Sex slave.

Старая прикроватная лампа излучает тусклый свет, пытаясь выхватить небольшую уютную комнату из чернильной темноты. Доминик давно лежит в прохладной постели, пытаясь заснуть и словить самые сладкие сны. Провалиться в желанный сон не дают мысли о том, что отца всё ещё нет дома и с ним, возможно, что– то произошло. Обычно старший приходит часов так в девять вечера, но сегодня он и в двенадцать ночи не явился. Вскоре слышится звук замочной скважины, а после и приглушённый топот. — Вернулся...— Первое, что проносится у юноши в голове и заставляет разомкнуть сонные очи. Приподнявшись на локтях, Доминик смотрит в сторону стеклянной двери, за которой виден мужской приближающийся силуэт. Дверь с противным скрипом распахивается, и в комнату врывается сорокалетний упитанный мужчина, родной отец Ника. — Какая от тебя польза, Витте?— Цедит сквозь зубы старший, с новой секундой подбираясь всё ближе.— Почему ты меня только позоришь?! — Папа...— Выдавливает из себя Ник и, приняв сидячее положение, вжимается спиной в прохладную стену. Неконтролируемый страх пробирает тело и вызывает зябкую ощутимую дрожь, а в горле будто ком из слез застревает. — Я уже двадцать лет папа! И что с того?!— Подступив к юноше, мужчина скалится и замахивается на него, от чего тот сжимается, готовясь принять размашистый удар. Вместо сочного шлепка послышалась кривая усмешка, от которой Доминик сжался только сильнее. — Как девчонка прямо.— Мужчина выждал небольшое количество времени и всё—таки прошёлся тяжёлой ладонью по хрупкому юношескому плечу. Резкая боль начала жечь кожу, от чего Ник приглушённо всхлипнул, зажмурив испуганные зелено-голубые глаза. — У всех сыновья нормальные люди. А ты на моей шее сидишь, как будто паразит. Даже деньги в дом не приносишь. Когда работу найдешь?— Шипит старший и сжимает руки в кулаки от злости. Ник не выдаёт ответ на данный вопрос и отец, не дождавшись и слова от юноши, хватает того за белоснежные волосы. Мозолистые пальцы больно сжимаются у корней волос и тянут голову Доминика к верху. — П—пап...— Жалобно скулит младший, поджимая бледные губы.— Я... Найду работу... Обещаю... Мужчина замолкает на половину минуты, ослабив хватку, но после выдаёт: — Если не найдешь работу за три дня, я сделаю из тебя самую настоящую шлюху.— Старший вовсе отпускает пряди чужих волос и отходит на пару шагов от сына.— Ты понял меня? Ник кратко кивает и, приоткрыв глаза, чувствует, как непрошеная слеза обжигает нежную кожу. — Надеюсь, я скоро смою с себя этот чёртов позор.— Напоследок проговаривает мужчина и направляется на выход из комнаты. Доминик опускает голову, прижав ноги к себе и обняв их тощими руками, и утыкается в ободранные колени носом. Из глаз с новой силой катятся крупные слезы и озноб пробирает тощее тело, из— за чего комната начинает казаться ещё холоднее. В скором времени мужчина покидает эту комнату, оставив юношу с беспорядочными горькими мыслями наедине.