Предисловие.
27 апреля 2020 г., 16:34
Кокаин был наркотиком элиты. Мне казалось, если все на нем сидят, значит мне тоже это нужно. Я легко поддавался влиянию. © Хельмут Бергер
Сидя на мокром асфальте в ту январскую ночь, и крепко держа его окровавленное тело, меня разрывала нестерпимая, всепоглощающая боль. Я рыдала в голос, крича мольбы о помощи в темноту, надеясь, что появится добрый дядя волшебник и спасёт его в одну секунду. Остановит кровотечение и вернёт ему дыхание, сердцебиение. Но этого не происходило, а я всё продолжала звать на помощь. Не слышно было перестрелку, крики и стенания от боли. В тот миг существовала только я и ОН. Мой любимый. Тот, без которого я не видела своей жизни. Я не смогу без него! Я продолжала крепко обнимать его, прижимая руку к кровоточащей ране от пули, которая попала прямо в глаз тигра. Его татуировку, которую я так любила разглядывать и водить пальцами по ней, шепча о том, как же ему подходит татуировка. Я сорвала голос. Из горла исходил только ничтожный хрип, а по щекам не прекращали течь слёзы. — Ты справишься, родной, ты жив, а я с тобой, — горячо шептала я, рассматривая его лицо, ставшее таким любимым и привычным видеть каждый божий день своей жизни. Неожиданно кто-то начал оттаскивать меня от него, тихо что-то нашептывая на ухо. Я не разбирала того, что мне говорили. Я пыталась защитить свою любовь, из последних сил пытаясь схватиться хотя бы за его руку. Но меня оттащили от него. И только в тот момент я поняла, что теряю его. Тут же ко мне подбежала Джису и крепко обняла, пытаясь успокоить и уводя оттуда подальше. Я даже не сопротивлялась. Я просто смотрела на то, как Тэхён снял с себя куртку и накинул её на его тело, закрывая лицо. Только сейчас я смогла вернуться в реальность и услышать на фоне шума ночного мегаполиса ту фразу, которая будет преследовать меня до конца моей жизни. — Нужно отнести его тело к нам, — сказал Намджун, приобнимая Чимина за плечи, когда тот начал содрогаться в тихих рыданиях. …тело…***
Два года назад.
Я стояла у небольшого зеркала рядом с выходом и небольшой душной комнаты, заваленной одеждой, пластиковой посудой то там, то здесь, коробками от еды быстрого приготовления. Грязно? Да. Мрачно? Да. Противно? Ну уж нет. Эта комната — мой дом, если так можно сказать. Тебе интересно где я, кто я, знаю, но давай обо всём по порядку. Меня зовут Пранприя Лалиса Манобан, мне шестнадцать лет и я, боже, так странно признаваться в этом тем, кто меня не знает, стриптизерша. Прямо сейчас я нахожусь в, так сказать, гримерке местного стрип-клуба «Роза ветров». Я понимаю, что ты сейчас задаёшься миллионами, а может быть миллиардами вопросами. Прекрасно понимаю твоё неодобрение и сомнения, но всё же, добро пожаловать в жизнь никчемной и ненужной девчонке, которую родители ещё в пять лет продали за горсточку «веселящего порошка» хозяину этого клуба. Так уж получилось, что я живу в огромном городе, с миллионным населении, но знаешь, даже такой город не освобождает от того, что здесь будут мрачные территории настоящих криминальных авторитетов. Здесь бессильно правосудие, поэтому оно бездействует, отпуская таким как мы, наркоманам, алкоголикам, бандитам и шлюхам, все наши грехи. Но существует одно неглавное правило — не лезть в жизнь обычных людей, которые далеки от этого криминала и грязи наших улиц, именуемые «Dirty street». Хотим — убиваем другие группировки, хотим — обдалбываемся до потери пульса наркотиками. Но никогда с этим не лезем к людям. И нет, мы не люди, если ты захотел меня нагло исправить. Мы — чудовища. Однако, нам нравится так жить. О улицах — так мы в своих кругах называем нашу территорию — наслышаны даже за пределами нашего города. Все в округе нас боятся. Если честно, нас это так смешит. Ну, подумаешь, выпотрошим брюхо непризнанному гостю на наших улицах. Всего ты. Нашли чего бояться. Чёрт. Опять я заговорилась. В общем продали меня за наркоту, а Чарльз, ну, хозяин клуба, считай стал моим отцом. Он научил меня, как нужно драться, как стрелять, как пытать людей. А в благодарность ему за это я стала работать на него, вертя сиськами и жопой перед пьяными папиками с толстыми кошельками. Для меня такая жизнь абсолютно нормальная. Днём сплю, езжу на разборки с врагами Чарльза, выбивая из них жизнь или деньги, а ночью соблазняю папиков. Не смей меня осуждать! Здесь по другому просто не выжить. Улицы — не для наивных ангелочков. Конечно, в команде Чарльза, которая называется «Лемниската», не одна я. Есть ещё трое парней, Дин, Демиан и Брайан, и Шарлен. У всех непростая история, но нас объединяет одно — кровожадность и неспособность испытывать чувства. Можно сказать, мы машины для убийства. И именно поэтому Лемниската одна из уважаемых группировок, которую многие боятся. Тряхнув головой, отгоняя непрошенные мысли, я, в привычной манере, откинула свои белокурые волосы назад, обнажая тонкую шейку, острые ключицы и плечи, заколов волосы неведимками на висках, чтобы не мешались, и вышла из комнаты, направившись в зал. Привычно оглушила музыка, а аромат алкоголя, табака и пота знакомо защекотал нос. Отвратно? Отнюдь. Ловко лавирую между пьяными дрыгающимися телами в такт музыке, я прошла к бару и хотела уже заказать выпить для лучшего настроя, но ко мне подошёл Брайан, схватил за руку и увёл за сцену. Я ели поспевала за ним на своих высоченных каблуках, стараясь не грохнуться. Мы зашли в просторную комнату, где сидело семеро незнакомых мне мужчин в костюмах и шестеро других стриптизерш. Мы не особо общались с ними, но справно здоровались и прощались в начале и в конце каждой смены. Я сразу заметило, что шестеро мужчин уже были окружены вниманием и заботой девушек, а седьмой в открытую скучал, но когда зашла я, то он сразу начал оценивающе рассматривать меня с головы до ног. — Устраивает. Иди, Родман, — сказал он Брайану, махнув ему рукой. Тот почтенно поклонился и подошёл ко мне, на ухо сказав то, чего я просто не ожидала услышать в скором времени. — Ты переходишь на следующий этап. Чарльз сказал, что если им что-то не понравится, то он убьёт всех вас. После этого чёртов Брайан Родман, как ни в чём не бывало, просто вышел, оставив меня один на один с прожигающим и сжирающим взглядом. «Ты переходишь на следующий этап» — отголосками повторялась брошенная парнем фраза в моей голове. Я, блять, перехожу на этап ёбаного индивидуального обслуживания клиентов! Об этом мечтает каждая в нашем клубе, но единицы достигают этого. И вот я в 16 лет достигла этапа! Широко и обворожительно улыбнувшись, я, покачивая бёдрами, подошла к мужчине, по-хозяйски усаживаясь к нему на колени. — Меня зовут Лиса, — негромко сказала, рассматривая его, скажем так, не очень-то привлекательно лицо. Уж простите, но такие, как он, не в моём вкусе. — Но зовите меня Лисёнок. Я стану вашей ласковой и ручной зверушкой. Руки мужчины сразу же занялись моим телом. Одно рукой он крепко обнял меня за талию, прижимая к себе, а вторую — положил мне на бедро, сжав. Я чувствовала его взгляд каждой клеточкой своего тела. Он словно хотел проникнуть в мою душу и остаться там. Или это моя собственная иллюзия, созданная от такого проницательного взгляда? — Чон Чонгук, — представился он бархатным низким голосом, который въелся в мой мозг, оставляя необычайно приятным след. Прекрасный голос, но отвратительное лицо. Как интересно играет с нами сука жизнь. — И я люблю мучить таких зверушек, как ты. «Мы ещё посмотрим, кто любит мучить зверушек, упырь» — но, конечно, вслух я этого не сказала, а только шире улыбнулась.
