Наташа Романофф
2 июня 2020 г., 01:00
Клинт поднялся на третий этаж. За фасадами стеклянных небоскребов и дорогих домов скрывались дома для обычных людей: простые, без стекол от потолка до пола и с адекватной ценой за аренду.
Именно в таком и жили Бартон и его подруга Наташа Романофф, за которой он собственно и пришёл. Клинт постучал в дверь подруги, а та лишь позвала его. Он быстро нашарил в кармане ключи, нервно открыл замок и почти вбежал в квартиру.
– Клинт, помоги, – попросила Наташа, лёжа на полу с полным муки выражением лица.
Бартон не растерялся, тут же начав помогать. Это не первый раз, когда он застает Наташу сломанной куклой, причём, это определение подходит ей слишком хорошо.
Наташа Романофф – урождённая Романова – русская эмигрантка и бывшая балерина. Всю свою жизнь Наташа провела в балетной академии, всю жизнь она тянула шпагат, садилась в плие и носила пачку и пуанты. Она видела только тренировочный зал со станком и сцену. Лучшая выпускница своего года, она танцевала партию Королевы лебедей на выпускном, как мечтает каждая в их мире. Перед ней открывались двери всех театров, пока одно злосчастное падение не лишило ее всего.
Партнёр не удержал ее в поддержке, и они оба свалились на жесткий пол сцены, да ещё горе-партнёр навалился сверху, навсегда лишая ее будущего в лучах софитов.
Перелом правой ноги и ушиб поясницы не просто лишили ее карьеры, они навсегда остались с ней резкими приступами, когда сводило всю ногу целиком, и оставалось только молиться, чтобы эта адская боль поскорее прошла. Каждый раз, падая из-за сведённой ноги или не имея возможности встать, Наташа боялась, что не встанет уже никогда.
Так было и сейчас, когда ногу свело совершенно неожиданно, и она свалилась прямо на пол, не имея возможности даже пошевелить ногой. В такие моменты на неё накатывала паника – она просто лежала, не позволяя потечь слезам, так некстати подступающим к горлу.
Клинт быстро растер ее ногу, поднял, чуть вытягивая, снимая спазм и возвращая чувствительность. Сейчас он уже легко мог оказывать Наташе первую помощь, чего нельзя было сказать о первых нескольких разах.
Его всегда завораживала внешняя хрупкость девушки, тонкая талия, худые руки и ноги, и рыжие кудри, что оттеняли ее светлую кожу. Тогда же он и сравнивал ее с куклой. Но за внешней хрупкостью скрывались стальной характер и сила воли.
Оставшись без карьеры, Наташа все равно не сдалась. Она не представляла себе жизнь без танцев и попыталась вернуться на сцену, хоть и быстро поняла, что теперь с ее ногой не потянуть изнуряющие тренировки. В ее случае оставался единственный выход – стать тренером.
Оставаться в России она не пожелала. Обе столицы знали ее имя в театральных кругах, а смотреть на жалость девушке не хотелось. Переезд в Америку не был для неё столь тяжелым. Она привыкла жить в академии, хотя первое время было ужасно непривычно находиться в одиночестве, Наташа никогда не умела сдаваться.
– Спасибо, – смогла сесть Наташа, обнимая Клинта за шею, зарываясь носом в плечо. – Спасибо.
Клинт гладил ее по волосам и спине, успокаивающе похлопывал по плечу. Он знал, что Нат ненавидит жалость, да и с ее силой характера девушка вызывала лишь восхищение.
– Через пару минут буду готова идти, – все ещё обнимает его Наташа, но уже не так сильно.
– Хорошо.
Они собирались пойти потренировать бой, поэтому Клинт и зашёл за подругой, но сейчас, конечно же, они не пойдут в зал. Сказать это в открытую – значило нарваться на сопротивление, а это Бартон уже проходил. Их знакомство началось так же неожиданно, как впоследствии переросло в крепкую дружбу.
ФБР накрывали крупный притон, и по-совместительству бордель, выслеживая одного из крупных наркоторговцев. Но то ли кто-то перепутал данные, то ли ещё что-то, но вломились представители закона в дом, где проживала в то время Нат.
Конечно, райончик был соответствующий – только в одном доме с Наташей проживали проститутки, несколько трансов и мелких барыг. А такими были все дома в округе. А что ещё было делать русской, едва приехав в страну? Денег не было даже на еду, а тут квартиры сдавались за копейки.
Наташе повезло. Она сразу не стала сопротивляться при облаве, лишь попросила возможность взять документы. На ее счастье, как раз Бартон был тем, кто выбил хрупкую дверь ее жилища.
Разобравшись в ситуации в участке, Клинт, в качестве извинения за выбитую дверь, пригласил красивую девушку выпить кофе, а Наташа не отказалась – слишком давно она не пила хорошего кофе.
Они даже попробовали сходить на свидание, у них их было целых три, и когда, по всем правилам хорошего тона, девушка могла уже согласиться на большее, оба поняли, что быть друзьями им нравится больше. С тех пор и дружат.
Наташа устроилась в одну из лучших балетных школ Манхеттена, а Клинт позвал ее жить к себе, пока не сможет или не захочет найти что-то лучше, чем район притонов. Нат согласилась, но как только услышала, что в том же доме и даже на том же этаже сдаётся соседняя квартира – переехала туда, школа как раз покрывала ее расходы.
– Давай пойдём просто гулять? Сходим к Старку, — помогая подруге подняться, держал ее за руки Клинт.
Нат нахмурилась, но и сама понимала, что на сегодня спарринг откладывается. Боевыми искусствами Наташа заинтересовалась как только Клинт впервые предложил ей пойти с ним на тренировку. Агента ФБР прилежно обучали всевозможным навыкам, а тот передавал их подруге, заодно и оттачивая. Правда, иногда тренировки прерывались подобными случаями. Наташа все равно продолжала танцевать и всячески тренироваться, не позволяя себе расслабляться, и ей быстро удавалось забыть, что может произойти.
– Его уже выписали? – спросила Наташа, принимая идею друга.
С миллиардером, плейбоем и филантропом Тони Старком Наташа познакомилась, ожидаемо, в театре.
На Бродвей приезжала труппа ее академии, и Нат не могла пропустить этого, хотя и очень хотела. Тони же оказался на вечере, потому что ни один уважающий себя селебрити не мог пропустить гала-концерт русского балета.
Встретились они, как ни странно, на заднем дворе театра. Наташа не смогла просто смотреть на то, что у неё отняли. Некоторых из балерин она знала лично, и от этого тоска по дому только сжигала ее с головой.
Старк же покинул праздник танца из-за банальной потери интереса. Все его друзья благоговейно уставились на сцену, а он почувствовал себя в том самом ненавистном одиночестве. Выходить под камеры папарацци к главному входу не хотелось, поэтому он пошёл к другому, надеясь встретить там курящих танцоров или таких же, как он, избалованных деньгами местных звёзд. Но встретил Нат, которая стояла с закрытыми глазами, а лицо ее было чуть обращено к небу. В ее руках тлела сигарета, которую она даже не пыталась поднести к губам.
– Простите, – обратился к ней Старк, чувствуя, что их обоих пора спасать от одиночества. – У вас не будет ещё сигареты?
– Это единственная. Но можете взять, я ее не курила, – протянула она уже наполовину истлевшую сигарету.
– Спасибо, – принял сигарету Старк, сделав всего один вдох. — Почему вы не в зале?
— Для меня интереснее всего смотреть балет со сцены.
— Вот как? — удивился Тони, успевая лишь ещё раз вдохнуть почти закончившуюся сигарету. — Может, тогда сбежим отсюда?
И они действительно ушли. Поймали такси на проспекте и поехали в выбранный Старком ресторан. Познакомились уже за столиком, почему-то посмеявшись с такой странной последовательности.
Тогда у Старка ещё не было Пеппер, а были лишь куча проблем с гостиницами, алкоголем и наркотиками. Именно Наташа познакомила Тони и Клинта друг с другом, когда Старка едва не посадили за наркотики в казино его гостиницы. Бартон замял дело, и как-то все трое обрели друг в друге лучших друзей.
Как ФБРовца, Клинта дольше всех не могли вывести на честный разговор. А потом оказалось, что он такой же, как они – потрёпанный жизнью и просто идущий куда-то человек. Воспитывала его только мать, она-то и привила сыну желание сделать мир лучше, поэтому Клинт пошёл сначала в полицейскую академию, а там ему предложили идти в ФБР. И это несмотря на то, что в детстве и юности Клинт был отнюдь не самым прилежным ребёнком. Он желал справедливости, и если это требовало кулаков или хулиганства, то это ради высшей цели. Правда, чем больше всяких преступников, уродов, наркодиллеров и барыг он ловил, тем больше понимал, что идеальный мир – это утопия.
— Да, как раз вчера, — ответил Клинт, все ещё поддерживая подругу за руки.
— Хорошо, — сделала пару шагов Наташа, совсем не чувствуя боли или спазмов. Нога немного ныла, но это быстро пройдёт, как всегда.
Сумка для тренировки так и осталась на своём месте, а друзья направились в гостиницу Старк.
Тони они застали как раз в холле. Старк с Одинсоном шли к выходу, когда столкнулись с ними. Тора Одинсона Наташа уже тоже знала. Познакомились по дороге в больницу к Тони и на его дне рождения.
— Как дела? — хором спросили Клинт и Нат, глядя на довольного Тони.
Гипсы уже сняли, синяки и царапины на лице затянулись, а всех остальных затягивающихся напоминаний о гонке не было видно под одеждой.
— Жив! — раскинул руки Старк, демонстрируя себя, — Как раз собирались с Тором в SHIELD.
SHIELD – кафе в трёх кварталах от гостиницы Старка. Компания давно присмотрела это место, сделав его точкой сбора, куда можно наведаться всем вместе и спокойно посидеть в любое время. Большие диваны, удобные кресла и столики разных размеров подходили под любое количество людей. И хотя обычно они наведывались туда втроём, теперь к их компании присоединился Тор. Блондин быстро влился к ним, интересовался происходящим вокруг, словно только открывал этот мир. Он даже успел сходить с Нат на перформанс в Центральный парк, оценив современный танец, глядя на который Наташа лишь поджимала губы, в очередной раз утверждаясь, что нет ничего величественнее классического балета.
В кафе они заняли привычное место: расположенный в углу столик с одной стороны окружённый угловым диваном, а с другой тремя креслами, одно из которых было у окна, на котором стояли цветы и минималистичная вывеска: «Захвати с собой кофе, а потом и весь мир».
— Привет, ребята, — подошла к ним официантка, протягивая меню.
— Привет, Мария, — поздоровались Тони, Клинт и Нат. Тор кивнул.
— Мне как обычно, — отдал меню Клинт.
— А мне шоколадный молочный коктейль, — решила Нат.
— Кофе и вафли, — тоже сориентировался Тор.
— Блинчики и молочный коктейль, — решил и Тони, тоже отдавая меню.
— Все будет, — улыбнулась Мария и ушла к стойке.
Пока ждали заказ, ребята болтали о всякой ерунде, обменивались последними новостями и смеялись. Мария принесла все очень быстро, расставляя заказы перед ребятами.
— Нат, ты чего это? — удивился Тони, глядя на огромный стакан коктейля, украшенный горой взбитых сливок и посыпанных шоколадной крошкой. Такого ударного количества калорий балерина себе обычно не позволяла.
— Жизнь слишком коротка, чтобы отказывать себе в маленьких удовольствиях, —ответила девушка, берясь за трубочку.
— Клинт, мы сможем потом поговорить? — посмотрел на друга Тор, разрезая вафлю.
— Говори при всех раз начал! — встрял Тони. — Может, я тоже смогу помочь!
— В общем, несколько месяцев назад мой младший брат захотел пожить отдельно. Но мама уже два месяца не может с ним связаться. Я был на квартире, которую он якобы снимает, но там его нет, и никогда не было. Я хотел попросить, Клинт, не мог бы ты помочь с поисками...
— Думаешь, малец мог попасть в плохую компанию? — хмыкнул Тони.
— Не исключаю. У Локи весьма вздорный характер и мадагаскарские тараканы в голове.
— Мне нужно фото, полное имя, приметы и характеристики. Помогу, чем смогу, —отпил свой чай Клинт.
— Спасибо. Большое, — поблагодарил Тор, переплетая пальцы в замок.
