Письма всё портят...

***

от лица Геральда. Я проснулся от того, что в дверь кто — то настырно стучался. Неужели всё это было сном? Шепфа, как же разочаровался… Она говорила про Ости… Вдруг это… Всё то, что она говорила оказалось правдой…? Чёрт! Я поспешно оделся и скинув на себя мантию открыл дверь. — Геральд, чего так долго? — ангел оглядел меня с ног до головы, но понял, что я недавно встал с постели. — Только проснулся? Ох, ну ты и соня… — Фенцио, только не начинай… — Я скрестил руки и начал ждать, пока тот расскажет, что именно его привело. Тот смотрел на него с недоумением. — Ну? Чего застыл? Я слушаю. — Ах, точно! Сегодня министерство решило просмотреть память почти всех учащихся. Странно немного, не думаю, что мы сможем хоть что-то понять… — Хорошо, что министерство вообще нам помогает! Никто бы кроме меня и не заметил исчезновения Непризнанной… — Кхм, ты ведь в курсе про запрет. — Фенцио не спрашивал, он утверждал. — Знаю, и мне на него плевать! — Осторожней. Храни это в тайне… Иначе ты знаешь какие могут быть последствия… — Мое сердце сжалось… То ли от правды, то ли от боли. Хотя, для меня правда всегда была болью, но я никому не показывал это. Нельзя… — Геральд? О чем задумался? — Фенцио держал меня за плечи и взволнованно рассматривал мое лицо. — Я… В полном порядке, оставь меня только… — Тот кивнул и закрыл за собой дверь. Я сел на кровать и оказался в полном ступоре. Как же больно мне вспоминать ее. Меня буквально разрывало на части. Прошла уже целая неделя! А попытки тщетны… Никакого следа. Это приводило меня в ярость…

***

От лица Вики. — Эй, Непризнанная! Из-за тебя у меня проблемы, слышишь? — Говорил снова этот Голос. -… — Не смей меня игнорировать! — Вдруг моя левая щека загорелась пламенем, оставленный ею. Пощёчина… Я сдерживала себя, чтобы не закричать. Мне было больно, страшно… — Тупица… — Удар током, заболела голова, руки дрожали… «Всевышний, за что мне это?» Конечно же за свою любовь… Дала сама себе ответ. Нельзя было Непризнанным любить демонов или же ангелов. Неправильно. Собрав все свои мысли в кучу я поняла, кто это был. Ости… Та ещё мерзавка. С первого моего появления недолюбливает. — Ости… — Прошептала я. — Молодец… — Она сняла с глаз повязку. — Вот видишь, можно было сразу догадаться. — Она ехидно улыбнулась и села на диван. Я в свою очередь обратила внимание на дверь. Железная, с кучей замков… — Знаешь… А я ведь так любила… — Теперь стало ясно, что она напилась… Ох, если не умеет пить, то пусть не пьет. — С самого детства… — Продолжила та. — Как только я встретила его… Мое сердце чуть ли не выпрыгнуло. Я думала, что у нас может хоть что-то получится, но он лишь бросал на меня недовольные, полные ненавистью взгляды… Я так успела полюбить его, что не обращала внимания на других парней… — Ости всё продолжала и продолжала эту смазливую историю… А мне оставалось лишь слушать ее непрерывный рассказ.

***

— Дорогие ученики и учителя! Просим прощения за столь ранний визит, на то были причины. Как вы знаете мисс Уокер по непонятным причинам пропала! И нас это конечно же обеспокоило. Прошу всех не выходить из своих комнат пока один из учителей, а именно Геральд не проверит ваши воспоминания. Это важно! — Говорил Серафим Кроули. Ученики были в недоумении от происходящего. Послышались недовольные крики. Но на это не обратили внимания, позже все разошлись по своим комнатам. Геральд в свою очередь направлялся к каждому ученику и просматривал события происходящие за две недели. Хоть ученики и не было рады, но знали, что это необходимо. Очередь дошла до Ости и Люцифера… У Люцифера в голове одни женщины, но в них нет той самой я которую искал Геральд. Следующая Ости, воспоминания шли отрывками. Ничего не было понятно, это смутило Геральда. — Ости, успокойся… Тебя же не убивают! — Прикрикнул он. — Вам нельзя заходить дальше! — Девка прикрикнула, когда мысли дошли до этой недели. — Ты что-то скрываешь? — Я…нет, просто нельзя! — Не указывай мне. Я сам знаю, что можно, а что нет. — Геральд увидел одно странное место. Крик и…ничего. Это его насторожило ещё больше. — Глаз с нее не спускать. — Сказал тот Серафиму Кроули и вышел, напоследок взглянув на Ости.