Морские звезды.

До Шира мы добрались быстро. Неделю мы скакали, практически не останавливаясь. Кони у нас выносливые, им не требовалось много отдыха. Мы приехали в Хоббитон утром. Часов в восемь. Оставили коней на кромке леса и пошли к норе Бильбо пешком. А когда подошли к ней, сразу увидели его. Полурослик с кудрявыми волосами сидел на скамейке около дома. Глаза закрыты, а в руке длинная трубка. Гэндальф быстро превратил вылетевшее облачко дыма в бабочку, которая залетела прямо в нос мистеру Бэггинсу. Он мгновенно открыл глаза и заметил нас.  — Доброе утро, — да уже, в фильме не наврали про его вежливость…  — Что вы хотите этим сказать? — Гэндальф в своём репертуаре, — вы желаете мне доброго утра, утверждаете, что утро доброе, и не важно, что я об этом думаю? Или вы хотите сказать, что испытали на себе доброту этого утра? Или вы считаете, что все должны быть добрыми в это утро?  — Всё это сразу, я полагаю, — да уж, будущий взломщик явно озадачен. А я не смогла удержаться и не вступить в этот странный разговор:  — Гэндальф! Перестань путать мистера Беггинса! — Бильбо удивлённо взглянул на меня, приподнял брови, — Меня зовут Алиэль, а это, — я вытянула из-за спины сестру, — моя сестра Элениэль. Рада знакомству! — я церемонно поклонилась хоббиту, прижав правую руку к сердцу, как того требует эльфийский этикет.  — Бильбо Бэггинс, — представился полурослик и тоже поклонился, — к вашим услугам!  — Бильбо, — начала я, — а как ты относишься к приключениям? — хоббит озадаченно посмотрел на меня:  — Эмм, а к чему такой вопрос?  — Видишь ли, Бильбо, мы ищем того, кто хочет пойти навстречу приключениям, — я внимательно посмотрела на полурослика и внезапно добавила, — а ещё того, кто мог бы накормить тринадцать гномов сытным ужином! — хоббит застыл, перевариваю сказанные мною слова и не сразу выдал:  — Т-тринадцать г-гномов? — он ошарашенно посмотрел на нас, — сытным ужином?!  — Я понимаю, я предлагаю тебе довольно странную вещь, — я щапнулась на мгновенье, — но нам правда нужна помощь, — я просяще заглянула хоббиту в глаза, — правда! Сразу было видно, что принять решение Бильбо было трудно. Он мялся минут пять, и все это время мы стояли и ждали, когда же хоббит решиться. И он решился. Громким «Лаадно» он обрадовал нас настолько, что я, не сдержавшись, обняла маленького человечка. Он рассеянно приобнял меня за плечи.  — Бильбо, а можно ли нам с сестрой пожить у тебя несколько дней, пока Гэндальф ездит за гномами? — спросила я и радостно взглянула на Элениэль, когда он кивнул головой, — Гэндальф, — обратилась я к магу, — когда гномы, примерно, должны быть здесь?  — Завтра — волшебник поджал губы и вдруг неспешно подошёл к двери и начал выцарапывать посохом знак, мерцающий синим светом.  — Что вы делаете? — попытался остановить его Бильбо, — эта дверь покрашена всего неделю назад, зачем же портить?! — бедный хоббит чуть не плакал.  — Это знак, Бильбо, — маг закончил чертить и повернулся к калитке, — знак, по которому гномы найдут твой домик, — Гэндальф вышел на дорожку и неспеша пошёл к своему коню, мирно щиплющему травку.

Тук-тук.  — Двалин. К вашим услугам.  — Бильбо Бэггинс. К вашим. Ну вот, началось. Первый гном явился. Мы с сестрой вышли из кухни.  — Али, — я коротко поклонилась.  — И Эли, — Ленка помахала ручкой.  — Эльфы, — гном угрожающе положил руку на топор.  — Эльфы, — спокойно подтвердила я.  — И, кстати, — Эли обернулась к Двалину, — посмотрите на дверь, — она указала на дверь, где висела табличка с надписью «Нет манер — нет ужина», специально сделанная нами для того, чтобы гноым знали, что будет, если начнут вести себя как в фильме, — это обязательное условие.  — Вы не вправе требовать такого от гномов, — Двалин возмущённо посмотрел на нас.  — Это обязательно условие, — с нажимом повторила я, — тем более, вы тоже не вправе доводить бедного хоббита до обморока, — я встретила недовольный взгляд гнома. Он подозрительно зыркнул на меня, но все-таки нехотя кивнул, признавая мою правоту. Дальше все пошло просто отлично. Пришедшие позже гномы прониклись надписью, испугавшись за свои голодные животы, и исправно старались вести себя как можно приличнее. Конечно, кому же хочется остаться голодным! А Бильбо-то до чего довольный был! Мало того, что гости пришли, да они ещё и его стряпню хвалят каждые пять секунд, не останавливаясь! Хоббиты вообще добрый и гостеприимный народец и очень любят гостей, а тут такая ситуация, что Бильбо был просто в восторге. Торин удивительно быстро согласился. Конечно, сначала он был жутко недоволен, почти кричал на Гэндальфа, доказывая, что эльфы враги гномов и их никак нельзя брать в поход. Мы в это время стояли в сторонке, ожидая решения нашей участи и вышли только тогда, когда Торин обратил внимание на необычно приличное поведение своего отряда. И, видимо, проникся уважением к личностям, которые смогли утихомирить гномов. Так что мы были приняты в отряд. Я мрачно присела на скамейку. Настроение испортилось после одной мысли. Вдруг из-за нашего вмешательства что-то измениться? Например, Смауг может проснуться, но не умереть. Тогда Эребор останется под его властью ещё много лет и может вообще навсегда! А Братство… Если Смаг проснётся, он точно встанет на сторону Врага. И тогда нам точно его не одолеть! Что же делать? Я застонала сквозь стиснутые зубы.  — Что случилось? — Эли положила мне руку на плечо, — тебя что-то гложет? — сказала она таинственным голосом, — скажи, может я смогу помочь!  — Пфф, — я фыркнула, — говоришь, как Галадриэль!  — Так я её и пародирую, — улыбнувшись, ответила Эли уже нормальным голосом и присела рядом со мной, — но все-таки? Ты точно чем-то обеспокоена, я же вижу.  — Да так, — я махнула рукой, — всякие мрачные мысли в голову лезут.  — И какие же? — даа, она не отстанет.  — Что будет, если из-за нашего вмешательства что-нибудь измениться, — я покосилась на неё краем глаза. Она улыбнулась:  — Али, — касание рукой моих волос, — не надо об этом думать! По крайней мере, сейчас. Мы же пока даже ничего не изменили! Успокойся, — она провела рукой по моей голове и поднялась со скамейки, — или спать, Али. Все будет хорошо. Вышли мы рано утром. Было сыро и холодно, потеплело только ближе к полудню. Хоббиту явно было неудобно и непривычно, но он очень хорошо держался и старался не показать своих слабостей. Я подбадривала его, как могла, Эли тоже не отставала. Надо заметить, что носовой платок он все-таки не забыл — сестра напомнила. Мне очень хотелось избежать стычки с троллями. Не хотелось бы лежать в мешке или жариться на вертел над костром. Но в пещеру забраться было необходимо.  — Торин! — окликнула я предводителя отряда, — выстави на охрану пони побольше гномов. Чтобы со всех четырёх сторон охранялись.  — Зачем? — король-под-горой недоуменно взглянул на меня, а Эли понимающе кивнула, — Кили и Фили справятся и сами.  — Недалеко от нас ужинают три громадных и вонючих тролля, — медленно и с расстановками, как маленькому ребёнку, начала объяснять я, — и эти тролли очень хотят съесть наших чудесных пони.  — А ты откуда знаешь, — гном подозрительно взгляделся в меня.  — Вот, знаю, — я хмыкнул и тут же спохватилась, — ну, пожалуйста, Торин!  — Ладно! — гном махнул рукой, — Глоин, Бифур, идите к Фили и Кили, быстрее! А ты, — повернулся он ко мне, — иди, следи за ними, как самая разумная. Я польщённо заулыбалась и быстро побежала за гномами. Эли присоединилась ко мне по дороге.  — Тролли? — как всегда лаконично спросила Эли.  — Тролли, — так же лаконично подтвердила я. Добравшись до гномов, мы тихо встали за спинами Фили и Кили. Бифур с Глоином, конечно, тоже раздолбаи, но племянники Торина раздолбаи более молодые и поэтому более раздолбайные. Я весело улыбнулась обернувшемуся Кили, и он тут же отвернулся.  — Пойдём, — я схватила Эли за рукав и потянула за собой, — надо проверить. На нас вопросительно посмотрели четыре глаза. Но мне было все равно. Я шагнула в темноту и скрылась за кустами. Эли последовала за мной. Тролли были на месте.  — Обязательно надо, чтобы они сдохли, — зашептала я на ухо Эли, — но так, чтобы гномы не пострадали.  — Надо сказать Торину про них.  — Я уже сказала.  — И он не полез на них с топором?!  — Представь себе! Даже не сделал попытку. Это подозрительно…  — Надо дождаться рассвета и расколоть камень как в фильме.  — Мы не сможем. Это сделал Гэндальф со своим посохом, а у нас волшебных палочек нету!  — Значит надо предупредить волшебника!  — Я думаю, он сам придёт. В фильме же пришёл. Значит и сейчас явиться. Главное, чтобы ему хватило ума просто расколоть камень, а не лезть в бой.  — Али! — Эли укоризненно посмотрела на меня, — он же маг! Уверена, ума у него хватает, хотя иногда он поступает крайне глупо, — последние слова она пробормотала себе под нос, но я все равно услышала.  — Вот поэтому и сказал про ум, — я сделал шаг назад, — пойдём, надо поговорить с Торином. Слава Эру, Торину не лезть в бой ума хватило. Так же, как и Гэндальфу. Так что, через несколько часов, мы благополучно забрались в пещеру, где жутко воняло, и забрали все нужное. И не только мечи для Гэндальфа, Торина и Бильбо. Мы нашли там кое-что полюбопытнее. И я надолго застряла около этой вещицы.  — Эй, ты чего застряла, — крикнул мне Торин, когда я постояла там минут пять, и подошёл. И тоже замер. На большом серебряном подносе лежали клинки. Удивительный красоты парные клинки изящные, как сама Эстэ, с вязью рун на рукоятках и лезвии и с каким-то особым знаком. На рукоятке было два синих камня. Эти клинки были мне абсолютно незнакомы, но что-то влекло меня к ним. Я наклонилась поближе. На рукоятке одного была намотана цепочка с кулоном. Точнее, камнем с нарисованный картинкой: море и звезды наверху.  — Mailarzair, — неслышно подошёл Гэндальф, — парные клинки древнего рода, утерянные очень давно. Убивающая сияющая молния. Это их имя. Носи с гордостью, Алиэль.  — Я? — я растерялась, — я не могу! Я н-не достойна!..  — Они твои, Али, — подошла Эли, — они предназначены для тебя. Никто другой не может претендовать на эти клинки.  — А… Как же ты, Эли? Ты же старшая…  — Я тоже подобрала себе оружие по душе! Tahllar — сияющий клинок! Даже имена похожи, — она положила рядом с клинками свой меч. Он был похож на мои клинки. И тоже с синим камнем.  — Они твои, Али, — повторил Гэндальф и вышел из пещеры, — кстати, — крикнул он уже с улицы, — когда подойдут орки они будут светиться темно-синим пламенем! Я очнулась нескоро. Уже на улице, уже при Радагасте. Помахал ручкой старому знакомому и уселась на камень неподалёку. И вдруг вспомнила про кулон.  — Гэндальф! — крикнула и маг, обернувшись, зашагал ко мне, — а что это за кулон?  — Это тоже вещь этого рода. И тоже считался утерянным. Это знак рода, Али. Если тебе угодно, герб.  — Это вещи моего рода, не так ли, Гэндальф, — я пристально посмотрела на мага. Он тяжело вздохнул.  — Так и есть, Али.