Слепой

      — Что? — Наруто с любопытством посмотрел на Сакуру, рамен едва ли не свисал у него изо рта в неуклюжей манере. — Саске хочет меня видеть?       Нетерпеливо скрестив руки на груди, девушка с волосами цвета лепестков раздраженно вздохнула:       — Да, Наруто, Саске хочет тебя видеть.       Сбитый с толку, Узумаки встал из-за стола, прихлебывая лапшу и оставляя недоеденную миску позади.       — «Конечно, найти его было легко», — отмечала про себя Сакура. — «Он практически жил в Ичираку, когда же он тогда тренировался?»       — Ну же, — нетерпеливо сказала Харуно, доставая маленький кошелек и даже расплачиваясь за еду своего товарища по команде. — Не будем заставлять его ждать!       — Подожди! — внезапно воскликнул шиноби, и девушка нетерпеливо закатила глаза, повернувшись к нему лицом.       — В чем дело, Наруто? — она раздраженно вздохнула. — Если бы это заняло слишком много времени, то процедура исцеления будет перенесена на другое время, и весь график был бы нарушен.       Не помогало и то, что в данный момент она была в особенно угрюмом настроении, только что покинув свой дом. Она, как и велела ей мать, проснулась рано, чтобы проводить отца на вторую часть его продолжительной миссии, и нет нужды говорить, что он вступил с ней в суровый разговор. Привыкнув годами спорить с папой, она знала, что бы он ей ни говорил, она не станет его слушать, а он знал, что бы он ни делал, он не сможет повлиять на родную дочь. Удивительно, почему они вообще спорили, зная, что результат не изменится — её мать утверждала, что это был своего рода спорт между ними. Но несмотря на то, что спор был «всего лишь спортом», она всё ещё ворчала на отца за то, что он был таким, ну неразумным!       — Мне нужно кое-что купить для Саске, — сказал Узумаки, вскакивая и даже не поблагодарив её за то, что она заплатила за его еду. — Это займет всего минуту, Сакура-чан. Мне просто нужно ненадолго зайти к себе домой.       — Только на мгновение? — с сомнением спросила та.       — Да! — воскликнул он. — Даттебайо!       — Хорошо, хорошо, я подожду тебя здесь, — сказала она с покорным вздохом. — Только поторопись.       Даже ничего не ответив подруге, Наруто помчался вниз по дороге с такой скоростью, что можно было подумать, что он был лишь оранжевым пятном краски, которое мелькнуло на стене магазина всего на секунду.

***

      — Я не могу поверить, что Саске так долго ждал встречи со мной! Это не похоже на него — боится или что-то в этом роде — если только он не слышал, каким сильным я стал, он просто не знает, что его ждет. Двери лифта закрылись, и Сакура просунула свою карточку-ключ в щель, слушая болтовню Наруто. Он говорил совсем немного, жалуясь на Саске и на то, что его нужно было увидеть гораздо раньше. Учитывая все обстоятельства, Харуно была даже рада, что Наруто не смог пройти мимо неё на днях. Он, казалось, забыл все упоминания о травмах Саске и болтал о его состоянии, как будто он получил какую-то царапину на миссии самого низкого уровня.       — Наруто, — сказала Сакура через мгновение, прерывая монолог друга. — Есть кое-что, что тебе нужно знать. О Саске.       Повернув к ней голову, он с любопытством посмотрел в ответ своими голубыми глазами, явно обеспокоенный внезапно появившейся на девичьем лице подавленностью.       — Вчера я не сказала тебе, что случилось с Саске, — начала куноичи, не зная, как правильно сформулировать свои слова. — Ну, я поговорила с ним, и он попросил о встрече с тобой, но он хочет, чтобы ты знал, что с ним случилось, прежде чем вы увидитесь… Теперь у меня есть разрешение от моего пациента рассказать о его состоянии — это была фактически просьба. И я думаю, что ему было очень трудно попросить меня рассказать о таком.       Наруто уставился на неё на мгновение, всё ещё выглядя смущенным её торжественной манерой: — Что случилось, Сакура-чан?       — Саске слеп, — сказала она через мгновение. — Когда ты войдешь в эту комнату, это сразу же станет очевидным.       — Слепой? Как? — джинчурики начал нерешительным. Казалось, он находил эту новость почти непонятной.       — То есть он ничего не видит, его зрение исчезло, и он, вероятно, никогда больше ни на что не посмотрит, — заявила она так резко, что Наруто на некоторое время замолчал от шока.       Она думала, что справилась с ситуацией Саске, что это больше не имеет значения, что единственное, что она может сделать, это просто помогать ему, хотя её сердце говорило обратное, и сочувствие к Учихе, казалось, разрывало её душу надвое.       Слегка сжав кулаки в отчаянии, Сакура снова и снова проклинала себя — может быть, если бы она остановила его от ухода из Конохи, может быть, если бы она могла помочь ему тогда.       — Пожалуйста, Наруто, — тихо прошептала она. — Ты знаешь Саске так же хорошо, как и я, и ты знаешь, что он, вероятно, немного раздражен своим нынешним состоянием. Пожалуйста, веди себя нормально и не жалей его, потому что я знаю, что это только разозлит его и Саске просто возненавидит своё положение, в котором оказался. Я этого не хочу.       Блондин повернул голову и посмотрел в пол с мрачным выражением лица, его рука покоилась в кармане оранжевого комбинезона, где бережно хранился подарок для Саске. Ни один из них больше ничего не сказал, когда двери лифта открылись на пятом этаже. Выйдя, Сакура провела Наруто на короткое расстояние до палаты Учихи, осторожно остановившись перед дверью. Сделав глубокий вдох и медленно выдохнув, она заставила свою печаль рассеяться — это был недостаток самообладания с её стороны, и она твердо напомнила себе, что слезы и печаль никак не помогут.       Открыв дверь, она вошла с улыбкой на лице, хотя, вероятно, ей не стоило об этом беспокоиться. Кровать Саске была немного приподнята, поэтому он сидел в полулежачем положении, когда они вошли. Лучи угасающего рассвета падали на него, слегка очерчивая его силуэт на фоне окна. Повязка вокруг его головы была чистой, и брюнет уже принял душ и переоделся в свою одежду — эмблема клана Учиха была частично видна.       — Привет, Саске, — сказала Сакура почти весело.       Она полагала, что могла бы сделать это лучше, но тогда это была смесь между веселостью и её обычным голосом, поэтому она предположила, что она звучала более безмятежно, чем могла бы прозвучать на самом деле. Пока она не казалась подавленной, это было прекрасно.       — Сакура, — ровным голосом произнес он и после короткой паузы добавил.       — Привет, добе.       Рядом с ней Сакура увидела слабую улыбку Наруто, печальное выражение его лица, но она знала парня достаточно хорошо, чтобы знать, что он не сделает ничего глупого.       — Эй, теме, — легко ответил он с оттенком сочувствия. — Давненько мы не виделись. Я должен тебе парочку ударов, понимаешь?        Саске слабо ухмыльнулся:       — Я тоже тебе должен, добе, после твоей болтовни. Есть ли в Конохе, кто ещё знает, что я здесь?       Наруто добродушно фыркнул:       — Эй, эй, ты наделал ещё больше шума, когда ушел.       — Только потому, что ты сделал из этого такую большую проблему, — парировал Саске с кривой усмешкой на лице.       — Я обещал Сакуре-чан, что верну тебя обратно, — покорно заявил Узумаки, и напряжение, казалось, медленно спадало. — А ты позволил сделать это кому-то другому.       Саске фыркнул в ответ на это.       — Я бы всё равно не позволил тебе тащить меня обратно.       Наруто издал протестующий звук:       — Гррр! Я сильнее, чем ты думаешь, теме, и если бы я знал, где ты находишься, то пришел бы и вырубил тебя за несколько секунд!        Сакура улыбнулась, когда началась эта их перепалка. Всё было так же, как и раньше, когда они были генинами. Это постоянное соперничество между парнями, оба ведут себя как упрямые дети, ни один не хочет уступать другому и полон решимости превзойти соперника. Так и должно было быть — так и было на самом деле: Наруто и Саске ссорились, а она стояла в стороне, качая головой и просто улыбаясь их детскому поведению.        Борьба, казалось, зашла в тупик. Наруто свирепо смотрел на Саске, а выражение лица Учихи ясно показывало, что он желает то же самое. Она скрестила руки на груди, зная, что именно в этот момент вмешается и скажет им, чтобы они перестали быть такими идиотами.       — Ладно, вы двое, успокойтесь, — улыбнулась розоволосая, снимая возникшее между ними напряжение. — Честно говоря, вы не общались уже много лет, и первое, что вы делаете, это ссоритесь?       — Это он начал, — надулся Наруто, хмуро глядя в сторону девушки.       Саске неопределенно наклонил голову вверх, и Сакура заподозрила, что он закатывает глаза.       — Эй, теме, — внезапно вмешался блондин. — Я чуть не забыл. Я тебе кое-что принес.       Из внутреннего кармана Наруто достал подарок, который он принес для Саске. Не видя его раньше, Сакура с любопытством наблюдала, как тот разматывает старую ткань. В руке Узумаки держал проектор Конохи — тот самый, которой раньше носил Саске — тот самый, где символ деревни был ровно по центру зачеркнут.        Учиха выжидательно протянул руку, когда Наруто приблизился к кровати. Он вложил предмет в руку своего старого товарища по команде и сделал шаг назад, когда второй начал вертеть его в своих ладонях. С минуту он молчал, чувствуя ленту руками, проводя пальцами по металлу. Он медленно провел кончиками пальцев по символу изображенного на нем листа, по грубому следу от царапины. Хотя брюнет ничего и не сказал, Сакура знала, что он был тронут, несмотря на то, что его бесстрастное выражение лица отказывалось это показывать. Она довольно улыбнулась.       — Постарайся привыкнуть носить его, м, теме? — Наруто усмехнулся, лениво закинув руки за голову и широко улыбаясь. — Потому что, если ты хочешь снова стать сильнее, тебе придется тренироваться. И он тебе понадобится, когда ты будешь тренироваться, особенно со мной —ведь я тоже умудрился оставить на нем царапину.       Ухмылка пересекла лицо Саске, и он взял концы ткани, поднимая протектор ко лбу. Он крепко завязал его за головой и ухмыльнулся в направлении голоса Наруто.       — Тебе будет не так легко сделать ещё одну, — ответил наследник клана с вызовом в голосе. — Даже если прошло три года, добе, ты всё равно остался таким же.        Казалось, в глазах блондина вспыхнуло пламя, и он принял чересчур драматичную позу, спор снова разгорелся.        — Это мы еще посмотрим!       Прежде чем кто-либо из них успел произнести ещё хоть слово, раздался стук в дверь, Сакура и Наруто обернулись, когда дверь открылась, а Саске просто сидел и слушал. Медсестра просунула голову в щель и посмотрела на всю троицу, слегка приподняв бровь при виде театральной позы Узумаки. Она быстро переключила свое внимание на Сакуру:       — Харуно Сакура? — спросила она, и та лишь кивнула в ответ. — Маэко, администратор, хотела, чтобы я сообщила вам, что вчерашняя девушка только что прибыла.       Сакура выпрямилась и твердо кивнула.       Медсестра почтительно поклонилась и, бросив ещё один вопросительный взгляд на Наруто, закрыла за собой дверь. Сакура повернулась лицом к двум парням в комнате, сурово скрестив руки на груди.       — Есть кое-что, о чем я должна позаботиться, — строго сказала она. — Мне нужно идти, но я оставлю вас двоих здесь. Надеюсь, я скоро вернусь, а пока постарайтесь не поубивать друг друга.       Она весело улыбнулась, прежде чем повернуться к двери и открыть её. Быстро направилась к лестнице, желая добраться до места назначения раньше Ино. «Внутренняя Сакура» вытащила список возможных ответных ударов, чтобы использовать их против предстоящей стычки с её бывшей лучшей подругой, и тут же улыбнулась всей иронии. Она попросила Наруто и Саске не убивать друг друга, пока её не будет, это можно было бы назвать лицемерием, если бы они с Ино в конце концов сами повырывали друг другу волосы. И с этой мыслью она уже открыла дверь на второй этаж.

***

      Первое, о чем подумала Ино, что кругом всё ведут себя очень странно, когда она вернулась в больницу, и администратор поинтересовалась, как та себя чувствует, и стало ли ей лучше. Не то чтобы это было особенно странно, но, когда она рассказала женщине свою совершенно невероятную историю о встрече со своим больным дедушкой, та даже не колеблясь впустила. Яманака не ожидала, что эта история сработает — ведь её дедушка умер уже много лет назад, и в больнице, вероятно, не было никого, кто подходил бы под описание болезненного старика.       Но тем не менее её план сработал, и теперь она находилась в больнице. Поднимаясь на лифте, девушка ухмыльнулась. Это было очень рано утром, и маловероятно, что Сакура уже пришла, чтобы лечить Саске, или что бы она там ни делала, когда была здесь. Воображение рисовало ей неприятные мысленные образы некой розововолосой куноичи, прижимающейся к сопротивляющемуся Учихе.       Нахмурившись, Ино нетерпеливо ждала, пока откроются двери лифта, она, определенно, собиралась поговорить с Саске об его отношениях с Сакурой — как врач ей нельзя заводить какие-либо отношения со своими пациентами. Блондинка искренне надеялась, что сама Харуно об этом знает.        Когда двери открылись, она быстро вышла из лифта, остановившись только для того, чтобы взглянуть на табличку на стене, показывающую, какие комнаты находятся в том или ином направлении. Обнаружив, что номер двести двадцать один находится в левом коридоре за углом, она решительно двинулась вперед, поглядывая на двери палат, пока не подошла к комнате Саске. Блондинка положила руку на ручку двери и осторожно открыла её, не желая будить парня, если он вдруг спит. Она прокралась в комнату и выглянула из-за двери — к её большому удивлению, там был не Саске, а Сакура.       — Привет, Ино, — безмятежно сказала розоволосая, сидя на краю кровати и аккуратно сложив руки на коленях.       — Сакура-семпай, — ответила Яманака с легкой усмешкой, делая ударение на суффиксе. Во время медицинского обучения Ино пришлось называть Сакуру её семпаем, потому что она была на добрых несколько месяцев позади своей бывшей лучше подруги в программе обучения. Ей всегда было неприятно признавать, что Харуно опередила её, и поэтому всегда обращалась со злобой в голосе.        — Я могу помочь тебе? — сладко спросила Сакура, но в её голосе прозвучали опасные нотки.       — А где же Саске? — спросила Ино, уперев руки в бока. — И не отрицай, что он не здесь, потому что Наруто сказал мне, что он твой пациент.       — О, я не собиралась этого отрицать, — сказала куноичи как ни в чем не бывало. — Мне просто интересно, с каких это пор фармацевтический отдел заботится о том, кто и что входит и выходит из этой больницы.        — Это не имеет никакого отношения к аптеке, — отрезала Ино. — Это мое личное дело.       — Это секрет, что Саске здесь, — сказала Сакура с напускным терпением. — Поэтому он не касается тебя.       — О, но это касается Наруто? — огрызнулась в ответ Ино, её собственное терпение истощалось.        — Наруто узнал об этом совершенно случайно, — изумрудные глаза потемнели. — Но это тоже не его забота.       — А почему Саске твой пациент? — Ино поймала себя на том, что уж слишком требовательно спрашивает. — Почему ты?       — Цунаде-сама поручила мне это задание. Она доверила мне это, и я единственная, кто может взять отпуск и помочь ему.       — Я тебе не верю, — упрямо возразила Яманака. — Я хочу сама увидеть Саске и спросить лично его.        — Он сейчас отдыхает, и я не хочу, чтобы ты его беспокоила, — заявила Сакура. — Мне просто любопытно узнать, почему ты так отчаянно хочешь его видеть. Дзюцу переноса разума? Очень подло, даже для тебя, так поступать.       — Я хочу видеть его, потому что люблю! — страстно заявила девушка, ожидая возражений в ответ, но была удивлена, когда розоволосая куноичи рассмеялась.       — Любишь его? Ты? — она фыркнула, свирепо глядя.       — Да, я люблю его! — голос блондинки стал гораздо громче, почти сорвался на крик. — А что насчет тебя? Почему именно ты должна заботиться о Саске? Зачем ты это делаешь?       — Я делаю это потому, что Хокаге поручила мне это сделать, — холодно сообщила Харуно. — И я делаю это потому, что ты не единственная, кто заботится о нем, Ино.       — Это строго запрещено! — сердито возразила та.       — У меня нет никаких запретных отношений с Саске! — закричала Сакура, вскакивая на ноги и свирепо глядя на незваную гостью. — Ты знаешь правила так же хорошо, как и я, ты знаешь, каков Учиха — как ты смеешь предполагать, что между нами что-то есть!       — Ах да? Ну, если ты действительно хочешь знать, почему я здесь, то только для того, чтобы услышать это от него самого. Я просто вижу, как ты сидишь здесь, изображая соблазнительницу! — закричала в ответ Ино с такой же силой.        — Соблазнительница?! Я?! Как ты смеешь называть меня соблазнительницей, когда ты была той, кто бросилась на Шикамару после ухода Саске!       — Бросилась?! Да как ты смеешь! — взвизгнула Яманака.       — Признайся, Ино, ты просто признаешься в своей любви, как маленькая двенадцатилетняя девочка, — насмешливо сказала Харуно. — Тебе плевать на Саске — ты его не любишь. Зачем отрицать это? Ты уже много лет влюбляешься в Шикамару! Постоянно пытается привлечь его внимание, таскаешь его повсюду! Ты же не любишь Саске, Ино, а если бы и любила, то постаралась бы найти способ помочь, а не обвинять меня в том, что я «играю в соблазнительницу». Если ты хочешь увидеть Саске, то тебе придется подождать, пока он не выйдет из больницы через несколько дней.       Сакура расслабилась и бросила последний острый взгляд на Ино:       — Не забывай, что он преступник в этой деревне и, скорее всего, будет наказан соответствующим образом, независимо от того, что мы оба сделаем.       С этим последним словом Сакура прошла мимо неё и вышла за дверь, оставив потрясенную Ино позади, спор был резким и коротким. Более того, этот спор заставил её задуматься о том, чего она никогда раньше не замечала. Неужели, неужели она действительно так привязалась к Шикамару? Она даже не осознавала этого, может быть, она просто так относилась к парням. Нет, это тоже не имело никакого смысла, потому что она не была такой для Чоджи или любого другого парня, которого знала. Она не хотела даже думать о том, что ей действительно нравится кто-то другой, кроме её любимого Учихи.        Саске должен выписаться через несколько дней, да? Ну, ей не хотелось признаваться в этом самой себе, но она знала, что любые другие попытки увидеть Саске, скорее всего, будут провалены — черт, это было так не похоже на неё, чтобы вот так сдаться. Но ведь она ничего не могла поделать, верно? Что ж, Ино могла бы кое-что сделать, она могла бы помочь.       Тихо выйдя из комнаты и закрыв за собой дверь, фармацевт побрела по коридору, глубоко задумавшись, потому что ей действительно было, о чем подумать.

***

      — Рада видеть, что вы оба ещё живы, — весело заявила Сакура, когда дверь открылась.       — Да, — произнес Саске с чем-то наподобие улыбки.       — А ты справилась со своей проблемой? — он услышал, вопрос Наруто предназначенный для Сакуры. — Что-то случилось?       — Просто кто-то сует свой нос туда, где ему не место, — ответила девушка, явно недовольная этим вопросом. — И это напомнило мне, Саске, я полагаю, ты не хочешь, чтобы кто-то из твоих старых фанаток заходил к тебе в гости.       — Предпочтительно нет, — заявил он, не желая, чтобы их старые одноклассники визжали и толпились в его палате.       Знакомые, с которыми он, возможно, ещё смог бы смириться, но «школьные фанатки» были абсолютным «нет».       — Я так и думала, — твердо ответила Сакура. — Вы с Наруто закончили свой разговор? Потому что я хотела бы поскорее начать лечение.       — Хорошо, — Узумаки обратился к куноичи, а когда он заговорил снова, его голос был уже обращен к Саске. — Эй, теме. Выздоравливай поскорее — нам придется снова тебя тренировать.       На его лице появилась ухмылка:       — Тебе лучше приготовиться, добе, я не буду сдерживаться.       — Ни один из вас не должен быть слишком самоуверенным, — вмешалась Сакура, её голос был веселым. — Если вы оба будете слишком неосторожны, вы просто в итоге закончите здесь.       Хотя никто из них не сказал этого, все прекрасно знали, что Саске может только надеяться победить Наруто в данный момент и, хотя Учиха это знал, они не озвучили это, потому что были беспокойны его состоянием, и это разозлило его. Всю свою жизнь он был лучшим в классе по мастерству шиноби, и вот теперь он был здесь, хуже, чем Наруто. Честно говоря, парень уважал Узумаки, но всё равно чувствовал себя ещё хуже оттого, что на этот раз не сможет победить своего старого соперника, своего лучшего друга.       — Спасибо, что пришел, Наруто, — добродушно сказала Сакура, когда послышались удаляющиеся шаги, направляющиеся через комнату к двери. —Но в следующий раз, когда ты захочешь посетить Саске снова тебе нужно сказать мне — это запретный этаж.       — Да, — весело сказал тот. — Увидимся, ребята.        Дверь тихо закрылась, и Саске понял, что Наруто ушел, оставив его и Сакуру наедине. Её тихие шаги приблизились к кровати, и край матраса слегка прогнулся под её весом. Брюнет почувствовал, как девушка схватила его за левую руку, проведя большим пальцем по тыльной стороне ладони, как и обещала, и почувствовал легкое прикосновение к его лбу, он предположил, что она провела пальцами по его протектору.       — Тебе идет, Саске, — сказала она через минуту. — Я рада, что ты вернулся.       Он не был уверен, что сам был доволен. Пускай он и оказался в Конохе и понял, что все идет нормально, парень не был уверен, что это было лучшим поворотом событий. Заново завязать ранее перерезанные связи и восстановить то, что ему придется уничтожить в будущем, дабы отправиться за Итачи.       — Сакура.       — Хм? — он почувствовал, как её пальцы соскользнули с его лба. — Это было последнее место, где я хотел бы оказаться, когда проснусь здесь, я не планировал возвращаться, пока Итачи не умрет — и даже тогда я не был уверен, вернусь ли вообще, — серьезно сказал он ей, давая понять, что всё ещё твердо убежден в этом, — я не хотел связываться с Конохой, и я всё ещё частично не хочу этого, но прямо сейчас у меня действительно нет выбора. Не думай, что всё может вернуться на круги своя. Даже если я останусь, найдутся те, кто не примет меня.       Розоволосая выдержала паузу, и, когда она заговорила, её слова были мягкими и печальными:       — Знаешь, я думаю, что на самом деле, в глубине души, ты хотел вернуться сюда — ты просто боялся этого. Я не могу сказать, что знаю, через что тебе пришлось пройти, но я думаю, что ты боишься позволить кому-то приблизиться к тебе, потому что боишься снова потерять всё.       — Я не хочу потерять всё, что мне дорого, — холодно заявил он, и она снова попыталась понять его, — вот почему у меня нет ничего близкого. Так будет гораздо проще.       — Я думаю, ты ошибаешься, Саске, — тихо ответила медик. —У тебя действительно есть люди, которые тебе небезразличны, даже если ты не признаешь этого или не знаешь. Помнишь, как ты сражался с Наруто, когда уходил к Орочимару? Он сказал мне, что ты так хотел убить его, но не сделал этого, и даже когда он лежал без сознания, ты оставил его в живых. Ты мог бы убить его тогда, Саске, но не сделал же этого. Разве это не считается ничьей? Такие узы не могут быть разорваны, даже если ты попытаешься это сделать, ты просто игнорируешь их. Ты действительно не можешь разорвать узы дружбы, особенно когда человек, с которым ты пытаешься разорвать их, не позволяет тебе этого сделать.        На минуту в комнате воцарилась тишина, и Учиха всячески заставлял себя отрицать слова, которые она говорила ему. Они были правдивы, он знал, Саске ушел, чтобы никто из них не пострадал, но Наруто и Сакура отказывались сдаваться, отказывались оставить его одного. Он снова и снова говорил себе, что больше не связан с Конохой, и даже помогал планировать нападение, которое Орочимару собирался начать на маленькую деревню, чтобы попытаться убедить себя. Но даже если эти узы не удастся разорвать, он все равно сможет игнорировать их.        — И кроме того, — продолжила она после того, как молчание стало слишком напряженным. — Разве ты не хотел бы восстановить свой клан здесь, в Конохе, откуда пришли Учихи? Зачем возводить его в таком далеком месте, где нет ни исторической ценности, ни смысла? Вы были бы кланом в глуши, без культуры и истории — только Шаринган и глава, который предал свой дом.       Она действительно слишком много болтала.       — Сакура — ты меня раздражаешь.       Он был уверен, что девушка улыбается.       — Прости, — мягко сказала она. — Может быть, тогда начнем?       Вместо ответа брюнет протянул руку и развязал повязку, которая была намотана вокруг его головы, а затем снял защитную повязку на лбу, зная, что она находится в том месте, куда медик касается пальцами, вливая чакру. Передав ей бинты, протектор же оставил в руках, пока она делала то, что должна была делала с длинной полосой марлевой ткани. Его глаза уже были открыты, и ей не нужно было лишний раз просить его открыть их. На самом деле Саске не обратил никакого внимания на то, что она положила свои пальцы ему на голову, но сосредоточился на протекторе Листа в своих руках. Металл был теплым от жара, который исходил от его лба, и он был слегка потертым от использования — парень был удивлен, что у Наруто он вообще был, это ведь было так давно, но он хранил его все это время у себя.       Проведя большим пальцем по глубокой царапине, что была выгравирована на нем, он подумал о том, что Узумаки сказал, пока Харуно отсутствовала.       Сакура тяжело переживала его уход, каждый день она ждала, надеялась и молилась, чтобы он каким-то образом вернулся, или чтобы кто-то просто нашел его. Её дух был сломлен в течение долгого времени, хотя она и отказывалась показать это. В конце концов она стала ученицей Цунаде, надеясь быть более полезной, поскольку у неё развился комплекс неполноценности, заставивший думать, что она была абсолютно бесполезным шиноби. Имея цель для достижения, она работала гораздо усерднее, чем любой другой. Наруто также жаловался, что он почти не видел её между своими миссиями из-за этой решимости.       Из всех жителей деревни только Сакура никогда не теряла надежды на возвращение Саске, она всегда усердно тренировалась как куноичи, как медик, чтобы однажды помочь и вернуть его в деревню.        — Однажды она сказала мне, что хочет найти способ извлечения души Орочимару из твоего тела. Она всегда была настроена спасти тебя, теме, но в те времена ты не признавал ее и всегда отталкивал. Ты не заслужил ее преданности и не заставляй меня думать, что все еще не заслуживаешь этого.       И всё же сейчас, когда Сакура сидела перед ним, исцеляя его глаза, Учиха не мог обнаружить или вспомнить никаких признаков того, что она так долго скучала по нему. Да, она неустанно трудилась над ним, но разве стала бы она это делать, если бы ей просто не поручили эту миссию? Она всё ещё любила его, но уже не казалась такой фанатичной, как раньше, и, хотя было очевидно, что время изменило куноичи, он Саске мог не задаться вопросом, не испытывает ли она некоторую обиду на него за то, что он оставил её здесь.       Когда чакра снова потекла из пальцев розоволосой, его мысли снова стали отстраненными, легкое чувство вины просачивалось, когда он думал о том, как оставил её — чувство, которое Саске никогда не испытывал раньше, чувство, которое он попусту отказывался принимать. Брюнет попытался очистить голову, но обнаружил, что не может этого сделать, так как образы улыбающейся Сакуры продолжали плыть в его голове. Поток чакры был нежным и мягким, он отметил это смутно — как личность Харуно. Саске моргнул, пытаясь отогнать эту мысль, но снова почувствовал непреодолимое желание положить свои руки на её.       Юноша схватился за свои шорты и частично смял их в своих руках, заставляя свою разум оставаться бдительным, одновременно позволяя его бандане врезаться в ладонь второй руки, он не позволит себе сделать что-то глупое. Саске немного изменил свое положение, но не достаточно, чтобы Сакура заметила изменения в его позиции, вместо этого пытаясь думать о тренировках, которые помогут ему одолеть Итачи, и о его планах после этого. Последняя мысль заставила его подумать о словах Сакуры — восстановление клана в незнакомом месте, без культуры, без истории, с одним лишь только Шаринганом и патриархом, который предал свою деревню.       — Сакура, — сказал он мгновением позже, все еще удерживая свой протектор в руке. — Я решил, что останусь в деревне.       Он не знал, как делал это, но всегда мог сказать, когда девушка точно улыбалась ему:       — Добро пожаловать домой.