Вырастить Темного Лорда

      Забот в приюте было немало, и за неделю так и не представилось случая поговорить именно с Риддлом. С остальными ребятами, особенно дошкольного возраста, Тина проводила вечера за чтением сказок. Дети хорошо её приняли, но девушка то и дело оборачивалась в поисках ехидных синих мальчишеских глаз. Уложив спать третью и последнюю из вверенных ей комнат, Аделина поддалась слабости и сменила маршрут в сторону комнаты Тома. Дверь была распахнута, и оттуда доносились довольно сильные порывы ветра.       — Немедленно прекрати это, дьявольский мальчишка! Лучше бы ты умер вместе со своей матушкой! Уверена, она была такой же фригидной, как ты! — в истеричном визгливом голосе девушка едва узнала Хелен.       — Я говорил вам, что он снова сделает это! Смотрите, он избил меня!       Вещи задрожали сильнее и оторвались со своих мест, устремляясь к обидчикам.       — Так, так, так, — протянула русоволосая, прислоняясь к косяку открытой двери, — двое на одного, разве это не противоречит Законам Божьми, а, Сестра Хелен?       Марволо буквально опешил от того, что эта странная незнакомка не боится его. Даже в тот момент, когда он сам не уверен, что не испытывает страха перед чем-то внутри себя.       — Том, малыш, помни, что всё, что ты разбросаешь, будешь убирать сам. Это правило не приюта, но любого нормального места. Тебе ведь не понравится жить в бардаке? — глаза девушка держала полуприкрытыми, одновременно следя за кружащими предметами и готовясь зажмурится, защищая роговицу от повреждения. Мальчик поднял на Тину прояснившийся взгляд. — Сестра Хелен, проводите, пожалуйста, Кристиана в постель. Я прослежу, чтобы мистер Риддл навел здесь порядок.       — Завтра с утра я расскажу об этом инциденте Магдалене. Уж она всыплет тебе по заслугам, будь уверен! — прорычала женщина и вышла, таща за собой вечного зачинщика драк с Марволо. Титания прикрыла дверь и провернула ключ, запираясь внутри.       — Расскажешь, чем они тебя задели?       — Зачем давать кому-то рычаг давления на себя самого? — мальчик начал послушно расставлять вещи на законные места.       — Возможно, от того, что я могу опровергнуть их слова? — Аделина присоединилась к уборке.       — Они сказали, что моя мать наверняка была шлюхой, раз явилась сюда в день родов и не посещала больницу.       — На счет больницы не знаю, увы. Но твоя мама была чистокровной волшебницей.       — Ты была с ней знакома? — глаза цвета густых сумерек недоверчиво сверкнули.       — Нет, но ты сможешь проверить мои слова уже через три года, а, возможно, и раньше. Деталей не знаю, как и судьбы твоего отца. Замечал за собой, что то, как ты двигаешься, отличается от большинства сверстников? Что тебе будто мало места?       Ответа не нужно было, в этот момент мальчишка был настолько открыт и читаем, что не было сомнений в меткости слов.       — Не отрекайся от этого. Возможно, ты чуток высокомерен, но это не настолько плохо, как тебе пытаются внушить. А главное, не бойся той силы, которой обладаешь. Магические выбросы — это нормально. Обычно, кажется, они начинаются с одиннадцати лет, но в таком месте как это взрослеют гораздо быстрее, — девушка успела подойти поближе и стать на одно колено перед мальчиком. — Предлагаю свои объятья. Может, и это окажется не так мерзко, как ты думаешь. Проверим?       — Только в целях эксперимента, — выдавил из себя Том, борясь со слезами.       — Конечно. С чего бы ещё мне обнимать тебя? Иди сюда, малыш.       Спустя не меньше часа беззвучных рыданий мальчик доверчиво уснул в кольце теплых рук и был отнесен в комнату.       — Он в порядке, мисс? — послышался тихий голос с верхней кровати. Надо же. Они с Алексом, тем самым смелым защитником, соседи.       — Немного устал, а так всё хорошо.       — Снова бросал вещи?       — Не боишься, когда он так делает? — Аделина буквально заставила себя перестать поправлять мальчику одеяло и встать с кровати.       — Страшно, если честно, но больше за него. Один раз он после такого три дня встать не мог, но это ещё и от того, что на вторые сутки прибежали Сестры и провели воспитание розгами.       «Трусливые суки!» — пронеслось в голове Лины.       — Пообещай мне, что, когда он вновь разозлится так сильно, что начнет двигать предметы, ты постараешься найти меня.       — Обещаю, — тихий, но твердый ответ.       — А теперь спи. Спокойной ночи, — девушка быстрым жестом поправила Алексу одеяло, и уже на выходе ее догнал вопрос:       — Вы заберете его отсюда?       Лина не ответила, но идея ей явно понравилась и была отложена до худших времен. Сейчас ещё предстояло закончить уборку в гостиной и забрать ключ. Во избежание подлости.       Когда следующим утром Титания передавала ключ управляющей, будто машинально забрала его с вечера, ярость в глазах Хелен можно было пощупать. Похвалив себя за очередной удачный ход, Лейтли отправилась заниматься уборкой в кухонной подсобке. Под легкими шагами рождалось твердое намерение забрать мальчишку из этого дурдома. Нужен только повод. А пока она будет гонять пыль на полках, нужно будет подумать, как подготовить необходимые документы и почву.  

***

      Понемногу закрытый и озлобленный маленький мальчик привыкал к существованию в своей жизни чуть более взрослой особы, которая постоянно лезла со своими вопросами.       Как-то плавно их общение с Тиной со взаимных подколок переросло в искреннее участие, а потом Тому пришлось признаться, что ему интересно. Что нравится их вечера перед самым отбоем, обсуждать книги, звезды и просто минувший день. Что ощущение «ты больше не один» греет изнутри, и в него хочется завернуться.       В один день Аделина не пришла. Как он дошел до своей комнаты мальчик не помнил, но проснулся в своей кровати и очень злой.       На следующий день Том решил не идти, пусть сама приходит! Ну не знал же он, что Сестры не разрешают Тине приближаться к комнате и Тому в частности, и за все их короткие встречи девушке приходится делать мерзопакостную работу в дальних крыльях Приюта.       Не пришла, смутный сон, что ему кто-то подоткнул одеяло и поцеловал в лоб. Дурная фантазия! Марволо проснулся ещё больше на взводе.       — Что, даже эта странная баба поняла, что ты просто дьявольское отрепье? Бросила, или ты вторую мамочку свою угрохал? — Кристиан и его банда собственными мерзкими персонами.       Томас молчал, но вокруг него ощутимо похолодало.       — Молчишь? Что-то я уже пару дней не видел эту надоедливую бабу. Где ты её закопал?       Температура в комнате упала ещё на пару градусов.       — Зачем вы его постоянно задеваете? Я видел Титанию на кухне сегодня после обеда! — Алекс, удивляясь своей смелости, сделал шаг вперед.       «Он видел Тину, а ко мне даже не пришла» — пронеслось в темной головке, и детской ревности было абсолютно всё равно, что Алекс сам заходил на кухню, а ему, Тому, не позволила бы гордость.       Окна закрылись изнутри, а дверь наоборот открылась. Тугой смерч закручивался вокруг маленького мальчика, и Алекс побежал выполнять обещание.       Стоит Аделине увидеть испуганные глаза запыхавшегося мальчишки аристократка успевает спросить лишь короткое:       — Где?       — В игровой для старших. Помогите ему.       Помогать уже поздно. Это Аделина понимает четко. Смерч кружит вокруг детского тела вместе с щепками, стеклом из разбитых окон и цветными всполохами. Последнее заставило девушку вздрогнуть, когда она явно различила красный цвет наливающегося силой невербального Круцио.       — Ты так соскучился за мной, что решил сотворить так много шума? — Титания не кричит, она чувствует, что её голос услышат.       Синие глаза также подернуты красноватой дымкой и всполохами. Всё происходит как в дико замедленной съемке. Вот мальчик поворачивается, заклинание наливается ярко красным цветом и проходит в тело в девушки. Внутренности опаляет болью, и девушка падает на пол под стихийным Круцио.       — Кажется, ты злишься на меня, малыш, — хрипит Тина, пытаясь подняться, и ей удается удержаться, стоя на коленях, — прости, что не предупредила. Хотела сделать сюрприз.       Вокруг чуть стихает.       — Я не бросала тебя. Мне нужно было уладить дела, чтобы забрать тебя, — улыбка растягивает губы с капельками крови.       Смерч и заклинание теряет силу, будто выключили рубильник.       — Правда? — детское, чистое, такое испуганное неверие.       — Разве ты не чувствуешь, что я говорю правду? — несмотря на горящие внутренности ей удается подняться на ноги.       — Чувствую, — произносит Том, прежде чем потерять сознание.       Аделина знает, что не успеет предотвратить падение, но находит силы поднять ребенка на руки и уйти с ним в свою комнату.       — Лежи, умоляю, — шепчет девушка, устраивая бессознательного ребенка на своей кровати.       Тина возвращается к двери, проворачивая ключ и подпирая ручку стулом. Потом хватает тонкое детское запястье и, к счастью, находит пульс.       — Я не знаю, как оно выглядит, но, кажется, у тебя магическое истощение, малыш, — она продолжает говорить с бессознательным Томом. Так легче, так ледяные тиски страха чуть слабее сжимают сердце.       Внезапно что-то теплое катится по щеке, Аделина уверена, что слезы, но пальцы оказываются красными:       — Кажется, ты немного поцарапал меня, малыш. Но я не злюсь. Ты только поскорее приди в себя, — Тина уходит в ванну, где обрабатывает исцарапанное осколками лицо.       — Я… Черт, прости меня, но я буду обнимать тебя. Иначе… Они могут забрать тебя у меня, — аристократка ложится в свою кровать и максимально бережно прижимает к себе ребенка. Лишь устроив нос в шоколадных вихрях, забывается зыбким сном.

***

      Первое, о чём подумал Том очнувшись, это то, что он связан. Потом пришло понимание, что путы слишком мягкие, а обернувшись обнаружил себя в крепких объятьях Тины.       Негромкий вскрик и рывок назад, не сказать, что девушка не ожидала подобного пробуждения для себя. Она осторожным, но уверенным жестом предотвратила падение и поднялась с кровати.       — Всё-всё. Я отошла. Пожалуйста, не вставай, ты вчера слишком сильно истощил себя. Моя вина, в последние дни совершенно замоталась, успевала только на тебя спящего посмотреть, — мягкая улыбка оборвалась открывшейся ранкой на губе.       — Я… Ты подошла ко мне слишком близко вчера? — ох, явно слизеринец, не он виноват, а Аделина, что подошла.       — Вокруг тебя было шумновато, так что мне пришлось. К слову, то заклинание, что у тебя получилось — старайся воздерживаться от него, оно запрещенное. Стихийно оно навряд ли отслеживается Министерством и, честно, не очень в этом разбираюсь.       — Ты… я использовал какое-то конкретное заклинание? Ты знаешь какое? — интерес в сапфировом взгляде превалировал над виной.       — Я могу лишь предполагать, исходя из собственных ощущений. Если я права, то не в наших интересах кого-то об этом спрашивать.       — Наших? Ты имеешь ввиду, что за применения этого колдовства нас обоих могут посадить в тюрьму? — удивление было искренним.       — Нас, потому, что я хочу, чтобы мы с тобой, — девушка растеряла уверенность на полуслове, и голос зазвучал совсем тихо, — Ты стал дорог мне. И я хочу предложить тебе уйти со мной.       — Ты предлагаешь мне сбежать? Зачем? Меня ведь в любом случае выгонят после того, что произошло.       — Не сбежать. Я… Может, я и намного старше тебя, но я хочу, чтобы ты, — шумный вздох, — сталмоимсыном!       — Что?       — Господи! Да что ж так сложно! Я хочу усыновить тебя! Ты согласишься? — Тина почти сорвалась на крик от напряжения.       — Зачем тебе всё это?       — Видишь этот шрам? — девушка подняла край блузы, чуть обнажая живот, — это то, из-за чего я не смогу иметь своих детей.       — Зачем тебе я? Ты можешь взять кого-то поменьше, да того же Алекса! — было видно, что мальчишка боится верить.       — Но хочу я тебя. В смысле ты нужен мне. Именно ты особенный для меня.       — Звучит странно.       — Дурак, — улыбнулась девушка.       — Я подрасту, и ты начнешь ко мне приставать?       — Том! Это даже звучит мерзко! — опешила Аделина.       — Но я всё ещё не понимаю.       — Ложись спать. Ты ещё не восстановился, — девушка похлопала по кровати рядом с собой.       — Точно будешь приставать, — делано-устало склонил голову Марволо и с комфортом занял большую часть кровати, — если бы можно было её расширить…       — Не смей! — Лина тут же хлопнула по искрящейся ладошке.       — А что, это возможно? — захлопал синими глазищами мальчик.       — Ты — сможешь всё. Но для этого нужно учится, чтобы не тратится, как ты вчера.       — Тина, ты правда хочешь забрать меня с собой? — плотину прорвало, и Марволо решил доверится. — У меня же совсем ничего нет.       — Во-первых, мне нужен сам ты, во-вторых, я планирую обеспечить нас деньгами графа Лейтли, а, в-третьих, твое наследие ещё удивит нас обоих. А теперь отдыхай. Я закрою тебя снаружи.       — Я пойду с тобой. В конце концов, я так или иначе рискую остаться на улице, — ухмылка на детском лице была до того горькой, что Аделина не сумела сдержать порыв и прижала мальчишку к себе.       — Никому не позволю тебя обидеть. Ты мой малыш! Отныне и навсегда.       Легкий разряд тока прошелся вдоль позвоночника и вернулся к кончикам пальцев мальчишки.       — Я верю тебе, — ответил Том и вновь отключился.       — Кажется, ты нахватал немало Родовых Даров, малыш. Ментальная магия явно в их числе, — поцеловав шоколадные вихри, Лейтли отправилась срывать заговор против своего ребенка.

***

      Что происходило за закрытыми дверями кабинета управляющей знают только те, кто там был. Однако, результатом стали не только подписанные и заверенные документы на усыновление, а и вежливое молчаливое сопровождение до самих ворот. Лишь одна из работников была искренне обнимала девушку.       — Прости, что ваши проводы в торопях, обычно мы делаем небольшой праздник в честь новой семьи, — Оливия прижимала к себе Тину и даже успела потрепать мальчика по голове. Тот лишь недовольно тряхнул шоколадными вихрями, но было видно, что и он радовался словам женщины. Иначе просто ушёл бы от прикосновения.       Послышался шум подъежающего автомобиля и небольшой серебристый фордик открыл свои двери.       — Нам пора, малыш — улыбнулась Аделин, и Марволо молча занял свое место на заднем сиденье.       — Береги его. Я уверена, что придёт день, когда важнее друг друга для вас не будет никого, — улыбка на губах женщины неуловимо напомнила Полумну Лавгуд. Не сквиб ли она? Кажется, несмотря на всю открытость эта женщина слишком хорошо хранит свои секреты.       — Было бы хорошо, если бы этот приют принадлежал вам, миссис Райт.       — Нам с мужем не под силу потянуть весь быт, — кажется это было больше, чем пустой разговор.       — Десять — пятнадцать девушек которые любят детей и будут получать зарплату за свою работу? — переговоры начались почти всерьёз.       — Сестры тоже любят детей, — в голос Оливии прорвались нотки сарказма.       — Мне кажется, есть некоторые способы повлиять на честность кандидатов, — может, миссис Райт и приоткроет часть своих секретов.       — Думаю, мой муж, мистер Райт, может знать некоторых поставщиков.       — У вас есть Вер…       — Давайте на этом пока остановимся, милая. Стоит начать с финансирования.       — Я вас услышала, — девушка обняла Оливию. — Не прощаемся.       Заняв свое место рядом с Томом, Тина попала под пристальный синий взгляд:       — Что вы задумали?       — Будет недостаточно просто отдать правосудию прогнившую верхушку, нужно заполучить поддержку и деньги тех, кому нужны голоса простых граждан.       — Женщина в политике? — взметнулись шоколадные брови.       — Только фамилия моего безумно любящего отца, — ох, эту ухмылку сложно было бы назвать ангельской.       — Ты опасная особа — покосился мальчишка.       — Не больше, чем предстоит стать тебе. Мне кажется, что политические интриги — это твоя стихия. Нужно только чуть подрасти, — девушка уже почти привичным жестом чмокнула макушку Тома.       — Готова к переговорам с графом Лейтли?       — Посмотрим. Но обещай мне, что покинешь салон автомобиля только в случае опасности. Я постараюсь не задерживаться.       — Задержись, если это повлияет на выгодность будущей сделки, — неожиданное понимание для ребёнка.       — Как скажешь, мой маленький Министр, — рассмеялась девушка и, громко чмокнув детскую макушку «на удачу», направилась на переговоры.

***

      В кабинет вошла уже не младшая маркиза Лейтли, а самый молодой финансовый директор компании «Инвест+» Аделина Ченсес.       Граф Лейтли даже не оторвал глаз от бумаг и встретил дочь взмахом ладони в сторону кожанного дивана. Девушка вопреки приглашению устроилась в кресле напротив отцовского стола, что заставило Аберфорта недовольно поджать губы:       — Ты знаешь правила.       — Именно. Это кресло занимают те, кто приходят в ваш дом с предложениями. Я здесь именно за этим.       — У тебя пять минут, — мужчина откинулся в кресле в обманчиво расслабленном жесте и соединил кончики пальцев, устроив локти на бордовых подлокотниках.       — Для вас не секрет, что в настоящее время меценатство и забота о нуждающихся — весьма выгодное направление. Моё решение поработать на благо сирот добавило вам немало баллов в глазах общественности и позволило запустить ещё одну линию по изготовлению сладостей, — голос звучал так ровно и собранно, что граф впервые проникся чем-то кроме раздражения в отношении младшей дочери.       — Допустим. Какое это имеет отношение к твоему визиту?       — Самое прямое. Моё существование приносит вам пользу, только когда я нахожусь максимально далеко от вас. Я предлагаю некоторым вашим друзьям профинансировать мой проект детского приюта.       — Продолжай, — мужчина переместился ближе к столу, удобно устроив на нем локти, всем видом выражая интерес.       — Обмен равноценен для всех участников. Деньги в обмен на всеобщее одобрение и голоса для мистера Макмиллана.       — Ты хочешь, чтобы я устроил вам встречу? — немного неодобрения прорвалось в голос.       — Лишняя трата общего времени и уровня цен. Двое мужчин за бокалом коньяка договорятся скорее.       Граф утвердительно кивнул, принимая такой ход.       — Что касается вас, отец, предлагаю продолжать линию поведения, выбранную ранее. Третья и ранее бесполезная дочь приняла бога и благотворительность. Отдала серце и душу бедным сироткам, — легкомысленный взмах руки намекал, что старший Лейтли куда более сведущ в ораторском искусстве. Хотя, на самом деле, девушка просто не стала утруждать себя написанием речи. И так понятно, что её предложение будет принято.       — Где найти доказательства? Будет весьма неприятно, если твой обман раскроют.       — Не думала, что граф Лейтли должен кому-то что-то доказывать, но вот, — девушка выложила на стол стопку фотографий, — это я с ребятами помладше, а это группка старших девчонок, я учу их вышивать. Вот мы с Алексом играем в шахматы. На каждой на мне другой наряд и прическа. Хватит лет на пять, а там и позабудут, что у вас была еще одна дочь — Аделина выложила внушительную стопку фотографий на дубовый стол.       — Сколько ты хочешь? — дураком мужчина явно не был.       — Двести пятьдесят тысяч в год, и вы сможете забыть о том, что у вас есть третья дочь. Небольшая сумма, учитывая, что ранее эту сумму я тратила в месяц.       — Сто семьдесят пять, — попытался выторговать граф.       — Двести и сто пятьдесят тысяч сверху, на покупку жилья, — припечатала маркиза.       — Будь по-твоему, чертовка! Только живи так тихо, чтобы ни один мой компаньон не вспомнил о твоем существовании, — было ясно, что особой отцовской привязанности к пятому ребенку граф Лейтли не питал.       — Как скажешь, пап. Запишусь на новом месте как Лайтли, — Аделин дерзким жестом отправила отцу воздушный поцелуй и отправилась за чемоданами.