Сборник драбблов по Леди Баг и Супер-Кот

***

      В своём время, попытавшись отпустить чувства к ЛедиБаг и найти счастье с Кагами, Адриан не мог сказать, что жалел. Она помогла ему стать лучше — увереннее, немного безрассуднее и твёрже в принятии решений. Он же помог ей избавиться от оков матери, а своей поддержкой внушил веру в себя. Они оба нуждались друг в друге, чтобы, наконец, обрести свою свободу. Она чувствовала себя рядом с ним настоящей и счастливой. Но сколько бы он себя не обманывал, не смог до конца отпустить свои первые чувства. — Пап, смотри, — ещё такой маленький, но уже высокий парнишка подбежал к мужчине, гордо выставив грудь вперёд, демонстрируя медаль. — Я снова лучше всех. — Молодец, сынок. — Приобняв сына, Адриан улыбнулся. — Я тобой очень горжусь. — Не зазнавайся, Хьюго, — твёрдо заявила вошедшая за сыном жена. — То, что ты лучше всех, ещё не значит, что можно расслабиться и перестать тренироваться. — Я ни за что не перестану тренироваться, мам, — уверенно заявил мальчик. — И однажды добьюсь таких же высот, как и ты. Даю слово, — и удалился вверх по лестнице в свою комнату.       Кагами порой была слишком серьёзной и излишне строгой, но такое воспитание определённо давало свои плоды. Адриан безмерно ценил всё, что она делала для их семьи — от планов совместных поездок и вечеров за вкусным ужином, до их редких, но страстных уединений в спальне и поддержания домашнего быта, даже когда до него совсем не доходили руки. Кагами организовала практически всё, считая, что сделает лучше для всех. Она облегчала ему жизнь, и он старался отвечать ей тем же. Она поистине замечательная. Но по-настоящему полюбить эту прекрасную девушку Адриан так и не смог. После победы над Бражником, они с ЛедиБаг раскрыли свои личности. И он был счастлив, узнав, что это была его милая одноклассница. Хотел признаться ей в этом. Но они разошлись, оставшись при своих мыслях. Потому что он не мог так поступить с Кагами. Он был верен своему слову и даже не думал его нарушать, даже когда этого хотелось. — Я подумал, было бы неплохо сходить всем вместе куда-нибудь, — сказал Адриан, помогая жене снять пальто. — Мы давно никуда не выбирались. — Можно, но сначала я проверю график, — практически безэмоционально отозвалась девушка, открывая записную книжку, но только прислушавшись можно было услышать радостные нотки. — Ничего не случится, если ты разок его изменишь, — подойдя к Кагами сзади и обняв её, Адриан оставил лёгкий поцелуй на её щеке. — Ты же знаешь, как я не люблю отходить от графика, — начала было возмущаться жена, но муж знал, нет, чувствовал, что на самом деле ей хочется, чтобы он уговорил её. — Кто-то мне вчера говорил, что ради семьи можно график и подвинуть, — хитрая улыбка отразилась и на голосе. — Ладно, ты меня подловил, — извернувшись, девушка встала лицом к парню, обхватила руками его шею и поцеловала, жадно и жарко.       В такие моменты Адриан ощущал эйфорию и, казалось, испытывал нечто большее, чем простое влечение. Но только на месте жены всегда была верная напарница. Именно её образ разжигал огонь, дарил настоящие ощущения. И за эти представления он себя ненавидел. Ведь обманывал себя. И свою жену. Нет, она тоже прекрасна собой. Но сравниться с его Леди просто не могла. Да, между ними никогда не было ничего серьёзного. Так, несколько поцелуев, половину из которых он не помнил. Но отпустить этот образ, этот взгляд, эти изгибы не получалось. Маринетт была другой и, казалось, понимала его лучше, чем кто-либо. Но Кагами порой понимала ещё лучше, но и бывало, что не понимала вовсе.       Прошло уже десять лет с момента выпуска из лицея. Он — известная модель. Она — самая титулованная спортсменка страны. А их маленький сын — уже даёт понять, что пойдёт по стопам матери. Какие бы дети были у них с Маринетт? От этих мыслей стало совсем стыдно и жутко неловко. Это ужасно, с его стороны, обманывать, ради обещания. Быть верным слову было слишком тяжело. Особенно, когда его любовь, его подруга уже была занята и выглядела такой счастливой рядом со своим мужем. Разве он мог взять и разрушить сразу две семьи, поддавшись желанию? Он бы никогда себе такого не простил. — Что-то не так? — Понимая, что в какой-то момент Адриан перестал отвечать на ласки и застыл, Кагами немного отпрянула. — Нет, то есть, да, всё хорошо, я, просто, устал, — запинаясь после каждого слова, Агрест удивлялся, как она ещё не догадалась, что всё это дурацкие отговорки. — Последняя неделя выдалась очень насыщенной, нам действительно нужно отдохнуть, — взяв записную книжку с графиком, девушка откинула его в сторону.       Как ему хотелось, чтобы она сама всё поняла, разозлилась на него, выпустила пар, отдавая должное обманщику. Но Кагами не понимала или же стойко дело вид, что ничего не понимает. Адриан по праву присвоил себе звание худшего мужа. Ведь, как можно, живя с такой чудесной девушкой, целуя её, уединяясь с ней, представлять другую? Как он ещё не назвал жену именем подруги — удивительно. Но был один случай, прямо на их свадьбе, когда, произнося клятвы, Адриан сделал вид, что откашлялся, называя другое имя.       Сама свадьба поражала воображение, её освещали все, кто только мог. И все, как один, желали им счастья. И, сперва, возможно, они и были счастливы — если ругались, то быстро мирились, если спорили, то всегда старались найти компромисс. Но Адриан, всё же, уступал жене чаще, потому что чувствовал себя виноватым. Они понимали друг друга, пусть и не всегда. Но зацепиться за это чувство, отдаться ему, раствориться в нём, у Адриана не получилось. — У нас, ведь, всё хорошо? — Всё же спросила Кагами, пытаясь поймать взгляд мужа. — Хотелось бы верить, — отстранённо ответил Адриан, отойдя от жены и сделав вид, что ему кто-то звонит.        Когда они с ЛедиБаг стояли друг напротив друга и уже видели в героях своих одноклассников, оба были в смятении. Но Адриан был готов прыгать от счастья до самой вершины Эйфелевой. Его больше не разрывали противоречивые чувства. Он принял их обоих — как единое целое. И очень хотел, чтобы и его приняли. Чтобы чувства, возникшие в тот прекрасный солнечный день, накрыли их двоих. Чтобы ЛедиБаг увидела в Адриане своего глупого Кота. Чтобы их любовь заиграла новыми красками. Но жестокое понимание того, что это предательство по отношению к Кагами, делало невозможным всё это. Маринетт была в смятении от его быстрого молчаливого ухода. Они разошлись, и мальчишечье сердце было разбито. Она, казалось, искала встреч с ним, но всё время была с Лукой. И он понял, что попытается обрести своё счастье с Кагами. — «Мало веры. Важно — желание. Жаль, что у тебя его нет.»        Вид счастливых Луки и Маринетт приносил боль. И Кагами это знала, но всё равно была с ним, пыталась любить его, как и раньше, и втайне мечтала, что, однажды, её первая любовь отпустит свою и сможет стать по-настоящему счастливым. Вместе с ней.