hold me tight or don't

На следующее утро. 10:09.

Воскресное солнечное утро не предвещало никакой беды. Тэхен, наконец выспавшись после тяжелой учебной недели, принял расслабляющий контрастный душ и сразу же после этого направился на кухню, где его уже ожидал ранний сюрприз. — Отец? Ты чего так рано? — вытирая мокрые волосы полотенцем, спросил тот, идя по коридору, но заметив состояние отца и полупустую бутылку дорогого коньяка в его руках, обеспокоенно к тому подбежал, подбадривающе укладывая руку на спину, молча произнося: «рядом, все будет хорошо», — пап, что случилось? Почему ты пьешь с утра пораньше, ты что петухом решил стать? — Я и не ложился спать, — мужчину качало, как лодку на волнах, хотя тот ровно сидел на стуле. Пытался по крайней мере балансировать. Взяв эту почти пустую бутылку за горлышко в руку, с каплей коричневой жидкости на дне, та удачно выскользнула из захвата дрожащих пальцев, как у заядлого алкаша. Огромная бутыль из-под дорогого 'Hennessey' прокатилась по столу и слетела с него, падая на пол и разбиваясь на тысячи мельчайших осколков, которые в миг разлетелись по всей кухонной плитке. — Пап! — омега, испугавшись, вскрикнул, отпрыгивая рефлекторно назад, но вышло от этого необдуманного решения только хуже. Осколки успели проскользнуть по плитке, покрывающей кухонный пол, да так, что они оказались под босыми ногами Тэхена. Объем разбившихся стекол оказался значительно больше, чем они оба ожидали. Омега, закусывая губу от боли, чтобы не закричать, начал переминаться с ноги на ногу, чтобы избавиться от осколков, но продолжал наступать на них. Додумавшись, юноша запрыгнул на кухонную тумбу, но и тут его ждала неудача. Приземлившись пятой точкой прямо на свежий помидор, Ким прикрыл глаза, поджимая губы и медленно выдыхая. Его любимая пижама. Почему день только начался, а Тэхену хочется, чтобы он побыстрее закончился? Сегодня омега точно не выйдет на улицу, кажется, он встал не с той ноги, а то, что с ним случилось сейчас это может быть ‘цветочками’ и некоторым предупреждением от судьбы. — Ну и в кого ты такой беспомощный, а? — пьяно задает вопрос Намджун, скорее для себя, чем для сына, ведь прекрасно понимает в кого, иначе бы альфе сейчас не пришлось идти на такое, — даже если ты омега и тебе больно, ты ни за что не должен показывать этого. Для некоторых ты слабое звено, над которым можно издеваться сколько угодно и ты ничего не сможешь сделать обидчикам в ответ, только будешь плакаться и просить помощи. Но всем будет плевать, понимаешь? — Джун готовит его, готовит к предстоящей травле и унижениям, потому что от этого никуда не деться, не сбежать. — Мир жесток, сынок. — Завершает свою тираду отец, все это время смотря в окно, а не в глаза своего единственного любящего сына. Тэхен поднимает голову, непонимающе смотря на отца-альфу. Омега это все уже знает, он уже достаточно пережил, что за школьные годы, что за студенческие. За это время в нем закрепился стержень альфы, а не омеги, каким его все считают. Может для родителей он беззащитный, слабый и ранимый, как и во всех других семьях их дети-ангелы, но за пределами дома Тэхен однозначно не такой, даже близко не стояло. Так вышло, что из-за того, что Намджун постоянно в разъездах по городам для совершения выгодных сделок для своей компании, а второй папа — Джин на работе в разные смены, Ким давно ушел из-под их контроля и видения. Да и их сын уже почти взрослый, скоро вообще вылетит из их семейного гнездышка в поиске своего нового. Своей семьи. — Божечки…что тут произошло? — Сокджин, как напуганная мама-птица, залетел на кухню, оценивая обстановку. — Вы подрались? Тэ, малыш, у тебя кровь, Джун, а ты что сидишь? Что вы натворили? Тут же повсюду осколки. — Милый, успокойся, я наставил ловушки, как в фильме «Один дома», чтобы грабители не ушли безнаказанно, — пытался разрядить обстановку выпивший альфа, но почему-то всем сейчас было не до смеха. — Ты пил что ли? — Джин слегка наклонился в сторону к сидящему за столом мужу, принюхавшись, и посмотрев на его покачивающееся состояние, — Что за праздник я пропустил, а ты отметил в одиночку? — Милый, послушай, — хотел было оправдаться Намджун, но Тэхен перебил его, понимая, что у отца произошло что-то серьезное, иначе бы он не пил всю ночь и не давал советы взрослому сыну о жизни, явно основываясь на свой жизненный опыт. — Да мы вчера ссорились, когда ты ушел работать в ночную смену, а я ляпнул, что брошу институт, — врет омега, зачем-то помогая своему отцу, — я не думал, что он настолько всерьез воспримет эту информацию, вы же огромные деньги платите за меня, так что я должен быть благодарен вам за такую возможность, другие об этом только мечтают. — Ну да, Тэ, тебе осталось-то доучиться полгода, — Джин по-доброму улыбнулся своему сыну, после взяв швабру в руки, очищая пол от осколков, — я знаю, что у тебя есть занятие, которое ты любишь, но твой отец против этого и у него на это есть свои обоснованные причины, которые он тебе когда-то называл. Через годик или раньше ты съедешь от нас, вот потом можешь заниматься чем хочешь, сам себе хозяин как говорится. — Я все помню и понимаю, пап, я доучусь и попробую работать в этой сфере, может это не так уж и плохо, как я себе представляю, — отвечает Тэхен, болтая ногами в воздухе как ребенок, не достающий до пола. — Я сейчас все тебе осторожно достану и обработаю, а потом тапочки принесу, так что посиди тут еще немного, — с заботой в голосе обратился Джин к сыну, а после, меняясь в лице, холодея, обратился к мужу, — а ты, великий страдальщик в тапочках, ушел отсюда нахрен, пока я тебя этой розочкой из бутылки не прикончил. Джин — врач, у него «легкая рука», поэтому он действительно безболезненно извлек маленькие и не очень осколки из ступней Тэхена, обрабатывая их и заботливо надевая носки, как неумелому годовалому ребенку. Намджун, наблюдая за всем этим, подумал-подумал и решительно снял один свой тапок, ступая уверенно босой ногой по плитке, может, где еще осталась парочка малюсеньких осколков, не причиняющих никаких увечий. Тэхен папу-омегу по плечу легонько бьет, а после кивает на альфу, увлекшимся поиском стеклышек. — Совсем больной уже? — Джина этот безалаберный поступок мужа выбешивает, в то время как сын думает, что отец поехал кукухой. Джун пугается неожиданно громкому и резкому голосу омеги, робко отскакивая ногой обратно в тапок и, промахиваясь, поскальзывается, приземляясь не то что на плитку пятой точкой, но и на столь желанный осколок. — Нашел, — во весь голос звонко заливается смехом Тэхен, опрокидываясь на тумбе, чуть ли не падая с нее. Теперь предельно ясно в кого пошел сын. Намджун должное внимание к себе заслужил, муж его и ударил, и пожалел, и обматерил, и осколок достал, и спать уложил, даже поцеловал перед сном в лоб, как тот любит. Если любовь, то только такую.

***

Тэхен вернулся обратно к себе в комнату, хоть ему было немного неприятно наступать на обе ноги, но ничего не поделать с этим, некоторые люди без них живут и не жалуются. — Можно? — постучавшись в комнату юноши, Джин приоткрыл дверь, дожидаясь разрешения и получив одобрительный кивок, прошел внутрь, демонстрируя какой-то запечатанный коричневой упаковкой пакет, явно чем-то наполненный, — это твое? Тэхену стало до жути интересно, что же там может внутри. Эту посылку он вроде видел на кухонном столе сегодня утром. Возможно это отца? — Папа попросил меня подержать это у себя, — опять открыто врет Ким, мысленно ударяя себя по лицу, — спасибо, что не выкинул как обычно, положи на мой стол, пожалуйста. Сокджин молча, без лишних вопросов, оставил картонный пакет и ушел, закрывая за собой дверь в комнату омеги. Тэхен выждал, прислушиваясь к шагам, куда направился отец и, подорвался с места и чуть не закричал на весь дом, сильно наступая на раненую ногу. Успев вовремя прикусить себя за палец, Ким встал на носочки, подходя к столу с интересом рассматривая пакет. «Ха, он даже открыт, так что будто бы ничего и не было, — ухмыльнулся Ким, медленно открывая пакет и доставая какую-то папку с запиской: «срочно отнести по адресу 21.12 и отдать Чон Джехену». Отнести просят сегодня, а отец явно не сможет в таком состоянии что-то передать. У Тэхена просто нет выбора, он не может подвести Намджуна. — Черт, ну не хотел я сегодня выходить из дома… Ладно, только ради отца, — бормочет себе под нос омега, чертыхаясь и одеваясь на скорую руку. Ким младший тяжело вздохнул от осознания того, что это оказались простые документы, которые нужно отвезти непонятно куда. Так еще и нужно теперь выйти из дома, нарушая свои планы остаться в кровати. А Киму так не хотелось вляпываться в неприятности. «Если у меня появится какое-то тревожное чувство, о котором все так грезят, то я наплюю на это ‘срочно’ и побегу домой. — Ким договорился сам с собой и выглянул из комнаты, анализируя обстановку. — Можно идти». Проскользнув в коридор, Тэхен наспех запрыгнул в первую попавшуюся обувь, даже не натягивая задние стенки на пятки, а зачем? Крикнув напоследок: «я гулять» и, спрятав под курткой пакет, выбежал из дома, ловя такси на дороге. — Куда вам? — спрашивает таксист, недоброжелательно смотря на подозрительного парня со странным пакетом, который тот достал из-под своей куртки. — Компания Jeon, — коротко отвечает омега, отворачиваясь к окну, но замечая, что машина не трогается с места, Ким поворачивается к водителю с вопросительным взглядом. — Я что похож на клоуна? Улицу мне скажи, — тот издал смешок и Тэхен, достав из пакета маленький квадратный листик, протянул водителю, — понял, принял.

***

— Здравствуйте, не подскажете как мне пройти к Чон Джехену? — зайдя в какой-то небоскреб, указанном в адресе, Ким подошел к стойке администрации, обращаясь к девушке, сидящей за ней. — Вы по записи? — спросила та, поднимая на омегу заинтересованный взгляд. — Мой отец, Ким Намджун, должен был передать это, но он сейчас очень занят, поэтому попросил меня отнести, сказал, что проблем не будет, — когда это Ким младший научился так искусно врать? — Пройдемте за мной, — девушка после представления Тэхена вся засуетилась, сняла с себя рабочие наушники с микрофоном и, поправив юбку-карандаш, стремительно быстрым шагом направилась к лифту. — Что это за кампания? Какой у нее вид деятельности? — поинтересовался Ким, разбавляя неловкую атмосферу в лифте. — В основном производство и продажа машин, — ответила та, поворачиваясь вполоборота, чтобы посмотреть омеге в глаза и очаровать (?). — Мой отец тоже занимается этим, значит, они сотрудничают? — дедукция Кима еще ни разу не подводила, но девушка, хихикнувшая в ладонь, не поворачиваясь в этот раз к нему лицом, вызвала сомнения на этот счет. — Господин Чон, к вам пришел сын Ким Намджуна, — блондинка, постучавшись, вошла в кабинет, подзывая следом и Тэхена. — Ким Тэхен, — омега поклонился, здороваясь и одновременно представляясь, — отец сегодня не смог прийти к вам лично, поэтому отправил меня к вам, чтобы передать это, — омега подошел ближе к столу директора, протягивая 'дырявый' пакет. — Ты смотрел что там? — задал вопрос директор, напрягаясь, когда получил положительный кивок головой от Тэхена, словно он провинившийся ребенок. — Пакет был открыт, я достал только записку с вашим адресом, — смотря на этого человека, отчего-то врать хочется все меньше. — Содержимое читал? — Джехен придвинул к себе пакет, извлекая из него содержимое. — Нет, сэр. — робко ответил юноша, прикусывая от волнения нижнюю губу. — Хочешь узнать, что тут? — Контракт может какой по продаже, покупке или обмену автомобилей, вы же с моим отцом сотрудничаете? Мужчина начал смеяться, проходясь ладонью по всему своему лицу и отмахиваясь: — Про то, что это контракт ты прав и с продажей тоже угадал, — мужчина сделал паузу, заглядывая в глаза Тэхена, — с твоим отцом мы уже больше десяти лет как заклятые враги и соперники по бизнесу, поэтому как ты думаешь, что твой любимый папочка мог продать своему недоброжелателю? Ким пожимает плечами, не понимая, чего от него вообще хотят. — Вчера мы играли в покер, я предложил поставить вместо денег наших дочек, мол произвести обмен, выдать замуж за наших же сыновей и он согласился, знаешь. — Но у меня нет сестер… — Именно, поэтому он и согласился, оскорбив меня после игры и унизив, мы даже играли под дулами автоматов, представляешь? — у Тэхена от такого перфоманса мурашки по спине побежали. Мысли о том, что отец играл в азартные игры, находясь к тому же на волоске от смерти, морально убивает. Сердце начинает колотиться быстрее, а тревожное чувство возрастает в его груди, перетекая вниз живота, так и крича омеге: «беги!» — Смотреть на его мучения было бы скучно, он почти разревелся передо мной, жуть, — мужчина продолжал рассказ, будто старался перегнать Тэхена на свою сторону, заставить омегу ненавидеть своего отца. Но нет, Ким испытывает сейчас только страх за жизнь отца-альфы, и как он только в это ввязался? Много ли он успел проиграть? Папа попытался обхитрить своего врага, не удалось провернуть это, но это не главное, важно, что он жив и с ним все в порядке, хотя вспоминая утро, так и не скажешь. — Есть предположения после моего рассказа почему ты здесь? — Ким выжидающе молчит, не желая думать о плохом. Грудная клетка в плохом предвкушении часто вздымается, а ноги рефлекторно отступают назад. — Я сказал, что отыграюсь вместо него на тебе. Ты его единственный наследник, будет не очень, если он его потеряет, — тот ядовито хмыкнул, а Тэхен окончательно запутался. — Вы хотите, чтобы я стал вашим сотрудником на побегушках? — наивно Ким Тэхен, очень. — Ахах, ты здорово поднимаешь мне настроение, спасибо, но нет, как я и сказал, тот контракт, что ты принес в этом пакете о том, что ты переходишь в мои владения на неопределенный срок, — мужчина листает папку, пока не открывает нужную страницу и не протягивает юноше, — твои запреты и позволения, также то, что ты будешь обязан делать и какие будут последствия, если ты не будешь повиноваться. Ким трясущейся рукой потянулся к папке, но вспомнив сегодняшние слова отца, взял себя в руки, принимаясь читать пункты. — Сегодня ночью написал и отправил твоему отцу, договорившись о том, как мы тебя сюда заманим, так что, надеюсь ты не будешь тряпкой как твой отец. В детстве игры были безобидные, на фишки, теперь с каждым годом жизнь становится скучной и хочется как-то себя развеселить на старости лет. — Да вас уже ничего не спасет, ну только дурка. Изолировать вас от общества надо нахер, чтобы у вас не было столько свободы действий. Знаете, идите вы куда подальше со своей скукотой, вам лечиться надо, а не на людей играть. Всего хорошего, — Тэхен захлопнул папку и бросил ее в офисную корзину для мусора, желая поскорее уйти от этого, больного на голову, старика. — Схватить его и не выпускать, — приказал своим людям альфа, представляя о таком варианте развития событий. — Это незаконно! Отпустите меня немедленно! — кричит Ким, пытаясь высвободиться из хватки двух сильных мужчин, скорее всего альф. — Тэхен, твой отец вчера действительно нехотя проиграл тебя мне. Ему пришлось подписать этот контракт, что я прислал ему ночью, либо я бы убил и его и всю вашу семью. Так что тебе просто придется смириться и подчиняться мне. — Мужчина подходит к юноше и, доставая из мусорного ведра папку, открывает нужную страницу и подносит к лицу омеги, — узнаешь подпись? Имя, фамилию? Все по настоящему, Ким Тэхен. Будешь делать все, что я скажу, и я не буду с тобой жестоким, как ты думаешь. — Люди не рабы, вы не можете так поступать, — Кима охватывала злость с каждым приближающимся шагом мужчины. — Я могу все. — Чон Джехен подошел к юноше и взял того за подбородок, но Тэхену от таких прикосновений только противнее становится. Плюнув прямо на лицо альфе, стоящим перед ним, Ким ухмыльнулся краешком губ, за что сразу же получил звонкую пощечину. — Весь в своего ничтожного отца, — стирая с себя слюну и направляясь из кабинета, холодно отдал приказ тем трем амбалам, — в машину его.