После полуночи

Снег крупными хлопьями кружился за окном. Ирина Юрьевна не особо любила зиму и праздники длиною в месяц, но сегодня новогоднее настроение не покидало её. Несмотря на то, что до Нового года ещё достаточно времени, Москва уже празднично украшена. Многочисленные гирлянды и огоньки погружали Ирину в атмосферу сказки, а снег был приятным дополнением. Впервые за много лет ей захотелось поверить в чудо. Ирина много думала о разговоре с Агатой. Вспоминала, каким взглядом девушка на неё смотрела. На Ирину давно так никто не смотрел. Да и смотрел ли кто-нибудь именно так? Ирина могла с уверенностью сказать, что успела соскучиться по Агате за два дня. После откровений в клубе она перестала считать Агату избалованной девчонкой — определённо, жизнь Агаты, пусть ещё достаточно короткая, была нелёгкой. Ирина поймала себя на мысли, что хочет увидеть тёмные глаза снова. — Ирина Юрьевна! Здравствуйте! Агата никогда не изменяла своей привычке появляться громко. От неожиданности Ирина дёрнулась. — Келлер? Я вас сегодня не ждала… — Я мимо проезжала, решила заскочить. Ирина внимательно рассматривала Агату, зачем-то пытаясь уловить мельчайшие детали её внешности. Сегодня макияж на лице практически отсутствовал. Одета Агата была достаточно скромно. Вместо привычных каблуков — высокие сапоги на плоской подошве. Вместо короткой юбки — чёрные брюки. — Сегодня у дяди юбилей. Вы же будете на вечере? — Да, Агата, обязательно буду. — Тогда до встречи, — Агата слегка улыбнулась. — И да, извините меня, что убежала тогда… Я не хотела вас обидеть. С этими словами Агата скрылась в коридоре, поспешно захлопнув за собой дверь. — Ничего, бывает, — сказала Ирина в пустоту. В большом банкетном зале было много народу. Ирина Юрьевна сидела неподалёку от именинника, рядом с его семьёй. Весь вечер в горло не лез кусок. Зато алкоголь не переставал обновляться в бокале. Напротив сидела Агата. Взгляды их постоянно пересекались. — Ирина Юрьевна, вы шикарно выглядите! — улыбнулся Борис Георгиевич. — Спасибо, что пришли. — Спасибо, что пригласили, — подмигнула Ирина, поглядывая краем глаза на Агату. Светлое платье кремового оттенка Агате очень шло. Безукоризненные локоны, собранные блестящей заколкой, спускались по плечам на спину. Ирине захотелось дотронуться до них. — Я бы хотела кое-что исполнить. На рояле, — неожиданно громко сообщила Агата. Вилка мгновенно легла на край тарелки. Агата поднялась из-за стола и прошла к роялю, стоявшему на сцене. В зале наступила тишина. — Я плохо умею играть. Точнее, не умею вообще. Своего дядю я очень люблю, но эту композицию я хотела бы посвятить другому человеку, который находится здесь. Взгляд Агаты быстро скользнул по Ирине. Ирина сделала большой глоток вина. — Хочу, чтобы этот человек знал… — Агата замешкалась. — Впрочем, никакие слова здесь не нужны. Келлер уверенно положила руки на клавиатуру. В следующую секунду из-под её тонких пальцев полилась знакомая Ирине мелодия. Ирина не знала названия произведения, но, безусловно, это был Шопен. Пальцы не слушались Агату так, как профессиональных пианистов, однако было видно невооружённым глазом — Агата очень старалась и играла с душой. Слёзы беспощадно подбирались к глазам Ирины. Она с трудом сдерживала себя, чтоб не расплакаться прилюдно. Значит ли это то, что Агата только что призналась ей в чувствах? А вдруг тот самый человек — вовсе не она? В зале большое количество людей. С чего Ирина решила, что Шопена посвятили именно ей? Музыка стихла. Агата закончила играть, красиво опустив руки на колени. Со всех сторон послышались громкие аплодисменты. Ирина встала из-за стола. Холодная вода окутала ладони. Из зеркала на Ирину смотрела красивая, но уставшая женщина с полными глазами слёз. В этом вечернем платье она выглядела действительно хорошо. Платье подчёркивало декольте и стройность фигуры. Ирина смотрела на своё отражение и испытывала смешанные чувства. Сопоставив все детали, она пришла к выводу — Агата действительно призналась именно ей. Только одно Ирина знала точно — им необходимо поговорить. «Она не должна привязываться ко мне. Между нами ничего не может быть…» — крутилось в голове. «Я женщина, мне скоро пятьдесят. Она — девушка, ещё совсем юная девушка…» — Ирина… Ирина Юрьевна… Агата стояла в дверях, покачиваясь. Ирина замерла. Холодная вода продолжала шумно бежать из крана. Качаясь, Агата подошла совсем близко. — Как же так, Агата? Ты ведь ненавидела этот «огромный чёрный гроб»? На лице Агаты замерло удивление, лёгкая улыбка коснулась накрашенных губ. Только после сказанного Ирина поняла, что впервые обратилась к Агате на «ты». — Ну наконец-то вы перешли на «ты». Я думала, этого уже никогда не случится. Агата сделала шаг вперёд. Теперь их разделяло всего сантиметров двадцать, не более. От Агаты сильно пахло алкоголем. — Отношение к роялю я не поменяла. Но с помощью музыки я смогла сегодня признаться в любви. В следующую секунду Ирина почувствовала губы Агаты на своих. Все мысли разом покинули голову. Стало трудно дышать, но Ирина не спешила прерывать поцелуй. Ладонь Агаты оказалась в её причёске. Другая — на талии. Ирина осторожно приобняла Агату за плечо и раскрыла рот чуть шире. Ясно чувствовался привкус вина. Ноги подкашивались. Ирина боролась с желаниями углубить поцелуй и оттолкнуть Агату. — Я люблю вас, Ирина… — горячее дыхание Агаты обожгло ухо. Ирина почувствовала, как внутри все сжалось. — Завтра мы обе обо всём пожалеем. Не стоит делать друг другу больно, — Ирина обоими руками взяла Агату за плечи. — Позвольте мне обнять вас, пожалуйста… Не дожидаясь разрешения, Агата прижалась к Ирине, обхватив руками её талию. — Я так вас люблю… Вы даже представить себе не можете, как… Ирина почувствовала на своей груди слёзы и прижала Агату крепче. — Тише… Ты обязательно забудешь меня. Пройдёт время, и обязательно забудешь, слышишь? Агата уже плакала навзрыд. — Но я не хочу тебя забывать, — сказала она, резко отстранившись. В этот момент тёмные глаза стали будто ещё темнее. Агата развернулась и быстрым шагом ушла прочь. Лицо было щедро запачкано красной помадой. Вода продолжала литься из крана. Только теперь Ирина решила её заглушить. В зале по-прежнему было много людей. Ирина вернулась на своё место. Бокал был наполнен, но одномоментно стал пустым. Агаты за столом не оказалось. — Где Келлер? — шепнула Ирина одной из коллег. — Агата? Была только что тут. В уборной нет её? — Я только оттуда. Где она может быть, не знаешь? — Что случилось, Ир? Ты вся красная. Ирина снова вышла из-за стола. — Ирина Юрьевна, вы куда? Ещё торт впереди. — Борис Георгиевич, мне нужно поговорить с Агатой, она, наверное, отошла к машине… — Она только что уехала. — Как уехала? Куда? — Я вызвал такси. У неё завтра сложный день. Какой-то важный экзамен в университете. Может, вы позвоните ей, если что-то срочное? — Это не телефонный разговор, Борис Георгиевич. Ирина выбежала из ресторана, но Агаты видно не было. Снег большими хлопьями опускался на плечи. Небо было усеяно звёздами. Ирина стояла на улице в одном платье — риск простудиться был велик. Мороз окутал тело ледяным пледом. Ирина дотронулась пальцами до губ — каких-то десять минут назад их целовала Агата. На сердце было пусто, хотелось напиться. Ирина поспешила вернуться в помещение.