, нам завтра в колледж! — Нам завтра в колледж! — передразнил меня он, делая рукой «квакушку». Я озлобленно прищурилась, и он улыбнулся. Его несерьезность меня безумно раздражала. — Да ладно тебе, не будь занудой. — Это я то зануда?! — я тыкнула в себя пальцем, и вскинула брови. — Мальчик, да ты меня совсем, — я обрисовала в воздухе круг, обозначая свои слова. — Ни капельки не знаешь! — Я же сказал, зануда, — пожал плечами он и закинул руки за голову, проигнорировав мою просьбу слезть с кровати. — Ах ты… — я залезла на кровать и начала в шутку его душить. — Я убью тебя! Убью нахрен! Мои действия не причиняли ему какой-то боли или дискомфорта, хотя я старалась это сделать. Наоборот, они только вызывали у него смех. Когда ему надоели мои попытки его задушить, он схватил мои запястья в одну руку и сжал их, посмотрев на меня, перестав смеяться. Я услышала мамины шаги за дверью и в страхе взглянула на парня. Я не успела среагировать, как ручка двери повернулась… Но не открылась. Я вспомнила, что закрыла дверь, когда включала фильм и мысленно поблагодарила саму себя за это действие. — Джейн? Что за голоса у тебя в комнате? — спросила мама, дергая за ручку двери. — Мам, я просто фильм смотрю на большой громкости, — ответила я, все ещё смотря на парня, который улыбнулся моей лжи. Я сама едва сдерживала смех. — Хорошо, только не засиживайся до поздна, тебе завтра в колледж. — Да, мам, хорошо, — послышались удаляющиеся шаги, и я облегченно выдохнула, слезая с кровати. — Ты своим смехом весь дом перебудил! — шикнула я. — Всё обошлось, не переживай ты так. Лучше одевайся, пойдем отмечать последний день лета, — сев на кровати, Финн начал завязывать шнурки на своих кроссовках Nike. — Сейчас? Меня не выпустят из дома, — покачала головой я. — А для таких ситуаций, Джейн Коллинз, существует окно, — он говорил с такой интонацией, будто разговаривал с умственно отсталым человеком. — Ты точно больной, — вздохнула я, понимая, что он не уйдет из моей комнаты, если я не соглашусь. Подойдя к шкафу, я встала за дверь и переоделась в джинсы и футболку. — Ты замерзнешь, — сказал Финн, окинув взглядом мою одежду. — Я знаю, — огрызнулась я и взяла с вешалки синюю джинсовую куртку Levi's с белым овчиным мехом. — Доволен? — Более чем. Я взяла со стола телефон и положила его в карман куртки. Парень сел на подоконник и, свесив ноги на улицу, ловко спрыгнул на черепицу. Я повторяла за ним, наступая след в след, чтобы не свалиться с крыши. Дойдя до противоположного края, до земли было чуть больше двух метров, и Финну не составило труда спрыгнуть с его высоким ростом на землю. Из-за травы, которая смягчила звук прыжка, почти ничего не было слышно. Свесив ноги с крыши, я посмотрела вниз. Было не очень высоко, но после случая в 9 классе, когда я сломала себе ногу и проходила месяц в гипсе, я старалась избегать подобных «трюков». — Давай быстрее, иначе нас засекут! — с небольшим недовольством сказал Финн, подгоняя меня. — Заткнись, — отмахнулась я, набираясь смелости, чтобы спрыгнуть, по миллиметру двигаясь все ближе к краю крыши. — Тебе помочь? — подойдя ближе, спросил Финн. — Я сама, — уверенно сказала я, хотя внутри я была совершенно неуверенна. — Сама ты будешь сто лет слезать, — закатил глаза кудрявый, протягивая мне снизу руку. — Я просто помогу спрыгнуть. Немного подумав, я все-таки наклонилась и схватившись за его руку, спрыгнула и, взявшись в воздухе за вторую и опираясь на них, приземлилась на траву. — Ну вот и все, — улыбнулся парень, и я сделала тоже самое в ответ. — Так куда мы пойдем? — поинтересовалась я, идя быстрым шагом за ним. — В компьютерный клуб, тут недалеко. Ноа и Николь уже должны быть там, — ответил Финн, достав телефон и написав кому-то. Я немного приподняла брови, услышав имя подруги. Николь и компьютерные игры — это небо и земля, да и уже достаточно поздно, чтобы она выходила куда-то гулять. Наша компания на неё дурно влияет. Мы шли по вечерней улице, и по пути встречались только гуляющие с собаками. Мы вспомнили про Лили и наш разговор немного оживился, когда появилась общая тема. Я не понимала, почему он не может быть таким всегда? Обычным, нормальным и веселым парнем без всякой злости и холода, который он пихает куда только можно… Спустя примерно пятнадцать минут мы подошли к зданию, увешанному яркими вывесками и табличками. За все два года проживания тут, я ни разу тут не была. Скорее всего, его открыли недавно. Мы зашли внутрь и, не смотря на поздний час, там было очень много людей. Вдоль каждой стены стояли игровые автоматы, и у каждого из них была очередь из двух-трех человек. В толпе я встретила Николь и Ноа, которые стояли в стороне и пили молочные коктейли, которые, как я поняла, наливали прямо тут. Я отпила у подруги из зеленой трубочки коктейль с вишневым вкусом и захотела себе такой же. Мы с Николь пошли к бару, оставив мальчиков в очереди к одному из автоматов. — Представляешь, он залез через окно ко мне! — я рассказала Николь обо всем, что произошло больше получаса назад. — Ты же ему нравишься, вот он и ведет себя как дурак, — пожала плечами Николь и заказала два молочных коктейля: один ягодный, другой шоколадный. — Ты как ляпнешь что-нибудь, хоть стой, хоть падай! — возмутилась я, и взяв два больших стакана с синими трубочками, пошла обратно в зал. — Ну, мы ещё посмотрим, как все будет, — тихо сказала подруга, но я уже не услышала этих слов. Отдав Финну стакан с шоколадным напитком, он начал искать бумажник по карманам, но я лишь отмахнулась от его денег. В зале было очень душно, так как помещение тесное, и народу было много. Из висевших в углах рубок, играла музыка 80-х годов. Я сняла куртку и повязала её вокруг пояса. Ноа и Финн заняли два соседних автомата Donkey Kong, которые были тут самыми популярными, закинули туда серебряные жетоны и начали соревноваться, у кого будет большее количество очков. А мы просто стояли с Николь рядом и наблюдали за этой грандиозной битвой, медленно попивая коктейли из соломинок. Спустя где-то пятнадцать минут раздался победный клич Финна и грустный вздох Ноа. — Чувак, сто очков против сорока, да я просто тебя раскатал по стенке, — довольно развел руками кудрявый, радуясь своей победе. — Подумаешь, это просто глупая игра, — Ноа со злости даже пнул автомат ногой. Финн начал его подначивать и шутить над ним. Шнапп не выдержал и выпалил: — Ещё одно слово, и я всем расскажу о тебе то, что никто не должен знать! — Да? И что же ты расскажешь, мне самому интересно послушать, — ухмыльнулся кудрявый и облокотился на автомат, допивая свой шоколадный коктейль, копаясь трубочкой на дне. — Ладно, раз ты такой самоуверенный, — Ноа немного выпрямился в плечах, скрестив руки на груди. — Я думаю, всем будет интересно услышать, как ты в шесть лет был влюблен в Киру Найтли и мечтал, что она приедет, и вы поженитесь… — Замолчи, сейчас же, — взгляд Финна почернел и, видимо, Ноа затронул запретную сторону. — И не подумаю! — хмыкнул парень. — Так вот, а когда ты увидел по телевизору, как кто-то целовался в кровати, ты залез в пододеяльник со своей подушкой и целовал её, приговаривая: «Кира, я так тебя люблю, давай поцелуемся!», — Ноа начал водить руками в воздухе, будто кого-то обнимал. — И так продолжалось до тех пор, пока тебя мама не застукала! Мы с Николь не выдержали и громко захохотали, как раз в тот момент, когда допивали свои коктейли, и напиток полился у меня через нос, где сразу защипало. Смех пробирал все тело, и у меня уже заболел живот, но я не могла прекратить смеяться. Я слышала много смешных историй, но эта, если брать в расчет то, что это все происходило со стоящим рядом со мной парнем, просто доводила меня до колик. Финн бросился на Ноа и они сцепились, громко ругаясь. Мы сразу же перестали смеяться и растащили парней по разным углам. Николь, на правах девушки Ноа, начала что-то ему шептать на ухо, гладя по плечу, и он успокоился. У меня же таких прав, как у неё не было, и я просто держала его в области локтей, чтобы тот не сорвался на Ноа снова. — Отпусти меня! — зло бросил мне он, даже не смотря на меня, а испепеляя взглядом стоявшего рядом парня Николь. — Чтобы ты его прямо тут и убил? Нет уж, сначала успокойся, — отрезала я, повернув его лицо в свою сторону и встретившись с карими глазами, в которых горело пламя, готовое сжечь все на своем пути. Я просто смотрела на него, постепенно туша его молнии, пока он окончательно не пришел в себя. Только сейчас я заметила, что все это время держала свою ладонь на его разгорячнной щеке. — Я в порядке, — спокойно сказал он, и я отошла от него на пару шагов. — Я в порядке. Я не буду опускаться до его уровня и рассказывать, например, о том, как он описался на школьной линейке! — Так ты уже рассказал, придурок! — сказал Ноа, сжимая кулаки. — Но я же не сказал в каком классе, — нахально улыбаясь, сказал кудрявый. Мы продолжили играть, но накалённая обстановка между парнями очень ощущалась. Я и Николь старались не допускать даже малейших поводов для ссор. Прошло около часа, и Финн занял первое место в Donkey Kong, побив собственный рекорд. — Хочешь попробовать? А то ты уже несколько часов просто смотришь, — внезапно сказал кудрявый, глядя на меня. — Я не умею. — Ничего сложного. Смотри, — он подвел меня к автомату и положил мои руки на два красных рычага управления, накрывая своими ладонями мои, которые были почти в два раза больше. Я посмотрела на него, потому что такой физический контакт был довольно странным и для него, и для меня. Внезапно раздался громкий щелчок, и из ламп посыпались искры, а автомат больно ударил меня током, и я отскочила от него. Свет и музыка исчезли, и по залу прокатилось недовольное мычание. — Черт! — Финн в ярости ударил ладонью по автомату. — Весь рекорд к черту на рога! Он вышел из компьютерного клуба, громко хлопнув дверью. — Псих, — фыркнул Ноа, и получил укоризненный взгляд от Николь. — Сходи к нему, — сказала подруга, и я посмотрела на нее как на сумашедшую. — Я? — Ну не я же, — ответила она и толкнула меня в спину. Мне ничего не оставалось, как выйти вслед за парнем. Из-за музыки, игравшей ранее, я даже не слышала, что шел проливной дождь, и даже была гроза. Кудрявый стоял прямо по середине дороги, запрокинув голову к небу и черным тучам. Руки были в карманах куртки, но я догадывалась, что они были крепко сжаты в кулаки. Я уже успела промокнуть насквозь, и вода ручьями стекала по моему лицу. Подойдя к нему, я аккуратно положила руку ему на плечо, и он дернулся, зло посмотрев на за спину, но увидев меня, его взгляд смягчился. — А, это ты… — Да, я, — улыбнулась я. — Пойдем домой, уже поздно и холодно. — Я ничего уже не хочу, — отмахнулся парень. Сейчас у меня было такое ощущение, что я разговариваю с ребенком, у которого отобрали игрушку. А с детьми, как правило, нужно иметь железное терпение. — Это просто игра, не волнуйся, — сказала я и неожиданно для самой себя, засунув руку в его карман, сплела свои пальцы с его длинными. Он посмотрел на меня сверху вниз и ухмыльнулся. — Понятно, почему небо такое черное, — сказал он, изучая меня взглядом. — Почему? — Весь голубой, походу, в твоих глазах. — Господи, заканчивай с такими фразами, — я едва не рассмеялась с таких ванильных комментариев, от которых, другие девочки, наверное, были бы без ума.