Equality

***

      Как не иронично, но сёстры Хофферсон тоже близняшки, как и Хэддоки. Тоже ангел и демон. Но внешне их отличить намного сложнее, чем Ингве и Иккинга, например. Ингрид, демонесса, специально ходит в чёрном, а ангелочек Астрид — в светлом. Если они поменяются нарядами, они точь-в-точь скопируют друг друга. Ибо голоса те же, цвет волос, глаза, форма лица, нет никаких шрамов или других отличительных моментов… Но они отличаются характерами и в целом мировосприятием. Ингрид видит свой смысл жизни в музыке, Астрид же нашла себя в боевых искусствах.       Можно смело заявить, что они буквально зеркалят Ингве и Иккинга. Любящие пошутить демоны и терпящие их ангелы… Да, так и есть.       Хочется отдельно поговорить про отношения Ингве и Ингрид. Иккинг уже устал слушать, как брат постоянно лепечет про Ингрид, а тот ведь не затыкается часами, активно машет руками, невольно подпрыгивает на месте. Это у Хэддоков, видимо, семейное. — И ты прикинь, она такая берёт в руки гитару Смита и начинает играть партию из Адьос Раммштайн! Я играл её неделю назад на концерте, помнишь? И причём сыграла тот момент, когда я вступал в игру! Я просто в ауте был, брат! — Ну и что с того? — вскидывает бровями Иккинг. — Да как ты, блядь, не поймёшь, у неё такой же вкус, как у меня! И ей понравилась моя игра на гитаре! — Оно и понятно, ты ж гений, всё такое, — отмахивается Иккинг. — Ни капли искренности, братанчик, — вздыхает Ингве, но при этом улыбается. — Я слышу эту историю раз десятый, причём из разных уст, — говорит Иккинг, — То Смит, то Рассел, то Зак, то Зои, боже, вы меня задолбали уже.       Иккинг, в отличие от Ингве, не какой-нибудь сапожник, матерящийся через каждое слово, нет. Ругается, да, но предпочитает более нейтральные словечки по типу «чёрт», «блин», «пипец» и т.д. Но у всех случаются тяжёлые дни и моменты, когда всё же вырывается пара нелестных слов. Например, Ингве случайно наступил одному дракончику на хвост, и ангел, увидев это, заорал на весь дом: «АХ ТЫ ПАДЛА!» Ингве тогда получил фингал под глазом… К сведению, Иккинг редко опускается до такого, когда переключается с нормального языка на язык насилия, но дракончик пострадал, причём серьёзно, а этого ангел стерпеть не смог. — Прости, братанчик, но это правда для нас было новостью, что Ингрид так может, — виновато улыбается Ингве, почёсывая затылок. — Проехали. Ты расскажи лучше, что за фигня у вас с Ингрид в лагере произошла. Смит мне все уши прожужжал, говорит, интересное дело. — Вот пидарас, я ж сказал ему молчать, — кривит лицо Ингве в негодовании, — Но знаешь, я позабочусь о твоей психике, браток, и рассказывать не буду.       Иккинг выразительно глядит на близнеца, скрещивает руки на груди, спиной сильнее прижимается к подушкам на диване U-образной формы. Всем своим видом говорит: «Ты охерел? Я что, не родной человек для тебя что ли? Говори давай!» — Ты мою психику и так уничтожил чёрт знает когда. Что было-то? — Икк, слушай, — Ингве заметно занервничал, — Я не хочу пробивать дно твоей психики, а оно у тебя, я знаю, есть. — Она отсосала у тебя? — вскидывает левой бровью Иккинг. — Не только, — тряхнул головой Ингве, даже усмехается с этого, — Послушай- — Ты ей что-то сделал, да? — Да послушай ты меня, блядь, — быстро говорит демон, — Короче, мы с парнями играли в Хищника и я выиграл, но я не был в курсе, что девки готовили победителю что-то в роде сюрприза. Мне потом Смит сказал, что мне награду преподнесёт Ингрид, думаю, окей, ладно, подожду… — И? — чуть наклоняет голову ангел. — Я вечером пошёл в душ, как обычно, перед этим посрался с Заком, потому что он спиздил у меня бритву… — И? — Короче я потом ходил по своей комнате и искал отдельное полотенце для головы, ты же знаешь, я в этом плане такой уебан, — усмехается с себя Ингве, — Я в одном полотенце рысачу по комнате и тут дверь открывается и заходит Ингрид. А ты же знаешь, у меня ёбнутая привычка не закрывать за собой дверь… — Да, это меня реально в тебе бесит. Ближе к делу, партизан, — коротко ухмыляется Иккинг. Ему нравились истории брата, как ни крути. — И я короче такой останавливаюсь по середине комнаты, с одним полотенцем на себе, блядь, а тут зашла Ингрид, вся из себя горячая чика, — демон показывает ладонями грудь девушки, — Она по вечерам бегает, видно, пришла сразу после пробежки. Оглядели друг друга, говорю: награду пришла отдавать? Говорит: да. Спрашиваю: где? Отвечает: ложись и узнаешь. — Она отдалась тебе что ли? — удивлённо распахивает глаза Иккинг. — Не-е-е-ет, ты совсем ёбнулся, Икк, она же с пробежки пришла, какой секс, тьфу на тебя! Не хватало мне ещё заразу с ней вместе подхватить! — восклицает эмоционально Ингве, следом бубнит еле внятно, — Знаешь про такую вещь, как римминг?       Близнецы помолчали с минуту. — Какого чёрта вообще?! — завопил Иккинг, хватаясь за головешку ладошками. — Братишка... — Какие же вы, БЛЯДЬ, противные! — впервые за столь долгое время ругается Иккинг, причём так душевно, что невольно хочется ему посочувствовать; встаёт с дивана и начинает ходить по залу с выпученными глазами, — Что это, БЛЯДЬ, за награда такая? — Ну, она сама решила, — демон вскакивает за братом, пытается его успокоить, — Икк, брат... — Спасибо, Ингве, я блевать! — ангел демонстративно топает ногами и идёт в туалет.       Да, у Ингве и Ингрид реально странные отношения. Началось всё с милого общения, потом лёгкого флирта, следом непонятная «награда» и вот: демон и демонесса встречаются, друг в друге души не чают. Странные они, эти демоны.       Когда Иккинг впервые увидел Ингрид, после всех этих историй брата, он ходил весь красный как рак, не мог с ней заговорить. Она реально была горячей чикой, как выражался Ингве, особенно в чёрном топе и байкерской куртке с шипами. Но при этом она была ещё очень милой, умела пошутить и начать разговор. — Икк, Ингве говорил, что ты драконами увлекаешься. Расскажешь мне чуточку о них? — улыбается демонесса. Ангел нервно на это посмеивается, теряется пуще прежнего. — Ну, что рассказывать… Змеевиками больше занимаюсь, подкармливаю их, обучаю потихоньку… — Они типо как попугайчики? — Ну, да. Только чуть побольше и чуть поумнее, но не говорящие, — усмехается Иккинг. Ингве подозрительно зыркал на него, щурил глаза с улыбкой. — Он одержим ими, Ингрид. Как я тобой, — добавляет демон, мило улыбнувшись подруге. — Так же сильно? — хмыкает она. — Конечно! Мы ж близнецы!       Иккинга бесит, когда Ингрид приходит к Ингве, когда они резко начинают целоваться напротив него, сидя в гостиной, когда идут в комнату демона и начинают громко играть на гитарах, орать что-то на немецком (За Раммштайн и двор стреляют в упор), потом резко и подозрительно стихают… А потом ангелу просто остаётся затыкать уши, потому что Ингрид почему-то начинает громко кричать. Иккинг подозревает, что это может быть, не тупой. Просто не понимает, почему она ТАК шумит. Специально что ли, чтобы его смутить? Он же весь из себя такой невинный ангелочек, не знает, что такое секс, да-да, конечно, ага, обхохочешься…       Говоря о сексе: демоны больше других существ обожают кувыркаться в постельке, этого у них это не отнять. Это как пить чай после пяти у англичан. Или как обязательная дрочка перед сном, у всех свои сравнения. А ещё они почти все поголовные фетишисты, просто скрывают это. Ну, некоторые не скрывают… Как Смит, например. При знакомстве он сразу заявляет: «Я — футфетишист. Какой у тебя размер ножки, дорогуша?»       Иккингу крупно повезло. В кавычках, конечно же. У него в друзьях одни демоны, а они говорят либо про музыку, либо про секс. Другого не дано. И сидит ангелок и слушает очередные похождения Смита налево и анекдоты Зака про суккубов. Первое время Иккингу было неприятно, его лицо так и выражало ту забавную фразу «Да кто этот ваш секс нахуй», но потом смирился. Да и повзрослел немного, чего греха таить.       Говорят, ангелы не любят заниматься сексом. Иккинг готов с этим поспорить хотя бы потому, что его родители два раза на неделе точно потешаются у себя в спальне. А ещё знает, что Стоик и Валка долго и много раз пытались зачать ребёнка, а тут двойня… Программа успешно заработала, как говорится, но добавила лишнее окно от постоянного нажатия кнопки «Повторить попытку». И хорошо, что одно, а не десять!

***

      Иккинг готовился к худшему из сценариев. Ингве сто процентов опять пойдёт с Ингрид к себе в комнату и будет тусоваться только с ней, а на него повесит сестрицу демонессы, мол, поразвлекайтесь, посмотрите телек и поговорите о дракончиках. Да так и будет, информация верна на те же сто процентов.       На часах уже без пяти семь, Ингве надевает свой парадный костюм: латексные джинсы и чёрный пиджак на голый корпус. — Я их сожгу, — говорит ангел, указывая пальцем на джинсы близнеца. — Тогда Ингрид сожжёт тебя, братанчик, она их обожает, — улыбается демон, — И вообще, они классно смотрятся на мне. — Было бы ещё лучше, если бы они тебя так не обтягивали. На них смотреть стрёмно, да и причиндалы наружу, — комментирует Иккинг. — Знаешь что? Иди-ка ты на х...       Звонок в дверь. Ингве выразительно смотрит брату в глаза. — Если ты вдруг позвонишь маме и скажешь ей хоть что-нибудь про меня, я тебе обещаю, брат, ты, сука, не уснёшь ближайшие сутки вообще, — грозится пальцем Ингве на Иккинга. — Веди себя нормально и не угрожай мне, тогда не позвоню, — отвечает Иккинг. — Стукач ебаный, — комментирует демон, идя открывать дверь.       За дверью стояла одна Ингрид, что несколько напрягло демона. — Приве-е-е-т, Ингрид, а где Астрид? — тянет Ингве с милой улыбкой. — Она в магазин пошла, купит поесть чего-нибудь, — отвечает Ингрид, проходя внутрь, — Привет, Икк. — Привет, — коротко бросает ангел, скрываясь в зале. — Пидарас, — цокает в сторону Ингве, кривя губы и хмуря брови. — Что такое опять? — ухмыляется демонесса. — Да пошёл он! — шепчет Ингве. — Обыденные будни близнецов, — понимающе качает головой Ингрид, следом коротко чмокая Ингве в щёку, — Наш план ещё в силе? — Конечно, бэй, но зная Икка… Всё может по пизде пойти, извини за выражение. — Ой, да ладно тебе, — отмахивается Ингрид, наклоняется к ушку Ингве, тихонько шепчет, — Он перед Астрид не устоит. — Посмотрим… А она как, к драконам нормально относится? — Более чем. Мама с папой недавно купили нам змеевичка, — мило улыбается Ингрид. — Мило… ПОТОМУ ЧТО ИККИНГ У НАС ДРАКОНИЙ ПАПАНЬКА, ДЕТЬМИ СВОИМИ КРЫЛАТЫМИ ХВАСТАТЬСЯ ЛЮБИТ, — нарочно говорит Ингве. Слышно, как Иккинг громко рычит, причём как-то утробно, явно бесится. — Оставь его в покое, Ингве, не оскорбляй чувства родителя, — ухмыляется Ингрид. Демон на это широко лыбится, гогочет.       В дверь ещё раз постучались. Это явно была Астрид. Ингве любезно открывает девушке дверь, пару раз хлопает глазами. — Приве-е-е-т, Астрид! Проходи! — лучезарно лыбится Ингве. Астрид была одета в милую белую шубку, в руках держала пару пачек чипсов. — Привет, — ангел быстренько снимает свои меховые угги, — А куда можно мою шубу повесить? — Давай, я повешу, — Ингве быстренько берёт в руки шубу Астрид, вешает вещь на вешалку своей матери, — ИККИНГ, НЕ ХОЧЕШЬ ВСТРЕТИТЬ ГОСТЬЮ?!       Иккинг мельком выглядывает из-за стены зала в сторону коридора, оглядывает Астрид с ног до головы. Глаза быстро округляются, зрачки расширяются, лицо потихоньку краснеет… И опять скрывается. — Астрид, ты прости его, он боится новых знакомств, — говорит Ингве, — Пойдёмте в зал, девочки… ИККИНГ, КАКОЙ ЖЕ ТЫ, ОДНАКО, ПИДАРАС!       Ангел сидел на диване и возился с зелёным дракончиком, будто только что не поглядывал за гостями в коридоре. — Фантик попросился на руки, извини, — оправдывается Иккинг, глядя на вошедшего Ингве. Он старается не смотреть на Ингрид и Астрид. — Отмазался, ага. Твой Фантик мог и подождать. Астрид, знакомься, это мой одержимый дракончиками брат-близнец — Иккинг. Как ты можешь посмотреть, он игнорирует традиции встречи гостей ради своих детишек, — говорит Ингве ангелу, указывая ладонью на близнеца. В этот момент змеевичок будто бы щурится, встаёт в боевую стойку, глядя на демона, угрожающе трясёт хвостиком. К сведению, именно Фантику Ингве наступил как-то раз на хвост, — Смотри, он защищает своего папу! Не смотря на то, что Иккинг не любит общество, с драконами он на «ты».       Астрид присаживается рядом с Иккингом, протягивает Фантику ладошку. Змеевик с опаской принюхивается, при этом топчется на коленках Иккинга. Ингве и Ингрид молча присаживаются напротив парочки. — Изучает, — поясняет коротко Иккинг со слабой улыбкой. — Не кусается? — спрашивает Астрид, когда змеевичок чуть приоткрывает рот. — Только Ингве кусает, когда он его взбесит. — Фантик мне больше нравится, чем Ириска, но он тот ещё бесячка, прямо как его папаша, — говорит демон, следом приобнимая Ингрид за талию.       Фантик кончиком маленького язычка лизнул тыльную сторону ладошки Астрид, зрачки существа заметно расширились. — Признал, — улыбается Ингрид, — У нас тоже недавно змеевик появился. Девочка, может, учуял? — Вполне возможно. Нюх у них как у собачек, — говорит Иккинг, чуть почёсывая Фантику спинку пальцами. — А он откликается на своё имя? — интересуется Астрид. — Конечно. Правда пришлось немного с ним помучаться, их трудно приручать с рождения. — Вы покупали их не у заводчиков? — удивляется Ингрид, сначала глядя на Иккинга, а потом на Ингве. — Ну, мать с отцом просто принесли нам на тринадцатый день рождения два яйца и сказали: развлекайтесь, это ваши питомцы, — говорит Ингве, следом усмехаясь, — В итоге они стали питомцами Иккинга. А потом и детьми. — Яйца змеевиков трудно добыть самим. Они не продаются на рынке, — говорит Астрид. — Наш батя всё добудет, Астрид, на то он и коллекционер, — заявляет с игривой ухмылкой демон, — Перед ним все двери открыты, за деньги, конечно же. А как вашу девочку зовут? — Ну, мы пока сами не знаем, как её назвать, — признаётся Астрид, — В голову ничего не идёт. — А какой она расцветки? — интересуется Иккинг, посмотрев наконец на Астрид. Щёки чуть краснеют, зрачки опять расширяются. У ангела всё на глазах написано… — Может быть мы поможем придумать ей имя. — Ну, она как бы небесной окраски, — теряется Астрид, глядя на Фантика, а не на Иккинга. — Может быть… Незабудка? — предлагает Иккинг. — Жаль не Травка. Или не Копоплянка, — комментирует Ингве, явно не оценив кличку. — А мне нравится, — говорит Ингрид, пихнув Ингве в бок локтём, тот кривит рожу от боли, — Астрид, тебе как?       Ангел молчит, поднимает глазки на Иккинга, следом опять опускает их на Фантика. — Ну, можно… В принципе… Красивое имя, — соглашается Астрид, энергично закивав, — Да, мне нравится, — и мило улыбается, глядя на сестру. Ингве подозрительно вскидывает бровью, щурит глаза, но потом всё же расплывается в улыбке. — Ну, раз вы решили, я пойду с Ингрид играть в Гитар Хиро. Бэй, ты со мной? — Ингве громко хлопает ладонями по своим коленкам и резко вскакивает с места. Ингрид встаёт следом. — Конечно… Пообщайтесь вдвоём. И ты же чипсы взяла, угости Икка что ли, — говорит Ингрид сестре. Ангел кивает, встаёт с места и идёт в прихожую, где она оставила пачку чипсов.       Иккинг на пару мгновений остаётся один в зале, с Фантиком на руках. Он вздыхает, но не страдальчески, скорее нервно и взволнованно. Ему невольно кажется, что Астрид явно отличается от Ингрид, но не понимает, чем именно. Фантик смотрит на ангела и тихонько рыкает, будто интересуется, что не так. — Всё в порядке, Фантик, просто… Странно… — тихо лепечет Иккинг, — Непонятное чувство.       Астрид возвращается в гостиную с двумя пачками чипсов, присаживается к Иккингу. Тот тянется рукой к пульту от телевизора, чтобы включить его и разрядить обстановку. А она явно напряжённая из-за отсутствия демонов… С ними ангелы чувствовали себя уверенными, а теперь будто не в своей тарелке.       На втором этаже громко заиграла какая-то композиция Раммштайн. Иккинг про себя молится, опять вздыхает. — Боже, дай мне сил, — говорит он вслух случайно. Астрид немного дёргается на эту фразу. — Тоже не любишь рок, да? — коротко усмехается девушка.       Иккинг застыл на пару мгновений. А может быть всё не так уж и плохо…