Он настоящий, или Гермиона в прошлом

      — Гермиона! — воскликнула Леди Малфой, встретив девушку и сына в Малфой-Мэноре, а именно в каминном зале.       — Мама, я не на долго, надеюсь, это не обременяет тебя. — Протараторил Драко.       Только с матерью этот заносчивый самодовольный подлец, каким его считали все, кто не был с ним знаком лично, только с Нарциссой, он превращался в милого и воспитанного мальчика. И это он очередной раз доказывал Гермионе в этот момент.       — Драко, ты же знаешь, я со скуки умираю, так что я только рада компании.       — Спасибо, мам.       — Драко, я думаю, не стоило, я и в своём поместье была защищена. Вам с Гарри не о чем переживать. — Гермиона правда не понимала этой круглосуточной охраны в виде этих двоих.       — Гермиона, это не обсуждается… — сказал парень, и как только Гермиона открыла рот, чтобы в очередной раз напомнить, как он продолжил: — и да я помню, что сегодня ужинаем у Поттера, я не опоздаю.       — Хорошо, — спокойно ответила девушка.       Она только за одну неделю, проведенную в Лондоне после возвращения из школы, заметила, что когда Драко очень занят, тогда становится похож на Септимуса. Поэтому она и не особо сопротивлялась его охране, несмотря на то, что семейный бизнес полностью лежал на плечах юного наследника рода.       После недолгого диалога Драко исчез в пламени камина. А Гермиона вздохнула в след парню.       — Гермиона, я должна выразить тебе благодарность, что ты решила взяться за освобождение Люциуса. Я уверена, он изменился, по крайней мере, мне его в любом случае не хватает. Какой бы он ни был, я его люблю, — говорила женщина, почти шепотом, и при этом вела Гермиону в обеденный зал. — Знаешь, когда мы поженились, по настоянию родителей, тогда я уже была влюблена в него. Несмотря на его характер, это невозможно быть равнодушной к Малфоям, и в них определенно течет кровь вейл, хотя в летописях ни каких упоминаний о них.       — Да, Нарцисса, я вас понимаю, это в крови вашей семьи. Определенно, завораживает. Могу сказать, я знакома была с Кассиусом и Септимусом, я это почувствовала.       — Ты определенно понимаешь. Надеюсь, у вас с Драко всё сложится, я очень переживала, что ему придется жениться на какой-нибудь противной девушке, по настоянию Люциуса, но ты просто лучшая, — женщина тепло улыбалась девушке, проходя в столовую.       — Вы мне льстите, но скажу честно, я тоже на это надеюсь.       — Конечно, дорогая. Всё сложится. — Леди Малфой сжала ладонь Гермионы. — А теперь приступим к обеду, а потом я могу дать тебе летописи за XVIII век.       — Спасибо… — Гермиона, определенно, забыла, что хотела сказать дальше.       Она лишь растерянно оглядывала зал, в который они пришли. Это тот самый зал, где она познакомилась с Септимусом и их семьей, когда сама не знала, кто она есть. Именно тогда она узнала, что её в будущем ждёт брак с Драко. Но это минутное помешательство она быстро подавила, чтобы не смущать хозяйку, и направилась к сервированному столу.       Обед прошёл в молчании.        Гермиона вспомнила тот самый снежный день, в феврале, когда она очередной раз гостила у Малфоев:       — Септимус, хватит! — кричала она.       — О нет, милая! — в тон ей отвечал парень.       — Я больше не могу, мне тяжело бегать в платье, — застонала девушка.       — Ладно, но тогда я победил тебя в снежках! — Парень подошел в девушке и взял её руки в свои.       — Хорошо, родной, — шепотом ответила Гермиона.       И снова погружаясь в пучину его глаз, она сама не заметила, как потянулась к его губам, к столь желанному, сладкому поцелую. Парень, конечно, не возражал, поэтому только с большим усилием припал к её губам.       — Ты замерзла. Пошли в дом, к камину, домовики делают отменный какао, — проговорил парень, всё ещё держа девушку в своих объятиях. — Отличная мысль.       И вот сейчас, посреди лета, Гермиона не прочь снова замерзнуть, чтобы её родной мужчина согрел её снова. Да, определенно, придётся долго привыкать к Малфой-мэнору снова. Точнее, к тому, что очень много воспоминаний с ним связано.       Когда с обедом было покончено, Гермиона осталась одна в библиотеке с летописями за XVIII век. Она хотела узнать о жизни Септимуса как можно больше. В надежде, что он смог стать счастливым. Хотя слова Драко о нём только лишь разрушали мнимую надежду.       Драко задержался на деловой встрече почти до ужина. Сейчас он уже шёл в библиотеку к девушке, что так его интересовала всегда, хотя внешне она не очень нравилась Драко, курса до третьего.       — Гермиона, ты пойдешь ужинать? Или ты опять питаешься только лишь информацией? — усмехнулся парень, только что зашедший.       Но усмешка быстро прошла, только он услышал всхлип. Он боялся, что снова обидел её.       — Гермиона, милая, я что-то сказал не так? Прости, пожалуйста.       — Нет, нет. — Девушка удивленно посмотрела на парня, но продолжила говорить: — Вот, посмотри… Хм… Тут вот… Хм.       Она указывала на летописи его семьи, может, её расстроило отношение семьи к магглам? Нет, она же всегда знала. Прервав мыслительный процесс, когда результата не обнаружилось, Драко подошёл и взял в руки увесистый том летописи за XVIII век. Он почти наизусть знал его, потому что пытался разобраться из-за чего Септимус стал таким консервативным.       «В июле 1764 года Септимус Малфой отказался от возможности выбрать себе невесту самостоятельно. Чем занялся Лорд Кассиус Малфой, и по истечению одиннадцать месяцев Септимус Малфой женился на Оливии Розье. Ещё через год родился наследник рода Малфоев. И только после рождения сына Лорд Септимус унаследовал родовое поместье и вступил на политический путь. Он был первым из рода, кто решил посвятить жизнь политике. Благодаря ему род Малфоев плотно переплетен с министерством Магии, и параллельно ведет все дела».       Именно эту часть Драко перечитывал не раз, но тут не было написано, почему он отказался выбрать самостоятельно невесту, и после и своему сыну запретил. Парень поднял взгляд от текста. Гермиона уже успокоилась, но казалась очень грустной.       — Драко, я должна тебе рассказать, — начала она.       — Ты можешь доверять мне.       — Я знаю. Я была там в 1763, а через год твой предок женился. Дело в том, что у нас были отношения. Отношения с Септимусом.       Драко казалось потерялся в пространстве, но он всё ещё сидел перед девушкой, в которую успел влюбиться. Она же сама не понимала, почему решила признаться ему.       — Я сам сказал, что ты можешь мне доверять, но мне нужно время это переварить. Ведь, оказывается, из-за тебя моя семья стала такой ничтожной. Давай вернёмся к этой теме позже. А сейчас нам пора к Поттеру на ужин, ведь у него наконец-то новоселье! — Драко улыбался, но в глазах было видно напряжение.       — Да, конечно, пойдем. — Отозвалась девушка, но в душе она была расстроена. Она сделала больно уже дважды важнейшим людям в своей жизни.       Гермиона надеялась, что Септимус сможет её простить, во, видимо, не смог. И теперь ей надо как-то загладить вину перед Драко, и это будет не просто.       У Драко же, наконец, сложился пазл, так как о девушках из будущего никогда не писали в летописях, значит, Гермиона должна была попасть в прошлое в любом случае, иначе всё стало бы иначе. Как их третий курс, ведь совсем недавно Гермиона ему рассказала, как им удалось спасти гиппогрифа, которого он всё ещё недолюбливает, и даже Сириуса Блэка. Конечно, он должен был догадаться, тем более, всю жизнь наблюдал этот красно-золотой браслет с надписью «от Гриффиндорки Эйвери» ведь далёким людям такие дорогие подарки не делают. Эти мысли успокоили Драко, значит, всё идёт так, как должно идти, иначе его семья не добилась бы такого величия, и всё благодаря одной женщине, которая сейчас снова добивается величия для его семьи, занимаясь делом его отца.       На ужине у Поттера были многие гриффиндорцы с их курса, но, несмотря на это, Гарри разрешил Драко пригласить Блейза и Пенси. И что самое удивительное, они пришли и даже принесли подарки. Гарри был счастлив, он весь год после окончания войны восстанавливал родительский дом в Годриковой впадине. И теперь это его дом. Самый настоящий дом Поттеров.       Гермиона наблюдала за праздником слегка со стороны. И ей казалось всё это таким родным и чужим одновременно. Ведь она уже привыкла к строгим балам и официальным приёмам. Её раздумья прервал Гарри, который решил выступить перед всеми гостями.       — Дорогие друзья! Я рад всех вас приветствовать в доме семьи Поттеров, несмотря на то, что я пока единственный Поттер, но, я надеюсь, что это не надолго, — он посмотрел с нежностью на Джинни, и та подошла к нему, после чего он продолжил, — поэтому хочу спросить у Джинни, при всех свидетелях.       Дальше всё было как в сказке, ведь Гарри опустился на одно колено и достал кольцо из кармана.       — Джинерва Молли Уизли, ты станешь моей женой?       — Да! Конечно! — восторженно ответила рыжая девушка.       Гермиона была очень рада за друзей, и аплодировала, как и остальные гости. Как вдруг над её ухом зазвучал такой родной уже голос:       — Милая, однажды и наш день придёт. И, я надеюсь, ты будешь готова и даже счастлива, как Уизли сейчас, — это, конечно, был Драко.       Он весь вечер был отстранён от Гермионы и она понимала почему так, поэтому она не обижалась на него. Да и ее положение уже никак не позволяли таких глупых обид. Но сейчас Драко сказал то, что она точно не ожидала услышать. И только сейчас она поняла, как искренне и нежно он относится к ней. Даже если это еще не любовь, то уже влюблённость.       — О, Драко. Ты мне дорог. Прости, возможно, я причинила тебе боль. Я не должна была. — Гермиона было стыдно перед ним. Ведь она с первого дня в прошлом знала, кто её жених.       — Ты ни в чём не виновата. Любой Малфой очарователен, ты бы не устояла в любом случае, — парень засмеялся, и это смутило девушку. — Но на самом деле, это ты слишком прекрасна, и ни один нормальный мужчина не смел бы потерять тебя.       — Спасибо. — Она кокетливо улыбается ему. И все стены между ними рухнули.       — Кажется, мы здесь больше не нужны, так что предлагаю сбежать и прогуляться. Где-нибудь в тишине под звёздным небом, как идея?       — Да, отлично, только поздравим молодых и можем идти.       — Хорошо, пойдём.       Так эта необычная пара для многих покинула этот праздник жизни для уединения. Ведь им предстояло узнать друг друга заново.       Они гуляли по какому-то парку, незнакомому Гермионе, куда их трансгрессировал Драко. Казалось, они обсудили всё, что только можно было из их жизней, а девушка ещё и рассказала о прошлом, и даже немного о своих отношениях с Септимусом.       Драко почти смирился с этим, понимая то, как важно это было для Гермионы, и, несмотря на то, что она была влюблена по-настоящему, всё равно вернулась в своё время и даже готова к браку с ним, с тем, кто всю жизнь ненавидел её происхождение и злился на неё, хоть она и не была виновата в этом. А сейчас и вовсе оказалось, что она чистокровна. Это ведь совсем меняло всю суть.       До выпускного осталось не больше двух недель. А до повторных слушаний дел Люциуса и Кристиана всего три дня, и они оба, возможно, будут свободны. И это всё устроила Гермиона. А Драко, в свою очередь, добился того, чтобы слушания были закрытые, и чтобы присяжные также хранили молчание о новой фамилии Гермионы.       Эти три дня летели со скоростью света для Гермионы, ведь ей нужно было провести одновременно два слушания в роли адвоката.       Если с Кристианом всё было проще, ведь он никого не убил, а стал пожирателем в довольно юном возрасте, то его можно было оправдать, как и Драко. Но вот с Малфоем всё было сложнее, хотя есть вероятность, что он согласится назвать имена и возможное местонахождение тех, кого ещё не смогли поймать, и его выпустят за содействие министерству. В общем-то, Гермиона была готова, и когда этот день настал, она надела уже привычное классическое платье, собрав строгую причёску, направилась в Министерство. С Драко и Гарри они договорились встретиться в Атриуме.       Гермиона нервничала не меньше, чем на балу дебютанток, только в отличии от бала, у неё не было такой опоры в лице Септимуса. Это была последняя мысль, с которой она шагнула из камина в Министерство и направилась к центру, где её уже ждали парни. И, казалось, они напряжены не меньше, будто они снова что-то собираются отсюда украсть, но, к счастью, сейчас всё законно.       Гермиона поприветствовала парней объятиями и сказала:       — Ну что же, пойдём, а то опоздаем. — И, спрятав все эмоции, вспоминая лицо Леди Мнемоны и натянувшись как струна, прошла в сторону лифтов, ведь сейчас она думала, что только она сама себе опора.       Но, несмотря на её мысли, как только они направились в направлении лифтов, Драко обнял её за талию и не отпускал. И девушка снова смогла почувствовать это ощущение. Она была не одна, ей есть, на кого положиться, и, кажется, это самое ценное теперь в её жизни ощущение. Ведь она уже много раз теряла близких людей, больше она не могла терять никого.       На удивление, новые показания Гарри и Гермионы подействовали на Визенгамот, и она снова добилась своей цели! Как Люциуса, так и Кристиана выпустили из-под стражи. Это было приятно для Гермионы, но все же было одно «НО»: никто не предупредил Кристиана, что у него есть сестра. Поэтому молодой человек долго не мог понять, почему героиня войны его пытается освободить, пока ему не объяснили всех тонкостей дела.       После слушания друзья и их родственники, только что помилованные от Азкабана, стояли у зала, и Гермиона решила заговорить первая.       — Дорогие друзья, сегодня, я думаю, нам всем стоит провести время со своими семьями. А завтра мы всех вас, Малфоев, ждём у нас в Эйвери-меноре, Гарри, тебя ждём с Джин, и, я думаю, ограничимся нашим узким кругом.       — Гермиона, спасибо за приглашения, мы обязательно будем, а сейчас прошу меня извинить, мне пора к Джинни. — Гарри пожал мужчинам руки, обнял Гермиону и исчез так быстро, будто его тут и не было.       — Дорогая Гермиона, я Вам благодарен за своё освобождение, думаю, я не ошибся в выборе невесты для своего сына, и раз вы решили за меня побороться, значит, ваша помолвка ещё в силе? Ведь так, Драко?       — Отец, поговорим об этом дома. — Драко, казалось, уже жалеет, что его выпустили, но всё же он улыбается, а, значит, что он рад отцу, какой бы он ни был.       — Конечно, мисс Эйвери, мы обязательно будем завтра, пришлите, пожалуйста, совой время, когда вам удобно будет принять нас. Спасибо. — продолжил Малфой-старший, пропустив язвительность сына.       — Всего доброго, мистер Мафой, Драко. — Девушка пожала обоим руки, и мужчины тоже стали удаляться.       После чего Гермиона посмотрела на брата, который молчал все это время.       — Кристиан, я думаю, нам много что нужно обсудить, но отец очень ждёт тебя, так что за обедом поговорим, а сейчас, если ты не против, пойдём домой.       — Конечно, Гермиона, я у тебя в долгу теперь. Всё будет, как скажешь.       — О, не стоит. — Девушка засмеялась, вспомнив, что пора бы уже включить эмоции назад. Да простит её Леди Мнемона.       Первое, что сделали брат и сестра Эйвери, по прибытию домой, это направились вместе с отцом к матери. Они сидели с ней какое-то время и общались, знакомились поближе, время от времени обращаясь к матери. Не ожидая от неё ответа, продолжали разговор, пока Гермиона не сказала ей:       — Мама, осталось, чтобы проснулась ты, и мы будем счастливы, всей семьёй. — Конечно, ответа она не ожидала, но она услышала хрипы.       Это ощущение победы было даже сильнее, чем когда она получила своё письмо из Хогвартса. И после этого её мать открыла глаза.       — О, Мерлин! Она очнулась! — восторженно отозвался Утер.       — Я в больницу, за целителем, а вы принесите ей воду, пусть не разговаривает, она ещё слаба. — Гермиона направилась в каминный зал.       В больнице св. Мунго девушка сразу пошла к лечащему целителю матери, и, объяснив ситуацию, они вместе направились из больницы, но у выхода её ждал, наверное, худший кошмар ее жизни. Побитого Драко, без сознания, левитировали в палату, а аврор подошёл к Гермионе, и, пока она пребывала в шоке от увиденного, её оковали волшебными наручниками и лишили палочки.       — Мисс Грейнджер, вы арестованы за жестокое нападение на мистера Малфоя. Вы имеете право хранить молчание, — озвучил определённо глупость аврор, но воспитание девушки не позволяло истерить, это просто какая-то ошибка, сейчас важнее лишь мать.       — Целитель Фендог, направляйтесь один, и передайте Утеру, что видели, и скажите, пусть возьмёт с собой Гарри, — девушка говорила это, когда её уже уводили.       Гермиона всегда знала, что столько счастья и побед за один день не может быть, мир требует баланс. И теперь она будет в камере предварительного заключения в министерстве ждать суда. Вот только, если Драко не очнётся до суда, это будет сложнее, но она сможет доказать свою невиновность.