Слепой

      Саске не потребовалось много времени, чтобы уснуть. Его мысли были сосредоточены на словах Сакуры, сказанных ему перед тем, как она покинула палату. В голове четко вырисовывалась картина: она, дрожащая и давящаяся слезами, просит остаться его в Конохе или взять её с собой. Она — обещавшая сделать для него всё что угодно, лишь бы помочь. Она, секундами позже без чувств лежащая на холодной скамье. Её слова тронули его, но, несмотря на это, он знал, что её просьба была невозможной. Её сердце было навечно привязано к Конохе, в то время как он повторял самому себе, что его место — не здесь.       Пускай он отсутствовал в Деревне, Скрытой в Листе довольно долго, казалось, что время не повлияло на её воспоминания о своем обещании — так же, как и не померкла её любовь. Тем не менее, Сакура отличалась от девочки, которую он оставил на той скамейке, она не была с ним слишком дружелюбна. Девушка была довольно холодна с ним, когда задавала ему вопросы ранее тем же утром, и казалась довольно безэмоциональной. Возможно, Харуно испытывала после этого некоторое негодование из-за его ухода, но для парня это не имело ни малейшего значения — его не интересовали чувства Сакуры.       Сказать, что ему было совсем на неё наплевать, значит соврать. Несмотря на её раздражающий фанатизм, она осталась для него близким другом, таким же, как Наруто и Какаши. Возможно, то, что его реабилитацией занялась Сакура, было хорошо, в отличие от человека, которого он не знал, хотя это и противоречило желанию юноши не видеться со старыми знакомыми. Саске пробормотал что-то себе под нос и перевернулся на бок, чувствуя себя немного паршиво. Спина вдруг заболела, а глаза всё ещё болели после того, как он открыл их, дабы Сакура могла заняться их лечением.       Сонливость все же победила, и Саске, погружённый в мысли, начал засыпать.

***

      Сакура постучалась в дверь палаты Саске, но, не дождавшись одобрения, бесцеремонно вломилась внутрь. Несколько часов сна помогли ей немного набраться энергии, пускай она и знала, что этого недостаточно, что нужен полноценный сон для отдыха, ей хотелось быть здесь. Учиха повернул голову в её направлении, но его лицо осталось абсолютно непроницаемым.       — Ты поспал? — спросила девушка у него, не желая иметь дело с ворчливым Саске.       — Да, — коротко бросил он в ответ. — У меня болит спина.       — Я не удивлена, — Сакура улыбнулась сама себе и тихо выдохнула. — Ты сидел в неудобной позе, когда я лечила тебя. Ты не должен быть настолько напряженным, и было бы лучше, если бы ты просто расслабился.       — Ясно, — иронично ответил он, и Сакура поморщилась.        — Ну, — бодро произнесла она, — не хорошо быть прикованным к постели слишком долго, когда есть возможность пройтись. Нам стоило бы прогуляться, чтобы ты размял свои ноги.       После оживленного кивка, Саске свесил ноги с кровати и неуклюже встал. Он торопливо нащупал рядом тумбу и оперся на нее рукой, чтобы не упасть, а вторую приложил ко лбу, словно пытаясь остановить что-то вращающееся в его голове. Появившееся головокружение и дезориентация ни капли не удивили Сакуру, она была готова к такому, не так давно прочитав о подобных явлениях в книге. Подойдя к нему, Харуно взяла его за руку и помогла ему устоять.       — Что ты делаешь? — раздражённо спросил Учиха.       Теперь Саске был выше неё на шесть добрых дюймов, и, когда он повернулся лицом, Сакура была уверена на все сто процентов: это хмурое лицо могло напугать и оттолкнуть кого угодно. Проницательный взгляд Саске был спрятан под повязкой, но, пускай Сакура и могла представить его, она знала парня слишком хорошо, чтобы бояться.       — «План А», — терпеливо отозвалась в ее голове «внутренняя Сакура», ожидая подобную реакцию от Саске. — «Поступи разумно, объясни ситуацию, чтобы он понял».       — Помогаю тебе, — спокойно ответила она. — Ты ещё не можешь стоять самостоятельно, не говоря уже о взаимодействии с внешней средой…        — Я прекрасно справлюсь и без помощи, — коротко заявил Саске. — Мне не нужно, чтобы ты цеплялась за мою руку.        — Не смеши меня, Саске, — в том же тоне ответила Харуно. — Даже если так, долго ты не продержишься.        — Я справлюсь, — прорычал он, вырывая свою руку из хватки. Сакура вздохнула.       — «План А — провал», — грустно пробормотала «внутренняя Харуно». — «План Б: позволь ему делать то, что он хочет; пусть жестокая реальность вобьет в него немного здравого смысла и повредит его эгоизм. После этого от помощи он не откажется».       — Что ж, поступай, как знаешь, — сверкнула глазами, Сакура сделала шаг назад. — После тебя, Саске.       Подозрительно нахмурившись, но без страха в скованных движениях, Саске гордо направился к двери. Сакура заметила, что у него были проблемы с балансом, так как его мозг не привык к ощущению земли под ногами, как к единственной точке отсчета. Он делал все возможное, чтобы скрыть это, и, с мрачным удивлением, она наблюдала, как он шатко пересекал палату. На самом деле, Харуно была несколько поражена его решительностью, но она знала, что каким бы решительным он ни был, в таком состоянии Саске не сможет ходить сам. Она оказалась права, когда вместо того, чтобы выйти через открытую дверь, Саске врезался в дверной косяк.       Девушка с озабоченным видом подошла ближе, но он лишь отмахнулся. Сакура скрестила руки на груди, в то время как Учиха прошел через двери и попал в холл. На этот раз он поступил умнее, и положил свою руку на стену. Его баланс мгновенно улучшился, и он зашагал по коридору, с аристократическим достоинством держа осанку. Медик последовала за ним.        — У тебя получается лучше, чем я предполагала, — заметила Сакура, и Саске без труда уловил в ее голосе издевательские нотки.       Он фыркнул в ответ на ее замечание и увеличил свой темп, пытаясь доказать ей, что он справится. Это продолжилось до момента, когда его рука больше не могла упираться в стену из-за того, что холл разделился на перекрестке. Внезапное отсутствие стены заставило его упасть возле поворота.        — Осторожно, впереди перекресток, Саске, — заметила Сакура. Она чувствовала боль, которую он испытывал, но знала, что показывать её ни в коем случае нельзя.       Парень приподнялся с пола и отряхнулся        — Я надеялась выйти в сад, свежий воздух принесет тебе пользу, — сказала она ему, пытаясь приблизиться к парню, но тот отшатнулся. Харуно беспомощно пожала плечами. — Мы просто пройдём в холл и спустимся на лифте…        Саске снова оперся рукой о стену, и последовал инструкциям девушки. Сакура медленно покачала головой, держась на два шага позади. Цунаде, вероятно, будет недовольна её методом лечения.       Учиха дошёл до лифта и нажал на кнопку, повернувшись к Сакуре. Он усмехался, не скрывая своего триумфа.       — Я здесь, — сказала девушка с другой стороны, в то время как двери лифта открылись. Её губы растянулись в ухмылке в ответ на низкое рычание со стороны Саске. Следуя за ней в лифт, юноша прислонился к стене, скрестив руки на груди. Он ничего не сказал, и когда двери лифта открылись, парень вышел, сразу же наткнувшись на медсестру, которая ждала лифт на первом этаже. Девушка упала.        — Поздравляю, ты только что сбил медсестру, которая ждала лифт, — проинформировала Сакура своего пациента. Саске только пробормотал извинения.        — В какой стороне сад? — резко спросил он, пока Харуно помогала медсестре подняться на ноги.        — Левее, — сказала Сакура.       Она стояла справа от Саске, его голова была повернута к ней, и парень шагнул вправо. Харуно позволила сделать ему несколько шагов в сторону регистрационного поста, а затем позвала его.        — В другой стороне.       Сакура закатила глаза, когда Учиха резко повернулся и прошёл мимо неё, тихо чертыхаясь. Она удивленно наблюдала за тем, как Саске неуверенно прошел по холлу, не имея никаких стен поблизости, на которые он мог бы опереться. Девушка пошла за ним, отставая всего на два шага — просто чтобы убедиться, что он не травмирует себя.       Саске шёл впереди и уже приблизился к ступенькам, не подозревая о них.        — Впереди есть спуск вниз, там всего три ступеньки… — не успела договорить девушка. Саске снова упал и тут же поднялся с земли, стряхивая с себя пыль.        — Еще немного, — радостно сказала Харуно, проходя через автоматические двери.       Саске сделал несколько шагов вперед, все еще выглядя запутанным. Девушка мысленно вздохнула: Учиха был так упрям, хотя она надеялась, что он признает свое поражение к этому моменту. Ну что ж, очевидно, он не был достаточно унижен, чтобы попросить у нее помощи.       — Мы просто немного прогуляемся по саду, хорошо? — сказала она, с наигранным волнением добавив: — похоже, тебе очень трудно ходить, а я не хочу, чтобы ты напрягался.       Выражение его лица было свирепым, но Сакура лишь покачала головой, слегка улыбаясь. Делая широкие шаги, Саске поплелся вперед, не обращая внимания на Сакуру. Зная, что он не продержится в подобном темпе слишком долго, она просто смотрела на него сзади.       Сады госпиталя были столь уникальными не из-за различных видов растений, а из-за замечательных внешних украшений. Сад был сделан на склоне, потому как больница упиралась в холм, и дорога не шла прямо — вместо этого она делилась на две, разветвляясь влево и вправо. После дороги следовали сады, где пациенты могли наслаждаться ступенчатыми клумбами.        — Осторожно, Саске, — сообщила ему Сакура, — здесь путь разветвляется.       И хотя она предупредил его, Сакуре пришлось наблюдать, как на развилке Саске теряет равновесие из-за отсутствия направления.       Она смотрела, как он падает. Учиха пытался сгруппироваться, чтобы не счесать колени и руки, однако он не учел того факта, что рядом была другая клумба, и понимание этого пришло уже после того, как парень неуклюже сел в клумбу с розами, что была чуть ниже по склону.       Сакура, до этого момента стоявшая со скрещенными руками, опустила их и спрыгнула вниз к нему. Происходящее выходило за рамки и, видимо, так считал и Саске.        — Черт возьми, Сакура! — выругался он, в то время как она помогла ему подняться с куста, на который он упал. — Почему ты делаешь это со мной? Единственный раз, когда я видел, чтобы ты делала что-то подобное, происходило только с Наруто.       — Может быть, всё потому, что ты ведешь себя, как ребенок?! — вспыхнула Харуно.       Парень сидел на земле с задумчивым выражением лица. Он ничего ей не ответил, а лишь сжал кулаки. Сакура осторожно подошла к нему, чтобы не наступить в клумбу.        — Саске, я знаю, что ты привык быть независимым, я знаю, что ты любишь делать всё самостоятельно, — сказало она сердито, уперев руки в бока. — Я знаю, что ты избегаешь физического контакта, как другие избегают чумы или чего-то подобного, но знаешь, что? Ты больше не можешь так жить! Ты слеп, Саске, как бы я не хотела говорить это тебе. Почему я должна высказывать тебе очевидную истину? Ты потерял свое зрение, что-то, что дает твоему мозгу восемьдесят процентов получаемой информации, а то и все девяносто, ведь ты Учиха. Теперь ты на все сто процентов полагаешься на остальные органы чувств, которые, в лучшем случае, дают тебе двадцать процентов информации вокруг. Больше ты не можешь полагаться лишь на себя, тебе время от времени будет необходима помощь. Эта реабилитация для того, чтобы ты привык справляться сам, но это не значит, что ты сможешь полностью полагаться на свои чувства. Я пытаюсь помочь тебе с этим, делая все возможное, чтобы вернуться к нормальному образу жизни, но ты не позволяешь мне приблизиться к тебе. В настоящее время ты отказываешься от помощи. Если ты все еще не можешь вырасти и позволить себе принять помощь от других хотя бы в случае крайней необходимости, тогда ты можешь забыть о своей мести и позволить своему брату жить, потому что нет никаких шансов, что ты сделаешь это самостоятельно.       После своей длинной лекции Сакура затаила дыхание из-за вложенной в свои слова силы. Молча сидя на земле, Саске даже не вздрогнул от её пламенной речи, но она знала, что пускай непроницаемая маска и скрывала его эмоции, она ядовитой стрелой попала в самое сердце, и теперь парень раздумывал над её словами. Через некоторое время его кулаки расслабились, и он поманил её к себе.       — Помоги мне встать, — тихо сказал Саске, отвернувшись.       На губах Сакуры расплылась облегченная ухмылка оттого, что Учиха сдался. Вздохнув, она схватила его за руку и помогла подняться. Он выглядел устойчивее, держась за неё.        — Поверь мне… Гораздо лучше, когда тебе кто-то помогает, а не наблюдает за тем, как ты спотыкаешься и падаешь на каждом шагу, сбивая всех подряд, — тихо сказала девушка, соединяя их руки.        — Ты могла бы не выставлять меня идиотом, — пробормотал он, склонив голову в смирении.        — Как еще я могла донести до тебя здравый смысл? — ответила она с усмешкой, осторожно ведя его из клумбы по направлению к разветвляющейся дороге. — Осторожно, впереди живая изгородь.       Он аккуратно переступил через нее после того, как это сделала девушка, опираясь на её руку для поддержки. Белый больничный халат был весь в грязи, а несколько веток попали в волосы Саске, да и повязка на его голове выглядела ничуть не лучше.        — Давай вернемся внутрь и ты приведешь себя в порядок, — сказала Сакура, стараясь не смеяться над его внешним видом. — Возможно, свежий воздух был слишком приятен для тебя.

***

      Саске сидел на кровати в своей палате, размышляя, как же он все-таки оказался в такой ситуации. Он вернулся в палату и сел на кровать скрестив ноги, его левая рука была протянута к Сакуре, которая сидела рядом с ним, и вытирала грязь мокрым полотенцем. Он поставил локоть на колено и опёрся подбородком о ладонь. Саске ничего не оставалось, как смириться с данной процедурой.       Сакура любезно принесла ему ужасную больничную одежду, после чего сняла его повязку с головы, чтобы предотвратить попадание грязи в рану. Хотя он никогда этого не признает, но парень пожалел, что не послушал Сакуру с самого начала, и не принял её помощь вместо того, чтобы попасть в такое неловкие положения (хотя и убеждал себя, что это произошло по вине Харуно). Но что сделано, то сделано, и теперь стоило четко осознать, что без Сакуры он станет совсем беспомощен. Пусть эта перспектива ему никак не нравилась, но, если бы он оглянулся назад, то понял бы, что сделал лучший выбор, который только был в логове Орочимару. Учиха был жив и не стал сосудом старого змея. Пусть даже находиться в таком состоянии очень проблематично, он не сожалел о своём решении.        — Хорошо, закончила, — весело произнесла Сакура, вставая. — Теперь давай правую руку.       Он облокотился уже на левую руку, протянув правую девушке, и та начала осторожно протирать её тряпкой. Он незаметно вздохнул, радуясь, что в комнате больше не было никого, кто мог бы наблюдать за происходящим позором, ведь парень чувствовал себя неловко из-за своей беспомощности.       На самом деле, Саске немного сердился из-за того, что случилось ранее. Он выставил себя дураком на глазах у всех людей в больнице, спотыкаясь о вещи, о которых его могла бы предупредить Сакура, и совершенно игнорируя то, что она пыталась помочь ему с начала, перед тем, как они покинули комнату. Он крепко сжал челюсть и нахмурился.       — Поверни свою голову ко мне, Саске, — приказала Сакура, и он неохотно послушался.       Мокрая тряпка коснулась его лица, и Сакура начала аккуратно вытирала грязь с его четко очерченных скул. Он не мог понять её. Девушка сказала, что хотела помочь ему, но она позволила Учихе опозорить себя и, казалось, это доставило ей удовольствие. Внезапно юноша вздрогнул, так как тряпка оказалась очень близко к его глазам.       — Осторожнее! — раздраженно воскликнул он, отклоняясь назад в попытке защитить свои чувствительные глаза.       — Прости, но нужно это сделать. Иначе грязь попадёт в рану, — сказала она извиняющимся тоном.       Парень недовольно цокнул языком, но позволил снова коснуться его лица, терпя боль. Через несколько минут куноичи убрала тряпку и снова встала. Шаги затихли, когда парень услышал, как она промывает тряпку в раковине ванной комнаты, которая была расположена где-то в другом конце палаты.       Он отвернулся от неё, когда она вернулась. Учиха всё ещё злился из-за того, как она поступила с ним. За его спиной послушался вздох, а затем он почувствовал, как она начала вытягивать ветки и листья из его волос. Его плохое настроение максимально ухудшилось.        — Я хочу, чтобы ты перестал дуться, Саске, — сказала Сакура за его спиной. — Это так по-детски.       Парень услышал, что она отошла, а затем послышался шелест мешка для мусора, куда она выкинула листья и ветки. Потом неподалеку открылся шкаф и снова захлопнулся. Саске почувствовал, как Сакура приблизилась к нему, а через некоторое время на глаза легла марлевая повязка. Он терпеливо ждал, пока Сакура завяжет бинты перед тем, как лечь на кровать и свернуться в клубок.       — Почему ты позволила мне выставить себя дураком, Сакура? — спросил он, отворачиваясь от нее. — Я думал, ты хотела помочь мне.       — Я пыталась, но ты не позволял мне, — раздраженно произнесла она, и парень почувствовал, как угол матраса возле его ног прогнулся, потому что девушка села. — Ты настаивал, что сможешь «справиться со всем самостоятельно».       — Возможно, я слишком привык быть независимым, — он ненавидел произносить это вслух, чувствуя себя уязвлённым, хотя Сакура сама это осознавала.       — Я думаю, что это нелегко… — грустно пробормотала себе под нос куноичи. — Нет, то есть, я имею в виду… После всего произошедшего, должно быть, ужасно быть слепым. Но не было ничего, что ты мог бы сделать, не так ли? Так что это нет твоей вины в том, что ты в таком состоянии.       В этот момент Учиха вспомнил все причины, по которым ему не нравилась Сакура. Её ироничные, но правдивые слова пробудили в нем что-то. Она не могла понять его, она не знала ничего о том, через что он прошёл. Она пыталась общаться с ним даже невзирая на это. Так было всегда: Харуно была привязана к нему, соглашалась с ним во всем, сочувствовала ему, даже если она ничего не знала о ситуации. Она действительно вмешивалась слишком часто. Из всех куноичи в больнице, почему именно она помогала ему? Почему это не может быть кто-то другой? Почему должна быть Сакура? Почему Сакура?       Ощущение жжения распространилось по его шее возле места, где находилась Проклятая печать. Он чувствовал, как его гнев пробуждал силу, с которой его проклял Орочимару. Боль взяла верх над его эмоциями и набирала мощь, вырываясь из-под контроля.       Злость внезапно исчезла из-за дошедшего до него мрачного опасения. Его глаза расширились, несмотря на его неспособность видеть, и он почувствовал как распространялась печать по всему телу. Саске пытался сконцентрироваться и контролировать её, но попытка оказалась тщетной — он опять проиграл. Происходило что-то действительно странное. И такое однажды случалось: печать активировалась без его согласия. «Но почему?»— бился вопрос в голове Учихи. Паника охватила его.       В отчаянии Саске хлопнул по печати рукой, пускай он и понимал, что не сможет остановить силу, вырвавшуюся из-под контроля.       — Сакура! — он услышал свой голос, яростно выкрикивающий её имя, хотя он и не знал, что она сможет сделать для него. Учиха понимал только то, что если не возьмет контроль над печатью в скором времени, в конечном итоге он может убить её без своего желания. Кто знает, что деревня сделает с ним после этого? Сделка будет забытой, и он, скорее всего, будет казнен. Недопустимо.       Сакура вскочила и попыталась заставить его лечь, схватив за плечо.       — Саске! — в испуге зашептала девушка. — Нет, не используй эту печать! Саске, остановись!        — Я не могу… — прохрипел парень. Что-то яростное начало всплывать из темной глубины его сознания. Его пальцы стали сжиматься с внезапным желанием повредить что-то, уничтожить, в то время как сознание делало все возможное, чтобы противостоять этому порыву.       Наступила тишина. Он бился в агонии и где-то на периферии сознания пытался понять, что делала Сакура. Она перевела его в сидячее положение, и он почувствовал, как девушка наклонилась к его голове. Он еле сдерживал желание печати дотянуться до неё и задушить — она должна уйти, она может быть убита! Его попытки бороться скоро сведутся на нет… Почему она всё ещё была здесь?       — Прости, — прошептала Харуно.       Внезапная девушка резко ударила его сзади по шее. Вопреки серьезности ситуации, Саске усмехнулся, на фоне угасающего сознания осознавая иронию происходящего. Он точно так же отключил Сакуру когда покинул её три года назад. Затем темнота завладела им, и он потерял сознание.

***

       — Он что?! — воскликнула Цунаде, ударяя руками по столу и смотря на Шизуне, которая только что рассказала ей новости из больницы.       — Он каким-то образом активировал печать, — отвечала Шизуне, немного нервничая из-за исходящей злобы от Хокаге. — Сакура смогла вырубить его, но метки всё ещё горячие и пульсируют.       — Я должна была предвидеть это, ещё когда выводила его из комы… — пробурчала Цунаде.       — Цунаде-сама? — неуверенно произнесла Шизуне, не имея ни малейшего понятия о будущих действиях Хокаге.       — Шизуне! — громко воскликнула она и молодая женщина подпрыгнула. — Собери самых лучших элитных мед-нинзя, которые специализируются в наложении печатей и скажи, что я жду их в больнице. Теперь иди, быстро!       — Да! — воскликнула помощница и стремительно покинула кабинет.       Цунаде перепрыгнула через стол, выбежала вниз по лестнице, не теряя ни минуты. Люди быстро отбегали, стараясь не попадаться под ноги Хокаге, пока она торопливо спешила по улице. У главного входа она чуть не столкнулась с людьми, но тут же вошла внутрь и побежала к лестнице. Пятая остановилась у палаты с табличкой«221» и резко отворила дверь.       Сакура сидела на краю кровати, держа руку Саске в своей, и выглядела как-то обеспокоенно и бледно. Печати на Учихе распространились по всему телу, заставляя его тело биться крупной дрожью и громко дышать, словно у него был жар. Пятая подошла к нему, и Сакура сразу же облегченно улыбнулась, вытирая слёзы.       — Идём со мной, — сказала Цунаде, и Харуно решила не задавать вопросов.       Цунаде подняла бессознательного парня и перекинула его через свое плечо, будто мешок картошки, она проигнорировала шокированный взгляд Сакуры и лишь безмолвно приказала ей следовать за собой. Покидая помещение быстрым шагом, Сакура догнала свою учительницу, заламывая от волнения руки.       — Цунаде-сама… — начала Сакура, но Цунаде прервала её.       — Что случилось, Сакура? — спросила она, когда они зашли в лифт и двери закрылись за ними.       — О, Цунаде-сама, — Сакура простонала, закрывая свое лицо руками. — Мне кажется, что это была моя вина!       — Как так?       — Саске всё время говорил мне о том, «что справится со всем сам»… Поэтому я позволила ему, и… В общем, это ему не помогло ни капли. Он падал, спотыкался, натыкался на что-нибудь, прежде чем принять мою помощь. Может быть, я поставила его в затруднительное положение, и после этого метка начала?..       — Нет, — твердо ответила Цунаде и на ее лице появилась улыбка, несмотря на сложившуюся ситуацию. — Чье-то пострадавшее достоинство никогда никому не повредит, и оно точно не вызывает Проклятую печать. Интересное метод, Сакура, слегка забавный.       Цунаде вышла из лифта как только раскрылись двери, быстро вышагивая по коридору, что предназначался для запечатывания печатей и остальных, повреждений, вызванных дзютсу.       — Значит, это была моя… — отчаянно начала Сакура, но была снова перебита.       — Как он отреагировал на активирование печати? — спросила Пятая, резко открывая двери в комнату. Там никого не оказалось, и женщну злило то, что Шизуне опаздывает.       — Он казался обеспокоенным. Нет, напуганным, — задумчиво произнесла Сакура, сжимая в своих руках платок, который дала ей Хокаге.       — Именно, — ответила Цунаде, укладывая Саске по центру пустой комнаты. — Он не ожидал того, что она среагирует, и отчаянно пытался контролировать её. Ты сделала правильно, что вырубила его. Кто знает, что случилось бы, если бы ты поступила иначе.       — Что вы будете делать? — спросила Сакура, которая, судя по всему, только заметила комнату.       Прикусывая свой большой палец, Цунаде выдавила немного крови и начала писать слова запечатывания, которые сформировали пентаграмму.       — Несколько медицинских ниндзя и я наложим сложное запечатывающее дзютсу на эту печать, такую, которая послужит постоянным связывающим дзютсу, — Цунаде ответила, одновременно с тем как что-то быстро писала, её движения были четкими в процессе проведения её большого пальца по полу. — Это последний раз, когда Саске был как-либо связан с Орочимару — он больше никогда не сможет воспользоваться силой этой печати вновь.