История чего?

      Если бы Тома Марволо Риддла спросили бы, кем он себя на данный момент ощущал, то он не задумываясь ответил бы, что самым настоящим моржом. Он реально ощущал себя с данным млекопитающим, так как ему хотелось просто лежать и балдеть, как сейчас в Выручай-Комнате. Для полного счастья, ему не хватало под боком одного кареглазого Тюленьчика…       Со вздохом, Риддл отложил на комод очередную историю сэра Артура Дойля о безумно гениальном сыщике. Да, он презирал магглов (и, увы, причины у него довольно-таки для этого веские), но это никак не мешало ему наслаждаться некоторыми вещами. Возле книги в специально зачарованной чашке дымился зелёный чай из Индии. Одному из его приятелей на Рождество привезли набор разного вида чая: от обычного чёрного до Да Хун Пао*. Том же предпочитал ромашковый и пробовал понять, что написано в книге. Он уже несколько минут не мог понять как Шерлок Холмс понял эту сложную головоломку, да еще и смог объяснить её своим помощникам. «Как Гермиона решила бы это? Она бы наверняка размышляла также, а её бровки двигались бы в такт мыслям. Поднимались бы от удивления и хмурились от непонимания. Или… Так…!»       И перечитывая одну и туже страницу, юноша не мог забыть о кучерявой головке его… Тюленьчика, точнее Выдры. Или… Партнёрши? Как бы это назвать? Ну вот. Опять сбился с мысли… И так каждый раз.       Спустя примерно пять минут Реддл сдался и просто прикрыв глаза задумался. О появлении Гермионы. Как они не поладили сперва. О том что было между ними. Всё таки ненавистью это не было. Скорее неприязнь. Взаимная.       Тут Том улыбнулся.        О Тайной Комнате. О том что увидела Гермиона. О том что не увидела. Так мысли перешли в сторону… стоп. — Блять!       Вскочив, Том, забыв о вещах, понёсся во всех парах по всё ещё сонным коридорам Хогвартса.        А Василиск-то у него — не кормленный!

***

— Слушай, а ты уверена что она вообще придёт?       Минерва и Драко ждали Гермиону возле кабинета зельеварения. Сегодня у них снова было несколько смежных уроков и они договорились встретиться пораньше. Просто уже несколько дней друзья не могли нормально поговорить. Гермиона почти всё время проводила с новеньким. Даже не с Томом! Тот, в свою очередь, тоже исчез из привычного поля зрения. Повезло, что были выходные. Из-за войны забрали нескольких учителей непреклонного возраста и юношей с желанием помочь. Том, Фрезби и Драко не вошли в этот список — каждый по своей причине (Том — остаточная слабость после лидийской лихорадки, Фрезби — какие-то свои медицинские противопоказания, Драко — тут уже подсобили Диппет с Дамблдором, но тссс!).       Всю неделю проводили так называемый «Рекрутский набор». «Добровольцы» и желающие, которые по тем или иным причинам, не смогли стать солдатами, тренировались, при этом не забывая о учёбе. Мадам Джой рвала и метала на турецком с греческим, когда в её Крыло приносили (в прямом смысле слова) очередного «бойца», так как школьники попросту не выдерживали. Директор Диппет всё ещё находился в Лондоне на экстренном заседании в Министерстве Магии, Дамблдор, который уехал спустя пару часов после директора — тоже. Школу оставили на профессоре Киркланде, а для него мёртвый занятый школьник — хороший школьник, что, в прочем, не сильно ободряло мадам Джой, чьё сердце искренне болело за каждого обитателя Хогвартса. Особенно за детей. — Да говорю же, если бы я знала, то и не волнов… О! Вот она! Явилась! — Минерва Макгонагалл зыркнула своим наработанным взглядом в сторону Гермионы и повернулась обратно к Драко. — Привет! Я проспала! — Гермиона неловко улыбнулась. — Сама Гермиона Гре… Крейтмег опоздала на первый урок в недели! Я в шоке. Я в шоке! Ожидать ли нам парада танцующих китов в небе? Том!       К троице друзей подходил Том во всей своей красе. Единственная, кто его не заметила это Гермиона не услышавшая последнюю фразу Драко. — Просто вчера мы с Фриксом читали редкую книгу по драконам! Оказывается, его дедушка работал в драконьем заповеднике. Поэтому у него много таких книг, — девушка копошилась в сумке и блаженно не замечала странных взглядов друзей, как и постепенно звереющего Тома. — Мы так увлеклись, что пропустили отбой — благо нас не заметили! — Но почему? Зачем столько проводить с ним времени?       Да. Минерва была определенно умной девушкой, но ведь тупить никто не запрещал? Да и в таких вещах не все разбирались. — Потому что, — тут мисс Крейтмег многозначительно покосилась в сторону окаменевшего от подобной наглости мистера Риддла, на которого она очень даже обратила внимание — кое-кто, не будем показывать пальцем, так как мы люди приличные и находимся в приличном обществе, забыл про кое-кого.       Этот «кое-кто», напротив, улыбнулся. — Брысь.       И не обращая внимания на немного ошарашеных людей, Том прошествовал в класс и устроился в углу кабинета.       Мало того что он не спал, так Василиск целый час отказывался есть сырое мясо только что зарезаной овцы! Оно, видите ли, не живое и не лично им убиенное! Ему живых подавай! Ну вот что за змеи пошли, а? И сейчас он был грознее обычного. Даже Гермиона села не с ним, а с Минервой, к тихому возмущению Драко. — С добрым утром страна, класс! — профессор улыбался аки оптимистичный жаворонок и, казалось бы, искренне не понимал, почему никто не разделяет его радостное утреннее настроение.       На его столе стоял котелок с зельем. Оттуда поднимался спиралевидный пар. — Сегодня бы будем изучать одно из весьма примечательных зелий! В своё время, магглы из-за него начали очередную охоту на ведьм, — Слагхорн заговощерски подмигнул. — Его мы и приготовим. А второе я дам тому, кто сварит идеальное зелье. Ну же, подойдите все сюда! Не бойтесь!       Когда все подошли, профессор продолжил: — Ну-с… Кто назовёт, что это за зелье?       Все косо посмотрели на «сладкую» парочку Хогвартса, но, на удивление, оба молчали!       Профессор Слагхорн разочарованно вздохнул: — Хорошо. Мисс Крейтмег?       Гермиона не сразу поняла что это за зелье.       Преподаватель с нетерпением ожидал как всегда точный ответ. И тут до неё дошло.  — А-амортеция? — вздёрнув носиком, Гермиона немного удивилась от запахов. Раньше это был запах нового пергамента, свежескошенной травы и зубной пасты. Сейчас же она чувствовала… всё тоже самое, только… паста сменилась на… — Сандал**? — Превосходно, мисс Крейтмег! А ещё — ещё что-нибудь Вы чувствуете? — П… пергамент новый и… трава. Свежескошеная, — казалось, что слова с трудом покидали её глотку. — А теперь, расскажите о самом зелье.       С каждым словом, Гермиона, казалось, оживала. Гораций с гордостью смотрел на одну из жемчужин своего факультета. Определённо девочку нужно позвать в Клуб Слизней — если раньше он здраво сомневался, то в последнее время, все сомнения развеялись. — Пять баллов Слизерину за ответ, мисс Крейтмег! Как вы поняли, друзья мои, сегодня будем варить амортенцию, тем более — тут старый профессор заговорщиски подмигнул — скоро день Святого Валентина, так что, дети, будьте особенно начеку, ведь не зря любовное зелье считается одним из опаснейших, благо, антидоты вы варить умеете. А чтобы подстегнуть ваш азарт…       Жестом фокусника, он вытащил маленькую бутылочку с красиво переливающимся зельем цвета золота. Кто-то восхищённо вздохнул: — Феликс Фелицис… — Верно, мисс Холбрук! 5 баллов Рейвенкло! А теперь, расскажите нам об этом зелье…       Высокая и смуглая девица быстро и чётко рассказала, как будто отрапортала, об особенностях зелья. С каждой фразой, всё больше и больше студенты начали бросать заинтересованные взгляды в сторону флакончика. Получив заслуженные 5 баллов, Холбрук уселась, а зельевар продолжил: — Тот, кто сварит идеальное зелье, получит в награду эту маленькую склянку Жидкой Удачи. Вы знаете, где лежат ингредиенты. Приступайте!       Думаю, очевидно, кто победил. Расстроганный профессор отдал два флакончика, что-то бормоча об «истинной любви, для которой никакие ссоры не страшны».

***

      Этот Барсук явно считал себя бессмертным. Или тупым. Или даже всё вместе. Он, ничего не замечая, продолжал увиваться за Крейтмег. Та благосклонно принимала знаки внимания, но её друзья нутром чуяли, что что-то явно идёт не так.       Вальпургиевы рыцари же недоумевали. Что происходит? Только недавно они обнаружили in vino veritas, как между этими двумя целая свора чёрных кошек пробежала! И этот Андерсон… Слишком много себе позволяет!       Никто так и не заметил, как они начали считать мисс Крейтмег «истинной Леди» (это всё Абраксас!) их Лорда. Поэтому с этим зарвавшимся покойничком (потому что только покойник будет дразнить Васили… кхем… Тома Марволо Риддла) пора разобраться. Где-то в коридорах Хогвартса — И-ик…

***

«И что она в нём нашла?»       Мелкий (хоть и крупнее Кеторега), белобрысый (но не такой, как Мелоун) и такой же раздражающий, как Кеторег с Мелоуном вместе взятые, Фрикс Эдриан Андерсон лежал связанный и оглушённый посреди Тайной комнаты. Но не долго. –Enervate.       Застонав, тот открыл свои серо-голубые глаза. Всё ещё дезоориентированный, он не сразу сообразил, где и в каком состоянии находится, но заметив задумчивый взгляд слизеринца, тут же вскинул брови домиком. — Мистер Риддл? Что происходит?       Том молчал, лишь пытливо разглядывал хаффлпафца. Тот продолжал сыпать вопросами. Когда слизеринцу надоело, он прокрутил запястье правой руки. Фрикс судорожно взглотнул, увидев в мужских изящных пальцах бледную, похожую на кость, палочку. Брюнет внимательно осмотрел свой инструмент, который вновь достал. «Тис, перо феникса, 13 ½ дюймов, хлёсткая, идеально подходит для властных и сильных волшебников. Но будьте осторожны, мистер Риддл — тьма никогда не приносит счастья!»       Поймав его взгляд, Том невинно, как ангел с картин эпохи Возрождения, улыбнулся ему, навёл тисовую палочку и, громко и чётко — как на уроке, произнёс: — Crucio!       Казалось, что от воплей Фрикса рухнут своды Комнаты. Том с невозмутимостью палача смотрел на захлёбывающегося в собственных криках тело. Отменив проклятье, Риддл на этом не остановился: — Legilimens!       Кричать громче попросту невозможно, но Андерсон с лёгкостью продемонстрировал это. На удивление, Тому не удалось сломать его блок, но брюнет не отчаивался. — Crucio! Legilimens! Crucio! Legilimens! Crucio…       Он чередовал заклинания, с ювелирной точностью разрушая окклюментивный блок своей жертвы, но к невольному уважению Риддла, Фрикс всё ещё держался.       Судорожно хрипящий парень представлял собой омерзительное и, по своему, жалкое зрелище. Весь в крови, в соплях и слезах, Андерсон во время пыток опорожнил кишечник и мочевой пузырь и едва не захлебнулся в собственной рвоте. Своими судорогами, он умудрился порвать верёвки. Том не жалел сил. Но и старался не довести блондина до состояния овоща. Рано. — Сдаёшься?       Ответом ему послужил яростный взгляд серо-голубых глаз, что выглядели весьма жутко в обрамлении лопнувших капилляров. Казалось, Том только обрадовался такому «ответу». Продолжая всё так же невинно улыбаться, Риддл вновь навёл свою палочку.       Фрикс зажмурился и стиснув стёртые, в крошку, зубы, готовясь к новой порции боли, но… Его тело охватило тепло. Бедолага широко раскрыл глаза и увидел, что на его искалеченном теле нет ни малейшего клочка ткани. Ещё одно заклинание — и он едва не засверкал от чистоты. «З… з-за-А-ач-че-Ем?» — Знаешь, а мне теперь и не очень-то интересно, что же такое важное скрывает твоя тыква, по недоразумению называемая головой.       Теперь лицо Риддла походило на посмертную маску. Из тёмного провала его рта послышалось шипение. «Нет… Нет! Пжлста!»       Величественное тело василиска было как всегда великолепным. Нет, ему никогда не надоест наблюдать за 3 вещами: как корчатся его враги, как двигается василиск и как злится его Гермио-она…       Наследник Слизерина заметил, как Андерсон зажмурился — на большее его не хватило. «Умный Барсук. Жаль, что не всегда» — Sssshaassseyaa…       Монстру большего не потребовалось. Риддл с присуще родителям гордостью наблюдал за трапезой змея. — Приятного аппетита, Малыш.       Ему показалось или тот улыбнулся?