Слепой

      Сакура открыла дверь, ведущую в палату Саске, и поприветствовала его с улыбкой, видеть которую он попросту не мог. Его уже помыли и привели в порядок, о чем говорили чистая больничная одежда, его мокрые волосы и поднос с остатками еды, который находился на его коленях. Сам же Саске держал миску, прощупывая дно с палочками для еды в исследующей манере, отодвигая в сторону не понравившуюся ему еду, и прощупывая, осталось ли что-то хорошее. Сакура наблюдала за его поведением с интересом. Значит, он уже использовал похожие техники с вещами вокруг, и если он сам продолжит тренироваться, то реабилитация пройдет не так тяжело.       — Извини, что заставила тебя ждать, — весело сказала она, подходя к нему и укладывая свою сумку с книгами на тумбочку. — Я вижу, что тебе принесли немного еды — это хорошо. Ты поспал хоть немного, пока меня не было?       — Немного, — рассеянно ответил тот, поставив миску с палочками для еды вниз. — Где ты была?       — Просто хотела захватить несколько вещей, вот и всё, — ответила Сакура радостно, не желая рассказывать ему, что она рылась в вещах у него дома. — Я так же кое-что тебе принесла. Ты закончил есть?       — Да.       Сакура взяла поднос с его колен и вынесла в коридор, оставив его на столике снаружи — медсестра должна будет забрать его немного позже. Вернувшись, она закрыла за собой дверь и снова подошла к Учихе. Она открыла сумку и достала из неё одежду, которую принесла из дома парня.       — Я знаю, что здешняя одежда ужасна, и от нее все тело чешется, поэтому принесла тебе другую, подумала, что в ней поудобнее будет, — сказала она ему, оставляя комплект на его коленях. — Не знаю, чья это одежда. Может быть, твоего отца. Ведь твоя осталась того же размера, что ты носил перед уходом из Конохи. Но, в любом случае, она похожего стиля, что и у тебя.       Саске ничего не сказал, просто положив руки на сложенную одежду. Коснувшись ткани руками, он очертил пальцами герб клана Учиха. Лицо по прежнему было спокойным, Сакура не знала о чем тот думает, даже увидеть толком эмоцию на лице не удалось из-за повязки.       — Я выйду из комнаты, чтобы ты смог переодеться, — удовлетворенно сказала она, подходя к противоположной стороне его кровати и задергивая шторы. — Просто позови меня, когда закончишь.       Сакура закрыла за собой дверь палаты и стала терпеливо ждать. Сегодня коридоры были непривычно тихими, хотя несколько лет назад здесь обычно стоял гомон. Коноха оправилась после неожиданной атаки Орочимару, и больше не было причины подвергать риску отряды ниндзя и отправлять их на опасные миссии, которые тогда зачастую заканчивались печально. Но за этот год при исполнении погиб лишь один ниндзя. Хаос растаял, и в больнице стало так же спокойно, как и должно быть. Отсутствие Наруто тоже способствовало этому.       — Сакура, — донесся голос из палаты.       Улыбаясь, она вновь вошла внутрь, закрывая дверь за собой. Она посмотрела в сторону Саске, который, по видимому, переоделся в одежду без проблем, однако — Сакура приложила ладонь к своим приподнятым в улыбке губам, чтобы сдержать свой смешок. Когда волна эмоций прошла, она опустила свою руку и прочистила свое горло, откашлянувшись.       — Саске, ты надел футболку задом наперед, — сказала она как можно вежливее, и при этом ей удалось сдержать удивленные нотки в голосе.       Учиха что-то проворчал и засунул руки внутрь футболки. После несколькосекундной «борьбы», ему удалось повернуть футболку вокруг шеи, чтобы потом вновь засунуть руки внутрь рукавов. Он сидел напряженный, будто не случилось ничего необычного и Сакура искренне удивлялась его гордому поведению.       Подходя к краю кровати, Сакура подняла отброшенную больничную рубашку.       — Прощупай этикетку внутри воротника, так легче найти зад и перед.       В ответ тот снова коротко проворчал, и Сакура не смогла не улыбнуться самой себе. Она знала, что он был смущен — краснота на задней стороне его шеи говорила сама за себя — поэтому она решила больше не говорить ничего на эту тему, решая не наступать на уже раненное эго Саске. После того, как она кинула больничную рубашку в прачечное ведро, она подошла и села на краю кровати, сбрасывая обувь. Залезая с ногами на кровать, девушка села по-турецки перед Саске.       — Я начну, — сказала она, собираясь потянуться и развязать бинты, но Саске дотянулся до повязки быстрее ее и потянул за концы узла.       Он развязал повязку, узел которой находился на его затылке, и позволил ей развязаться полностью до того, как подобрать и положить на свои колени. Он решил оставить её там на данный момент, щупая ткань своими пальцами перед тем, как передать сидящему перед ним медику свою повязку. Аккуратно взяв, куноичи сложила её, в то время как руки парня вернулись на его колени, и он продолжил сидеть молча. Это действие было чем-то психологическим, насколько она знала Учиха снял повязку для того, чтобы иметь хоть какую-то независимость, и она знала, что он, скорее всего, нуждался в этом.       — Ну, что же, — радостно произнесла она, укладывая повязку возле себя. — Начнем.       — Подожди.       Сакура остановилась, опуская руки во второй раз, её лицо приобрело немного взволнованное выражение.       — Что такое?       Какое-то время Саске ничего не говорил, и лишь повернул свою голову в сторону пола. Он облизал свои губы и сделал глубокий вздох, выдыхая секундой позже. За этим последовала очередная короткая пауза, перед тем, как он сказал то, что хотел.       — Извини меня, — прошептал еле слышно.       Харуно моргнула, настолько удивленная, что даже «внутренняя Сакура» остановилась, чтобы поглазеть. Она услышала всё правильно? Учиха Саске только что извинился? Тонкие брови нахмурились от волнения, Саске, которого она знала, редко извинялся за что-либо, даже если знал, что был неправ.       — За что? — сказала она тихо, зная, что звучит потерянно.       — За то, что случилось вчера… С проклятой печатью… Это не должно было произойти, — ответил он, все ещё не поворачиваясь в её сторону.       Это было большим шагом для гордого Учихи, и Сакура могла с уверенностью сказать, что ему было тяжело произнести эти слова. Она почувствовала, как сочувствие заполняет её, когда посмотрела на юношу с его смиренно отвернутой головой и крепко сжатыми губами.       — Я не смог контролировать её, — заявил он угрюмо и, после короткой паузы, — Извини меня.       На мгновения, Сакуре захотелось потянуться и схватить его руку, но она решила не делать этого, зная, что это было бы слишком на данный момент. Он всё ещё не доверял ей полностью, и она не хотела разрушить это хрупкое взаимоотношение, которое они уже достигли. Она грустно улыбнулась самой себе и удержала руки на своих коленях.       — Это не твоя вина, — ответила она, мягко качая головой из стороны в сторону. — Это была частично и моя вина. Я, вроде как, спровоцировала печать.       Учиха продолжил удерживать свое лицо по направлению к полу и, после очередной долгой паузы, заговорил снова:       — Я никогда не собирался использовать её в будущем, — сказал он ей тихим, тем не менее твердым и решительным голосом. — Кроме одного раза. Я считал, что смогу воспользоваться ею, чтобы как-то проигнорировать слепоту и убить Итачи.       Выражение его лица сказало ей, что он не хочет говорить на эту тему, но он всё же рассказал ей об этом вопреки своему желанию. Было ли это его жестом доверия, в ответ на её доверие, или ему было просто необходимо поговорить с кем-то на эту тему — Сакура не знала. Она посмотрела налево и заметила, что дощечка на краю кровати изменилась в форме, будто была придавлена чьей-то рукой — и Сакура точно знала, чья рука сделала это.       — Саске, лишь потому, что ты — слепой — не значит, что нужно отказаться от жизни шиноби, — мягко сказала она ему. — Пускай я и была приставлена к тебе лишь для того, чтобы помочь встать на ноги, дабы ты мог жить самостоятельно, но на самом деле это ты решаешь, когда пожелаешь моего ухода. Если ты хочешь, чтобы я помогла тебе вернуть твои боевые способности и стать шиноби, всё, что тебе нужно сделать — это попросить. И я знаю, что есть и другие, кто захочет помочь тебе выучить приемы, которыми я не владею. А раз уж дело касается Наруто и меня, ты всё ещё являешься жителем деревни, и всегда им будешь.       Она позволила тишине продлиться немного дольше, чтобы он смог переварить её слова и немного над ними поразмышлять.       — Я бы хотела начать лечение, если ты не против, — сказала она осторожно. — Я восстановила довольно много чакры со вчерашнего дня, поэтому я могу продлить лечение, если ты хочешь.       — Хм, — ответил он, поворачивая свою голову в сторону медика и открывая глаза. Она знала, что он всё ещё думал о сказанных ею словах, и нежно положила пальцы на точки чакры, не желая прерывать его размышления.       — Просто расслабься, — сказала она ему, собирая чакру. — Ты же не хочешь терпеть очередные боли в спине.        Закрывая свои глаза, она сфокусировала чакру и послала её сквозь свои пальцы, продолжая вчерашнее лечение и бережно заживляя нанесённое ранение.

***

      Слова Сакуры тронули что-то внутри него, заставляя его чувствовать себя недостойным ее преданности и убежденности помочь ему. Его реакция на потерю проклятой печати была эгоистичной и неблагодарной, теперь когда он думал об этом, хотя и знал, что скорее умрет, чем признается в этом.       Он сжал свою челюсть, когда вспомнил сказанные ему когда-то слова Какаши: «Твоя зависимость от проклятой печати не позволит тебе стать сильнее в будущем».       Саске задумался над этим, но, наверное, было поздно. Ему не стоило позволять активироваться проклятой печати, ведь он мог убить Сакуру, и кто знает, чтобы было бы потом. И ему не следовало злиться на неё, чтобы не произошло… Потеря проклятой печати была полностью его виной и он совершенно не винил Сакуру за то, что случилось — именно поэтому он попросил покинуть его палату немного раньше, так как не хотел выносит свой гнев на ней.       Он подумал об измененном крае кровати, где он и выместил свой гнев. Его собственная некомпетентность стоила ему силы, которую он собирал годами, и которая теперь так легко исчезла. Если бы он не был столь наивным, думая, что Орочимару даст ему силу, или столь инфальтильным, считая, что всё ещё превосходил способности Наруто, он, возможно, никогда бы не оказался в ситуации, где пропало его зрение. Он мог стать сильнее без Орочимару — всё, что ему следовало сделать, это попросить о помощи.       Ему не следовало отказываться от её помощи.       Воспоминание всплыло в его голове — Какаши, учивший их фокусировать чакру для того, чтобы взбираться по деревьям без использования своих рук. Наруто попросил Сакуру помочь ему, надеясь, что получит несколько хороших советов. Лишь спустя множество ран и болезненных падений, он недовольно поинтересовался у Наруто, что же сказала ему Сакура, и получил лишь безумную улыбку со стороны Наруто, который отказался говорить ему что-либо.       Если ты хочешь, чтобы я помогла тебе вернуть твои боевые способности и стать шиноби, все, что тебе нужно сделать — это попросить.       Ему следовало лишь попросить. Вот и все — это было так легко, но почему же это было так тяжело в то же время? Тогда, он должен был попросить помощи у Сакуры, и ему бы не пришлось иметь дело со злорадством Наруто и, скорее всего, забрался бы на верхушку дерева быстрее.       И пускай у нее было больше ни проклятой печати, ни Шарингана, он просто должен стать сильным, снова — он все ещё должен отомстить за свой клан. Даже если это означает прожить свою жизнь в таком состоянии — он сделает это.       Самым немыслимым способом. — «Я уничтожу тебя, Итачи»— яростно подумал Учиха, нахмурив лоб и изгоняя голос Итачи из своей головы. — «Но я сделаю это по-своему.»       — Что-то не так? — спросила Сакура и Саске понял, что она, должно быть, увидела его нахмуренный лоб.       — Нет, — коротко ответил он. Через мгновение, он неохотно добавил, — Я хочу, чтобы ты помогла мне продолжить быть шиноби.       Он не видел её улыбки, но все же знал, что девушка улыбается.       — Хорошо, — было её ответом, и он услышал тепло в её голосе, что заставило его до какой-то степени расслабиться. Где-то внутри, он волновался, что она откажет ему.       — Спасибо, — пробормотал он еле слышно, считая себя недостойным её помощи.       — Не волнуйся об этом.       Оба замолчали, и Саске решил, что так даже лучше: Сакура сможет сконцентрироваться на лечении. Её пальцы были теплыми на его лице, когда чакра протекала через них, залечивая его глаза. Ощущение было странным — во время заживления раны было щекотливое ощущение, но не до степени, когда ему захотелось бы почесать глаза, чтобы избавиться от ощущения. Это было довольно приятным чувством и течение чакры заставило его разум будто растечься лужей, странное ощущение безмятежности на краях его сознания заставляло его расслабиться.        Его подозрительная натура и скептицизм днем ранее подавила эффект течения чакры, но теперь оно словно укрывало его покрывалом и он больше не был столь внимательным, как раньше. Он почувствовал желание положить свои руки поверх рук Сакуры, чтобы та не убирала их — чтобы не забирала эти ощущения. Он не мог вспомнить последний раз, когда чувствовал себя настолько умиротворенно, как сейчас.       Ему показалось, что Сакура убрала свои руки с его лица слишком скоро, при этом забрав с собой нежный поток чакры. Щекочущее ощущение пропало и тупая боль вернулась к его глазам, но не настолько интенсивная, какая была ещё до лечения. Его привязанность к ощущению чакры начала пропадать и он удивился, начиная прокручивать в голове его мысли лишь несколько минут назад. Он не должен был позволить его разуму расслабиться так сильно.       — Я лечила тебя уже немного больше часа, — тихо сказала Сакура, не сдвигаясь с конца кровати — действительно прошел час? Казалось, прошло лишь несколько минут. — Как ты себя чувствуешь?       — Лучше, — ответил юноша, закрывая свои глаза.       — Я думаю, что через несколько таких сеансов тебя выпишут из больницы, — добродушно заметила она, но звуча немного сонно. — Цунаде-сама сказала, что она пришлет кого-то поговорить с тобой о твоих сведениях об Орочимару. Человек должен прийти сюда через полчаса или около того. Ты должен поспать немного перед его приходом.       Он молча кивнул.       После того, как вы закончите, я приду назад и мы прогуляемся снаружи, — сказала она, двигаясь на краю кровати. Вес с кровати пропал, когда она встала, — и когда мы вернемся в палату, я попробую кое-что новое.       Он услышал, как она подбирает свои вещи с тумбочки.       — Сакура? — Саске повернул голову в её сторону и опешил, когда она стала заботливо оборачивать бинт вокруг его глаз.       — Да, Саске? — ласково спросила она, сделав узел на затылке.       — Я доверяю тебе.       Последовала пауза и она взяла его руку в свою. Девушка пробежалась большим пальцем по тыльной стороне его ладони и подняла её, гладя костяшки пальцев.       — Я рада.       Почему ты только что взяла мою руку подобным образом? — спросил он, не понимая её действия и чувствуя себя немного подозрительно.       — Это — часть того, что мы начнем этим вечером, — ответила она. — Узнавание по прикосновению. Это также означает, что я тоже доверяю тебе, Саске.       Она отпустила его руку, которую парень тут же положил обратно на колени.       — Ты прошел через многое, — сказала она ему, звуча сочувствующе. — Ты должен отдохнуть.       — Мх.        Её шаги были тихими и дверь скрипнула, открывшись.       — Я увижу тебя ещё этим вечером, — жизнерадостно сказала она перед тем, как закрыть за собой дверь.

***

      — Что?! — воскликнул Наруто, неверяще тыкая пальцем в Какаши. — Вы наконец-то получили немного свободного от миссий времени, и говорите мне, что слишком заняты, чтобы тренировать меня?!       — Ну-ну, Наруто, — лениво произнес Какаши, идущий вниз по улице, в то же время уткнувшись носом в знакомую книжку. — Ты слишком остро реагируешь.       — Ну, эро-саннин — по его словам, в очередной раз расследует поведение организации Акацуки, но не похоже, что там вообще есть новая информация. Спорю, что он, скорее всего, флиртует со всеми местными девушками, делая «исследования» для своей новой книжки из вашей любимой серии! Но, самое главное, он не здесь, чтобы тренировать меня! — пожаловался Наруто, откидывая камень на дороге. — То, что он делает, кажется тратой времени…       — Он занят важным делом, Наруто, — рассеянно сказал Какаши.       — Именно поэтому вы должны тренировать меня, Какаши-сенсей! — бойко воскликнул Наруто. — В любом случае, вы уже задолжали мне несколько тренировок. Первый раз, когда мы проходили экзамен на чунина, вы ушли и начали тренировать Саске! Теперь моя очередь. Вы должны научить меня этой технике чидори, знаете ли.       — Хокаге дала мне очень важную миссию, Наруто, — ответил Какаши, опускаю свою книгу, чтобы посмотреть на часы. — И я уже опаздываю.       — Важная миссия? — глаза Узумаки воспылали и Хатаке посмотрел на небеса, понимая, что сказал самые опасные для Наруто слова: «важная» и «миссия». — Так где же она? Я тоже пойду! Я смогу выполнить её лучше любого другого!       — Нет, нет, Наруто, — сказал Какаши, нервно потея и махая рукой перед лицом, дабы отогнать своего старого ученика. — Я уверен, что больница оценит, если я выполню эту миссию в одиночку.       — Что?! — воскликнул Наруто, что заставило его сенсея чувствовать себя маленьким и незаметным в сравнении. — Так вы идете в госпиталь? Вы собираетесь увидеть Саске, не так ли?       Какаши остановился и моргнул, удивляясь, как тот вообще узнал о Саске. Он решил не задумываться об этом, и подумал, что будет лучше, если он все же попытается поскорее отвязаться от надоедливого блондина.       Со стороны мальчика-лиса послышался тяжелый и разочарованный вздох.       — Знаете, сенсей, вы не должны больше выбирать любимчиков.       — Я потренирую тебя позже, Наруто, — легкодушно пообещал Какаши перед тем, как внезапно исчезнуть из виду, быстро направляясь в больницу до того, как Наруто осознает его пропажу.       Через несколько мгновение послышался громкий вопль со стороны, где они встретились:       — А ну вернитесь обратно, Какаши-сенсей! Я ещё не закончил говорить с вами… Эй!       Хатаке лениво улыбнулся под маской — некоторые вещи никогда не меняются.

***

      На улице было раннее утро, а солнце было ярче обычного. Все были снаружи и наслаждались днем, пользуясь хорошей погодой по полной, вот только Шикамару не наслаждался погодой. Он обходил город в поисках Чоджи и Наруто, что, на данный момент, ему ещё не удалось — кроме того факта, что поиски были проблематичными сами по себе, одна назойливая блондинка всё ещё следовала за ним, превосходя в этом его собственную тень.       Он почти полностью игнорировал её, пока заходил в различные рестораны, еду в которых часто хвалил Чоджи, и остальные кафешки, но пока что не нашел их; ни один из парней не был ни одном из заведений. Оставалось лишь одно место, и если они не были там, Шикамару больше не имел ни малейшей идеи, где искать их. Закатывая глаза и поглядывая на небо, на котором, к сожалению, не было ни облачка, он помолился, чтобы Наруто оказался в последнем месте, и он мог, наконец, избавиться от Ино.        После того, как он прошелся ещё немного по главной дороге, игнорируя постоянное болтание со стороны Ино и её сплетни, он облегченно выдохнул, узнавая заднюю часть оранжевого спортивного костюма, который, конечно же, принадлежал Наруто; парень занимал место в его любимой забегаловке с раменом — Ичираку. Он также увидел спину Чоджи, хотя её было сложнее заметить из-за горы грязной посуды вокруг него. Но он не ошибся; он нашел их обоих и — как удачно, в одном месте. День стал казаться немного лучше.       — Там Наруто! — радостно воскликнула Ино, увидев парня, и потащила Шикамару за собой, будто он сам не собирался подойти к парням.       — Наруто! — крикнула она, напевая. — Я искала тебя повсюду.        Поднимая свои глаза в сторону неба, Шикамару покинул девушку и сел рядом с Чоджи, пока Ино продолжила разговаривать с Наруто. Тот, казалось, и не замечал её присутствия, что заставило голос Яманаки становиться менее сахарным с каждым новым словом.       Что с ней такое? — спросил Чоджи, поглощая рамен без каких-либо манер, что заставило бы любого учителя этикета потерять сознание.       — Сакура вела себя очень странно в последнее время, поэтому Ино потащила меня с собой по всему городу, преследуя её, чтобы мы смогли узнать, что же она собирается делать, — ответил Шикамару, откидываясь назад на стойку. — Женщины могут быть такими проблематичными!       — Да что ты говоришь! — внезапно согласился Наруто, смотря в сторону Шикамару и серьезно кивая. — Сакура — самая проблематичная из них всех!       Ино, которая, казалось, собиралась взорваться из-за игнорирования со стороны Наруто всё это время, внезапно забыла о своей злости и наклонилась над Наруто, смотря на него с крайней сосредоточенностью и коварными нечестивыми глазами.       — Правда? — сказала она, звуча настолько ошеломленной, что было очевидно, что девушка притворялась. — Почему? Что сделала Сакура?        Шикамару закатил свои глаза в ответ на постоянную надобность посплетничать со стороны его напарницы, но всё же повернулся к Наруто с легкой заинтересованностью, ведь ему самому было любопытно.       — Ну, сегодня я пошел в больницу, чтобы… Эээ… поговорить с кое-кем, кто действительно нуждался в этом, но Сакура не позволила мне, — надулся Наруто, скучающе махая ногами назад и вперед. — Сказала, что он был её пациентом и я не мог беспокоить его. Этот парень никогда не позволял каким-либо ранениям останавливать его, так почему я не могу увидеть его сейчас? Наверное, я всё-таки должен был пробраться внутрь.       — Кого ты пытался навестить? — спросил Чоджи, пока Шикамару положил щеку на ладонь.       — Не могу сказать тебе! — гордо воскликнул Наруто. — Цунаде-бааа-сан заставила меня пообещать ей, что я никому не расскажу о возвращении Саске!       За этим последовала шокированная тишина, пока все пытались понять, выдал ли Наруто большой секрет или просто придумал это. То, как он выдал информацию, было таким большим клише, что, казалось, никто не сумеет выдать секрет в такой манере. Но, зная, что дело касалось Наруто… все трое из них заключили, что он выдал правду — ненароком.       — Что?! — закричала Ино настолько громко, что Наруто пришлось закрыть его уши. Она выглядела, как голубоглазая демонесса, которая только что выбралась из глубин Ада. Шикамару наблюдал за происходящим, быстро потея. — Саске вернулся в Коноху и он является пациентом Сакуры?!       — Эээ? — Наруто посмотрел на нее и моргнул несколько раз, сбитый с толку. — Если уже знала, нужно было сказать.       Перекати-поле пролетело где-то снаружи магазина с резким порывом ветра, и последовала неловкая пауза, разве что перебитая рычанием Ино.       — Почему эта маленькая… — Ино быстро повернулась к ним спиной и направилась в сторону госпиталя, демоническая аура так и продолжала пульсировать вокруг неё. — Ну, конечно! Как будто я позволю Саске быть её пациентом!       — Разве ты не остановишь ее? — сказал Чоджи, вопросительно поворачиваясь в сторону Шикамару, когда Ино проворчала что-то и исчезла, её кулаки то сжимались, то разжимались. Нара мог поклясться, что её ногти резко стали длинными и острыми.       — Ино сейчас на тропе войны, — пожал плечами тот. — Попробовать остановить её будет уж слишком проблематично.       — Не говоря уж о том, что опасно, — улыбнулся Чоджи перед заказом очередного рамена.       Шикамару пристально смотрел за блондинкой ещё мгновение — он не знал, что это было, но, не смотря на то, что она была абсолютно невыносимой, в ней было что-то, что позволяло ему терпеть её. Это было странным чувством… Внезапно по небу пролетело облако, и любые мысли, которые окутывали разум Шикамару до этого, вскоре стали лишь помехой.       — Итак, если хотите узнать, кто ещё ужасно проблематичный, — Наруто болтал по другую сторону от Чоджи. — То даже не спрашивайте меня о Какаши-сенсее.

***

      — Тч, — тихо буркнул Саске, когда дверь наконец-то открылась и прибыл тот, кому доверили этот допрос.       Человек, который зашел в его палату, опоздал — очень сильно опоздал, как говорили ему его внутренние часы, а настроение Саске было далеко от приподнятого. Из-за запоздалости этого человека, он сильно проголодался и раздражался всё больше и больше с каждой минутой.       — Какаши, — сказал он, руки за головой, даже не пытаясь замаскировать его недовольство от того, что его заставили ждать.       — Неплохо, — послышался знакомый расслабленный и веселый голос, — Сакура проделала прекрасную работу в реабилитации, если ты можешь узнать человека до того, как он произнес хоть слово!       Саске заметил, что усмехается, хотя и против воли.       — Нет… только ты можешь опоздать на полчаса для чего-то вроде этого.       — Всего лишь полчаса? — Хатаке казался удивленным и Учиха смог представить своего старого сенсея с вздернутой бровью. — Я думал, что опаздываю на час, как минимум. Хммм. Цунаде-сама, должно быть, снова назначила неправильное время. Честно говоря, она должна научиться лучше следить за временем.       Под бинтами, Саске закатил свои глаза в ответ на заявление учителя. Он моргнул несколько раз, чтобы избавиться от легкого раздражения, вызванного этим. Он начал оставлять свои глаза открытыми на протяжении дня; это казалось более естественно — пускай он ничего не видел.       — Похоже, ты хорошо оправился с того момента, как я видел тебя в последний раз, — весело продолжил Какаши, забывая о способностях Сенджу следить за временем. — Не знаю, сказал ли тебе кто-то, но я состоял в команде, которая нашла тебя в лесу. Ты оказался невероятным счастливчиком — мы почти что решили, что ты мертв. Мы очень волновались о тебе.       Саске не мог припомнить ничего такого, ведь его последним четким воспоминанием было вишневое дерево, поэтому его ответ был кратким:       — Я уверен в этом.       — Сакура очень сильно потрудилась, чтобы ты остался жив, когда тебя принесли сюда. Ирония в том, что она даже не знала, что это был ты! — веселый говор Какаши продолжился. — Я слышал, что она была крайне шокирована, когда ей сообщили об этом…       — Пока что людям не было разрешено просто приходить сюда, чтобы навестить меня, — прервал его Саске, желая поскорее закончить с допросом. — Я предполагаю, что у тебя есть причина, чтобы быть здесь?       — Ах, да, — задумчиво сказал Какаши. — Я почти забыл.        Послышалось какое-то шуршание, за чем последовал звук открывающегося свитка. Какаши прочистил своё горло, будто он готовился читать большой кусок текста из свитка.       — Учиха Саске, ты задержан за преступления, совершенные против Конохи… — Какаши внезапно остановился и продолжил после паузы. — Давай пропустим все эти шутки. Итак, первый вопрос — где находится база Орочимару?       Первый вопрос был так же первым, на который он не мог ответить. Саске вздохнул, казалось, утро будет очень долгим.